Часть 6

Предсказания мага оказались очень точными: всё сбывалось! По крайней мере у Маомао. Про то, каким способом можно использовать подушку, она узнала когда-то от господина Джинши. В тот день он позвал Маомао к себе в комнату, чтобы в очередной раз поцеловать. — Ты знаешь, что на подушке не только спать можно? Есть и другой способ её использования, — сказал Джинши. — И какой же? Маомао сжала подушку в руках, уже догадавшись, что хочет сказать Джинши: она всю неделю думала об этом способе! Можно подумать, она глупая, не понимает, что именно Джинши затеял, как именно он хочет поиграть. — А ты точно хочешь это услышать? — уточнил он, взяв со своей кровати другую подушку и положив её на свои колени. — Подозреваю, что если скажу об этом способе, то у тебя сорвёт крышу так же, как в доме волшебника, — он усмехнулся. — А что, я бы хотел, чтобы это случилось с тобой снова. Мне понравилось, как ты вела себя тогда. Его издевательская ухмылка вызвала у Маомао волну неприязни: лучше бы он не болтал, а делал то, что задумал. Чем больше они тянут, тем больше она хочет наброситься на него. Похоже, эти манипуляции и были частью плана Джинши по соблазнению Маомао: когда-нибудь она сорвётся и станет инициатором того, что он от неё хотел. Не он будет подчинять её себе, а она его. Такая игра будет точно интересной! Но пока было так, как есть. Дни Маомао проходили обычно: она выполняла свои обязанности служанки и дегустатора, иногда расследовала какие-нибудь несложные дела. Короче говоря, привычная для неё рутина. Была бы привычной, если бы не тот факт, что с каждым днём её самочувствие становилось всё хуже и хуже. Она могла ходить, могла есть, могла делать то, что делала обычно, но что-то в её теле было не так. Когда Джинши вызывал её за чем-нибудь, тело отзывалось острым желанием… Желанием секса. Маомао, отогнав все похотливые мыслишки, выслушивала новое поручение от Джинши, получала поцелуй в губы, который для неё превратился в настоящую пытку. Обычный чмок! Но он вызывал в её теле такую бурю эмоций! Она с трудом отрывалась от губ Джинши и шла по делам. «Как же долго я буду это терпеть? Сколько ещё продержусь? Всё равно в конце концов придётся бежать к нему и просить о помощи», — подумала она, вспомнив слова в своей записке. Без Джинши Маомао придётся несладко. Она это знала, но игнорировала предсказание, пока желание не стало таким сильным, что она проснулась утром вся потная. Дотронулась до своей промежности. Там было очень горячо и очень влажно. Но свои прикосновения не помогут, нужен Джинши. И срочно! И она побежала к нему. Но сил было мало, поэтому пришлось не бежать, а идти. Она надеялась, что Джинши не занят ничем с утра. Он сидел за столом в своём кабинете, разбирал бумажки. Увидев запыхавшуюся Маомао, попросил Гаошуня выйти. — Господин Джинши, — произнесла слабым голосом Маомао, чуть ли в обморок не упав. Если он немедленно к ней не прикоснётся, она точно умрёт в худшем случае, в лучшем — превратится в кошку и будет жить в этом облике до конца своих дней. — Маомао, что это с тобой? — ужаснулся он. На ней лица не была. Бледная, с тёмными кругами под глазами, Маомао кое-как проковыляла к Джинши и схватила его за тёмно-синий рукав накидки. — Господин… мне… очень плохо… — произнесла она, сглатывая после каждого слова, словно хотела пить. В каком-то смысле так и было, только жажда её мучила иного рода. Воды ей не хотелось, а хотелось… Она оглянула господина Джинши с головы до ног, коснулась пальцами пояса. — Так что с тобой случилось? — Джинши обхватил её лицо руками, заглянул Маомао в глаза. Она уронила голову, вздохнула. — Мне нужны вы… Не поцелуй. Его мало будет. Мне нужны ваши прикосновения, — попросила она, понимая, что это последний шанс, иначе она правда умрёт. Без его рук на своём теле. Это и было предсказание, которые волшебник оставил в её записке: Маомао не сможет избавиться от облика кошки, если не попробует заняться любовью с господином Джинши. Свой голод она сможет утолить только с ним. Ей хватило бы только мимолётного прикосновения там, даже через одежду. — Помните вы говорили про подушку. Давайте используем её прямо сейчас. Джинши долго упрашивать не пришлось, он понял, в чём дело. Что-то такое и должно было произойти. Волшебник правду в записках написал: пророчество сбывалось. Джинши схватил Маомао за руку и повёл в свою спальню. Приказал никому не входить. Посадил Маомао на кровать, нагнулся к её ногам, приподнял юбку. Маомао скользнула пальцами по руке Джинши, нежно, стесняясь. — Вы же не сделаете мне больно? — Нет. Будь спокойна, — безмятежно улыбнулся он. — Нам не обязательно использовать подушку. Я могу коснуться тебя пальцами. Согласна? — Наверное, да, — сказала она. — Да, согласна. Сделайте это. — Отлично, — Джинши развёл её коленки, проник рукой под юбку и дотронулся двумя пальцами до белья. — Мокрое, — произнёс он, облизав губы. — Так это и есть твоё предсказание? Тебе плохо без моих прикосновений. — Угу, — всхлипнула она, вцепившись руками в покрывало. — Похоже на то. Ах, господин. Надавите на клитор, пожалуйста! — Какая ты нетерпеливая, — сказал Джинши, лаская пальцами её промежность. — Я могу потрогать твою кожу? — Да, давайте, — попросила Маомао, едва соображая. — Мне нравится. Безумно. — А ты отказалась от секса со мной, — сказал Джинши, нырнув пальцами под мокрую ткань. — Знать, что ты такая из-за меня… Просто сносит крышу, — прохрипел он, сидя перед её коленями. — Хочу посмотреть. Он потянулся другой рукой к её юбке, чтобы поднять, но Маомао хлопнула его по руке. — Нет, — строго сказала она. — Не хочу, чтобы вы смотрели. — Хорошо. Тогда я ускорюсь, — его влажные пальцы прошлись между складками. Он скользнул к клитору, потёр его несколько раз. Маомао задрожала, согнувшись. Заскулила от удовольствия. Зуд наконец прошёл. — Мне нравится, что ты такая податливая. — Господин Джинши, ещё немного… прошу вас, — капризно попросила она, вцепившись в его плечи, чтобы удержаться от падения с кровати. Её буквально трясло от оргазма. — Д-да, да-да-да, да-а-а-а-а, — протянула она, запрокинув голову. — Ещё чуть-чуть. Ещё… — Сейчас ты кончишь, — сказал Джинши, с силой надавив пальцами на её клитор. — Как же это красиво, — восхитился он, увидев, как она прикусила губу, наслаждаясь лаской. — Кончай. Кончай же, Маомао. — Да-а, — и она завалилась без сил на кровать. Распахнула глаза, улыбнулась, пискнула со смеху, уткнувшись в кровать, повернула лицо к потолку. Джинши упал рядом. Его руки пахли телом Маомао, и этот запах был поистине божественным. Джинши поднёс ладони к носу, вдохнул. — Фу, что это вы делаете?! — Я… э-э, мне просто твой запах нравится. Вот и всё! — сказал он, обтерев ладони о покрывало. — Он приятный. — Только и можете пошлости говорить, — буркнула она. — Но спасибо вам. Меня со вчерашнего дня это чувство съедало. — Почему раньше не пришла, раз плохо было? — поинтересовался Джинши, улёгшись к ней боком и подперев кулаком щёку. — Нужно было прийти вчера и сказать: господин Джинши, удовлетворите меня. — Буду я ещё такое говорить. Я и сама могу удовлетворить себя, — сказала всё ещё упрямая Маомао. Джинши усмехнулся: ничего, скоро этого упрямства меньше станет. Он усмирит свою служанку. — Теперь я знаю твоё предсказание, — сказал он, сверкнув белоснежными зубами. — А ты моё не знаешь! — И вы моё не знаете. Это только часть предсказания. Остальная будет для вас загадкой, — сказала Маомао, дёрнув уголком губ: пусть мучается. Ишь какой! Думал, знает всё! — Ну ладно. Не очень-то и нужно мне знать твоё предсказание полностью, — пробурчал он, будто в самом деле обиделся, и улёгся спиной на кровать, скрестив руки на груди. — Лучше скажи: лес — это что-то вроде границы между нашим миром и волшебным? — спросил Джинши зачем-то: и так уже догадался, что размышляет в верном направлении. Он повернулся к Маомао, погладил её по мокрому лбу, хихикнул: — Не думал, что это тебя так вымотает. Маловато ты продержалась без меня. Она только вздохнула: кто же виноват, что у неё такое непостоянное тело? То спокойное, совершенно не требующее мужской ласки, то… как сегодня. Оно всё зудело! Особенно там, внизу. Маомао закрыла лицо руками и громко простонала. Лучше бы она вытерпела эту пытку. Вот зачем она пришла к господину Джинши? Могла бы и у себя в комнате о подушку тереться сколько душе угодно и телу тоже. Нет, надо было прийти к господину и доставить удовольствие не только себе, но и ему. Павлину самодовольному. Но другого выхода, увы, не было. Просто подушка оказалась бы недейственной, сколько о неё не трись. — Ладно тебе. Мне понравилось, как ты глаза закатила, когда кончила. Я аж сам кончить захотел, — он взял её за запястье, отодвинул ладонь от глаз. — Лицо всё ещё мокрое. И не только лицо, да? — он ухмыльнулся, прогулявшись взором по её телу до низа живота. — Хочешь, могу попросить приготовить нам ванну? Как ты на это смотришь? — он нежно провёл рукой по её голове. — Моя кошечка… Моя любимая кошечка… — проговорил, почёсывая пятернёй. — От ванны откажусь. Мне к себе нужно, — ответила Маомао, поднявшись. — Спасибо, что помогли с… — она стиснула губы, взглянула на Джинши. Тот улыбался, в ожидании ответа. — Помогли с тем, чтобы я окончательно в кошку не превратилась. — А ну иди сюда! — воскликнул он звонко, словно мальчишка, и стиснул её талию, уткнувшись в спину лицом. — Думала, уйдёшь так просто? — Да… — произнесла Маомао, поёжившись. Из-за его объятий у неё снова будто бы подскочила температура. — Господин Джинши, что-то не так, — сказала она, почувствовав давящую боль в животе. — Отпустите меня! Скорее! — запаниковала она. — Да брось ты! Никуда не отпущу. Хочу пообниматься. Я тебя слишком редко вижу, — прогнусавил он, потёршись щекой о её спину. — Маомао… такая мягонькая, словно подушка. Так и хочется затискать тебя. — Мне опять плохо. Только теперь… — она ужаснулась, вскинув руки. — У меня лапы вместо ладоней! Лапы! — закричала она, испугавшись. — Господин, ч-что происходит?! — Что такое? — поднял он голову. — Что там? Она повернулась к нему. Два уха выросли у неё из головы, нос превратился в чёрное треугольное пятнышко, из кожи потянулись зелёные волоски. — Что происходит? — она не знала, куда смотреть: то ли на себя и на свою резкую метаморфозу, то ли на господина Джинши, ища в его глазах ответ. И вскоре Маомао исчезла из комнаты Джинши. А на её месте оказался маленький зелёный котёнок, который жалобно, пугливо мяукал.