Альтаир

После квиддича он чувствовал себя отвратительно. Радовало и помогало только то, что Гермиона была рядом. Она всеми силами поддерживала его и отвлекала. Отец не общался с ним. Только мама писала ему и присылала сладости, как обычно. Он старался не расстраиваться, но внутри было так горько от того, что отец считал его недостойным общения. Внимания. Любви. Драко ощущал себя каким-то дефектным. И это мучило так сильно, что казалось, что он больше никогда не сможет избавиться от осознания собственной ничтожности. Он даже не хотел больше садиться на метлу. Не было желания летать и играть в квиддич. Конечно, он ходил на тренировки по расписанию, чтобы его не выгнали из команды. Но каждый раз он заставлял себя идти на поле. Он отодвинул тарелку с едой и поджал губы. Из-за этих нескончаемых мыслей аппетит опять пропал. Он уже несколько дней не мог нормально есть. Гермиона заметила перемену на его лице и сжала его руку, наклонившись к нему. — Всё в порядке? — шёпотом спросила она. Драко дёрнул плечом. Он даже не знал, что ответить. Да и что сказать? Что ему паршиво? Что ему жить не хочется из-за такого отношения собственного отца? Это глупо. У людей есть гораздо более ужасные и сложные проблемы. Кто-то голодает, кто-то умирает от болезни. Разумеется, чужие проблемы его совсем не волновали. Просто он пытался убедить себя в том, что это не так страшно. Что это не так обидно. — Драко, может, сегодня всё-таки погуляем? — улыбнулась ему Гермиона. Драко посмотрел на неё и увидел в её глазах надежду. Она действительно очень переживала за него, за его эмоциональное состояние и отношения с отцом. Он не хотел делать ей больно, так что решил согласиться. — Почему бы и нет? — хмыкнул он, видя, как её глаза начинают сиять счастьем. — Мы давно не выбирались вместе на улицу. Вскоре они покинули школу и спокойным шагом направились в сторону Чёрного озера — их любимого места на улице. Там они могли разговаривать на любые темы, не боясь, что кто-то подслушает их или помешает. Гермиона расстелила плед на мёрзлой траве, который захватила с собой из подземелий, и они сели, касаясь друг друга плечами и коленями. Драко смотрел на безмятежное озеро, наслаждаясь видом и покоем. Пусть в душе была буря, зато сейчас, в эту самую минуту, он был счастлив. Гермиона уже привычно положила голову ему на плечо, удобно расположившись рядом. Она прикрыла веки, не желая разрушать такой эфемерный момент, но им стоило поговорить и обсудить ситуацию с его отцом. Меньше всего ей хотелось расстраивать Драко, но, кажется, другого выхода не было. Она вздохнула и обратила внимание на сосредоточенное лицо друга. Он был таким красивым. Раньше такие мысли не приходили ей в голову, но сейчас это показалось ей вполне приемлемым. Ведь они друзья и могут восхищаться друг другом. Правда же? — Драко? Малфой фыркнул и взглянул на неё из-под опущенных ресниц. — Я всё думал, когда же ты не выдержишь. Она не удержалась и закатила глаза. — Ты ведь понимаешь, что мы не можем вечно избегать этого разговора? — Просто я даже не знаю, что сказать, кроме того что мой отец — сволочь. — Драко! — Хочешь сказать, что это неправда? — горько усмехнулся Драко. — Это так, и мы оба это знаем. — Я могу как-то помочь? — мягко поинтересовалась она, касаясь его плеча. Драко улыбнулся и слегка толкнул её в бок. — Просто будь рядом и никогда не меняйся. Она кивнула, снова прижимаясь к нему. Драко обнял Гермиону, и её сердце почему-то забилось быстрее. Как-то странно и непонятно. Словно ей стало немного некомфортно в его присутствии. Гермиона внутренне отмахнулась от этого, пытаясь перестать думать о такой ерунде.

***

Очередной матч. В этот раз между Слизерином и Когтевраном. Драко даже не нервничал. Он сжимал метлу в руке и смотрел вперёд. Остальные участники команды рядом с ним переговаривались между собой, не обращая на него внимания. Внезапно возле него появился капитан и оглядел его с ног до головы. — Постарайся не облажаться в этот раз, Малфой, — грубо сказал Маркус, начиная противно усмехаться. — А то твой папочка снова расстроится. Он не стал отвечать, но свободная рука сжалась в кулак. Ему нужна была Грейнджер, которая всегда знала, как его успокоить, но она была на трибуне, где ждала его победы. Нет, просто его самого. Драко знал, что Гермионе без разницы, выиграет Слизерин или нет. Ей было важно лишь то, что он счастлив и не пострадал. Это так подкупало. Так грело изнутри, что он не смог сдержать лёгкую улыбку. Но пора было выходить на поле, что они и сделали. Прозвучал свисток, и все игроки взлетели вверх, начиная игру. Матч длился уже несколько часов, но снитч так и не был пойман. Слизерин вместе с Когтевраном забивали голы друг другу — накал страстей был поистине высоким. Он смотрел по сторонам, отчаянно ища золотой мячик. Небо заволокло тучами, что говорило о приближающемся дожде. Драко ненавидел играть в дождь. К тому же видимость снижалась в несколько раз. Неожиданно он увидел снитч и резво полетел в его направлении. Ловец Когтеврана, Чжоу Чанг, заметила то же самое и спешила за мячиком. Драко вытянул руку, испытывая прилив сил. Раздался гром и следом хлынул дождь. Ничего не было видно дальше собственного носа. Он зажмурился, протирая глаза. Чанг остановилась, разглядывая его и местность вокруг них. В её глазах читалась досада и злость. Малфой пробормотал парочку ругательств, а потом увидел снитч. Это был его шанс. Он летел так быстро, как только мог. Чжоу сидела у него на хвосте, но Драко оказался возле золотого мячика раньше. Его рука сомкнулась на снитче, и он вскрикнул от радости. Подняв руку вверх, он услышал вопли толпы, которая поняла, кто именно выиграл. Диктор объявил победу за Слизерином и команда начала спускаться на поле. Его хлопали по плечу, поздравляя и хваля. Он чувствовал себя обновлённым. Было приятно оказаться в центре внимания благодаря собственной ловкости. Оказавшись в раздевалке, он разговаривал с охотником, не замечая, как к нему приближается капитан. — Малфой! — громко позвал его Флинт, и все посмотрели на него с удивлением в глазах. — Что? — не понял Драко, держа свитер в руках. — Ты больше не в команде, — ухмыляясь, сказал Маркус. В помещении образовалась тишина. Никто не смел нарушить её. Драко сжимал в руках мягкую ткань, даже не представляя, что ответить на это заявление. — Верни форму и скажи об этом Снейпу. — Флинт начал стягивать с себя вещи. — В чём причина? — он осмелился задать этот вопрос, начиная возвращаться к жизни. К злости, которая потихоньку захватывала его разум. — Я так решил, — твёрдо ответил Маркус. — Я поймал снитч, мы выиграли, — не успокаивался Драко. — Малфой, это решение капитана, ты будешь со мной спорить? Маркус злился. Его глаза превратились в щелки, а голос стал походить на металл. Драко тоже не мог держать себя в руках. Он откинул свитер и подошёл к нему. — Это ведь его приказ, верно? — тихо, но с яростью спросил он. Флинт сглотнул, не ожидая, что он всё так быстро поймёт. Драко хмыкнул, решая покинуть раздевалку. Он даже не сильно удивился. Быстро переодевшись, он оставил форму валяться на лавочке и хлопнув дверью, направился в сторону замка. — Драко! Он обернулся и увидел Грейнджер, которая спешила к нему. Драко слегка остыл, припоминая, что она обещала дождаться его после матча. Она поравнялась с ним и заглянула ему в глаза. — Что случилось? Ты очень… зол. — Меня выгнали из команды, — теперь его голос звучал устало. — Ты же выиграл! — возмутилась она. — Оказалось, это приказ отца. Гермиона ахнула. Её брови нахмурились, и она едва не заплакала от обиды за него. Подходящих слов не было, так что она взяла его за руку. — Флинт выпускается в этом году, в следующем будет новый капитан. Ты снова сможешь попробовать себя. Всё получится. Драко кивнул, понимая, что она права. — Да, наверное. Но, знаешь, я так сильно хочу хоть что-то ему сказать… Он недоволен мной и теперь лишает меня счастья. Почему он так жесток? Я ведь его единственный сын. Сказав это, он осознал, что именно его душило всё это время. Драко всегда видел разницу в отношении своего отца к другим людям и к себе. Если с чужими детьми он был приветлив, то с ним исключительно холоден. Драко даже не помнит, чтобы отец хоть раз улыбался ему просто так. Чтобы смотрел на него с любовью. Люциус предпочитал воспитывать его сурово, не показывая своей привязанности. Но это было неправильно. Даже в таком юном возрасте Драко это понимал. Он не хотел быть лишь проектом, попыткой реализовать самого себя через своего ребёнка. Он не хотел, чтобы Грейнджер грустила из-за него, поэтому закинул руку ей на плечо, ведя в школу. В честь победы в игре, в гостиной обычно устраивали вечеринку. Конечно, младшие курсы на них не пускали, но Драко и так не хотел туда идти. Он решил провести время с Грейнджер. Они пошли на Астрономическую башню и до самой ночи болтали обо всём на свете. Гермиона часто смотрела на него. Она подсчитывала его редкие родинки на лице, его пушистые ресницы. Разглядывала его серо-голубые глаза, которые всегда говорили ей больше, чем их хозяин. Она смотрела на него, не в силах оторваться. Сердце в груди опять стало стучать громче. Она делала вид, что не замечает этого. К сожалению, она считала себя достаточно умной и внимательной, поэтому уже начала догадываться, что именно с ней происходит. Но признаться в этом самой себе было невыносимо. Она не могла потерять своего единственного друга. Человека, который был ей по-настоящему близок. Заставив себя полностью закрыть эти непонятные и пугающие чувства, она слушала Драко, надеясь, что её улыбка не выдаёт её мысли и состояние. И так и было. Драко ничего не заметил. Он отдыхал и телом, и душой, находясь с ней на башне. И ему больше ничего не было нужно. Они говорили до глубокой ночи, успев увидеть, как первый снег сыплется с неба. Гермиона обрадовалась, ведь обожала зиму. Но потом она вспомнила, что скоро Рождество и каникулы, что означало, что Драко придётся вернуться домой. Это расстроило. И в этот раз она не стала бороться с грустью.

***

Драко с тоской смотрел в окно на проплывающий мимо пейзаж, гадая, что может ждать его дома. После того матча, на котором присутствовал отец, он ему больше не писал. Нарцисса тоже избегала этого разговора, предпочитая делать вид, что ничего не случилось. Он был в ярости. Хотелось что-нибудь сломать. Утешало только то, что Грейнджер была рядом всё это время. Драко спрашивал у матери, можно ли пригласить Гермиону к ним на пару дней после Рождества, но она ничего не ответила. Малфой подозревал, что ему дадут однозначный ответ лишь после пытки и многочасовых лекций о том, как сильно он позорит весь их род. Заметив его плохое настроение, Гермиона закрыла книгу и улыбнулась ему. — Драко, что такое? Ты сам не свой последние дни. — Отец, — буркнул он, не отрывая взгляд от природы за окном. Гермиона закусила губу, надеясь найти утешающие слова, но, как назло, ничего не пришло в голову. — Я думаю, всё обойдётся, — наконец-то сказала она. — Ты увидишь, что всё хорошо и получишь много подарков. Даже твой отец не сможет сопротивляться магии Рождества. Драко уныло хмыкнул. Он прижался лбом к стеклу. — Может, ты и права. Дальше они ехали практически молча, лишь изредка о чём-то переговариваясь. Когда они приехали в Лондон, Драко крепко прижал к себе Грейнджер, молясь про себя, чтобы ему разрешили пригласить её в гости после праздника. За ним явился домовик. Драко закатил глаза, уже приготовившись к «радушному» приёму дома. Он отпустил руку домовика, когда они оказались в холле Мэнора и услышал знакомые шаги. Мама выплыла из гостиной и поспешила обнять его. Он закрыл на мгновение глаза, радуясь, что хоть она не отреклась от него из-за проигрыша. — Драко, мне кажется, или ты немного похудел? — спросила она, разглядывая его заботливым взглядом. — Возможно. — Он пожал плечами, наблюдая, как мама приказывает домовику отнести его вещи в комнату и накрыть на стол. — А где отец? — Он ещё в Министерстве, — отмахнулась Нарцисса, гладя его по волосам. — Наверное, он сегодня задержится, так что будем ужинать без него. Драко кивнул и про себя усмехнулся. Конечно, отец задержится, ведь именно сегодня его единственный сын возвращается из школы. Можно было даже не удивляться. Это было предсказуемо. Нарцисса отправила его разбирать вещи, пока готовится ужин, и он сразу упал на свою кровать, наслаждаясь мягким матрасом. В Хогвартсе, разумеется, были менее комфортабельные условия. В целом, ужин с матерью прошёл хорошо. Она искренне интересовалась его делами, даже спросила про Гермиону, но пока так и не дала ответа на его вопрос, можно ли пригласить её в гости. Когда на часах было десять часов, отец наконец-то вернулся домой. Драко уже сидел у себя и читал книгу, которую ему одолжила Гермиона. Это была магловская история про хоббитов и орков, эльфов и людей. Малфой с трудом, но мог признать, что читалось очень увлекательно и было интересно наблюдать за развитием сюжета. Уже довольно давно его так не захватывала книга. Внезапный стук в дверь заставил его быстро спрятать книгу под одеяло и напрячься. Он сглотнул и разрешил войти тому, кто стучал. Это оказался отец. Драко не смог проконтролировать свою реакцию. Он сжал одеяло в руках и весь застыл, боясь физического наказания. Отец редко позволял себе его бить, но те пару раз отпечатались у Драко в голове. Это было больно и унизительно. Он не хотел повторения. — Драко, рад тебя видеть, — холодно сказал Люциус, сжимая в руке свою трость. — Как дела в школе? — Всё хорошо, я второй в рейтинге лучших учеников. — А первая, как я понимаю, мисс Грейнджер? — усмехнулся Люциус, и Драко понял, что зря это сказал. — Ты мог бы стараться лучше. — Да, прости, отец, — он притворился, что ему стыдно, и опустил голову. — Прости, что разочаровываю. Люциус смерил его пробирающим взглядом, а потом кивнул, словно остался удовлетворён его поведением. — Надеюсь, после каникул ты начнёшь стараться лучше. Это касается не только учёбы. Недопустимо, чтобы сын Поттеров был хоть в чём-то лучше тебя. Ты — Малфой, помни об этом. Драко кивнул, умоляя Мерлина, чтобы он закончил этот утомительный разговор. Люциус уже хотел уйти, но тут Драко решился спросить про Гермиону. — Отец, можно после Рождества Гермиона Грейнджер приедет к нам в гости? Всего на пару дней. В его голосе было столько надежды, что стало даже стыдно. Люциус нахмурился, буравя его непонятным взглядом. Он долго думал, а потом провёл рукой по волосам, продолжая размышлять. — Ладно, но только на два дня, не больше. — Спасибо, отец! — Драко едва не подпрыгнул на постели. Люциус оставил его реакцию без внимания и ушёл, закрыв за собой дверь. А Драко бросился к письменному столу и принялся писать послание Грейнджер. Он был так рад. Теперь у этого Рождества есть шанс стать лучше, чем это было возможно.

***

— Я так скучала! — сказала Гермиона ему на ухо, крепко обнимая его. — Мы не виделись всего неделю, — рассмеялся Драко, отпуская её, чтобы взять её сумку. — Нормально добралась? — Да, Добби просто замечательный, — с любовью отозвалась Грейнджер, улыбаясь домовику, который тоже проникся к ней симпатией. Они вошли в его комнату и сразу же устроились на полу. Ещё в школе Драко пообещал ей научить её играть в покер и решил выполнить обещание прямо сейчас. Они до самого ужина играли в карты, совсем не замечая времени. Когда нужно было идти ужинать, они спустились в столовую и сели на свои места. Отца опять не было. По официальной версии, он был на переговорах с самим министром магии. Драко не верил в это. Он знал, что таким образом Люциус показывал своё пренебрежение к Гермионе. Но зато Нарцисса в этот раз была более доброжелательной. Она, кажется, по-настоящему интересовалась мыслями Грейнджер по поводу учёбы. Драко даже пару раз покраснел, когда Гермиона начала его нахваливать, что было совершенно незаслуженно. Вернувшись к нему в комнату, они болтали до самой ночи, не заметив, как заснули прямо на полу. Драко проснулся рано утром от того, что шея затекла от неудобного положения. Напротив него лежала Грейнджер, которая подложила под щёку ладонь и сладко сопела во сне. Драко улыбнулся. Она была такой милой и беззащитной. Не успев остановить себя, он аккуратно коснулся её волос, замечая, какие они мягкие. Её волосы всегда вызывали в нём нездоровый интерес, но сейчас всё было по-другому. Драко так сильно и отчаянно хотел зарыться в них рукой, что контролировать свои желания мог с трудом. Заставив себя встать, он направился в ванную. Заглянув в зеркало, Малфой долго разглядывал себя, пытаясь понять, почему так себя чувствует. Его мысли стали странными. Он больше не отдавал отчёт всем своим действиям. Возможно, это было начало пубертатного периода. Драко не знал, но собирался разобраться. — Драко, ты там? — услышал он сонный голос Грейнджер за дверью. — Да, я почти закончил! — крикнул он, судорожно начиная умываться. Покинув ванную, он улыбнулся подруге. Её волосы были всё ещё растрёпанные после сна, что вызывало умиление у него в груди. Тряхнув головой и беря себя в руки, он на некоторое время забыл о странностях в своём поведении. Они снова играли в карты, а потом обсуждали книгу про тех самых хоббитов и орков. Гермиона пообещала дать ему продолжение, когда они вернутся в школу. Весь день они развлекались в доме, а под вечер решили выйти на улицу. Драко даже не заметил, как их прогулка превратилась в настоящую битву. Они кидались снежками, надеясь победить друг друга. Никто не собирался сдаваться. — Хозяин Драко может заболеть, — неожиданно рядом с ним появился Добби. — Хозяину и его подруге нужно домой, чтобы согреться. — Добби, не мешай! — Драко кинул очередной снежок в Гермиону, попав ей прямо в лицо. Она упала, и он застыл. Забыв обо всём, Малфой подбежал к ней, опустившись на колени. — Грейнджер, эй, что с тобой? Она не отвечала. Её глаза были закрыты. Он запаниковал. Дыхание перехватило, и он не смог выдавить и звука. Но тут Гермиона ожила и со всей силы макнула его головой в сугроб. Он оттолкнул её, слыша громкий смех. — Ты ненормальная?! — Видел бы ты… своё лицо, — хохотала она, прижимая руку к животу. — Мерлин… Драко не мог остаться в долгу. Он вскочил и принялся ловить Грейнджер, чтобы закопать её в сугроб. Она визжала и вырывалась. Драко смеялся как сумасшедший, когда ему удалось поймать её и кинуть в огромный сугроб. Он так сильно хохотал, что живот начал болеть. Гермиона отплёвывалась от снега, с грозным видом обещая ему отомстить. Но Добби всё-таки удалось уговорить их вернуться в дом, и они расположились возле камина, отогреваясь и попивая горячий шоколад. Атмосфера праздника, царившая в доме, только помогла ему почувствовать себя в настоящей сказке. — Знаешь, это моё лучшее Рождество, — тихо признался Драко, смущённо поглядывая на неё. Она лучезарно улыбнулась и взяла его за руку. — И моё. Гермиона придвинулась к нему и опустила голову ему на плечо. Драко прижался щекой к её макушке, но тут она вскрикнула и побежала в свою гостевую комнату. Малфой, ничего не понимая, сидел в гостиной. Он начал гадать, что случилось, но Гермиона уже пришла и вручила ему подарок. Драко улыбнулся так ярко, что казалось, будто он выиграл кубок школы. Как минимум. — С Рождеством тебя, — нежно пропела Гермиона, краснея под его взглядом. Драко поднял крышку коробки и ахнул. Перед ним был белоснежный котёнок. Маленький и хрупкий. Малфой как-то раз обронил, что у него никогда не было домашнего питомца, и вот, перед ним его собственный кот или кошка. — Это?.. — Это мальчик, — сказала Гермиона. — Я гуляла по Косому переулку перед тем, как приехать сюда и увидела его в витрине. Он остался совсем один. Его никто не хотел брать. — Почему? Котёнок стал чувствовать себя увереннее и уже начал цепляться когтями за его свитер, забираясь ему на шею. Драко рассмеялся, ощущая, как он щекочет его своим хвостом. — Продавец сказал, что он с характером. Никому не давался в руки, а когда я его взяла, то сразу подумала о тебе. Вы оба отличаетесь от других. — Спасибо, — он посмотрел на неё, не зная, как выразить, что творится у него в душе. — Это самый лучший подарок, который я получал. Честно. — Я рада, что тебе нравится. Как назовёшь его? Драко закусил губу, прикидывая варианты. Котёнок облизал его щёку и замурчал, когда он начал чесать его за ухом. — Сэм, — ответил Драко. — Мне очень нравится этот персонаж. Пусть будет Сэм. — Не слишком по-магловски? — усмехнулась Гермиона. — В самый раз, — твёрдо проговорил Драко, даже не думая, как родители отнесутся к его питомцу.

***

Почёсывая Сэма за ухом, Драко смотрел в окно, дожидаясь момента, когда двери купе распахнутся и войдёт Грейнджер. Конечно, родители отнеслись к её подарку не очень благосклонно. Отец скривился, когда Драко показал ему котёнка, но промолчал. Он подозревал, что с ним поговорила Нарцисса. Второй семестр второго курса обещает быть спокойным. Драко на это надеялся. Он не хотел лишний раз волноваться по пустякам, но знал, что экзамены никого не оставят равнодушным. Звук открывающихся дверей вывел его из задумчивости, и он поднял глаза на вошедшую подругу. Гермиона бросилась к нему в объятия, и он почувствовал облегчение, которое всегда приходило к нему, когда она оказывалась рядом. — Привет! — она отстранилась. — Как прошли каникулы? — Нормально, — уклонился Драко, не желая вспоминать тот приём, на котором едва не помер со скуки. — Ты чем занималась? Они сели на мягкие диванчики и принялись обсуждать поездку Гермионы в Грецию. Там сейчас жила кузина её мамы, поэтому она пригласила их на недельку погостить. Грейнджер была в восторге. Она только и говорила, что об архитектуре этой страны и её богатой истории. Когда они приехали в школу, то сразу же поужинали, а потом отправились в гостиную Слизерина. Драко почти не выпускал из рук Сэма, который был немного напуган новой обстановкой. Он цеплялся когтями за его мантию и изредка шипел на проходящих мимо студентов. Войдя в гостиную, они рассмеялись над понятной только им шуткой. Но, заметив, что все на них палятся, они моментально напряглись. — В чём дело? — поинтересовался Драко, бросая хмурый взгляд на Нотта и остальных. — Всего лишь смотрим на главную парочку нашего факультета, — ответил Тео, противно ухмыляясь. Маркус Флинт поддержал его веселье, начиная придумывать название их союзу. Гермиона покраснела от злости и унижения, а Драко сжал руку в кулак, мечтая врезать этому уроду. — Грейнджер, а что ты молчишь, а? — спросил Маркус. — Ты, получается, согласна с моими словами? — Пошёл ты! — не сдержалась Гермиона, закричав. Маркус переменился в лице и резко приблизился к ней, нависнув коршуном. — Ты, мерзкая грязнокровка, не смей повышать на меня голос! Драко выпустил из рук кота и со всей силы толкнул Флинта в грудь. Маркус в шоке уставился на него, не веря, что ему бросили вызов. — Ты охренел, Малфой?! — Не смей оскорблять её! — прорычал Драко. — Я всё расскажу твоему отцу, — фыркнул Маркус. — Будет интересно посмотреть, как он отреагирует, когда узнает, что его сынок защищает грязнокровку. Драко замахнулся, чтобы ударить Флинта по лицу, но силы, разумеется, были не равны. Во-первых, Малфой был ниже ростом, а во-вторых, Маркус был старше и сильнее. Но сама попытка была засчитана. Флинт рассмеялся и выкрутил локоть Драко, отчего тот завыл от боли. Кажется, этот ублюдок сломал ему руку. Грейнджер кинулась на Маркуса, начиная бить его кулаками. Он лишь рявкнул на неё, а затем толкнул Драко на пол, отряхивая мантию. — Вы такие мерзкие и жалкие, — хмыкнул он, наслаждаясь шоу, которое устроил. Все остальные студенты, сидящие в гостиной, поддерживали его, посмеивались над ними. Гермиона со слезами на глазах помогла Драко подняться и поспешила отвести в больничное крыло. Пока они шли в больничное крыло, он не сказал ни слова. Мадам Помфри вздыхала и охала, говоря, что у него вывих. Оставив их наедине, она начала искать зелье и мазь, чтобы дать их Малфою. — Как ты? — шёпотом спросила Гермиона, нежно касаясь его плеча. — Больно, — выдавил Драко, прижимаясь к её боку. Она аккуратно обняла его, проклиная всех слизеринцев. Гермиона решила, что обязательно напишет его отцу, чтобы тот разобрался с Флинтом, но она знала, что Драко об этом не стоит говорить. Мадам Помфри вернулась и заставила Драко выпить зелье. Ему предписали провести одну ночь в больничном крыле, чтобы медсестра могла понаблюдать за его лечением. Гермиона, оказавшись в своей спальне, сразу же села за стол и начала писать. Она не жалела деталей, описывая поведение Флинта, надеясь, что Люциус Малфой защитит своего сына.

***

Его рука зажила быстро. Он практически не заметил тех неудобств, которые сопровождались при вывихе руки. Единственное, что его волновало, это таинственное исчезновение Маркуса Флинта. Он уже несколько дней искал его взглядом в толпе и в гостиной Слизерина, но тот словно под землю провалился. Драко посмотрел на Грейнджер, которая, как обычно, корпела над своими учениками, и нахмурился. Он подозревал, что она всё-таки написала его отцу. Не хотелось с ней ругаться, но она не имела права так поступать. Так что он решил начать этот неприятный разговор прямо сейчас. — Грейнджер, куда делся Флинт? — немного резко спросил он. Гермиона вздрогнула и подняла на него испуганный взгляд. Она закусила губу, отчаянно придумывая подходящий ответ. — Он… уехал, — выдавила она. — Куда? Его нет с тех пор, как я попал в больничное крыло. Гермиона побледнела. — Ты ведь написала отцу, да? — В его голосе теперь была лишь грусть. — Зачем, Грейнджер? — Он чуть не сломал тебе руку! — горячо воскликнула Гермиона. — Он причинил тебе вред только потому, что ты защитил меня! Он должен был ответить за это. — Можно было пойти к директору, а не писать отцу! — он тоже начал кричать. Парочка студентов обернулись на них, недовольные тем, что они шумят в библиотеке. — Я должна была защитить тебя, — раздражённо сказала она, пытаясь успокоиться. — Я и так постоянно приношу тебе неприятности… — Что за бред ты говоришь? — фыркнул Малфой. — Мы оба знаем, что это правда, — уныло отозвалась Гермиона, быстро собирая свои вещи. Она ушла, оставив его в расстроенных чувствах. Драко знал, что немного погорячился. Что не стоило так откровенно нападать на неё. Но сама мысль, что отец узнал о его неудачной попытке защитить свою подругу, вызывала тошноту. Драко не хотел с ним контактировать. Каждое их общение приносило ему только раздражение и боль. Он устал стучать в закрытые двери, которые никогда ему не откроются. Проведя рукой по волосам, он покинул библиотеку. Грейнджер нужно было отдохнуть, пусть она перебесится, и потом они поговорят. Когда он оказался в своей спальне, то сразу упал на кровать, закрывая глаза. Драко даже не заметил, как провалился в глубокий сон.

***

Обычно он никогда не просил прощения. Был лишь раз, когда он с трудом произнёс эти слова. Тогда он вырвал пару роз мамы, которые она с особой любовью выращивала. Драко не чувствовал своей вины, но извинился, зная, что тогда его отпустят и не станут наказывать. Сейчас всё было по-другому. Ему было необходимо поговорить с Грейнджер и извиниться за то, что был чересчур с ней груб и резок. Она, конечно же, была в библиотеке, только в этот раз спряталась подальше от их места. Гермиона не заметила его, пока он не сел напротив, сложив руки на столе. Она застыла, уставившись в книгу. — Прости меня, — сказал Драко, не желая откладывать это в долгий ящик. — Я отреагировал неправильно. — Это ты прости меня, — виновато произнесла Гермиона, беря его за руку. — Я просто очень испугалась и была зла. Мне было так обидно за тебя. Я… — Грейнджер, всё хорошо, — он улыбнулся, наконец-то чувствуя облегчение. Они помирились. Он даже не подозревал, что его так тяготит их ссора. Они ещё никогда не ругались, и ему совсем не понравился этот опыт. — Я больше не буду писать твоим родителям без твоего разрешения, — прошептала Гермиона, опуская глаза. — Я не имела права… — Грейнджер, всё. Хватит извиняться. Если бы что-то подобное произошло с тобой, то я бы поступил так же. Или даже хуже. Возможно, я бы вообще попытался его убить, — он криво улыбнулся, ловя её игривый взгляд. Гермиона кивнула и, обратив внимание на то, что они до сих пор держатся за руки, покраснела и схватила книгу. — Что читаешь? — поинтересовался Драко. — Это магловская книга, — смущённо ответила она. — Мне всё равно любопытно. — Джейн Остен, — она снова улыбнулась. — Потрясающая писательница. Она во многом изменила наш мир. — Как называется? — «Гордость и предубеждение». — Дашь потом почитать? — Он взглянул на обложку книги, сведя брови на переносице. Он впервые слышал об этом авторе. Хотя, то же самое можно было сказать про всех магловских авторов, но тот опыт, что он приобрёл, читая «Властелина колец», определённо изменил его мнение касательно магловской литературы. — Конечно! Её улыбка и взгляд были такими солнечными, что его сердце забилось быстрее. Драко дёрнул плечами, пытаясь так пристально не смотреть на неё, ощущая какую-то смутно знакомую эмоцию.

***

Лето после второго курса пролетело в один миг. В этот раз Грейнджер приехала к нему в гости на день рождения на пару дней, а потом отправилась с родителями во Францию к родственникам. Драко был этим недоволен, но молчал, потому что хотел, чтобы она отдохнула и вернулась с хорошим настроением. Конечно же, они переписывались не переставая. Но Драко начал замечать, что его общение с ней перестало так сильно волновать отца. Нарцисса была всегда более снисходительна к нему, а сейчас к ней присоединился и Люциус. Он старался не переживать и не паниковать по этому поводу, но внутри поселилось нехорошее предчувствие. Когда они ехали в Хогвартс-экспрессе в школу, он внимательно слушал рассказ Грейнджер о Франции. Улыбаясь ей, Драко ощущал покой, который пропал, когда она уехала от него. Это было странно, но он решил, что просто соскучился по подруге. — А ещё я познакомилась кое с кем, — немного робко призналась Гермиона, мило покраснев. Сначала Драко не заметил перемены в её поведении и интонации, но, стоило ему посмотреть ей в глаза, как в груди проснулась невероятная злость. Руки сжались в кулаки. — В смысле с парнем? — хрипло спросил он. Гермиона нерешительно кивнула, закусив губу. — Его зовут Франсуа. Ему пятнадцать. Представляешь, он уже работает гидом! Он столько всего знает об архитектуре Франции. Драко отвернулся и взглянул на пейзаж за окном. Ему хотелось заставить её замолчать. Хотелось прекратить эти ахи и вздохи. Было, мягко говоря, неприятно слышать, как Гермиона восхищается другим парнем. — А ещё он… — Хватит! — рявкнул Драко. Она застыла. Гермиона хлопала глазами, очевидно, не понимая, что с ним. Да он и сам не понимал, откровенно говоря. — Драко, что случилось? — Ничего, просто… голова болит, — Малфой вяло улыбнулся, надеясь, что она перестанет смотреть так обезоруживающе. — Плохо спал сегодня. — Ох, может, тебе стоит выпить зелье? — Да всё нормально, нужно отдохнуть, только и всего. Гермиона не сильно верила ему, но не трогала его, пока он делал вид, что спит. Драко хотел извиниться перед ней, ведь она ни в чём не виновата. Но эта необъяснимая злость на неё не желала проходить. Поэтому он почувствовал огромное облегчение, когда они наконец-то сели за стол в Большом зале. Гермиона, кажется, забыла об инциденте в поезде и беззаботно болтала об учёбе. — Привет, Драко. — Рядом с ним опустилась Пэнси Паркинсон. Она коснулась его руки, лежащей на столе. — Привет, Пэнси, — спустя минуту ответил Драко, наморщив лоб. — Ты что-то хотела? — Просто решила узнать, как у тебя дела, — она хихикнула как-то глупо, и погладила его плечо через ткань мантии и рубашки. Драко моргнул, борясь с удивлением. Грейнджер замолчала и недовольно поглядывала на Пэнси, прекрасно помня, что именно она стала той, кто подсказал другим девчонкам напасть на неё. И хотя ей удалось избежать исключения, Гермиона старалась держаться от неё подальше, не желая связываться с такой неуравновешенной особой. Малфой не знал, что стоит сказать, чтобы Паркинсон отстала от него. — У меня всё нормально, — протянул он. — Слушай, а ты сейчас свободен? Она наклонилась к нему, демонстрируя своё декольте, которое призывно выглядывало из выреза рубашки. Драко сглотнул, против воли уставившись на грудь. — В каком смысле? — В смысле… — она прижалась к его плечу грудью, и Драко едва не застонал. — У тебя девушка есть? Он облизал губы, наблюдая за её грудью. Конечно, он уже видел женскую грудь, но только в специальных журналах. Драко не хотел вестись на такую явную провокацию, но его тело предавало его. Оно отчаянно тянулось к Пэнси, которая так откровенно предлагала ему себя. Сейчас он даже забыл о молчавшей Грейнджер. Гермиона же, видя его реакцию, мгновенно поникла. Она ковырялась вилкой в тарелке, не обращая внимания на то, что хотела есть. Аппетит совершенно пропал. — Нет, у меня нет девушки, — пробормотал Драко, ощущая, как Пэнси прикасается к его колену. — Это хорошо, — прошептала Пэнси ему в губы, медленно отстраняясь. Она ушла, напоследок подмигнув ему. Драко расслабил галстук. Ему было очень жарко. Гермиона встала и покинула Большой зал, даже не сказав ему ничего. Драко проследил за ней взглядом, но не стал останавливать её. Перед глазами всё ещё стояла пышная грудь Паркинсон, затянутая в кружевной лифчик чёрного цвета. Блин, кажется, его ждёт дрочка в душе. Разумеется, это был не первый раз, когда он уединялся в ванной. Этим летом он стал заниматься этим очень часто, но теперь всё ощущалось по-другому. Тряхнув головой, чтобы хоть немного сосредоточиться, он сделал глоток тыквенного сока. Грейнджер, видимо, обиделась на него. Завтра ему стоит извиниться перед ней. Драко вздохнул. Чёртовы девчонки…

***

Гермиона старалась не плакать. Она смотрела на своё отражение в зеркале и понимала, чем именно Драко привлекала Паркинсон. После того случая в Большом зале они стали больше общаться. Драко начал пренебрегать их встречами в библиотеке, ходя на прогулки с Пэнси. Гермиона честно надеялась, что это просто помутнение у него в голове, пока пять минут назад не увидела, как они целуются возле двери в гостиную. Она остолбенела, не могла пошевелиться. А внутри было такое пекло, что хотелось немедленно умереть от боли в сердце. И тут её словно пронзило. Она влюблена в своего лучшего друга. Единственного друга. Единственного человека, который всегда был рядом с ней. И сейчас она плакала, захлёбывалась слезами и проклинала себя за такую глупость. Это было предательством. Она не могла так поступить с их дружбой. Не могла. Но сделала. Он никогда не простит её. Никогда не полюбит в ответ. Она была неинтересна ему как девушка — это же очевидно. Да, у неё уже имелась небольшая аккуратная грудь. Её фигура стала более женственной, её волосы больше не торчали в разные стороны, как на первом курсе. В целом, про неё можно было сказать, что она симпатичная. Но этого мало. Недостаточно. Пэнси была по-настоящему красивой. У неё была потрясающая фигура для тринадцати лет. Она умела общаться с парнями, умела увлечь их. Умела показать себя с наиболее выгодной стороны. А Гермиона нет. Она была тихоней, заучкой и зубрилкой. Её стихией были книги и знания. Вот только оказалось, что её знания не принесли ей личного счастья. Гермиона всегда думала, что специально привлекают внимание парней только недалёкие девушки, но теперь она знала, что это неправда. Теперь она на личном примере убедилась, как важно понимать, чего ты хочешь. Она хотела быть умной, много знать и, возможно, построить хорошую карьеру в Министерстве магии. Кажется, именно это было её целью. Но как же сильно она ошибалась. Она хотела любви. Вот так вот просто. Не покорить Эверест. Не создать вакцину от рака. Не стать новым министром магии. А просто любить и быть любимой. Конечно, это не значит, что теперь вся её жизнь стала вертеться только вокруг этого желания, но оно превратилось едва ли не в первостепенное. И было так больно. Она покачала головой, чтобы прогнать из воспоминаний поцелуй Драко и Пэнси, но не получилось. Это отпечаталось у неё на сетчатке. Как клеймо. Она осела на пол и обняла колени руками, притянув их к груди. Хорошо, что почти все студенты сейчас на обеде и не побеспокоят её в ванной. Гермиона не хотела, чтобы хоть кто-то видел её в таком состоянии. Что ей теперь делать? Притворяться, что всё как прежде? Или попробовать намекнуть Драко о своих чувствах? Какой будет его реакция? Он обрадуется или пошлёт её? Предложит отношения или попросит всё забыть и остаться друзьями? Боже, она ничего не знала. Ничего не понимала. Ей всего тринадцать, как она может знать, что ей предпринять в такой запутанной ситуации? Гермиона громко всхлипнула. Она зажмурилась, мечтая вернуться в прошлое. Мечтая задержаться в библиотеке хоть на одну минуту, чтобы не увидеть ту сцену. Мечтала и дальше жить так, будто Драко действительно ей просто друг. Она заплакала ещё сильнее и прижалась виском к двери. Отчаяние затопило её без остатка. Гермиона знала, что ничего хорошего от будущего ждать не стоит. А это значит, что она должна похоронить свои чувства к лучшему другу прямо сейчас. Это необходимо, чтобы выжить. Иначе она знала, что её жизнь больше не будет прежней.

***

Драко не сдержал стон, когда Пэнси особенно близко прижалась к нему. Она умело целовала его, постоянно гладя его по заднице и вставшему члену. Честно говоря, он даже не думал о том, где она могла научиться этому в таком возрасте. Ему было плевать. Пэнси была красивой, но такой тупой. Она не понимала и не знала элементарных вещей. Её оценки были ниже среднего, зато она явно умела доставить удовольствие мужчине, чем Драко без зазрения совести пользовался. Разумеется, он не собирался жениться на ней или даже заводить отношения. Ему казалось, что это просто смешно — предлагать что-то столь серьёзное такой легкодоступной девушке. Но ему было интересно узнать, как ощущается женская грудь в ладонях. Какая упругая у женщин задница. Или как они могут возбудить его одним лишь прикосновением. Это был новый неизведанный опыт. Он наслаждался происходящим, учился целоваться и правильно касаться девушек. Ничего большего. Единственное, ему не нравилось, что приходится отменять встречи с Грейнджер. Она явно из-за этого расстраивалась, хоть и не показывала своих переживаний. Драко был недоволен, что она скрывает от него свои эмоции, но не давил на неё. После каждой встречи с Пэнси ему требовалась Гермиона. Они, как обычно, много говорили обо всем, и ему становилось легче. Не все девушки были так поверхностны, как Пэнси. Это бесконечно его радовало. Он чувствовал облегчение, когда видел Грейнджер за их столом в библиотеке. Но в последнее время она избегала его. Драко не понимал, в чём дело. А ещё она стала такой грустной. Она постоянно была такой. Он пытался узнать, что именно случилось, но она отмахивалась и переводила тему. Он даже предположил, что что-то произошло с её родителями и написал её матери, стараясь не проболтаться о своих подозрениях. Джин написала, что у них всё в порядке и поблагодарила за такое внимание с его стороны. Хоть они ещё и не виделись в жизни, Драко знал, что это очень приятные люди. Пэнси сжала его член, и он откинул голову назад, давая ей возможность целовать его шею. Паркинсон довольно улыбнулась. — Драко? — Ммм? — Он плохо соображал, но решил, что прикинется, будто слушает её. — Мы же встречаемся? — шёпотом спросила она, сильнее сжимая свою руку. — Ага, — в полубреду выдохнул он с закрытыми глазами. Через несколько минут он кончил прямо в штаны, но почти не смутился этому. Пэнси была какой-то активной после их небольшого приключения. Она вешалась ему на шею и болтала так много, что у него заболела голова. Поэтому он обрадовался, когда попал в свою спальню.

***

Следующее утро началось просто прекрасно. Он ощутил, что выспался и в хорошем настроении спустился в Большой зал. Сев за слизеринский стол, он пододвинулся к Грейнджер и легонько ткнул её локтём под рёбра. Она резко вздрогнула и так яростно посмотрела на него, что он опешил. — Эй, в чём дело? — мягко поинтересовался он, наклоняясь к ней. — Знаешь, мог бы и рассказать, — выплюнула она, вставая. Драко нахмурился и вскочил вслед за ней. Он поймал её за запястье и сжал нежную кожу. Гермиона попробовала вырваться, но Малфой покачал головой. — Что случилось? — Не делай вид, что не понимаешь! — прошипела Гермиона, не повышая голоса. Драко окончательно запутался. — Да что я сделал? — спросил он, с недоумением смотря ей в глаза. Она выглядела так, словно готова была разорвать с ним все отношения. Это до безумия напугало его. — У тебя появилась девушка, — едко ответила Гермиона, всё-таки вырывая свою руку из его захвата. — Мне казалось, что мы друзья. Обычно они сообщают о таких вещах. — Грейнджер, я не… — Отстань, — бросила она и ушла. Драко стоял посреди зала, сжимая кулаки и растерянно смотря себе под ноги. Он ни хрена не понимал. Какая к чёрту девушка? И тут в зал вошла Пэнси. Она сразу же направилась к нему, и Драко моментально вспомнил её вопрос и свой ответ. Его глаза превратились в щёлки. Он до такой степени сжал челюсть, что казалось, будто его зубы сейчас превратятся в пыль. — Милый, вот ты где! — Пэнси обняла его и попыталась поцеловать. Драко не позволил и достаточно больно схватил её за волосы. Она вскрикнула, но, увидев его взгляд, испуганно закрыла рот. — Пойдём, прогуляемся, — пугающе спокойно сказал он, выводя её из Большого зала. Идя с ней на буксире, он с трудом контролировал свою злость. — Какого хера, Паркинсон?! — прорычал Драко, едва они зашли за угол. Пэнси нахмурилась, очевидно, не догадываясь, что натворила, болтая своим длинным языком. — А что такое? Милый, ты в порядке? — она вытянула руку, чтобы прикоснуться к нему, но он увернулся. — Хватит так меня называть! — Драко с трудом себя сдерживал. Он мечтал оторвать голову этой дуре. Её спасало только то, что она была девушкой. — Почему все в замке говорят о том, что ты, мать твою, моя девушка? Пэнси уставилась на него как на идиота. — Наверное, потому, что это правда, — уверенно сказала она. Драко зарычал и закатил глаза, проклиная некоторых девушек и их способность переворачивать всё с ног на голову. — С чего ты это взяла? — В смысле? — возмутилась Пэнси и её голос стал ещё более раздражающим. — Мы две недели общались и делали много других вещей, а вчера я прямо у тебя спросила… — Ты идиотка? — на удивление спокойно поинтересовался он. Она моргнула, забавно открыв рот. — Нет, — непонимающе протянула она. — Тогда какого хера ты всё решила за меня? — Драко угрожающе посмотрел на неё, начиная оттеснять к стене. — Ты правда думала, что такая, как ты, нужна мне? — Но мы… Мы же… — Паркинсон, такая шлюха, как ты, мне и даром не сдалась, — процедил Малфой, замечая в её глазах слёзы. — Я никогда не рассматривал тебя как свою будущую девушку или, тем более, жену. — Но мы же… — заскулила Пэнси, плача. — Ты же сказал… — Мои яйца были в твоих руках, — неожиданно мягко проворчал Драко. — В этот момент я бы и в любви тебе признался. Пэнси всхлипнула, не скрывая своих горьких слёз. Она хотела обнять его, но Драко были противны её прикосновения. — Ладно, между нами вышло недопонимание. — Он поправил волосы и мантию, надеясь, что по нему не видно, как сильно он был выбит из колеи. — Я прошу прощения за то, что неправильно тебя понял. — Тебе Грейнджер нравится? — громко фыркнула Пэнси, потеряв жалкий вид. Теперь она походила на разъяренную фурию. — Ты променял меня на эту грязнокровку? Драко не заметил, что сделал. Он схватил Пэнси за шею и прижал к стене. Она вытаращила глаза, с таким страхом смотря на него, что он сам испугался самого себя. Но ярость на неё была сильнее. Она посмела оскорбить Гермиону. Такое он никогда и никому не простит. — Закрой пасть! — тихо сказал Драко, немного ослабляя хватку на её горле. — Если я узнаю или услышу, что ты говоришь про неё гадости, я превращу твою жизнь в ад, ты уяснила? Она продолжала пялиться на него, видимо, не веря ему. — Мне напомнить, что произошло на первом курсе с теми, кто издевался над Грейнджер? Не думаю, что ты забыла. Да, тебе повезло, и ты смогла вернуться в школу, но во второй раз я не допущу такой ошибки, ты поняла? Пэнси лихорадочно закивала, и он отпустил её. Она моментально начала кашлять, пытаясь нормализовать дыхание. — Ты чокнутый псих, — прохрипела она. Драко самодовольно улыбнулся. — Я не позволю трогать то, что принадлежит мне, — лишь бросил он, собираясь уйти. Малфой уже развернулся, но тут в спину были брошены злые слова: — У тебя всё равно ничего не получится, — Пэнси снова закашлялась. — Вчера я прямо сказала ей, чтобы она не смела мешать нам. Драко сжал челюсть. Он медленно обернулся и осторожно приблизился к Пэнси. Она сглотнула ужас, видя его до безумия спокойное лицо. — Зря, — усмехнулся он.

***

Гермиона держалась. Она даже немного гордилась собой, потому что смогла не разреветься, когда узнала, что у Драко и Пэнси всё оказалось серьёзно. Она задумчиво водила пером по губам, забыв о том, что собиралась написать эссе по зельям. Снейп был безжалостен в плане домашнего задания. Гермиона сама с трудом успевала делать всё, что он задавал, и боялась подумать, как справляются другие. Услышав знакомый голос, она подняла глаза и замерла, увидев, как Драко, ведя Пэнси за собой, останавливается напротив неё. Гермиона уже хотела спросить, что происходит, но он оказался менее терпеливым. — Грейнджер, Паркинсон хотела тебе кое-что сказать, — он нежно смотрел на неё, но стоило его глазам сосредоточиться на Пэнси, как их заволокло невероятной яростью. Пэнси всхлипнула, но заставила себя взглянуть на неё. В её глазах застыл настоящий страх. — Грейнджер, прости меня. Я не должна была разговаривать с тобой по поводу Драко. Наши отношения… Мы не вместе. Я просто всё не так поняла. — Убедительнее, — прошептал Драко, улыбаясь подруге. Пэнси закивала, начиная извиняться перед ней не только за вчерашний разговор, но и за случай на первом курсе. Она едва не упала на колени, умоляя простить её, пока Драко с безразличием наблюдал за её поведением. — Паркинсон, всё нормально, — Гермиона решила поскорее вмешаться, пока девушка не начала заикаться. — Я не злюсь на тебя, честно. — Правда? — Конечно, я не умею долго злиться, — Гермиона попробовала улыбнуться, но ей было не по себе. — Ты можешь не переживать… Пэнси посмотрела на Малфоя, и когда тот кивнул, она убежала из библиотеки, даже не оглянувшись. Драко расслабленно приблизился к Гермионе и взял её учебник по зельем. Он вёл себя так, словно ничего не произошло. — Ты уже написала эссе? Я просто даже не уверен, что знаю, с чего начать. Снейп… — Что ты с ней сделал? — прошипела Гермиона, тыкнув его пальцев в грудь. Драко беззаботно улыбнулся и склонил голову набок. — Просто напомнил ей о том, где её место. — Что? — ахнула Гермиона. — Она возомнила о себе непонятно что. Но, самое главное, она посмела тронуть тебя. Этого больше не повторится. — Драко, ты… ты же не бил её? Он взглянул на неё с обидой. — Грейнджер, я никогда не ударю девушку. К тому же, есть и другие способы заставить людей делать то, что хочешь именно ты. Гермиона сложила руки на груди, недовольно обводя его фигуру глазами. — Ты сейчас до ужаса похож на отца. Драко дёрнулся, но благоразумно промолчал, зная, что она ещё не всё сказала. — Мне всё равно, что она болтала всякий бред, — произнесла Гермиона. — Мне без разницы, что говорят обо мне люди. Я не хочу, чтобы ты причинял из-за меня другим боль. — Они не должны причинять боль тебе! — возразил Драко, тяжело дыша. — Никто не имеет права… — Эй, — она взяла его за руку, надеясь успокоить. — Со мной же всё хорошо, разве нет? Да, мне обидно, когда я слышу о себе наглую ложь, но люди всегда болтают, Драко. От этого никуда не деться. Он отвёл взгляд, не представляя, что ей противопоставить. — Ты не можешь угрожать каждому, кто с ненавистью посмотрел на меня, понимаешь? — А кто мне мешает? — усмехнулся Малфой. Гермиона покачала головой, но без осуждения. — Ты же не хочешь быть таким холодным и безжалостным, как твой отец. Так не веди себя, как он. — Я всего лишь хочу защитить тебя… — И у тебя получается, ты отлично с этим справляешься, но не стоит запугивать людей, ладно? Гермиона видела, что смогла достучаться до него. Она улыбнулась ему, и его сердце стало оттаивать. Драко выдохнул, не подозревая до этого момента, в каком был напряжении. — Иди сюда, — она обняла его и спрятала голову у него на груди. Драко уже привычно поцеловал её в макушку и закрыл глаза, наслаждаясь их объятиями. Гермиона же чувствовала, как ей тяжело прикасаться к нему. Теперь, когда она знала о своих чувствах к нему, было сложно спокойно реагировать на его прикосновения. Она не сможет долго скрывать от него своё отношение к нему. Драко очень хорошо её знает. Он сразу же всё поймёт. Что ей делать? К сожалению, этот вопрос остался без ответа…

***

Гермиона была рада, что их курсу наконец-то разрешили посещать Хогсмид. Она с интересом разглядывала витрины магазинов, прикидывая, что ей нужно купить. Драко шёл рядом с ней, разговаривая с Забини, который в последнее время начал больше общаться с Малфоем. Гермиона не возражала, прекрасно зная, что мальчикам иногда надо поговорить на темы, которые не должны слышать её нежные уши. Она вспомнила, что ей нужен новый ежедневник, потому что предыдущий закончился. Сообщив об этом Драко, она договорилась встретиться с ним в «Трёх мётлах». Войдя в магазин, она ахнула. Тут было столько всего интересного, что глаза разбегались. Огромное количество стеллажей с книгами и канцелярскими товарами. Гермиона всегда была любителем этих вещей, и ничто не могло заставить её с равнодушием относиться к такому красочному ассортименту. — Здравствуйте! Чем могу помочь? — спросил продавец, с улыбкой наблюдая за ней. Гермиона взяла себя в руки и обратила внимание на полку с ежедневниками. — Мне нужен ежедневник, — сказала она, кусая губу. — У вас есть определённые предпочтения? Вам нужно что-то конкретное? — Главное, чтобы там было разделение на дни и датировка. — Смотрите, — он подошёл к полке и показал ей пару вариантов. — Вот тут, например, есть ещё и список желаний и целей. — Да, это он! — улыбнулась Гермиона, моментально влюбившись в ежедневник серебристого цвета. Она оплатила покупку и направилась в паб. Открыв дверь, Гермиона окунулась в атмосферу веселья и шума. Она увидела Драко и поспешила к нему. Забини куда-то пропал, чему она очень обрадовалась. — Ты всё? — спросил он, как только она села за стол. — Купила? — Да, смотри, — Гермиона показала ему свою обновку, радуясь ей, как ребёнок. — Он такой красивый, согласен? — Это просто книжка, Грейнджер, — усмехнулся Драко. — Не книжка, а самый потрясающий ежедневник на свете, — поучительно сказала Гермиона, вздёрнув нос. — Это разные вещи. — Как скажешь, — Драко поднял руки, сдаваясь. Они болтали, когда к ним снова присоединился Блейз. Он по-хозяйски закинул руку ей на плечо, не видя, как Гермиона недовольно сжалась. Драко тоже не пропустил это, сжав руки в кулаки. — Слушай, Грейнджер, — обратился к ней Забини, игриво смотря на неё. — А у тебя парень есть? Она подавилась сливочным пивом, которое до этого пила, и закашлялась. Забини почти ласково похлопал её по спине, оставляя руку у неё на талии. Драко заскрипел зубами, но сдержался. Не стоило бить человека, который ещё ничего не сделал. — Нет, а тебе какое дело? — даже слегка грубо ответила Гермиона. — Да я так, просто интересуюсь, — лучезарно улыбнулся Блейз. — На будущее, так сказать. — Я… Мне нужно в уборную, — Гермиона выбралась из его неприятных объятий и ушла в туалет. Когда она исчезла из поля его зрения, Блейз наклонился вперёд, сложив руки на столе. — Драко, подскажи, что она любит, — заговорщически прошептал Забини. — Не понял, — процедил Малфой, уже чувствуя, как злость захватывает его разум. — Ну, какие цветы любит или там какие книги предпочитает. — Тебе зачем? — он нахмурился. — Прикольная она, — спокойно ответил Забини. — С ней легко. Она не похожа на девчонок, которые интересуются только парнями и шмотками. Хочу попробовать… — Что именно? Драко уставился на свои руки, рисуя в голове картинку, как Грейнджер улыбается Блейзу, а потом целует его. Увиденное ему не понравилось. Совсем. Он не хотел смотреть на отношения Гермионы и Блейза. Он не собирался смотреть на это. Но, помимо всего, Драко чувствовал что-то ещё. Знакомое и незнакомое одновременно. Это было похоже… Было похоже на… — Так что скажешь? — поинтересовался Забини. — Ты спрашиваешь моего разрешения? — фыркнул Драко, не желая продолжать этот разговор. — Ну, вы же с Грейнджер… — замялся Блейз. — Вы вроде как близки… — Мы друзья, — твёрдо сказал Драко, замечая, что Грейнджер идёт обратно. Она села, предварительно отодвинувшись подальше от Забини. Больше он не докапывался к ней, разговаривая в основном с Малфоем. Когда они вернулись в школу, Драко обнял Гермиону по пути в гостиную, радуясь, что у Блейза появились какие-то дела. Его порадовало, что Грейнджер даже не сжалась от его прикосновений, сразу обняв его в ответ. Он поглаживал её по волосам, вдыхая знакомый аромат корицы и мёда. Драко не хотел отстраняться от неё, но в подземельях было холодно, и он переживал, что она может заболеть. — Драко? — Что? — он посмотрел ей в глаза, закинув руку ей на плечо. Она прижалась к нему, улыбнувшись. — Ты был бы не против, если бы я начала с кем-нибудь отношения? Он едва не споткнулся на ровном месте. Драко лихорадочно пытался найти правильный ответ, но в голове образовалась пустота. — Не… — Я просто так спрашиваю, — она беззаботно пожала плечами. — Мне просто стало интересно. — Мы ведь друзья, почему я должен быть против? — хмыкнул Драко, ощущая странное желание сказать нечто иное. — Лучшие друзья, — вроде бы она улыбнулась, но Малфой заметил, что её улыбка не искренняя. Надо бы подумать о её странном поведении перед сном. Драко всегда волновался за неё, а сейчас, после случая с Пэнси, он ещё больше начал переживать. Но вот то чувство, что накрыло его в пабе, не давало ему покоя. Он никак не мог найти ему названия, но точно понимал, что обратного пути в его отношениях с Гермионой нет. Но что именно изменилось, Драко пока и сам до конца не осознавал.