6. Кладовщик на полставки.

      Приземлившись на кучу картонных коробок с неизвестным содержимым, которое, вероятно, было игрушками, Уно вылез из них и осмотрелся.       Вокруг было ещё больше коробок, целые и сломанные игрушки — было не понятно, были ли они раньше живыми или это были простые игрушки на продажу — ну, а также куча пыли и грязи, которая собралась за несколько лет запустения.       Но всё это было не важно, сейчас Уно нужно было найти источники питания и при этом не забывать, что здесь по-прежнему где-то бродит монстр, который, скорее всего, хочет сожрать его. Поэтому, он направился к ближайшему стеллажу, на котором лежал красный блок питания.       Он взял его и, чтобы не таскать его в руках, положил в рюкзак. Здесь же, за стеллажом на полу, к его счастью, лежал ещё один блок — зелёный. Уно обошёл стеллаж и забрал его и, когда он встал, заметил на полке соседнего стеллажа грязную кассету оранжевого цвета, на которую он не сразу обратил внимания. На ней было написано «Камера видеонаблюдения. Рич и Эйвери.»       «Как удобно, что она лежала здесь. Зачем вообще кому-то оставлять запись с камеры на складе? И снова кассета того же цвета, что и видеомагнитофон», — заметил Уно, пока складывал её в рюкзак. «Надо просмотреть запись, когда буду возвращаться к пульту, как раз с этой стороны на воротах ручка цела», — подумал он, выходя из-за стеллажей и идя к конвейеру.       «Остался один блок, это будет фиаско, если его здесь не будет», — Уно пошёл дальше вдоль конвейера и попал во вторую половину склада. Здесь не было ни одной рабочей лампы, единственный свет из окон в потолке. К счастью, у него было достаточно своего света из фонарика, а сами блоки тоже светились. Но пока он нигде его не видел. «Это займёт некоторое время», — невесело подумал Уно.       Через примерно пятнадцать минут, когда он обошел ближайшие стеллажи и заглянул за некоторые коробки и даже перелез через конвейер, чтобы проверить на другой стороне, он, наконец-то нашёл последний жёлтый блок, который приютился на верхней полке стеллажа с обратной стороны между коробок.       «Ну наконец-то, я уже собирался сам лезть за этой чертовой рукой», — раздраженно выдохнул Уно, стряхивая пыль и грязь с перчаток, которая накопилась пока он обшаривал склад. «А ну-ка, иди ко мне!», — выстрелил рукой он по блоку и притянул его к себе. К счастью, он остался в руке, когда притянулся, так что его не пришлось ловить. «Теперь обратно, надеюсь вся эта возня была не зря», — Уно пошёл обратно к воротам.       Вернувшись к воротам, понадобилось приложить некоторые усилия, чтобы сдвинуть их. Но, со скрипом, они всё же поддались. Открыв их настолько, чтобы можно было пройти, он вернулся в помещение с телевизором и пошёл прямо к нему.       — А ну-ка, послушаем, что у нас тут, — озвучил свои мысли Уно, вставляя кассету в видеомагнитофон и ожидая, когда начнётся запись.       Запись началась, со статичным изображением манипулятора склада. На ней два работника, Рич и Эйвери, вели диалог, где первый разглагольствовал о некомпетентности Playtime Co. в управлении их поставками.       «Я понимаю тебя, Рич, я здесь не работал, а уже ненавижу это место», — мысленно поддержал его Уно.       Но прежде чем он успел выйти из себя, Рича успокоил его коллега, Эйвори. Речь зашла о поставках вещей для сирот, что косвенно подтверждает информацию о приюте, находящемся где-то в глубине предприятия.       Когда Рич успокоился, Уно больше не услышал ничего интересного, и запись вскоре закончилась.       «Что-то мне подсказывает, что я ещё услышу о Риче дальше на фабрике. Ну ладно, я и так достаточно задержался», — Уно забрал кассету и, на мгновение задумавшись, достал фотоаппарат и снял магнитофон и телевизор. «Чуть не забыл», — он пошёл обратно к пульту.       Снова поднявшись по лестнице наверх к пульту, Уно достал из рюкзака остальные три блока и вставил каждый в соответствующие разъёмы. Что-то щёлкнуло и в манипуляторе включился прожектор, но больше ничего не произошло.       «И что теперь?», — Уно попробовал нажать на одну из кнопок. Внезапно механическая рука двинулась, отпустившись вниз и схватив воздух. «А, так это как в игровых автоматах. Ну, тогда попробуем», — понажимав ещё кнопки, Уно разобрался в управлении и, наконец, направил манипулятор к контейнеру с рукой.       Нажатие кнопки и рука схватила контейнер. Уно направил манипулятор назад и хотел было спустить груз вниз, но пульт управления вдруг затрещал и перестал откликаться на команды, а после и вовсе, вспыхнув искрами, потух. Из него поднималась небольшая струйка дыма.       А контейнер с рукой так и остался подвешенным в воздухе, ещё более недостигаемый, чем в прошлый раз.       Внешне Уно выглядел спокойным, но внутри он хотел что-нибудь сломать. Желательно на этой фабрике.       Сделав несколько глубоких вдохов и выдохов, он успокоился, настолько, насколько возможно быть спокойным в его ситуации. «Ладно, хорошо, отлично! Я хотел как по-хорошему, но видимо придётся по старинке», — Уно спрыгнул вниз на те же коробки и начал мозговой штурм.       «Итак, как мне спустить подвешенный в воздухе на манипуляторе контейнер, если пульт управления манипулятора сгорел?», — задал себе вопрос Уно, рассматривая механическую руку.       Сама рука, стоит заметить, выглядела неважно. Металл местами проржавел, что с приводами страшно даже думать, было удивительно, как она вообще до сих пор работала.       Но это навело Уно на мысль. Если манипулятор и так дышит на ладан, так почему бы его не доломать? Всё равно пульт сгорел, и от него нет никакого толку.       Как это сделать, если он висит в воздухе? Ну, это очевидно. Использовать доступную огневую мощь.       Уно предвкушающе улыбнулся, но этого не было видно за маской. Взяв в руки автомат, его верный FN FAL, он снял его с предохранителя. Но прежде чем стрелять, Уно сменил заряженный магазин с патронами-транквилизаторами на магазин с бронебойными патронами.       Передёрнув затвор, Уно ловко поймал вылетевший патрон и спрятал его в подсумок.       Снова посмотрев на манипулятор, Уно выбрал один из самых потрёпанных механических пальцев и прицелился в его сочленение, где привод двигал палец.       На мгновения задумавшись о вероятности рикошета, он отбросил сомнения и, покрепче перехватив автомат, начал стрелять.       Сначала одиночными, чтобы понять, есть ли эффект. На металле руки оставались существенные вмятины, но, очевидно, понадобиться чуть больше пары выстрелов.       Тогда Уно переключил режим стрельбы на автоматический и «зажал».       По складу разносился режущий слух металлический звон, который даже заглушал хлопки стрельбы винтовки и звон гильз. Конечно, если бы на автомате не было глушителя, то тогда грохот стоял бы неимоверный из-за стрельбы в помещении. К счастью, наушники прекрасно справлялись со своей работой, заглушая шум до терпимого состояния.       Наконец, пуля нашла свою цель и пробила гидравлику пальца, ослабив его хватку. Контейнер выскользнул из механической руки и полетел вниз, прямо на конвейер. Осколки стекла разлетелись в стороны, некоторые попали в Уно, но не причинили никакого вреда.       Отпустив автомат, Уно с удовлетворением посмотрел на сделанную работу. Ничто так хорошо расслабляет, как периодическое разрушение чего-либо.       Заменив пустой магазин бронебойных на транквилизаторы, Уно посмотрел на кучу гильз. «Как хорошо, что не я плачу за них», — подумал он, прикинув оставшиеся патроны в уме. Он потратил 30 штук. А в рюкзаке их 3000 штук. Или 5000? «Мэх, не суть важно, Фонду просто надо было чем-то забить рюкзак, и они положили вагон всего, и ещё немного сверху, оставив немного — относительно — свободного пространства», — закончил размышления Уно, наконец вернувшись к тому из-за чего был весь этот сыр-бор. Контейнер с красной рукой.       Это была точно такая же, как и синяя, рука, только правая, а не левая. Сняв её со стойки Уно легко прикрепил её к пускателю ГрабПака. Схватив рукой несколько разных предметов, он убедился, что она работает исправно.       «Ну вот теперь всё на своих местах», — кивнул своим мыслям Уно и посмотрел ещё раз на манипулятор и разбитый контейнер. «В следующий раз, я буду сначала стрелять, а потом разбираться, в чём проблема. Меньше нервяка, больше эффекта», — решил Уно и направился в сторону закрытого прохода с двумя сканерами рук.       Дверь в проходе перекрывала конвейерную дорожку и была как раз такого размера, чтобы там мог пройти человек в полный рост. Над ней по бокам находились сканеры для синей и красной рук.       Уно выстрельнул по сканерам соответствующими руками, и через некоторое время сканирование завершилось и дверь открылась.       Конвейер был кое-как освещён, но фонарик исправлял ситуацию. Он прошёл внутрь по конвейеру, но вдруг осёкся, вспомнив о чём-то.       «Чёрт, чуть не забыл», — Уно достал из сумки фотоаппарат. «Я, конечно, и так всё записал на камеры шлема, но всё же не стоит забывать о «рекомендациях» начальства фотографировать всё на этот фотоаппарат. Что в нём вообще такого особенного? А меня должно это волновать? Думаю, нет», — заключил Уно, снова возвращаясь на склад и спускаясь с конвейера.       Спустя пять минут он обошёл весь склад и сфотографировал всё самое, на его взгляд, интересное. Включая расстрелянную руку.       Наконец, Уно снова вернулся к проходу, на этот раз окончательно. Не тратя время зря, он вошёл внутрь. Всё это время не замечая одного любопытного наблюдателя с «весёлой» улыбкой.       Хагги тоже уполз назад по другому конвейеру. Он достаточно играл и наблюдал. Пора переходить к основному действию.