Куда же ты вечно спешишь?

Порыв ветра заставил развиваться на ветру тонкие занавески, проходя по полу вдоль кабинета, охлаждая ступни присутствующих. Взгляд синих глаз устремился в сторону окна, на секунду прерывая накопившуюся работу. По полу застучали туфельки. —Простите, госпожа, сейчас только ранняя весна, поэтому оставлять окно открытым было моей ошибкой! Тонкие ладошки быстро захлопнули внушающие размером створки, перекрывая ход прохладном весеннему ветру. Служанка пригладила фартук, возвращаясь на свой пост. До этого молчаливая девушка вдруг заговорила. —Барбара была сегодня на занятиях? Она вернула взгляд в стопку документов перед собой. —Да, госпожа Барбара присутствовала на занятиях магии и истории. Выждав небольшую паузу, служанка продолжила говорить. —Только вот сразу после них она попросила подготовить карету и уехала взяв с собой лишь свою личную служанку, отказавшись от охраны. Девушка нахмурилась. Это повторялось уже не во второй и не в третий раз, что заставляло её напрячься. Словно что-то вспомнив, служанка вновь начала говорить. —Вам так же пришли несколько писем, одно из них приглашение на приближающийся весенний бал-маскарад. Попросить дворецкого принести их? —Да, пожалуйста. Поклонившись в знак уважения, она покинула кабинет. За дверью слышался удаляющийся звук шагов. Блондинка тяжело вздохнула, откидываясь на спинку стула чуть прикрывая глаза от недосыпа. С тех пор, как она стала герцогиней, работы стало действительно много, и у неё едва ли хватало времени на сон, не то что отдых. —"Ежегодный бал-маскарад устраиваемый императором. Я не могу проигнорировать личное приглашение от солнца империи, придется идти.." Не заставив себя долго ждать, служанка вернулась с пачкой писем в разноцветных конвертах, но лишь один, самый верхний, сиял ярче всех ярко-золотым сиянием. Коротко поблагодарив, девушка хотела выпроводить помощницу, но перед выходом она успела кое-что сказать. —К слову, госпожа Джинн. Пока я искала дворецкого, видела в окне карету юной госпожи. Герцогиня лишь коротко кивнула, давая понять, что хочет остаться одна. Между её бровей образовалась маленькая морщинка. Её очень волновало то, что её младшая сестра стала намного реже разговаривать с ней после смерти родителей. Последний месяц и вовсе уезжает в неизвестном направлении без стражи. Джинн понимала, что она очень тяжело переживает кончину родителей, и не могла подступиться к ней. Ей в голову даже приходила мысль приставить шпиона к сестре, чтобы безопасно выяснить, куда та пропадает, но просто не могла так эгоистично лишить подростка его законного личного пространства. Отбросив все мысли из головы, блондинка вновь взялась за письма, читая одно за другим. В частности это были приглашения на чаепития, иногда на празднование именин. Герцогский род Гуннхильдр был очень влиятельным в империи, и наиболее приближённым к императору, так что многие хотели пригласить к себе на прием герцогиню или же леди данной фамилии. Однако сама Джинн очень редко посещала приёмы, если они не являлись обязательными для аристократов, ведь она была очень занята работой. Наконец очередь дошла до последнего золотого конверта с печатью самого императора, Барбатоса. В письме он приглашал сестёр на весенний бал. В конце письма была указана дата и время проведения, а так же дресс-код. —"Маскарадная маска. Как неожиданно." Перечитав письмо ещё пару раз, она сложила его и вернула в конверт. —"Полагаю, нужно посетить ателье." ... Спустя несколько дней Джинн уже примеряла наряды, сшитые специально на заказ для бала. Меняя уже четвертый подряд, служанки подправили последние штрихи, делая два шага назад, любуясь проделанной работой. Встав напротив зеркала, герцогиня начала осматривать творение портных. На ней было надето голубое длинное платье до пола, из гладкой переливающейся атласной ткани, которое отлично подчеркивало её бедра, свободно стекая аккуратными складками вниз. Руки украшали белые перчатки по локоть из полупрозрачного кружева, которые отлично добавляли открытые плечи и корсет с драпировкой. На её лице отобразилось настоящее восхищение и изумление, чего она давно не испытывала по отношению к одежде. Платье не было слишком вычурным, но и простым его не назвать. Определившись с выбором, девушка выбрала почти первопопавшуюся карнавальную маску, которая была предложена к этому наряду, чтобы не терять времени, и покинула ателье, попросив отправить покупки в имение. По дороге к герцогству, тихо едя в карете, Джинн достала свой блокнот, сверяя оставшуюся работу и прочие мелочи. Не отрываясь от текста, она спросила служанку, сидящую напротив: —Барбара уже определилась с платьем и маской? —Да, госпожа. Последовал быстрый ответ. —Мисс Барбара была очень воодушевленна и с радостью примеряла все представленные наряды. Она выглядела очень счастливой, видимо очень долго ждала этот бал. Мысленно улыбнувшись, девушка немного расслабилась, что её сестра начинает справляться с утратой и жить полной жизнью. Оставшаяся поездка прошла тихо. ... Последние дни до бала прошли почти незаметно, Джинн все так же была погружена с головой в бумаги, а Барбара продолжала по несколько раз на неделю уезжать из поместья в неизвестном направлении. И вот наконец-то наступил тот день, когда что-то в жизни сестёр Гуннхильдр пошло не так. Приблизившись к главному входу, герцогиня метнула взгляд на поникшую Барбару, которая то и дело всю дорогу лишь с пустотой смотрела себе под ноги. Не сумев подобрать подходящие слова, она лишь коротко сказала: —Постарайся сегодня держать лицо. После чего внушаещего размера двери распахнулись, позволяя им войти. Успели их ноги только ступить на порог, как по залу звонко разнеслось: —Прибыли леди и герцогиня Гуннхильдр! Джинн натянула принятую обществом улыбку, краем глаза проверяя сестру. Голубоглазая девушка тоже широко улыбалась. Расслаблено выдохнув, блондинка ушла вглубь банкетного зала, аккуратно утягивая за собой младшую. Десятки любопытных аристократических глаз впились в эту пару. В тех, кто после трагедии семьи так и не появлялись в светских кругах до сегодняшнего дня. Они отслеживали каждое движение, манеру речи, одежду. Все, за что можно было зацепиться для новой волны слухов. Являясь одной из самых влиятельных семей, Джинн уже давно привыкла к подобным взглядам, прожигающим спину, но сегодня было особенно невыносимо ощущать это на себе. Удостоверившись, что Барбара в состоянии вести светские беседы сегодня, герцогиня поправила маску, и хотела уже расслабиться, стоя у окна, как к ней незаметно подкрались светские дамы. Теперь появилась новая задача, держать лицо при разговоре, отвечать на каверзные вопросы без последствий и не дать зародиться слухам. —Ох, я так рада наконец-то видеть вас, герцогиня Гуннхильдр! Вас так долго не было на приëмах, но я рада, что вы смогли оправиться после трагедии. Ужасно соболезную.. Женщина наигранно состроила печальную моську, прикрывая половину лица веером. —Я бесконечно благодарю вас за соболезнования, графиня Краузе, это была действительно большая утрата для меня и моей сестры.. Вырвав момент неловкого молчания, Джинн воспользовалась ситуацией, совершая побег из светских бесед, которые она так не любила и избегала. —Прошу меня простить, но мне стало немного дурно из-за духоты, отлучусь на балкон до появления императора, приятного вам время препровождения. И не дождавшись ответа, она развернулась, уходя в сторону лестници, вальяжно покачивая бедрами. На последок обернувшись, девушка невольно столкнулась взглядом с владельцем чёрной маски, из под которой на неё смотрели цепкие алые глаза. Ярко-красные пряди собранные в хвост спадали на плечи, а руки были скрещены на груди. Даже когда он был застигнут врасплох, мужчина не отвёл взгляда, продолжая наблюдать. Продлевать гляделки Джинн была не намерена, поэтому продолжила неспешно подниматься по лестнице, но она бы соврала, если бы сказала, что не придала этому значения. Дойдя до балкона, герцогиня зашла внутрь, облакачиваясь локтями на поручень, ловя лёгкие порывы ветра и расслабляясь. Тут в её голове вновь всплыл образ загадочного мужчины. Немного натянув свою память, она вспомнила герцогский род Рагнвиндр. —"Дилюк Рагнвиндр.. Да, мы уже знакомы." Не успела Джинн развить мысль, как с банкетного зала начала доноситься музыка, которая означала о прибытии императора, созывая всех аристократов поприветствовать солнце империи. И как было положено, герцогиня не стала исключением, поэтому не очень то и с охоткой, блондинка покинула излюбленный балкон, спускаясь вниз по лестнице в ожидании.