Часть 3

Джиджи и Микуни сидели в дальнем зале, подальше от чужих взглядов. На столе лежала книга. Микуни водила пальцем по странице, читая вслух:  — «Кирико Алисейн. Дата рождения: 1899. Дата смерти: 1925. Потомки: неизвестны.»  — Что дальше? — спросил Джиджи.  — Все. Точнее, ничего. — Микуни медленно подняла глаза.  — Ничего? — Джиджи резко выхватил книгу и заглянул в нее. Действительно, на этом текст обрывался, будто кто-то специально вырвал страницу.  — Кирико Алисейн, — задумчиво пробормотала Микуни. — Вы с ней хорошо общались?  — Да. Она… моя бывшая.  Зачем он сказал «бывшая»? Так по-человечески. Так глупо.  — И ты не удивлен, что у нас одна фамилия?  — Удивлен. Но в этом мире много совпадений.  — Надеюсь, она не ушла от тебя, что теперь ты проецируешь на меня свою травму? — пауза. — Что, правда?  Джиджи горько вздохнул. У них был мимолетный, но насыщенный роман. 

***

Кирико была в белом. Всегда в белом.  Джиджи целовал ее руку и думал, что счастье никогда не кончится.  А потом пришло письмо о помолвке. И кольцо. И уговоры родителей.  Она сказала:  — Рано или поздно это должно было случиться. И ушла.  Обидная ситуация, но Джиджи утешал себя мыслью, что брак по расчету не испортит их отношения. Все-таки Кирико сможет ходить налево.  Но через год она погибла в пожаре. Улики сгорели вместе с телом. Именно тогда Джиджи понял, что такое разбитое сердце. 

***

Они вышли из библиотеки вместе. Джиджи - в свой любимый лес. Микуни - смеясь, будто ничего не случилось.  Спустя час Микуни сидела дома, окруженная стопками писем и семейных документов, которые она вытаскивала из пыльных коробок. Микуни не могла выкинуть из головы имя Кирико. Ее беспечное поведение смягчилось - когда речь заходила о прошлом, ей становилось не до шуток.  В одной из коробок лежал старый альбом с фамилией Алисейн. Микуни вытащила его и принялась листать. Внезапно один листок выскользнул и упал у ее ног - ветхая фотография с девушкой в свадебном платье.  — Вот же дьявольская шутка генетики. — Микуни недоуменно почесала затылок.  Сходство действительно было поразительным. Те же глаза, тот же нос, даже форма лица. Разве что взгляд другой. Более… трагичный.  Микуни сунула портрет обратно в альбом и отправилась в единственное место, где могла получить ответ.