И если не получилось у нас, то...

*** За окном ноябрь. Чертовски холодный, как и моя душа Ноябрь — месяц, который я ненавидел всей душой, а потом смог полюбить благодаря глазам цвета моря, которые откровенно рассматривали меня на глазах у миллионов людей… А потом снова возненавидел… Губы трогает лёгкая улыбка. И почему это вспомнилось через столько лет… Делаю глоток чая, закусывая губу. Часто за такими одинокими вечерами я анализировал свою жизнь: чтобы можно было изменить, как бы повернулась моя жизнь, если бы принял другое решение и сказал другое слово в определенных ситуациях. Не любил думать о том о что нельзя изменить, но избавиться от этого не могу. По сути можно было изменить всё. Но тогда бы это была не моя жизнь. — Зачем жить, если мы все умрём? — Чтобы умереть без сожалений. И я точно не умру без сожалений. Потому что сбылось то о чём я мечтал. Хотя какой ценой… Я не умру без сожалений потому что вопреки всему я обрёл ее и я… — Папа, папа, я, кажется, влюбилась, — тишину нарушает родной голос. Улыбаюсь. Моя мечтательная девочка. Как же долго я тебе ждал. И сколько пришлось пройти твоей маме, чтобы ты появилась на свет. — И кто же покорил сердце моей принцессы? — выгибаю бровь, наливая в чашку чай. Видя её счастливые глаза меня терзают странные чувства: с одной стороны, я рад, с другой чувствую укол ревности. Совсем уже взрослая стала. — Самый прекрасный парень на планете, — воодушевлённо произносит, присаживаясь на стул, поправляя свои шикарные волосы. — Правда он немного старше… — вижу, как она мнется, боясь моей реакции.Мы с ней всегда были близки. Обладали особой магической связью. И самым большим моим страхом было потерять это. Потерять её доверие. — И что? — хмыкаю, переводя на неё взгляд. Не бойся, родная. Я приму любое твое решение. Лишь бы ты была счастлива. Никогда не понимал мужчин, которые срываются на родных. Особенно на девочек. Дочек. Ведь отцы — первые мужчины в их жизни и нужно всё, чтобы расположить её к себе. Чтобы она не боялась тебя, а приходила к тебе, когда боялась. — Это очень даже хорошо. Всегда считал, что мужчина в паре должен быть немного старше чем девушка, — сердце колит от воспоминаний. — Но вообще милая моя, это всё совершенно неважно. Главное, чтобы всё было искрение. Главное, чтобы была магиииииия — вижу, как она расслабляется после моих слов. — А мне кажется он меня зачаровал, — неожиданно изрекает после чего заливается громким смехом. Подхватываю волну, видя, как самая любимая девочка светится от счастья. Рассматриваю ее в моменте. Черные кудри.Ослепительная улыбка. Звонкий смех. Она — копия своей матери. Моментами мне, кажется, что это она и есть. Брюнетка с карими глазами и взглядом способным убить наповал. Такой была и её мать. Женщина, в которую я влюбился после того как думал, что больше не смогу чувствовать ничего. Но она заплатила слишком большую для того чтобы любовь всей моей жизни появилась на свет. — Как же ты похожа на свою мать, Амелия, какой же ты похожа на свою мать… — изрекаю, не в силах сдержать дрожь в голосе, на что мой ребенок лишь улыбается, отламывая кусочек печенья. — Пааааап, — тянет она, — а ты когда-нибудь любил? Ну так чтобы по-настоящему? — Любил, — отвечаю честно. — Твою маму. — Ну мама, это понятно, — отнекивается Амелия, — Может был ещё кто-то? Возможно первая любовь… — таинственно протягивает, наблюдая за моей реакцией. — А чего это ты выпытываешь всё у меня, а? — хмурю брови, улыбаясь. — Что за маленький детектив тут, а? — откладываю полотенце, которым тщательно вытирал посуду и со взглядом хищника направляюсь на дочь и… Щекочу её. Как я рад что несмотря на взрослый возраст она иногда со мной бывает маленькой девочкой. Иногда мы с ней дети. И мне от этого невероятно хорошо. — Папаааа, хватит. Не увиливай от темы, — хмурит брови. — Мне правда очень интересно. Врать ей — выше моих сил. Тем более в таких делах. — Я всегда считал, что любовь и брак должен быть один и на всю жизнь, всё время был в поиске той самой, когда другие уже имели деток… Многие не понимали меня… — грустно улыбаюсь. — Но я старался не обращать на это внимание и всегда слушать сердце. И однажды оно подсказало мне: иди на проект «Голос країни», иди на «Голос», — шепчу, кривляясь, прикрывая этим свою боль. Даже спустя несколько лет. — Я очень долго сомневался, но всё -таки решился. Это было одно из лучших решений в моей жизни, — вздыхаю, прикрывая глаза. — Там я познакомился с замечательной женщиной, которая также была тренером. И полюбил всем сердцем. И её и её сына маленького. За это время пока мы были вместе он стал мне как родным. Амелия молчит, внимательно слушая меня. Не могу сдержать улыбку, видя с каким интересом она рассматривает, пытаясь поймать каждую эмоцию на моём лице. Изучает. — Ну что ты замолчал? — возмущается, хмуря брови. — А дальше? Что было дальше? Усмехаюсь. — Наши отношения с ней были словно американские горки. Мы оба взрослые люди с непростым прошлым и багажом опыта за плечами. Но мы пытались построить отношения, ведь чувствовали, что мы те самые друг для друга. — И судя по всему не получилось? — Амелия грустно улыбается. — Не получилось… — сглатываю, сжимая руки в кулаки. — Но потом я встретил твою маму. Она вытянула меня из такой депрессии, что ты даже представить себе не можешь. А потом появились ты, моя милая, — улыбаюсь, глядя на неё. — Но ты всё ещё любишь ту женщину, так ведь? — осторожно спрашивает она. — С чего ты взяла? — брови ползут вверх от удивления. Как же ты всё чувствуешь, малышка. — Ты бы видел своё лицо, когда рассказывал о ней, папа… — спокойно изрекает Амелия, пока меня передёргивает от её слов. Сердце щемит от воспоминаний о ней. Спустя столько лет. Даже имея дочь. Всё равномысленно возвращаюсь в прошлое и ничего поделать с этим не могу. Эти глаза покорили меня навсегда… — Папа, ау, возвращайся на Землю, — малышка выдерживает меня из воспоминаний. — Покажешь мне её фотографии? — стреляет глазками. — А ты познакомишь меня со своим парнем? Ответочка. 1:1. — Познакомлю. Только фотографии покажи. *** С каждым днём я видел, как моя уже взрослая девочка светится от счастья всё больше. Больше тему её новых отношений и парня мы не затрагивали, но видел и чувствовал, что причиной всему был этот прекрасный парень, с которым я пока не был знаком. Мне хотелось пожать ему руку за счастливые глаза моей дочери Но с другой стороны я боролся с ревностью — трудно было свыкнуться с мыслью, что она теперь не только моя. Но детей нужно отпускать. Давать свободу. Нужно понимать, что они не твоя собственность и они вырастают. Вылетают из гнезда во взрослую и им нужна поддержка. Только принимая и осознавая факт взросления деток можно сохранить с ними здоровые отношения и не потерять их доверие. Она не спешила открываться. Я не торопил. Мне достаточно было её счастливых глаз. — Вот видишь, Ириша, какая у нас дочь взрослая, — шепчу, беря в руки портрет. — Мне даже не верится, что прошло столько лет… С её дня рождения и с дня твоей смерти. Прости, Ириша, что не уберёг тебя. До конца жизни себе этого не прошу… Береги нас. Её в особенности… Когда мне плохо или грустно я всегда беру её фотографию и разговариваю с ней обо всем. Эта женщина сыграла большую роль в моей жизни. Вытащила меня с бездны и заставила поверить в то, что свет есть, была со мной рядом в самый трудный период моей жизни, родила дочь, которую мы ждали с замиранием сердца. Но нашему счастью не суждено сбыться: Ириша умерла природах. Её не сумели спасти. Меня не было рядом. И я буду винить себя в этом всю жизнь. — Я очень тебя люблю и очень благодарен тебе за всё что ты для меня сделала. И за нашу дочь, которая появилась на свет ценой твоей жизни… Ты для будешь светом. Всегда. Но полюбить тебя как её я никогда не смогу. *** — Мама, у меня для тебя новость, — с порога начинает парень. — Сынок… — женщина выбегает в коридор и обнимает его хруста костей, — прилетел наконец-то, —треплет по волосам. Её безусловная любовь. — Как долетел, родной? — Всё хорошо ма, — отнекивается парень. Должен сообщить тебе новость, — вмиг стает серьезным. — Жениться собрался что ли? — блондинка усмехается. Блондин поднимает глаза, внимательно рассматривает мать. И как догадалась -то? — Почти… — не спеша тянет парень. — Веня? — женщина вопросительно выгибает бровь. — Мама? — в тон ей отвечает парень. — На этих выходных хочу познакомить тебя со своей девушкой и её родителями. Пожалуйста, никаких отговорок и отмазок. — Ах вот оно что, — Тина слегка фыркает. Несмотря на то, что её мальчик давно вырос ей трудно принять это. — И как давно вы вместе? —поджимает губу. — А я должен перед тобой отчитываться? — парень ожидал совсем не такой реакции. — Я вообще-то твоя мать, — женщина повышает голос. — А ты забыла сколько мне лет? — блондин злиться. Сколько раз обсуждалась эта тема всё без толку. — Я твоя мать сколько бы лет тебе не было, — женщина не собирается сдаваться. — Тогда может порадуешься что твой сын влюбился? — Веня присаживается за стол, внимательно наблюдая за матерью. — Даже так, — тянет Тина. Её голос пробирает дрожь. Кто-то сумел покорить его сердце. И теперь она уйдет на второй план и будет одинока… — И кто же сумел покорить сердце такого джентльмена как ты? Как её зовут? Кто её родители? — А ты будешь оценивать её по тому, кто её родители? — Веня хмыкает не в силах успокоиться. Он ожидал тёплого приема и радости от такой новости, а не допроса и оценивающих взглядов. — Веня, не передергивай, — женщина кидает на сына злобный взгляд. — Мне правда интересно. — Её зовут Амелия и у неё только отец. Насколько я знаю мать умерла при родах, — парень тяжело вздыхает. — Значит она сирота, — многозначительно тянет блондинка, прикусывая губу. — Как и я. Не перегибай, — Веня слегка повышает голос, ведь не понимает почему его самый родной человек так реагирует на такую прекрасную для него новость, а Тину после этих слов сына пробирает дрожь. Как она могла такое сказать? — Мама, я очень не хочу ругаться, но пойми, что для меня Амелия важна, у меня очень серьезные намерения. Очень — серьезно произносит Вениамин и его мама дёргается. Это то что она боялась услышать. — И события её знакомства с тобой, а меня с её отцом имеет большое значение, поэтому пожалуйста прими это и поддержи меня. Для меня это всё впервые и волнительно. Кто её отец — я не знаю. Также, как и она не знает кто ты. Мы договорились, что познакомимся лично. *** В тот день когда Амелия пригласила меня встречу со своим парнем и его мамой она выглядела самой счастливой за всю жизнь. — Не переживай, всё будет классно. Я с тобой. — Спасибо за поддержку, папуля. Она для меня очень важна, — Амелия крепко обнимает меня от чего моя кожа покрывается мурашками. Какая же малышка взрослая. — А фотографии своей любви ты мне так и не показал… — Вот завтра после встречи и покажу… *** — Малышка, не переживай. Ты ему нравишься любой, я уверен, — вижу, как она переживает и прихорашивается к встрече. — Ему —то я нравлюсь в чём угодно. И даже без ничего, — тихо признается от чего мои глаза лезут на лоб. — Амелия! — я хмурю брови. — Ну что такое, пап? Я уже давно взрослая, — она ухмыляется, подкрашивая ресницы. — Сейчас не об этом абсолютно: я очень переживаю как меня воспримет его мама. — Родная моя девочка, я уверен, что всё пройдёт хорошо. Ведь главное, чтобы ты нравилась ему, а мама… мама, видя, что ребёнок счастлив также будет счастлива. Будь собой и всё будет круто. Я буду рядом. *** В ресторан мы заходили под руку и оба дрожали от волнения. Аналогия с алтарём пришла ко мне очень быстро, но я ее пока откинул. Крепче сжал её руку и поцеловал в макушку, проговаривая тихое «все будет хорошо» — Амелия, Амелия, мы тут, — окликивает нас какой-то парень, голос которого мне кажется знакомым. Поворачиваюсь к столику, улыбаюсь и вижу знакомые глаза. До боли знакомые. Те, которые упорно пытался забыть все эти годы, но не получилось. — Ты? — мне казалось в тот меня слышал весь ресторан. — Ты? — Тина выкрикивает ещё громче. — Дан? — парень, который звал нас снимает очки, и я узнаю в нём того маленького Веню, сына Тины, который за несколько лет стал мне как родным. Последний раз я видел его, когда ему было семь. Мой мозг взрывается. Моя дочь влюбилась в сына женщины, которую когда-то любил до потери пульса. В голове не укладывается. — Вы что знакомы? — Амелия поворачивается ко мне и жаждет объяснений. — Это та самая женщина, про которую я тебе рассказывал, а это её сын, — выдыхаю не в силах поверить, что это реальность. Вселенная, спасибо за троллинг. — Это твоя дочь? — Кароль задыхается от возмущения. — Афигеть, — тянет моя дочь. — Санта Барбара 21 века. — Мой сын никогда не будет встречаться с твоей дочерью. Ни-ко-гда! — кричит Тина, подрываясь со стула и выбегает прочь. Амелия открывает рот от удивления. Не так она представляла знакомство с будущей свекровью. — Мама, стой, — Веня наровится бежать за ней, но я останавливаю. — Учудили вы конечно, ребята, — чешу затылок. — Веня, я сейчас догоню её, не переживай. Нам есть о чём поговорить. А вы оставайтесь здесь, пообедайте. Веня приобнимает Амелию, успокаивая её. — Скажите пожалуйста, дети, у вас хоть серьёзно? Хотя, глядя на них и слов не нужно. — Да, Дан. Я очень люблю твою дочь и у меня очень серьёзные намерения, — серьезно отвечает парень. Усмехаюсь. Моя дочь в хороших руках. — Веня, я знаю, что ты хороший парень, я вижу, как горят глаза моей дочери рядом с тобой, поэтому доверяю её тебе как себе, но если ты хоть раз её обидишь — я тебе голову откручу! Ты меня понял? — Понял, — парень усмехается. — Она в надёжных руках. Я очень рад, что она твоя дочь, честно, хотя и не знал об этом, — Веня смеётся, пожимая мне руку. — Правда не знал? — хлопаю его по плечу. — Правда! Клянусь мамой, — тараторит парень. — Кстати про маму… — Уже бегу за ней, а вы хорошо проведите время. Этот день должен был принести вам совершенно другие эмоции. *** — Тина, стой, Тина, пожалуйста стой, мы же не молодеем, я не могу бегать за тобой как прежде. Она останавливается и пропускает смешок. Получилось. Не решаюсь подойти ближе. До сих не верю, что она здесь. За столько лет ничего не изменилось. Мы всё такие же нерешительные трусы. — Учудили наши детки, да? — хмыкаю. Как такое вообще возможно? — Ты знал, скажи честно? — всхлипывает. — Нееет, клянусь. Амелия сказала, что они договорились, что все мы познакомимся лично. Амелия ничего не знала о тебе, а я о Вене. — Как такое вообще возможно, Дан? Как? На свете миллиарды людей, а они нашли друг друга. Как Дан? Кааак? — Я не знаю, родная. Надо будет у них спросить где они познакомились, — решаюсь положить руки на ее плечи. Тело пробирает дрожь. — Они не будут встречаться, Дан. Я не позволю. Это немыслимо. Это просто немыслимо. — Тина… — разворачиваю её к себе. Слишком близко эти глаза цвета океана. Слишком близко эти манящие губы. Господи… Не думал, что когда-то её увижу вновь… — они счастливы и любят друга по-настоящему. Не позволяй им повторять наших ошибок, — сглатываю, поправляя прядь её волос. Давно забытые ощущения. Не могу надышаться этим. — Твоей дочери в жизни не стать моей невесткой, слышишь? — кричит так громко, что нас слышит чуть ли не вся улица. И единственный способ заткнуть её — поцеловать. Но я не решаюсь. — В тебе сейчас говорит твой эгоизм, впрочем, как и в большинстве случаев. Ты хоть когда-нибудь можешь думать не только о себе, но и о людях, которые тебе дороги? — взрываюсь, подходя ближе. — Да как ты смеешь? — возмущается. — Смею! — повышаю голос. — Потому что знаю тебя как облупленную. Тина, ты вообще видела, как они смотрят друг на друга, видела, как они светятся, когда рядом, слышала как говорят о друг друге? У них чувства, и мы не имеем права им мешать. Они счастливы. Тина, очнись наши дети счастливы друг с другом, разве это не повод для радости? — пытаюсь достучаться до нее. Её упрямство за столько лет никуда не делось. —Я долго пыталась забыть тебя, а сейчас всё повернулось вспять, — Тина готова взвыть от накативших ощущений. — Твоя дочь — невестка моего сына. Это для меня не радостная новость! — зло шипит. Эти слова отдаются эхом в моей голове. Ну уж нет. Такого ни я не моя дочь не заслужила. — Ты её совершенно не знаешь, чтобы делать такие выводы! А судить какая она только потому что у нас с тобой не сложилось — это как-то по-детски, знаешь, — хмыкаю, пытаясь усмирить свой пыл. Никогда не думал, что смог бы сорваться на неё. — Ну знаешь… Яблоня от яблони… — фыркает, отворачиваясь. Я округляю глаза. Ну это уже слишком. — Господи да заткнись же ты наконец, — прижимаю её к стене здания. Перехватываю руки, поднимая их наверх. На удивление мадам Кароль не издаёт ни звука, внимательно рассматривая меня. Я слегка поддаюсь вперёд не в силах оторваться. Какая же она красивая. — Глупо проектировать наши проблемы на них и мешать их счастью. Это мы дураки, — усмехаюсь, — а они у нас умные и не отпустят друг друга. Тин… у них своя история, у нас своя несостоявшиеся… — Тинааааа, — тяну я, переводя взгляд на её губы. — Может если не получилось у нас, то получится у наших детей? — замолкаю, не в силах оторвать от неё взгляд. Она дёргается, но я крепко держу её в руках. В её глазах страх… и понимание того, что происходит. — Вселенная даёт нам миллионный шанс наладить отношения. Подумай над этим, — выдыхаю ей в губы, от чего мы оба покрываемся мурашками. — Таня… — смакую я, сталкиваясь с ее испуганными глазами. Набираю в лёгкие воздуха и решаюсь сказать, что вертится на языке, как только я осознал ситуацию, — и если у нас не получилось родить долгожданную и желанную совместную дочку, то может получится совместная внучка…