Глава 2. Навалившиеся проблемы

      Букет, который свалился мне на голову, нанес урон не только физический, но и, по большей части, моральный. Хорошо, что я больше не встретила Фёдора. Ну, точнее избегала изо всех сил. Мой план был надёжный, как швейцарские часы!       Во-первых, не выходить во время перерыва никуда, даже если Наоми очень сильно хочет.       Во-вторых, быть тише травы, ниже воды, то есть быть ещё более незаметной, чем обычно.       В-третьих, постараться стереть из своей головы это травмирующее воспоминание. Я молилась, чтобы никто тогда не заметил этот букет у меня в руках. А то подумают, что клумбы испортила я.       Всю оставшуюся неделю я была как на иголках. Ещё сказали выбрать клуб, в который надо ходить. И кроме того происшествия в моей голове засели другие вопросы. В какой клуб мне пойти? Что мне нравится? А какие клубы я выбирала раньше? Эти мысли сильно начали меня тревожить. Ведь я не помню, что было со мной раньше. Будто пустота. Готовить я не умею, шью только на базовом уровне, музыкой не увлекаюсь, чтением тоже, рисование отстало ещё в начальной школе, а спортсмен из меня... Короче, я обычный среднячок без каких-либо талантов. Хотя можно пойти и в клуб по интересам, где ничего не надо делать. В этом я мастер.       – Наоми-чан, ты не знаешь, есть ли в школе клуб по интересам? – подойдя к парте подруги, я тихо спросила её. Она точно шарит в этой теме. Я уже готова была запоминать номер кабинета. Но ответ был не тот, который я ожидала.       – Хм, знаешь, их в прошлом году было очень много, но новый президент школы расформировал их, считая, что они не нужны, – информация меня вообще не обрадовала. Можно сказать, я была разочарована. Неужели придется выбирать то, в чем я буду плоха? Я не хочу быть худшей среди лучших. Ненавижу это чувство. Унижение. Понимание того, что не можешь быть на равне с другими. Самокритика, от которой потом начинает тошнить.       – И куда мне идти?.. – Наоми сразу уловила нотки грусти в моем голосе. Она начала предлагать мне много других вариантов. И вдруг во мне что-то щёлкнуло, когда девушка назвала один клуб, – Детективный? И что там делать?       – Там вроде расследуют дела школы и не только. Но тебя туда могут не взять, – Наоми огляделась по сторонам, убедившись, что никто не подслушивает. Жестом она показала наклониться ближе к ней, что я и сделала, – главный там очень вредный, но мозговитый. Обычных людей он не только не берет, но и критикует. Также он большой сладкоежка.       – Мне надо взять с собой пакет вкусняшек? – спросила я, тоже шепча это на ухо подруги. Она утвердительно кивнула и демонстративно сжала кулак. Ее решимость начала передаваться мне, и я повторила ее действие. Боковым зрением заметила, как Дазай внимательно смотрит на нас, но не придала этому значения, – Поняла!       Остаток дня прошел обычно. На уроке я написала предполагаемый список сладостей, который должен хоть чуть-чуть задобрить главу клуба. Почему-то мысль о клубе детективов дала мне сил. Я радостно шла по коридору почти вприпрыжку. Память сама додумывала прошлые воспоминания, после чего на душе становилось легче. Неизвестность слишком опасна. Она всё сильнее засасывает меня в вечные тревоги, от которых я не могу спокойно жить. Но как хорошо, что Наоми мне предложила этот клуб. Теперь я не чувствую себя такой зачуханной.       Но счастье мое длилось недолго. На крыльце школы стоял он. Тот, чье имя нельзя говорить вслух. Чего он ждёт? Этот русский... Заметив меня, он начал просто пялиться. Когда на меня упал букет, я подумала, что как только увижу этого, то выскажу свое негодование. Но сейчас я даже рот не могу открыть. А его пристальный взгляд вот-вот меня испепелит. Мой план провалился. Переходим к другому: быстро капитулируем.       Моё тело успело среагировать намного быстрее разума. Шаг был быстрым, но уверенным, будто ничего не произошло. Хотя сердце бешено забилось от злости к этому и непонятной тревоги. Я даже не заметила, как на небе темные тучи начали плакать. Не успев отойти достаточно далеко от входа в школу, русский открыл свой зонтик и подошёл ко мне.       Что за подстава? Всё время мне удавалось увиливать от него, а сейчас, когда я даже не в школе, то всё сложилось так. Он просто шел рядом, закрывая от дождя себя и меня. Это молчание душило. Но я не собираюсь первая заговорить с ним. Я что, дура?       – А. Ты чего пошел со мной? – вырвалось у меня изо рта. Внутренняя я уже вопила во всю глотку, что я полная идиотка. Ещё и вопрос слишком наглый. Что я творю?       Но к моему счастью это создание ада не ответило. Хотя атмосфера стала ещё напряжённее из-за тотального игнора. Но это хорошо. Ещё не хватало потом говорить с ним каждый день.       Быстро заметив магазин, я юркнула внутрь. Побег удался. Из сумки я достала листок с списком. Ну что ж, попробуем.       – С вас 2500 иен, – сказала приятная работница. От ее голоса я невольно улыбнулась. Как таким людям не улыбаться? Я достала кошелек и протянула купюры, – спасибо за покупку.       Выйдя из магазина, я увидела его, который стоял и ждал меня. Улыбка моментально слетела с моего лица. Он реально ждал меня тут 20 минут? Где-то глубоко в душе мне стало его жаль. Парень был похож на собачку, которая ожидала своего хозяина. Я решила всё-таки поговорить с ним.       – Извини, но зачем ты меня ждёшь? Мы даже не друзья, – твердым голосом сказала я. Только сейчас в мою голову пришла идея, купить себе зонтик тоже, но неловко заходить второй раз. Тем более такая миленькая девушка. Почему так приятно смотреть на красивых людей? Мои мысли ушли на второй план, когда я услышала голос.       – Ты без зонта, – коротко сказал он. Акцент в его голосе делал его ещё исключительнее. Но парень явно что-то не договаривает. Наверное, по моему лицу было понятно негодование, и он продолжил, – я бы хотел предложить тебе вступить в студсовет.       – А ты кто там вообще? – недоверие так и слышится в моем голосе. Я уже понимаю, что ни за что туда не вступлю, но любопытство берет верх. Вообще не в курсе, что там делать, и кто там сидит.       – Я президент школы, – на его лице расплылась улыбка, когда он увидел мое выражение лица. Я не то что шокирована, я поверить не могу. Это он та тварь, которая расформировала все кружки для безделья! Пока я думала, не поняла, что стою с открытым ртом, – Федор Достоевский.       Закрыв свой рот рукой, я кивнула и вернулась обратно в магазинчик. Прости, красивая девушка! Но я не могу находиться с ним под одним зонтиком. Поэтому я взяла первый попавшийся зонт и купила.       Даже не слушая продолжение его предложения, я пошла домой, не попрощавшись. Ещё что я должна с ним делать? Какого хрена он вообще ко мне пристал? Предложить он мне хочет! А по еблу он не хочет? Я ведь главный оболтус в своих же глазах, а он мне в студсовет предлагает вступить. Дебильный. Кстати, откуда я вообще знаю эти матерные слова? Тем более они вроде русские. Походу у меня уже реально кукуха едет.       С такими мыслями ноги донесли меня до дома.       Хлопнув дверью, я разбросала свою обувь. Зонтик встал на свое новое и законное место – в подставку. Мамы ещё не было дома. В последнее время она всё время задерживается на работе. От этого мне хочется грустить ещё сильнее, но не время унывать. Я впервые хочу сделать хоть что-то, чтобы вступить в клуб. Но одних вкусняшек недостаточно для вступления.       Я огляделась в комнате. Книжная полка была завалена мангой и одной книжкой под названием: "Жизнь во лжи". Откуда у меня вообще такое? Так, я отвлеклась...       – Что я умею? – полностью плюхнувшись на кровать в школьной форме, я задумалась. Снова этот вопрос. Сейчас я чувствую себя очень пространственно. Будто в самой глубине моего разума что-то непрекращаемо гудит. Будто шум телевизора без связи или... – Мне нравится искать улики и решать кроссворды. Это ведь глупо идти с такими навыками в клуб, когда других не брали. Но вдруг получится? Попытка не пытка, так? – в слух рассуждать гораздо приятнее. Меня пугает это тишина. Будто в ней кто-то затаился, чтобы напрыгнуть. Руки начали подрагивать, а в бок будто ударили ножом.       Инстинктивно я свернулась калачиком, хватаясь за больное место. Аппендицит? Возможно, больно же в правом боку.       Я уже потянулась за телефоном, когда боль резко прошла. Но на моих глазах остались слёзы. В последнее время со мной что-то происходит. Так, Минори, успокойся. Всё ведь уже прошло. Поэтому всё в порядке. Но слезы продолжали капать на подушку. Живот неприятно урчит от голода, напоминая поесть хоть раз за день. Тело не слушается меня, даже мысли начинают искажать реальность. Почему всё так? Мне хочется провалиться сквозь землю, чтобы ни о чем не думать...       – Минори!.. – дёргая меня за плечи, кричала мама. Сколько времени я так пролежала? Зачем я вообще нахожусь.. Звонкий звук шлепка. Щека начала болеть и покалывать. Наконец мой взгляд сфокусировался на маме. Ее лицо... Она злится?       – Мам, – только и успела сказать я, как меня заключили в крепкие объятия. Мама начала меня укачивать, будто я маленький ребенок, – я просто задумалась.       – Я минут пять не могла привести тебя в чувства, – ее мягкая и нежная рука, которая отрезвила меня, огладила мне больную щеку. Если бы мне когда-то сказали, что мама поднимет на меня руку, то не поверила бы. Но это же другое, да? – У тебя что-то произошло? Ты сегодня вообще ела? На все вопросы я отрицательно качаю головой. На часах было двенадцать часов ночи. Я в таком состоянии была несколько часов? А казалось всего минут десять.       И за это время я поняла, что мне не нравится мое имя.