Операция Ы

      Торговый центр жил своей привычной, оглушительно-беззаботной жизнью: детский смех, звон посуды из фуд-корта, сладкий аромат корицы, слипающийся с кофе, — и звенящая мелочь на кассах. Люди носились с пакетами, примеряли кроссовки, смотрели на витрины так, словно в мире не существовало ни заговоров, ни покушений, ни слов “гриф секретно”. Смешно. Почти утешительно.       Моргана скользнула взглядом по зеркальному полу, по отблескам света на стекле, по линиям камер под потолком. Привычный счёт: входы — три, эвакуационные выходы — два, охрана — ленивый парень справа, заметит через секунды четыре, если заметит вообще. Стив шёл рядом — прямой, как правило, спокойный, как шторм перед броском. Наташа чуть позади растворилась в толпе, будто её и не было; только голоса в ухе напоминали, что они трое.       — Дыши, — тихо сказал Стив, даже не глядя.       — Дышу, — так же тихо ответила она. — Просто вспоминаю, когда в последний раз на операции пахло сахарной вату и корицей.       — Скорее всего — никогда, — усмехнулся он углом губ.       Они подошли к стойке с компьютерами. Продавец — улыбчивый пацан, прыщавый лоб, бейджик “Тайлер” — моментально подскочил.       — Помочь чем-то? — голос слишком высокий, слишком доброжелательный. Учебник по продажам, глава первая.       Нат уже была рядом, улыбка — на пять звёзд, и ни капли тепла за ней.       — Да, — сказала она, как будто уже выбрала половину ассортимента. — У моей сестры скоро свадьба. И мы ищем место для медового месяца.       “Сестры”, значит. Игра началась. Моргана даже не успела выдохнуть смешок — внутренняя хищница включилась на автомате.       — Да-а-а, — протянула она, в одно движение прижимаясь к Стиву, закидывая руку ему на плечи настолько естественно, будто делала это сотню раз. — Мы с моим женихом та-а-ак хотим отдохнуть. Далеко. Желательно там, где не ловит связь… и не существует документов.       Стив едва заметно кашлянул, но сработал безукоризненно: наклонился и легко коснулся губами её виска. Ничего лишнего — и всё лишнее одновременно. Тёплое касание обожгло, каким-то образом сразу усыпив бдительность и встав на самый край нервов. Спокойно, богиня. Ты просто прикрытие. Просто видимость.       Она незаметно ущипнула его за бок — рефлекторно, слишком сильно. Он дёрнулся почти незаметно, кивнул “Тайлеру”, и тот послушно повернул монитор.       — Какое направление смотрим? — парень уже печатал, даже не дождавшись ответа. — Острова? Европа? Горы?       На экране что-то мигнуло, вспыхнуло окно, как будто не из их системы. Координаты. Строки цифр, которые Стив прочитал быстрее, чем моргнул.       — Нью-Джерси, — глухо сказал он, и в голосе что-то сдвинулось.       Моргана уловила это мгновение: лёгкая дрожь в воздухе, тень на лице.       — Что? — шепнула, приподняв бровь. — Место знакомое? Неужели у тебя уже был там медовый месяц? С пирогами и качелями?       Он не ответил. Только глянул — коротко, остро — и отстранился от стойки.       — Спасибо, — Стив улыбнулся продавцу так, что тот чуть не растаял на месте. — Мы подумаем.       — Конечно! — помогательно выпалил “Тайлер”. — Если что, я здесь до девяти! Они отошли. Нат растворилась в другой поток людей — двинулась параллельно, не теряя их из виду. В ухе щёлкнул канал, её голос стал ниже, собраннее.       — У вас хвост, — произнесла Наташа так спокойно, будто говорила о погоды. — Двое сзади, двое спереди, по одному с флангов. Типичная группа захвата. Без суеты.       Стив едва заметно изменил темп шага, Моргана — дыхание. Она не любила суету. Она любила точность.       — План? — спросил он.       — Раствориться, — отозвалась Нат. — И… проявите чувства. Целуйтесь. Прямо сейчас.       — Что? — одновременно сказали они с Мор.       — Люди испытывают дискомфорт, когда вынуждены быть свидетелями чужого счастья, — ровно проговорила Нат, и Моргана почти увидела её усмешку. — Они отвернутся. Они замешкаются. Это — окно.       — Нат, это… — начал Стив, но не успел.             Моргана схватила его за ворот куртки и потянула к себе. Поцелуй вышел резким, как выстрел, — и потёк, как расплавленный металл. Они провалились в него на долю секунды, чуть больше, чем требовала маскировка; мир вокруг стал глухим, как будто хлопнула звукоизоляция. Стив откликнулся — не слишком, не навязчиво, но достаточно, чтобы у неё закружилась голова. Что ты творишь? — мелькнуло, но уже было поздно: мышцы запомнили, нервные окончания вспыхнули, сердце сорвалось с привычного ритма.       Она отстранилась первой, дыхание сбилось.       — Ну? — ухмыльнулась, стараясь вернуть себе оружие в виде сарказма. — Ощутил дискомфорт?       Стив смотрел на неё чуть дольше, чем следовало. Мягкость, которой она от него не ждала, прошла по взгляду, как свет по воде.       — Подошло бы другое слово, — тихо произнёс он.       Она отвернулась, укрыв смятение привычной холодной полуулыбкой. Соберись. Потом. Подумаешь позже. Если будет “потом”.       — Двигайтесь, — шепнула Нат. — Левый коридор, за магазином с сумками — сервисный выход.       Они пошли. Хвост действительно замешкался — кто-то демонстративно уткнулся в телефон, кто-то отвернулся, притворяясь, что рассматривает витрину. Дискомфорт сработал — кто бы спорил.       — Твоя рука, — сказал Стив вполголоса.       Она не сразу поняла: всё ещё держала его за локоть так, будто спасалась от водоворота. Отпустила, выдохнула и тут же снова поймала себя на том, что ей легче, когда он рядом. Раздражающая, опасная легкость.       — Не в моём стиле, — процедила она. — Но… сегодня, кажется, исключения.       — Запомню, — отозвался он. И, после короткой паузы, совсем негромко: — Спасибо за… прикрытие.       — За поцелуй? — прищурилась она.       — За секунду преимущества, — без улыбки. — Этого иногда достаточно.       Сервисная дверь поддалась. Их окатил холодный воздух коридора — пахнущий пылью и картоном. Далёкий гул вентиляции, шуршание упаковки, тень от ламп дрогнула на стене, как призрак. Они ускорили шаг.       И мысли, наконец, догнали её. Почему я доверяю именно ему? Проще было бы не доверять никому — ни Асгарду, ни людям, ни самим словам “семья” и “дом”. Проще было бы снова обложиться сарказмом, как бронёй. Но рядом с ним броня всё время сползала на пару сантиметров — и это бесило. И… странно успокаивало. Он не требовал, не проповедовал, не тянул. Просто шёл рядом и держал курс. Как будто этого достаточно, чтобы не сорваться в ту самую тьму, где она уже не раз тонула.       Они вышли к лестнице. В ухе щёлкнул канал.       — Координаты подтверждены, — сказала Нат. — Нью-Джерси. Старый объект. Встретимся позже — мне нужно потерять хвост. Вы — вдвоём.       — Принято, — ответил Стив. — Будь осторожна.       — Всегда, — сухо отрезала Нат и отключилась.       Они продолжили двигаться, петляя через служебные проходы. Моргана обернулась — однажды, второй, третий — тени следователей исчезли. Она позволила себе один короткий смешок:       — Запишу лайфхак Романофф: целоваться — полезно для скрытности.       — Я не против практиковаться, если это вопрос оперативной эффективности, — выдал Стив на удивление быстро — и тут же чуть покраснел, словно сам удивился словам.       — Ого, — она приподняла бровь. — Ты учишься.       — Быстро адаптируюсь, — сухо сказал он, но в голосе теплилась улыбка.       Они миновали последнюю дверь и вывалились в служебный дворик, где шум торгового центра отрезало, как ножом. Воздух был прохладнее, небо — белёсое. Машины гудели на парковке, воронье скрипело на крыше — почти деревенская тишина после людского муравейника.       — Машина? — спросила она.       — Там, — Стив кивнул в сторону неприметного седана.       И пока они шли, Моргана поймала себя на новой, непривычной мысли: Если мир снова рухнет — а он, похоже, этим и занят, — я, по крайней мере, знаю, чьему голосу в ухе поверю, даже если всё остальное будет ложью.       Она не сказала этого вслух. Не время, не место — и не её стиль.       — И да, — сказала вместо этого, уже кладя ладонь на дверную ручку. — На заметку: водишь ты лучше, чем Тор, я убедилась.       — Теперь это комплимент? — спросил он, открывая водительскую дверь.       — На сегодня — да, — позволила она себе улыбку. — Но не привыкай.       Он улыбнулся в ответ — коротко, искренне, будто и не умел иначе. Двигатель завёлся с первого раза, и седан бесшумно выкатился на дорогу.       В зеркало заднего вида отражалась она — с привычной полуулыбкой, в которой теперь, как ни странно, было меньше стали и чуть больше света. Только самую каплю. Ровно столько, чтобы не дать тьме снова подумать, что она побеждает.

***

      Мотор машины гудел ровно, шины ритмично катились по асфальту, и только этот звук заполнял тишину. Стив вёл — сосредоточенный, как всегда, глаза вперёд, спина прямая, руки крепко держат руль. Нат сидела сзади, и оттуда её взгляд казался почти осязаемым. Мор пересела и устроилась на переднем пассажирском сидении, заложив одну ногу на другую и задумчиво глядя в окно.       Нью-Джерси. Слово по-прежнему звенело у неё в голове. Стив изменился в лице, когда увидел координаты — резко, будто его ударили под дых. Там что-то важное. Что-то, что связано с его прошлым, о котором она знала лишь обрывки, слышанные от других. Но если прошлое Стива иногда мелькало в газетах, фильмах, учебниках истории, то её собственное было пустотой. И эта пустота давила.       Она машинально коснулась виска, где ещё теплился призрак поцелуя. Слишком резко, слишком вовремя, слишком по-настоящему. Это должно было быть игрой, уловкой, но внутри всё перевернулось. Тепло его ладоней на её талии, то, как он на долю секунды откликнулся — почему это застряло во мне, будто игла?       Моргана стиснула пальцы в кулак. Сосредоточься. Это была операция. Точка. Но сердце, предательское, напоминало: у неё нет памяти, нет прошлого, нет корней — только настоящие мгновения. И это мгновение стало слишком ярким.       Наташа усмехнулась и лениво прервала тишину:       — Скажи-ка, Роджерс… Это был твой первый поцелуй с сорок пятого года?       Стив чуть не вдавил педаль газа сильнее, а потом медленно выдохнул и скосил взгляд в зеркало.       — У меня было время для практики, — спокойно ответил он.       Моргана театрально ахнула, прижав ладонь к груди:       — Капитан Роджерс! Не стыдно ли вам говорить такие вещи в присутствии вашей невесты?       Он закатил глаза так выразительно, что даже Нат хмыкнула.       — Ты ведь сама всё это придумала, — пробормотал он.       — И справилась отлично, — тут же подхватила Нат, явно получая удовольствие. — Но знаешь, Стив, если ты держишь её за руку так же уверенно, как держишь руль, то, возможно, Моргане придётся смириться с ролью счастливой жены.       — Ха-ха, — сухо бросил он, но уголки его губ дрогнули.       — А мне вот интересно, — Моргана резко повернулась к нему, глаза прищурены, голос мягко-ядовитый. — Что всё-таки в этом Нью-Джерси? Ты так изменился в лице… Неужели и правда там уже был твой медовый месяц?       Стив сжал руль чуть крепче, но не сразу ответил. Потом, с самым невозмутимым видом, бросил в её сторону:       — Не волнуйся, милая. Ты будешь первой.       Она поперхнулась воздухом, чуть не закашлялась, вытаращив глаза на него.       — Ты это сейчас… серьёзно?!       Сзади Нат присвистнула, сдерживая смешок:       — Вот это удар ниже пояса, Кэп. Не знала, что у тебя есть чувство юмора.       Стив молчал, глядя только на дорогу, но угол его рта всё-таки чуть дёрнулся — выдал его с головой.       Моргана уставилась на него, пытаясь придумать достойный ответ, но, к её ужасу, в голове вертелась лишь мысль: Он сказал это слишком естественно. Слишком спокойно. Словно и правда верит. Она отвернулась к окну, чтобы скрыть жар, выступивший на щеках, и выдохнула сквозь зубы:       — Вот и поезжай уже быстрее, пока я не решила отравить тебе кофе, капитан. Нат тихо рассмеялась, наслаждаясь моментом, а Стив только слегка качнул головой и прибавил газу.       И всё же Моргана чувствовала, как где-то глубоко внутри неё рождается странное ощущение — смесь лёгкости и тревоги. Словно этот человек, сидящий за рулём, понемногу превращался в её якорь. А она слишком хорошо знала, что в её жизни якоря редко выдерживают бурю.       Моргана отвернулась к окну, заставляя себя сосредоточиться на дороге и упрямо игнорируя жар на щеках. Стив молчал, Наташа тихо посмеивалась сзади, но внутри неё бушевало что-то совсем иное.       Почему его слова так задели? Почему вообще я позволяю себе реагировать?       И вдруг, словно отголосок чужой жизни, в голове вспыхнуло — рваное, едва различимое воспоминание. Ритм движения, ветер, удары копыт по камню или, может, по металлу… и чья-то фигура рядом. Лицо терялось в тумане, но было ясно одно: рядом с ним она чувствовала себя в безопасности. Как сейчас.       Она резко моргнула, пытаясь отогнать это видение, и крепче сжала кулаки.       Нет. Это не моё. Это обман. Я — пустота, созданная заново, и нечего ворошить фантомы.       — Эй, ты в порядке? — негромко спросил Стив, заметив её напряжённость.       Моргана усмехнулась, чуть тише обычного, но всё же ехидно:       — Не переживай, капитан. Я ещё не решила, убить тебя за дерзость или простить.       Стив покачал головой, но уголки губ всё же дрогнули в улыбке.