Часть I

Весенний день в Костроме был непривычно тёплым. Река медленно таяла под солнцем, а в воздухе стоял лёгкий аромат — смесь сырого дерева, ещё холодной земли и первых цветущих веток. На набережной, между бледными тенями ещё не до конца проснувшихся деревьев, стояла Юля. Белая блуза с объёмными рукавами ловила каждый порыв ветра, а солнечные лучи играли на металлических гранях её серёжек. Губы — нежно-розовые, словно в тон распустившейся сакуре за её спиной. Она приехала сюда будто случайно, но в глубине души знала, что именно сегодня может столкнуться с ним. С Вадей Солдатовым. Имя, которое когда-то ассоциировалось у неё исключительно с шумом, спорами и бесконечными интернет-баталиями. Человек, который был её самым упрямым противником и… странным образом — самым постоянным собеседником. Даже в ссорах. Даже в моменты, когда хотелось навсегда стереть его из жизни. Вадя появился не сразу — словно раздумывал, стоит ли подходить. Невысокий, в лёгкой куртке, он шагал осторожно, будто каждая трещинка на плитке могла скрывать ловушку. Лицо чуть напряжённое, взгляд быстрый и оценивающий — привычка, выработанная годами недоверия к миру. В руках он держал неприметный бумажный пакет. Юля бросила на него быстрый, насмешливый взгляд. Она заметила, что он постригся — чуть короче, чем обычно, — и что на его щеке виднеется почти незаметная тень усталости. Паранойя и ночные переписки давали о себе знать. Она вспомнила, как когда-то, в разгар их виртуальной войны, он внезапно прислал ей фотографию костромской набережной на закате — “просто так”. Она тогда не ответила, но распечатала снимок и положила в ящик стола. Даже сама не знала зачем. Сейчас он стоял рядом, но в его позе чувствовалось напряжение — будто он всё ещё не верил, что их встреча может быть без ловушек. И всё же, в его взгляде проскальзывало что-то другое… что-то, что она видела в те редкие мгновения, когда он переставал быть язвительным, когда в нём открывалась тёплая, почти застенчивая сторона. Юля сделала шаг ближе, чувствуя, как ветер приносит аромат сакуры и легкую прохладу реки. Она знала, что между ними слишком много странных историй, чтобы просто назвать это дружбой. И слишком много любопытства, чтобы назвать это враждой. Всё остальное было лишь вопросом времени.