Размышления

Вечер среды. Нил сидел на полу в своей квартире и пересчитывал у себя в руках что-то круглое и маленькое. Эти разноцветные таблетки весьма походили на какие-нибудь витаминки для детей. В прочем, величайший доктор технических наук Нил Уоттс действительно хранил их в обычной баночке из под витаминов. Наверное банально для такого как он, но не суть. Сегодня всё должно было быть нормально. У него не было запланированных встреч. Дверь в квартиру заперта. Телефон на беззвучном. Свет выключен. Занавески занавешены. А сам он "на больничном". Нил немного поразмышлял перед тем как закинуться и лежать овощем посреди своей немного захламленной квартиры. Действительно ли ему это нужно? К чему это приведет? Нет, конечно же он знал что ни к чему хорошему это не приведет, но кому станет хуже от этого? Еве которая, как думал Уоттс, раздражена от одного факта сосуществования с Нилом? Или может быть раздражающим коллегам по работе, которых Нилу видеть было тошно. От этих таблеток хуже не станет никому кроме Уоттса, и он это понимает. –Бля.. Он думал не долго. Одно движение. Таблетки внутри. Всего две минуты и настал тот момент когда комната начала вращаться, мысли путались, начался кайф. Это было то состояние в котором Нилу было абсолютно плевать на всё. Решение всех его проблем, по его мнению, было в этих маленьких таблетках. В этом состоянии ему не хочется думать о проблемах, о не взаимной любви, о своей никчемности, беспомощности, весьма печальном диагнозе и факте неизбежной смерти. Конечно, рано или поздно все умрут, в прочем его работа была напрямую связана со смертью. Он видел смерть людей много раз и их с Евой задача была сделать тех стариков и старушек счастливыми перед тем как костлявая заберёт их души в мир иной. Но будет ли счастлив сам Нил, лёжа в больнице на смертном одре? Он умрёт в одиночестве или всё же кто-то из знакомых сжалится и посетит его умирающего? Он не знал хочет ли чтобы кто-то навещал его перед смертью, но факт того что он останется на больничной койке совсем один, никому не нужный и отчаявшийся — навевал тревожность. Может быть в глубине души он надеялся, что тогда к нему придёт Ева, скажет что любит его и что не сможет без него дальше жить. А может к нему придёт его отец и скажет как сильно гордится сыном. Скорее всего отец обязательно придет, но только если перед этим Нил всё таки возьмёт себя в руки и позвонит рассказать ему о том что прямо сейчас его сын живой и кажется совсем скоро сторчится. Время покажет. Нил сидел и тупо пялил в одну конкретную точку пола, который казался бесконечным. Он думал что ни о чём не думал, но конечно же прямо сейчас он думал, и думал даже больше чем когда трезв, черт возьми! Неизведанный поток мыслей, который был непонятен самому носителю этих мозгов, лил ручьем и казалось что из ушей прямо сейчас польется та дичь о которой он думает. А о чём он думает? Да Бог его знает! А может и не знает, в любом случае.. Из всего этого гадкого ощущения мыслей, Нила вернул к жизни стук в дверь. Как же неожиданно! Обычно такая херня происходит тогда когда всё абсолютно идеально и не должно быть никаких изменений, поэтому Нил подготовился и подстроил всё так, будто его нет дома. В дверь тарабанили со всей дури. От лица Нила можно было бы описать эти звуки так, будто семнадцать коз всеми своими шестью копытами безуспешно пытаются снять его дверь с петель, но в конце концов сдаются, собираются воедино, превращаются в трансформера и звонят в дверной звонок, звон которого гулом отдаёт в голове Уоттса. Вот это уже по-человечески! С этого и надо было начинать! Но он всё равно не пойдет открывать, ему ведь не нужны проблемы, так? —Нил, я знаю что ты там! Довольно требовательный женский голос раздался по ту сторону двери. Черт, похоже это была Ева. Должно быть ей надоело работать с каким-нибудь супер занудой и она решила посетить своего болеющего напарника из-за "больничного" который длился уже вторую неделю. Она могла бы просто позвонить, но на звонки техник не отвечал, а иногда и вовсе был вне зоне доступа. Теперь перед Нилом встал выбор. Может всё таки предать здравый смысл, выйти, признаться абсолютно во всём, попросить помощи и выиграть прогулку с Евой до полицейского участка, а позже прямиком в рехаб? Или остаться сидеть тихо, не высовываться чтобы в один прекрасный день словить передоз и умереть раньше чем задумывалось? Всё таки наркота это плохо, мерзко, грязно так ещё и незаконно. Но а что остаётся делать когда ты на грани, а рядом нет абсолютно никого из-за глупой привычки всё тщательно скрывать от других? Да наверное вы бы сказали "можно решать свои проблемы в одиночку! Искоренять внутренние загоны! Бебебе!" Да это так, но было бы легче сделать это имея кого-то, кому можно доверять и который будет помогать, а у Нила не было такого человека который мог бы заглянуть к нему в душу и сказать: "я принимаю тебя таким какой ты есть и могу оказать поддержку", но он сам в этом виноват, ведь он сам запрещает показываться наружу даже малейшей капле своей души, избегая непринятия со стороны окружающих, или просто избегая окружающих. Всё таки жить легче когда никто не может ударить там где болит из-за того что плохо знает тебя, а может совсем не знает. Он мог бы размышлять об этом и не догадываться что размышляет об этом ещё дольше, но звон не прекращался и Нил уже не мог отличить звон в голове от звона звонка который скоро сломается от своего чертового звона. –Клянусь, если ты не откроешь, то я вызову бригаду которые вынесут тебе дверь! Нил хотел было крикнуть что-то вроде "ты и сама с этим прекрасно справляешься!", но вовремя вспомнил своё положение и решил сидеть молча. На несколько мгновений стук прекратился. Кажется Ева задумалась. Действительно ли Нил сейчас внутри или его сейчас там нет, а она как дурочка кричит в пустоту? Это выглядело глупо. К черту. Она уходит. Нил точно может сказать что завтра она придет снова чтобы всё же удостовериться что с ним все в порядке, и вот тут уже Нилу придется встретиться с ней лицом к лицу. А пока.. кажется у него есть ещё немного времени.