Обет неприкосновенности (NN)

      Гарри и Гермиона наконец поженились. Их свадьба была прекрасна: друзья, искренние улыбки, тосты за счастливое будущее и пожелания скорейшего пополнения. Но когда гости разошлись, и они остались одни в своём новом доме, Гарри вдруг взял Гермиону за руку и произнёс слова, от которых у неё кровь застыла в жилах.       — Я клянусь тебе, Гермиона, — серьёзно сказал он, глядя ей прямо в глаза, — что никогда не дотронусь до тебя даже пальцем. И уж тем более… не лягу с тобой в одну постель. Секс — это грязно. Нечто пошлое, животное. Наша любовь должна — обязана — быть чистой.       Гермиона почувствовала, что земля уходит из-под ног.       — Ты… ты шутишь? — прошептала она, надеясь, что это какой-то странный розыгрыш от её мужа.       Но Гарри лишь покачал головой, взгляд его зелёных глаз был твёрдым, фанатично уверенным.       — Я всё обдумал. Наш брак будет духовным союзом. Без телесных искушений.       Гермиона отшатнулась, её сердце бешено колотилось. Она представляла себе их первую ночь совсем иначе. Любовь, страсть, близость… А теперь перед ней стоял человек, который называл это грязью.       — Ты… ты вообще понимаешь, что несёшь?! — голос её дрожал. — Мы только что поклялись друг другу в вечной любви! А ты… ты предлагаешь мне жить как монахи?!       — Именно так, — кивнул Гарри. — Наша любовь выше плотских желаний.       Гермиона резко вырвала руку.       — Это не любовь, Гарри! Это… это издевательство! — её глаза наполнились слезами. — Я не согласна на это. Ни за что!       Он нахмурился, будто не ожидал такого сопротивления.       — Ты дала клятву. В горе и в радости…       — Да, но не в безумии! — крикнула она.       В голове пронеслись мысли: «Как он мог скрывать это? Почему не сказал раньше? Что мне теперь делать?»       Гарри стоял непоколебимо, словно каменная стена.       — Я не изменю своего решения.       Гермиона сжала кулаки. Если он думал, что она смирится с этим — он сильно ошибался.       — Тогда, Гарри Поттер, — прошипела она, — наш брак продлится ровно до утра.       И, развернувшись, она хлопнула дверью спальни, оставив его одного с его «чистой» любовью.