А что если просто снегом стать?

Река Сандзу — в японской буддистской народной традиции, река, являющаяся границей между миром живых и миром мёртвых. И путь перерождения. *** Подумать только, что эта мистическая река и правда существует. Это течение вперед для души, чем дольше ты плывешь, тем больше теряешь воспоминания о прошлой жизни, пока не забудешь абсолютно всё. Похоже, это правда. Он уже и забыл, как начал заниматься хаккингом. Уже встревожился, от того, что его будто и не было никогда. А с другой стороны, прежде, чем он родился, его не существовало миллионы и миллиарды лет, и он нисколько от этого не страдал. — Ой-ой… — Мошенница поднялась на лодку, в которой мальчик плыл по этой реке. Хакер ей безмятежно улыбается. — Кто здесь? Я уверена, что я была мертва… — она оглядывается. — Ты пришла, Мошенница. — она не совсем права. Пока они помнят друг друга, они ещё не мертвы. Но уже скоро. — Хакер! — она по-детски счастлива. — Ты… Я рисковал своей жизнью, чтобы помочь тебе. Не слишком ли рано ты умерла? — он склонил голову на бок и немного недовольно зациклился на Мошеннице. — Так это… Река Сандзу. Значит я действительно мертва. — лик Мошенницы немного помрачнел. Год назад она и не думала заканчивать свою жизнь, ещё и так нереально. — Ты права. — Вот блин… — по доброму засмеялась она, всё ещё подавлено. — Оглядываясь назад, я хотела успеть сделать немного больше в своей жизни. Любить, или хотя бы сходить на свидание… — теперь это выглядело ещё и нелепо, но она была честна с собой. Наконец-то. — По этой причине у тебя такое бодрое выражение лица? — он изогнул бровь. — Да уж, спасибо Хакеру. — он задумался, правильно ли понял её слова. — Да, верно. Хакер, если нам суждено встретится вновь, пожалуйста, поладь со мной снова. — Когда это я подружился с тобой? — самодовольно усмехнулся собеседник. Ему кажется, или этот маленький нюанс он уже тоже забыл? — Ужасно слышать такое в свой адрес, когда мы так много пережили. — хоть они и довольно много спорили. — Ну, благодаря тебе, я смог насладиться собой. — он знал, что имеет ввиду. — Интересно. Не хочешь пойти на свидание? — это звучало так монотонно и честно. Хакер знает, что с ними будет, он исчезнет, а потом и она за ним. Но сейчас они по-настоящему свободны. Он наконец-то свободен делать всё, что хотел. — Пускай это будет мой подарок в последний путь. — отвечает Мошенница, она согласна. Она улыбается. Она счастлива. И Хакера греет её теплота. То, что уже никому принадлежать не может, можно любить вечность. А вечность это единственное, что ценно среди мимолётности. — Каждый должен быть на своем месте верно? — Хакер погружается в её объятья, просто смеётся. Река для него скоро закончится, а ей берег только виднеется вдали. Подарок в последний путь. Он такой кристально чистый, как белый зимний снег, твой первый для меня — смех, и сверху на меня — пепел. А что если просто снегом стать? Не больно рассыпаться снежинками на твои розовые щёки, чтобы они покраснели от холода? Нет… Нет… взломать Мошенницу невозможно, и это просто шутка. Поэтому стой. Я уже иду. Не ходи за мной. — Мы знакомы? Ты плачешь с таким радостным лицом. Мошенница тоже уже забыла, откуда же она знала этого человека и от чего так на душе странно. Но её до сих пор грели его объятья. Хотя он уже исчез.