Глава 1. Сон, ставший началом.

Утро явно не задалось – упав с кровати из-за третьего кошмара за ночь, я взглянула на часы, стоящие на тумбе, стрелки показывали без пятнадцати пять. Рассудив, что четвёртого кошмара моя нервная система точно не переживёт, я решила пойти в душ, чтобы взбодриться. Плитка была сырой и холодной. Когда я наступила на неё босыми ногами, меня пронзил озноб. Я встала под старую, ржавую лейку, которая, казалось, так и норовила упасть мне на голову, и повернула кран. Едва тёплая вода слабыми струйками потекла, обвивая моё тело, словно змея. Я обтёрлась полотенцем, вытерла влажные волосы, и, пройдя голышом на кухню, наклонилась к желтоватой дверце гудящего холодильника, внутри оставалось одно яйцо и коробка с остатками молока. Значит, омлет. Придётся выйти из дома и купить продукты, а то выгляжу как живой труп. Хотя можно ли так говорить в отношении того, кто уже сдох? Усмехнувшись, я кинула короткий взгляд на выпирающие кости таза, рёбра и практически плоскую грудь. Плевать, всё равно денег немного осталось. Я разбила яйцо на раскалённую сковороду, молоко, к великому сожалению, просрочилось ещё пару месяцев назад, так что пришлось его выкинуть. Проглотив половинку яичницы и накинув старый халат, я достала сигарету из помятой пачки, вдохнула табачный дым, и держа её в руке, упала на кровать. У меня просто не было сил ни на что. Хотелось спать, но преследующие меня сонные параличи и кошмары заставляли содрогнуться от мысли о том, чтобы вздремнуть. Так что я просто смотрела в потолок, курила и пересчитывала грязные пятна, появившиеся от сырости, смога и недобросовестных соседей сверху, в который раз подряд. Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Один, два, три, четыре, пять, шесть, семь… Один, два, три, четыре…

…

С потолка что-то капало. Кап-кап. Непонятная густая субстанция образовывала на полу алую лужицу, становясь всё больше и больше. Кап-кап. Я казалась себе бесконечно маленькой по сравнению с этим пятном, и сделав шаг вперёд, пол под ногами внезапно исчез, и я провалилась. Падала я, наверное, час. Или десять. Честно говоря, в течение моего длительного полёта я не могла здраво осознавать время. Повсюду раздавались голоса, бессмысленные обрывки фраз. Они гудели в моей голове, кричали вокруг и били набатом по вискам. — Доченька, зайди домой поешь! — раздался ласковый голос матери. Я зацепилась волосами за какую-то сухую ветку, та оторвала несколько шелковистых прядей. — Это растение называется белозор, — произнёс басовито отец. Я заворожённо вспомнила цветок с пятью нежными белыми лепестками и золотыми тычинками посередине. Он источал сладкий медовый аромат. Что-то схватило меня за ногу и резко дёрнуло. Образ из воспоминаний стал расплываться, а после вовсе исчез. Моё тело вновь устремилось вниз, и когда я увидела, что скоро достигну дна пропасти, я сильно зажмурила глаза, словно это бы помогло избежать боли. Внезапно меня поймали чьи-то сильные руки, и моё падение оказалось донельзя мягким, словно я была пёрышком. — Попалась, — прошептал тихий голос с приятным баритоном прямо мне в ухо. Я покрылась мурашками. Животный ужас накрыл меня с головы до ног, и я вырвалась из гадких объятий, упав на жёсткий пол. Я приземлилась на колени, разодрав их до крови. Только сейчас я заметила, насколько длинными стали мои волосы. Доставая до пят, тяжёлые и густые, они свисали возле лица и лежали на полу, словно путы, они не давали мне вздохнуть, тёмные завитки обвивали руки и ноги. Наконец, я встала и огляделась вокруг. Это была небольшая песчаная бухта, ограждённая высокими, острыми скалами. Я вышла к небольшому каменному выступу, ощущая, как маленькие камешки неприятно царапают ноги, и вгляделась в воду. Вода была багряно-красной, словно смесь крови и заката, как будто предупреждая о том, какую опасность может хранить глубина, но также, как и настораживала, она завораживала своей умиротворённостью. Волн не было, и ветер не смел нарушить этот мрачный покой. Я медленно опустилась на край выступа и погрузилась под воду, почувствовав, насколько она была густой и горячей. Я не могла вспомнить, что это мне напомнило, но поёжилась. Всё вокруг окрасилось в алый цвет, я с некоторым усилием разводила руками и ногами. Я гребла, гребла, гребла… Силы уже были на исходе. Волосы, пропитанные густой бордовой жидкостью, тянули меня на дно, как сети. Я уже скорее просто барахталась, но, конечно же, это не помогало. Вдруг море наклонилось вбок, и словно попав в водопад, я полетела вниз. На меня уставились чьи-то огромные красные светящиеся глаза. Они пронзали пугающим цепким взглядом. Устав бороться, я отдалась быстрому течению, и поток выкинул меня в какую-то пещеру. Меня выбросила мощная волна, и я пару метров прокатилась по чему-то мягкому и скользкому. Волны ушли, а врата пещеры желтоватого цвета с громким клацаньем закрылись.

…

Я снова упала на пол. Короткий взгляд в окно дал понять, что наступил вечер. Стоило отправиться за продуктами, пока окончательно не стемнело.

…

Выдыхая табачный дым, я с сожалением посмотрела на догорающую сигарету. Мне нравится курение, оно дарит спасительный покой, хоть и ненадолго. Затяжка, и я прикрываю глаза. Затяжка, я уже нахожусь где-то не здесь. Затяжка, я там, где бы сейчас хотела быть, где хорошо. В последний раз я вдыхаю и открываю глаза. И вот я снова на этом месте. Похоже, прошла целая вечность. Ощущение пустоты, прерывающееся разве что виной, словно кислота разъедает меня изнутри – внутренности, кости, мышцы и почти доходит до кожи, оставляя её как грёбаную оболочку целой и невредимой, чтобы создать видимость того, что с тобой всё нормально. Кошмар, приснившийся мне сегодня, взбудоражил меня ни на шутку. Казалось бы, какие ужасы мне только ни снились, и этот просто очень странный сон не должен был стать чем-то особенным. Но что-то в нём меня зацепило, растрясло мой мозг, давно превратившийся в желе и способный выполнять только самые базовые функции. Я чувствовала ужас, тело вырабатывало адреналин, пульс учащался, меня покрывал холодный липкий пот. Парадоксально, но мне это понравилось? С одной стороны, да, это было страшно, но с другой… я что-то чувствовала, даже если эмоция была негативной. Когда поздним вечером я шла по одной из улиц Пентаграмм Сити, неся в руках пакет с продуктами, и увидела в витрине магазина множество экранов, ослепляющих своими яркими движущимися картинками, я на секунду остановилась. Счастливый отель. И хоть название было так себе, звучало неплохо. Место, с помощью которого ты получишь искупление и попадёшь в рай. (А заслуживаю ли я искупления?) Я поспешила обратно в свою старенькую квартирку, взяла одежду, зажигалку, вскрыла одну из сгнивших половиц и достала оттуда запас денег и сигарет на чёрный день, запихала все вещи в старую, походную сумку. Меня несла жажда эмоций, зияющая дыра в груди сжирала всё, не оставляя мне ни капли и требовала ещё. Я подошла к зеркалу, взглянула на свои волосы, накрутила прядку на палец. Моё лицо скривилось в неприятной гримасе. Отвратительно. После взгляд упал на оленьи ушки, выглядывающие из густой копны, и я тяжело вздохнула. Щёлкнула пальцами и внешность преобразилась: теперь у меня было блондинистое гладкое каре, отрезанное словно по линеечке, уши стали человеческими, крупные очки в чёрной оправе, цвет глаз, отдающий в рыжину, а на голове виднелись короткие демонические рожки. На теле милое чёрное платьице с разными рюшами, полностью закрывающее ноги, кожа стала красноватой. Так безопаснее. Посмотрела на сумку и снова щёлкнула пальцами – она стала маленькой и аккуратной женской сумочкой. Подхватила её и быстрым шагом вышла из квартиры, громко хлопнув дверью.

…

Кто же знал, что, когда я постучусь в дверь отеля, мне откроет сам-мать-его-Аластор. Какого чёрта он вообще забыл в таком месте? В жизни не поверю, что он здесь за искуплением. — Добро пожаловать в отель, дорогуша! — весёлым тоном воскликнул он и, приобняв меня за плечо, потащил в отель, не обращая внимания на то, что я со всей силы упёрлась пятками в землю и не собиралась делать и шага. — Неужели наш первый постоялец после рекламы?! — с намёком на визг, радостно сказала девушка с милыми красными щёчками, которую я видела по тв. — Я Чарли, владелица этого отеля. Тебе здесь точно понравится! Этот отель… — начала тараторить она, пока всё ещё с силой пожимала мне руку, скорее мотая её во все стороны от волнения. — Кстати, как тебя зовут? — М-меня? — я начала слегка заикаться и не сразу поняла, о чём меня спросили. — Ну да, а кого же ещё? — Чарли смотрела на меня своими огромными глазами и улыбкой на лице с ожиданием, когда я представлюсь. Стоп, а как меня зовут? Я ведь не могу назвать своё настоящее имя. Я бросила быстрый взгляд на Аластора. — Эмма. Меня зовут Эмма. — я постаралась дружелюбно улыбнуться. Пульс стучал набатом в ушах. Спокойно, он не мог узнать меня, я выгляжу по-другому. Может, он вообще меня не помнит? Как же я надеюсь, что это так. Это была пиздец какая херовая идея. У меня задёргался глаз.