Глава 4.2

Наши герои так и остались в пещере. Но история не только зацикливается на них, правда же? На улице всё так же лил дождь. Солнца не было видно от пелены облаков. Но опустим пейзажи, ведь сейчас это неважно. Важно то, что находится в этом непримечательном доме. Дом был обычным: белые стены с тёмно-коричневыми ставнями, крыша из кирпичных пластин. В окнах виднелись занавески, такие кружевные, будто их связали крючком. За шторами горел тихий тёплый свет. На столе, что стоял около окна, лежал конверт. С восковой печатью, только чёрного цвета. Из конверта торчали несколько алых роз и записка. Довольно высокая тень упала на записку, после была зачёркнута ручкой, прямо резко и раздражённо. За окном прогремела молния. — «Не то, всё не то...» — процедил сквозь зубы силуэт. — «Он не понимает! Ничего он не понимает, мне нужна ещё одна!» — прокричал он и схватился за голову руками. После схватил из чернильницы перо и кинул в сторону. Перо со свистом вонзилось в обои, испачкав их чернилами. — «Ха-ха... ха-ха...» — нервно посмеялся он. — «Ему сложно же подцепить какую-то шмару?» — он выдохнул и с грохотом опустился на стул. — «Почему всё идёт не по плану?» Он устало выдохнул, по нему было видно, что он нормально не спит. Да и его одежда подчёркивала его состояние: мятая чёрная рубашка, а на ногах чёрные спортивные штаны. Он, опрокинув голову назад, смотрел в потолок, обдумывая ситуацию. За окном дождь всё ещё лил и не собирался останавливаться. Послышался гром. — «Ладно..... Разберусь», — успокоился он, взяв со стола чашку с остывшим чаем. Дождь за окном всё усиливался, редко проблескивали молнии. — «Завтра 18 октября.... символично... На день рождения обычно мужчины дарят цветы, да?» Он тихо рассмеялся. Он встал настолько резко, что кресло отъехало прямо к той стене, где было перо. Перо же упало на подушку кресла. Мужчина оглядел комнату и быстрыми шагами пошёл к лестнице, спустился ниже. И дрожащими руками достал связку ключей и попытался открыть дверь, всё время не попадая в замочную скважину. Но следующая попытка была успешна, и он открыл дверь. И с холодной улыбкой на лице зашёл в комнатку со словами: — «Ну как ты там, именинница, готова к моему подарку?» — Он тихо посмеялся, его смех был ужасен. Он был мерзким, холодным, с нотками безумства. Мужчина закрыл за собой дверь, медленно, будто растягивая удовольствие, следя горящими глазами за жертвой, как в её ангельских голубых глазах гаснет огонёк надежды. Это была полуподвальная комнатка с белыми стенами и тусклой лампой. На стенах висели часы, которые ровно отсчитывали свой ход. Время на часах: 15:32. Пол был деревянным, аккуратно застеленный клеёнкой. На полу сидела девушка. Её длинные тёмно-коричневые волосы аккуратно были уложены в локоны.Причёску ей сделали недавно, так что она не успела рассыпаться в небрежную мочалку волос. Тёмные локоны падали на плечи, с которых спадали лямки нежного белого платья с цветочным рисунком. -«Виолетта» - нежно позвал ее мужчина,своим хриплым тихим голосом. Виолетта залилась в верёвках,что аккуратно, но в тоже самое время крепко связывали ее тело. Она пыталась отполсти от мужчины, что то мыча в грязную тряпку в ее рту. Из рта у нее потекла слюна, что капнула с ее щеки на плечо. В груди было мерзкое чувство страха, что окутывало её тело. Руки и ноги дрожали мелкой дрожью, а кисти сводило от крепкой верёвки. — «Ну что же ты, милая?» — присел мужчина к ней, взяв её подбородок в руку. Его холодные пальцы жёстко схватили её и притянули к нему. Его дыхание коснулось её лица, от него пахло чаем и бумагой... Он наклонился к её уху и прошептал: — «Разве ты не рада? Завтра твой день рождения», — он усмехнулся. Его смешок разнёсся по комнате. Хоть там не было эха, его смех был слышен от тишины, что стала царить в комнате. Он опустился ниже к её шее. Близко. Мерзко. По её телу прошёлся рой мурашек. - «Я сделаю его незабываемым», – прошептал он, прикусив её шею. Но после резко выпрямился, швырнув девушку на пол. - «В отличие от твоей подруги, ты мне не нужна идеально чистой», – он рассмеялся. Этот смех будто резал тишину после случившегося. - «Значит, можно и расслабиться», – медленно процедил он, подходя к огромному шкафу из дуба. Шкаф был резным, покрытым лаком. От него пахло деревом и лаком. Сам шкаф был закрыт на замок. Этот замок с шумом упал на пол. Мужчина медленно отурыл шкаф, доставая кейс и кладя его на полку. В кейсе была бархатная подложка, что обволакивала инструменты, которые находились в нем. Силуэт мужчины достал из кейса скальпель. Скальпель был маленьким и удобно ложился в руку. Металлический цвет отражал свет от единственной лампы и приятно бликовал. Он потянулся к полке, что была примерно метр в высоту и в длину. Там стояла ваза, расписанная синей краской. В ней стояли разные цветы: фиалки, розы, ромашки, астры и другие цветы. Их было такое разнообразие, что эта маленькая ваза была похожа на салют. А рядом с вазой была маленькая морозилка. Что было удивительно... морозилка в подвале? Что ж, узнаем, что там. Мужчина развернулся от шкафа и то ли мило улыбнулся, то ли оскалился: — «Ты же увлекаешься ботаникой, и вроде у твоих родителей есть своя пасека, на которой ты жила в ранние свои годы», — он прищурился, его улыбка стала уже и холоднее. Он подошёл к ней, в его руках что-то сверкнуло. -«Ну что же ты, не бойся», — он сел к ней. Виолетта попыталась отползти, но её притянули ближе к нему. — «Я-то всего лишь тебя украшу», — тихий смех раздался около ее уха. Он медленно прислонил скальпель к ее тонкой коже. После нанес глубокий порез, по коже Виолетты потекла струйка крови, а по щекам – слезы. Тряпка скрыла крик боли и отчаяния… «Тише, тише», — шептал он ей на ухо, будто успокаивал ребёнка, после нанося ещё один глубокий порез. Он изменил позу и провёл линию по её ноге, глубоко задевая нервы и мышцы. Тряпка уже не смогла скрыть крик Виолетты. Мужчина медленно продолжал наносить порезы по её телу; кровь текла медленно, горячо. Тело девушки холодело от страха и от ран, так что кровь казалась лавой, что прожигает её тело. - «Ох, ты почти всё... Так нельзя!» — Расстроился он как ребёнок. Его чёрная одежда была в крови, а руки особенно. Он встал, подошёл к вазе, спустил её вниз и поставил её около девушки. — «Но не расстраивайся, Вио... Ты будешь главной персоной завтрашнего дня», — он тихо рассмеялся и взял алую розу. У розы были сняты листики, и её довольно короткий стебель казался каким-то голым. Мужчина взял эту розу, повертел в руках и засунул короткий стебель в один из порезов на коже. Раздался крик сквозь тряпку. — «Вот тебе мой букет, дорогая Виолетта», — он начал выбирать цветы и медленно, будто флорист, вставлял в порезы короткие стебли цветов, после и листьев. Кровь текла рекой, пачкая всё: платье девушки, цветы, клеёнку на полу, одежду мужчины. Он выпрямился, оглядывая своё творение, а после проверял слабый пульс жертвы. – «Великолепно» - дрожащим голосом процедил он: «Остался один штрих». С этими словами он подошёл к морозилке и достал оттуда банку. Он подошёл к Виолетте, или к тому, что получилось из неё, и вытащил изо рта тряпку, выбросив её в сторону.Открыл ее рот,оттянув челюсть в низ и высыпал туда содержимое банки. После всунул в глотку пион. - «Не смей глотать», - жёстко и холодно сказал он; девушка из последних сил держалась. Но он достал остатки комочков и засунул их ей в уши. — «С днём рождения, Виолетта!» — он хмыкнул, встав с колена и вышел из комнаты, прикрыв дверь за собой. Оставив девушку там, в комнате. В комнате часы пробили 17:20.