5

Против толпы Микаса оказалась слаба. Кое-кому она поцарапала лицо, кого-то укусила. Но все были живы. Кроме Армина. И Жана. Эрен никак не мог перестать об этом думать. Может, если бы он понял намеки Армина, тот был бы жив? Если бы он сказал что-нибудь Жану… Микасу заперли в подвале. Она молчала, не отвечала на вопросы. Командор дал знать полиции, и надо было дождаться, когда они приедут и заберут ее. Микасу будут судить за два убийства. Леви сказал, что ее ждет виселица, скорее всего. Эрену, несмотря на пережитый ужас, не хотелось видеть ее мертвой. Все-таки это Микаса. Они дружили. Может, и не только дружили бы, сложись все чуть иначе… Нужно было пополнить запас дров. В лес отправились вчетвером: Эрен, Конни и Саша, Леви. Командор сказал, что после всего не стал бы рисковать и попросил Леви сопроводить рядовых. Вот и пошли вчетвером. Конни и Саша ушли вперед, весело болтая. Эрен понимал, что это — напускное. И Конни, и Саша были напуганы. Саша вот второй день почти не ела. Но так они поддерживали и успокаивали друг друга. Эрен плелся за ними, стараясь ни о чем не думать. Леви замыкал шествие. Вдруг Саша и Конни остановились и закричали. Эрен и Леви поспешили к ним. Около толстой березы лежала… — Это Микаса! — выдохнула Саша и опустилась на колени. Она разгребла листья, прикрывающие труп, спугнула ползавших по нему мух. Микаса лежала на земле в какой-то странной, неестественной позе, будто перед смертью ее выжали, как мокрую тряпку. Ее обнаженное тело все было покрыто следами зубов и когтей. Рядом лежал сломанный нож, который она носила с собой на всякий случай. Глаза ее были широко открыты и смотрели с ужасом и отчаянием. Как у Жана, вспомнил Эрен. Лицо ее почему-то не тронули ни мухи, ни черви, и это точно была Микаса. Ее раскосые темные глаза, ее волосы, губы и нос. Микаса. Эрен долго смотрел на нее, на траву вокруг. Крови он не видел. Зато заметил что-то черное. Вроде дегтя. — Если это Микаса, — медленно проговорил Леви, — то кто у нас в подвале?