Эпилог. И жили они долго и счастливо?

Год спустя. Жёсткие каблуки дорогих ботинок отстукивали чёткий ритм по бетонному полу нижнего уровня Министерства Магии. Преодолев длинный коридор, Драко Малфой вошёл в дальнюю дверь. Небольшой зал был разделён на две части занавесом, за которым скрывалось магическое стекло, открывающее вид на комнату, больше похожую на лабораторию. В помещении для наблюдателей, у самой стены по стороне двери, вплотную стоял ряд кресел, напоминающих театральные. Они предназначались для законных смотрителей, контролирующих процесс, а так же родственников, если таковые имелись и желали проститься. Сегодня здесь было малолюдно. Кроме него присутствовали лишь трое членов Визенгамота, вызвавшихся наблюдателями. Что ж, это было предсказуемо. Суды над Рональдом Уизли длились больше полугода, в виду количества вменяемых ему обвинений. Комиссия собиралась несколько раз в неделю и кропотливо изучала показания подсудимого и свидетелей, просматривала изъятые у участников воспоминания. И, хотя процесс был закрытым, на него допустили родственников, правда чем дальше продвигалось разбирательство, тем меньше представителей семейства Уизли присутствовало на заседаниях. Дольше всех продержалась Молли. Но, спустя пару месяцев погружения в события, не выдержала и она. Как бы женщина не убеждала себя, что это всё не может быть правдой и его просто заставили, глядя на все имеющиеся доказательства, она сдалась. И отпустила. Решив, для себя, что её Рон погиб ещё в плену у Волдеморта. Три недели назад суд наконец вынес решение о наказании для Архонта Тёмного Лорда. И сегодня была назначена смертная казнь. Занавес качнулся и разъехался в стороны, открывая вид на «Комнату последнего вздоха», как поэтично прозвали её в «Ежедневном пророке», когда министерство презентовало новую систему исполнения наказаний. Ведь поцелуй дементора был признан негуманным, да и всех их в итоге выслали из Азкабана. В помещении за стеклом, уже прикованный к кушетке магическими наручниками, лежал Рональд Уизли. Вокруг него суетились колдомедики с нашивками отдела магического правопорядка. На вызванных ими диаграммах прыгали линии жизненных показателей заключённого. Суть нового метода заключалась в том, что приговорённого к смерти сначала погружали в счастливое небытие, с помощью специально разработанных для этого ментальных чар. Они трансформировали реальные события последних минут в его фантазии о будущем. Кто-то видел как его помилуют и освобождают, другие встречу с давно умершими любимыми, уже на том свете. Подсознание им показывало то, что они хотели, на что надеялись. Следующий этап должен был лишить заключённого способности чувствовать. Конкретно — убрать боль. Колдомедики чётким заклинанием отключали участки головного и спинного мозга, в цепи передачи болевых сигналов. В финальной стадии, осуждённому впрыскивали в нос пары «Напитка Живой Смерти». Переходя в это агрегатное состояние, он автоматически превращался в сильнейший яд. Поэтому медицинские сотрудники отдела магического правопорядка, всегда работали только в перчатках. И масках, которые служили им и для сохранения анонимности. Всасываясь в слизистую, пары постепенно замедляли работу сердца, сначала погружая в глубокий сон, а затем и вовсе останавливали его, вызывая смерть. Зрелище не для слабонервных. Со стороны это выглядело жутко, хотя учёные и доказали безболезненность и гуманность данного способа казни. Как только процедура была выполнена, и занавес закрылся, снова разделяя помещение на два, Малфой решил, что по собственной воле больше никогда сюда не вернётся. – Всё? – Билл оторвался от стены, которую подпирал и направился за блондином, как только тот вышел за дверь. – Всё. – не оборачиваясь, констатировал тот. – Министр просил тебя заглянуть к нему, – мужчины поравнялись, – Думаю, ему нужен твой ответ. – О, неужели это так важно, что за мной послали самого главу Аврората! – Драко усмехнулся, минуя приёмную, лишь кивнув секретарше. – Лорд Малфой, – Артур радушно поприветствовал гостя, пожимая ему руку. – Как официально, господин Министр! – молодой человек изогнул бровь. – Ты тянешь уже две недели, Драко! – Я сразу сказал, что не заинтересован, это вы настояли, чтобы я подумал. – он устроился в кресле для гостей у министерского стола, – Что ж, я подумал и всё ещё не заинтересован. – Генерал, никто не подходит на должность моего зама, так идеально, как ты, – мистер Уизли одарил блондина поощрительной улыбкой, – Ты отличный стратег, твои решения привели нас к победе в войне. – Артур, я всё понимаю, но в свои двадцать два года, я ещё слишком молод для столь ответственного поста. Я не имею таких политических амбиций тем более. Возможно только пока. – его голос звучал твёрдо, – Меня вполне устраивает моя должность в отделе международного сотрудничества. К тому же мне необходимо вплотную заниматься делами семьи. У меня куча дел по восстановлению наследия после войны и всего, что было в Мэноре. – Я понял тебя, вероятно ты прав. Извини, что так давил. – мужчина слегка поник. – Я бы хотел задать вам личный вопрос, – в его взгляде промелькнуло нетерпение. – Конечно, слушаю тебя. – У вас же есть семейное древо Уизли. Скажите, Гермиона… – блондин замялся. – Её там нет, – отец семейства понял что терзало Драко. – Они с Молли ещё тогда проверили и решили: либо церемония была не по магическим законам, либо не были соблюдены определённые условия и брак так и не вступил в силу. Они были парой. Официально открыли свои отношения друзьям и миру почти год назад. Разумеется они обсуждали её принудительный брак и церемонию под империусом. Он был чистокровным волшебником, который с детства изучал волшебные ритуалы и миллион разных правил для их исполнения. А она нет. Поэтому не понимала в последнее время угрюмого настроения своего любимого человека, а Драко не мог пересилить себя и спросить про консумацию брака с Архонтом. Генерал итак чуть не убил Уизела прямо в подземелье мэнора, когда Гермиона разрешила ему посмотреть свои воспоминания о пребывании в плену, перед тем как передать их для следствия над преступником. Малфой выглядел озадаченным, он молча размышлял о чём-то, пока не вспомнил что вообще-то в данный момент на аудиенции у министра. – Спасибо, Артур! – он поднялся и протянул мужчине руку, – О, вот ещё. Блондин достал палочку и, прислонив к виску, скопировал воспоминание из «Комнаты последнего вздоха» в специально заготовленный сосуд. Закупорил его и молча поставил на стол перед мистером Уизли. Затем тихо покинул кабинет, чтобы не смущать отца в его скорби, которую многие могли бы и вовсе осудить. Но точно не он. Ведь каким бы не был злодеем его собственный отец, сколько бы дерьма он не натворил, Драко всё равно любил его и оплакивал после смерти. Потому что другого у него не было. Малфой вынес свои уроки и не допустит повторения родительских ошибок в своей жизни. – Драко? Он и не заметил как за размышлениями ноги сами его привели на этаж отдела магического правопорядка. – Кудряшка! – он расплылся в улыбке, – Пообедаем? Пару провели за их любимый столик в глубине зала. Это казалось совсем привычным — совместный ланч в обыденный рабочий день. – Не хочешь знать как всё прошло? – парень посмотрел в глаза волшебнице, когда та опустила меню. – Нет, – девушка передёрнула плечами, будто от холода, – Это наконец закончилось, и я хочу об этом забыть. Не говорить. Не видеть. Не давать показания. Я устала. – она закрыла глаза и глубоко вдохнула, успокаивая себя, – Для всех война закончилась, а мне приходилось переживать это раз за разом каждое заседание. – Ты права, милая, прости меня, – он накрыл своей ладонью хрупкую девичью кисть. – Джинни прислала билеты на свою первую игру за «Гарпий» в субботу, – Грейнджер сменила тему после того как официант принял у них заказ, – Я же говорила, что она прошла пробы и теперь в основном составе? – Да, но даже если бы и нет, то Стейн меня просто забросал письмами с рассказами о своей гениальной девушке! – Драко засмеялся, – Мерлин, кажется он совсем лишился рассудка от своей любви. – О, кто бы мог подумать, что эта парочка так споётся вместе, – она с улыбкой покачала головой, пока официант расставлял тарелки с едой, и продолжила, когда они снова остались вдвоём, – А после игры, кстати, нас ждут в Норе на ужин. Я думаю Молли с размахом организует праздник в честь своей любимой девочки! – Ооо, нет! – он театрально закатил глаза изображая отчаяние, – Опять семейный вечер Уизли? Я с ними итак провожу целый день по работе! – Что? Драко, не придумывай! Ни один из них не работает в твоём отделе! – волшебница нахмурилась и скрестила руки на груди, откладывая столовые приборы. – Ну давай посчитаем! – блондин по-мальчишески усмехнулся, – Артур — Министр Магии, международные связи напрямую с ним сотрудничают на постоянной основе. Билл — глава аврората, и считает, что кофе в моём кабинете гораздо вкуснее, чем в их приёмной. Перси — главный зельевар и учёный в «Malfoy SCI.», Джордж постоянно ошивается возле него с новыми идеями для своего магазина приколов. Я думаю он ночует в лаборатории с братом чаще, чем с Анжелиной и их маленьким новорождённым новым ещё одним Уизли. – Драко закатил глаза, – Пожалуй куплю «Холихедских Гарпий», чтобы ещё и Уизлетта была в коллекции. – Малфой! Это грубо! – после небольшой заминки добавила, – И ты не станешь! Мужчина с улыбкой наблюдал, как Гермиона дует свои пухлые губки и морщит свой милый носик. Так она вела себя только с ним. Ответственная и строгая — на работе. Чуткая, подбадривающая, общительная — с друзьями. И только со своим мужчиной она могла расслабиться и быть любой — милой, капризной, уютной, вредной, смешной, плаксивой, трогательной, нервной, соблазнительной, настойчивой, спокойной, надоедливой, чересчур шумной или наоборот молчаливой. Собой. – Я понял! – он поднял руки в знак признания вины, демонстрируя открытые ладони. – Ужин, так ужин! Обожаю стряпню миссис Уизли. Только эльфам в поместье не говори! – Правильное решение, – Грейнджер даже не пыталась скрыть лукавую улыбку, – У тебя ещё есть дела в министерстве? – Нет, я провожу тебя, потом загляну в «Гринготтс», а потом в лабораторию, – блондин ловко расправлялся с десертом, завершая обед. – Хорошо, – Гермиона отпила свой пряный чай, – Тогда встретимся уже дома. Попросить у Мити что-нибудь особенное на ужин? – Ммм, на твой вкус, дорогая, – Малфой оплатил счёт, затем помог ей подняться, отодвигая стул и, бережно придерживая за поясницу проводил к выходу. В субботу Гермиона слишком долго крутилась перед зеркалом, не в состоянии решить, что надеть. Драко, как обычно пропадал в лабораториях. Это была его истинная страсть. Он уже самолично усовершенствовал бодроперцовое, кровевосполняющее и костерост, которые теперь поставлялись во все больницы, готовые сотрудничать. Хотя он и подтрунивал над Перси, сам был ничуть не лучше него. И, если бы Грейнджер не ждала его дома, точно бы переехал под бочок к своему любимому котлу. Разумеется, она никогда бы не стала его упрекать такой увлечённостью. Девушка и сама проводила всё возможное свободное время за книгами, или поиском информации о чарах разума. Оказалось, что снять такой обширный обливиэйт, который она применила к родителям, не так-то просто без последствий. Первое время, после окончания войны, когда она отыскала папу с мамой, это занимало почти всё время волшебницы. К сожалению, на данный момент, она так и не нашла способ сделать это. Успокаивало лишь то, что их случай заинтересовал профессора Гранда, который заведовал крылом в больнице Святого Мунго, специализирующемся на нейропроклятиях. Теперь он и его команда проводили масштабные исследования, не доступные ей, как простому обывателю. А значит надежда есть. После войны, когда министерство было зачищено от продажных чинуш и остатков прихвостней Тёмного Лорда, Магическая Британия отстраивала заново основы будущего мира. Её часто приглашали посоветоваться о возможных законах для поддержки или защиты прав маглорождённых, что сначала казалось волшебнице каким-то абсурдом. Ведь было принято считать, что за рамками суждений священных двадцати восьми семей, никакой дискриминации не было. Однако, углубившись в свои проверки, Гермиона с разочарованием обнаружила, что в правительстве почти нет людей, которые до одиннадцати лет не знали, что владеют магией. А те, что всё же работали — занимали низкие должности с минимумом ответственности. Таким образом, было создано целое подразделение в отделе магического правопорядка, занимающееся разработкой и внедрением законопроектов, уравнивающих права маглорождённых, полукровок и чистокровных. Руководителем, разумеется, выбрали мисс Грейнджер. Всё-таки решив, что матч по квиддичу — мероприятие неофициальное, Гермиона выбрала короткую юбку-шорты, глубокого серого цвета, в тонкую чуть-светлее основного полотна полоску. На белую майку надела объёмный бордовый свитер, потому что вечера в сентябре были иногда довольно прохладные, а она — девушка практичная. По этой же причине были выбраны и тёмные колготки из тонкого гладкого шёлка, а поверх них аккуратные кашемировые носки. Образ завершали массивные чёрные лоферы, самые мягкие и самые любимые. Взмахом палочки, волшебница завязала на затылке лентой в тон свитеру верхние пряди волос от висков, сооружая нехитрую «мальвинку», оставив основную массу кудрей свободно спадать. Оценив получившийся результат, гриффиндорка довольная собой зачерпнула горсть летучего пороха и шагнула в камин. – Ты восхитительна, – блондин подал ей руку, помогая стряхнуть сажу, как только она появилась в каминном зале стадиона. Его глаза светились обожанием. Драко поднёс её ладошку к губам и манерно коснулся костяшек, затем, закрепив её на своём предплечье и увлекая девушку за собой, направился к ложе, где уже собирался народ. Вместе они смотрелись невероятно эффектно. Малфой сегодня был в классических бежевых брюках, белой рубашке, ворот и манжеты которой виднелись из-под кашемирового свитера в стиле оверсайз, той же гаммы. Мужчина прибыл прямиком из лаборатории, поэтому вокруг него еще витал аромат трав для зелий. – О, ну наконец-то! – Молли, как заботливая мама пробралась ко входу в отведённый им сектор, по пути обнимая и проталкивая пару к сидениям. – Диктор уже объявил начало! Сейчас выйдут команды! Женщина выглядела довольно бодро. Она тяжело переносила последствия этой войны для их семьи. Казалось, что потеря сыновей — самое ужасное, что могло случиться, но, к сожалению, ей пришлось выяснить, что воскрешение, а потом и новость о вероломном предательстве младшего из них — куда хуже. Мать до последнего надеялась, что Рон был под империусом, но с каждым заседанием суда, женщина убеждалась, в совершенном безумии своего некогда милого мальчика. И она сдалась. Отпустила воспоминания. Перестала ходить на слушания. Хотя и не могла понять, почему все вокруг, весь магический мир не винит её в создании монстра. Потому что она винила. Пожалуй, если бы не появление Фреда Младшего, которого папа Джордж назвал в честь своего близнеца, ставшего для бабушки смыслом жизни, Молли бы пропала. Растворилась бы в своей скорби и исчезла. И только благодаря этому круглолицему карапузу, в её душе снова появилась любовь и надежда на будущее, возвращая в «Нору» уют и спокойствие отчего дома. Всю игру Гермиона откровенно скучала, всё-таки квиддич так и не стал областью её интересов. Она была рада наконец оказаться в тихом саду коттеджа Уизли, из которого прямо сейчас доносились звуки суетливых приготовлений. Гремели парковки и столовые приборы, а властный голос матери семейства раздавал указы. – Не замёрзла? – Драко приобнял девушку со спины, поглаживая плечи. – Ты в порядке? – Да, – Грейнджер слабо улыбнулась, – Просто… Понимаешь, так странно. «Нора» стала для меня вторым домом, ну или третьим, если считать Хогвартс. Мы часто проводили тут каникулы, собирались на праздники. Мистер и миссис Уизли относились к нам с Гарри как к своим детям. – волшебница как-то обречённо вздохнула, – И теперь грустно быть здесь одной. Без мальчиков. Пожалуй, Гермиона впервые после случившегося заговорила о Рональде, как о далёком друге. Для себя она решила разделить свои воспоминания с ним: о детской дружбе — чистой и дорогой её сердцу, и об отвратительном предателе, погрязшем в зависти и злобе. Это было. Лучший друг и подлый враг. И ничего уже не изменить. – Мне жаль, Кудряшка, что тебе приходится снова переживать это. – мужчина развернул её лицом к себе и приложил губы ко лбу, – Можем уйти, если хочешь. – Нет! Что ты! Я не это имела в виду. – девушка приподнялась на носочках и оставила лёгкий поцелуй на губах блондина, – Мне грустно, но сейчас это доброе чувство. Как ностальгия знаешь. – Фууу, Малфой! Убери от неё свои грязные руки! – Джинни показалась из двери, – Я всего лишь вышла позвать вас к столу, и не хочу наблюдать ничего не предназначенного для детских глаз! – Мерлин! Джинни, тише! – гриффиндорка направилась в сторону подруги, увлекая свою пару за собой, – Это же просто объятия! – Уизлетта. – Драко хмыкнул, здороваясь с рыжей простым кивком. – Вряд ли ты бы смогла тут увидеть что-то, чего бы уже не успела попробовать со Стейном, – мужчина подмигнул. – Туше! – Джиневра заливисто рассмеялась. – Правда, давайте быстрее, мама начинает нервничать. Когда все тосты в честь виновницы торжества были сказаны, а вечер перетёк в приятный ужин за разговорами по интересам, слово решил взять Билл. Мужчина поднялся с места, привлекая к себе внимание. – Сестрёнка, надеюсь ты нас с Флёр простишь, но мы украдём у тебя немного внимания, – брат чуть нервно кивнул Джинни, – Просто сегодня собрались самые близкие люди, облегчив тем самым нам задачу. – Главный Аврор сжал ладошку своей жены, пока окружающие смотрели на него с нетерпением, начиная что-то подозревать, – У нас скоро будет пополнение, мы ждём ребёнка. – он перевёл взгляд на миссис Уизли, – Мам, это девочка. И вот теперь началась полнейшая суматоха. Молли со слезами на глазах кинулась обнимать невестку, ну и немного сына. Все наперебой выкрикивали поздравления и пожелания. Впрочем, атмосфера мало отличалась от былых семейных ужинов. – Мерлин! Я так рада за них! – вернувшись домой, Гермиона шла от каминного зала в их спальню мечтательно разглядывая потолок, пока блондин идущий лишь на шаг позади любовался ею. – Гермиона, ты навсегда останешься для меня Грейнджер, но я хочу чтобы для всех остальных ты была Малфой. Девушка резко затормозила и развернулась, не совсем понимая о чём он говорит. – Драко, это… – её глаза расширились от удивления. Она переводила взгляд с улыбающегося мужчины на бархатную коробочку, которую он протягивал ей, где на тёмной фактурной поверхности бликовал металл тёплого золотого оттенка, мягко контрастируя с холодным блеском камней. Затаив дыхание волшебница разглядывала замысловатое винтажное кольцо с крупным бриллиантом в огранке «маркиз» по центру, а вокруг него — изящный ореол из семи мелких камней, закреплённых ступеньками, словно диадемы, украшающие его снизу и сверху. По бокам центрального бриллианта искусный ювелир расположил аккуратные вставки багетной огранки — строгие, геометричные, они придавали композиции тонкую архитектурность. Великолепное. Оно было произведением искусства. – Это мои намерения относительно нашего будущего. – блондин был полон решимости, он просто лучился любовью и обожанием. – Как думаешь, Молли будет так же радоваться, когда, через годик-другой, мы сообщим им о нашем ребёнке? – Ребёнок? Мистер Малфой, а не слишком ли вы спешите? – она намеренно его дразнила, – Я же ещё даже не сказала «Да»! – Так скажи же уже, чтобы и я мог называть тебя «миссис Малфой». – парень лениво растягивал слова, наслаждаясь их привычной игрой. – Я люблю тебя, – на глаза гриффиндорки навернулись слёзы. – Я люблю тебя, моя девочка, – Драко притянул девушку в свои объятия, окутывая нежностью и заботой, – Это значит «Да»? – Да. Ну конечно да! – она обвила его шею руками, и нашла мужские губы жарким поцелуем, обещающим ему много дней счастья рядом с ней.