…

- Ваша хваленая праведность, хотя, я бы окрестил это иначе, не более чем недостаток кругозора, наивняк и тотальное игнорирование критического мышления!  Очередная стычка гриффиндорской троицы с серебряным квартетом, переросшая в агрессивную дискуссию о целеполагании первых, разворачивалась во внутреннем дворе Хогвартс на глазах неравнодушной публики. На этот раз, кажется, начал младший из братьев Уизли: налетел на Забини, пятясь в направлении ворот, попутно подначивая друзей пропустить октябрьскую ярмарку и отправиться прямиком в Три Метлы. Принялся было извиняться, да только стоило обернуться - ощетинился и давай безосновательно плеваться ядом. Слово за слово и вот они снова покрывают друг дружку сотнями нелестных эпитетов, словно им все еще по одиннадцать. Хотя, кого я обманываю: с тех пор их своеобразная «традиция» зрела и трансформировалась вместе с ними. Банальные обзывательства переросли в яростную, но конструктивную критику. Невооруженным взглядом было заметно - это уже вовсе не детские обидки, это разночтения во взглядах сторон, наотрез отказывающихся мириться с мировоззрением оппонента.  - Благими намерениями вымощена дорога в ад, Поттер, пора бы запомнить. - ядовито подвел черту в своем монологе Малфой.  - Разумеется, по-твоему же лучше прятаться по углам, ожидая пока все само как-нибудь рассосется. - парировал Поттер.  - Отнюдь. - снисходительно усмехнулся Теодор, - Для решения сложных проблем люди, как правило, составляют скрупулезный пошаговый план, взвешивая при этом все «за» и «против» того или иного действия. - проявляя удивительное терпение пояснил он, - Все, чем занимаешься ты с дружками, так это прыгаешь вниз головой в яму, дна которой не видно. - Наблюдающим со стороны всегда легко говорить. - заметил Рон, - А вы в нашу шкуру залезьте, ебланы! - Будучи в вашей шкуре, Уизли, я бы, например, в первую очередь оценивала риски, а потом уже бросалась бы на амбразуру. Мир не делится на черное и белое, невдомек? - оскалилась Пенси, - Сколь жестока перспектива отдать чью-то жизнь на благо спасения мира - столь и ничтожна эта жертва в сравнении с тысячами разрушенных судеб. - Но невинные..! - О, Поттер! Ради Святого Мерлина, кончай нести чушь! - развеселился пуще прежнего блондин, - Сколько невинных подохло, стремясь спасти Избранного? - выплюнул Малфой, словно ругательство, - Десятка два-три? Больше? - выгнул бровь, театрально оглядываясь на стоящих по обе стороны друзей, словно ища у них ответа, - Можно было в ту «страшную» ночь в Годриковой впадине не поджилками трясти, а хорошенько подготовиться и проклясть Реддла. Пусть не убить, но ослабить или вовсе заточить в Азкабане. Но нет, не только Поттеры, но и все их друзья, величайший волшебник всех времен Альбус Кретиниус Дамблдор , и дементор знает сколько еще народа мгновенно отупели в попытках спасти одного ребенка, который в результате остался сиротой и вынужден такими же кретинскими методами разгребать оставленный ими раздрай. Ахуенные стратеги! - Ты не прав, Малфой.. - запала в голосе гриффиндорца порядком поубавилось.  Стушевался. Отлично, пора бы заканчивать этот концерт.  - Гермиона, ты скажешь что-нибудь? - прошипел сконфуженный Уизли, пихая подругу локтем.  Точно, Грейнджер. Подозрительно тихая сегодня.  Слизеринцы перевели готовые взгляды на девушку. Эти четверо не раз силились совместными усилиями проанализировать мотивы собственного поведения - к чему им спорить с упрямыми гриффиндорцами, к тому же самыми идиотски-доблестными них, если из раза в раз все по накатанной? Они сталкиваются, начинают спорить на тему какой-нибудь хуйни с пометкой общественно-важно и через n-ное количество времени их разгоняют профессора. Ответ всплывал в голове каждого сам собой. Гермиона сука Грейнджер. Спорить с ней было пиздецки занимательно. Ведьма парировала каждый из приведенных ими аргументов, ставила в ступор своими логическими цепочками, интриговала, не давала просчитать даже собственную оборонительную тактику в разговоре. Исключительно её заслугой было то, что споры всегда сводились в ничью.  - Если бы не мерлинова Грейнджер, эти двое капитулировали бы еще несколько месяцев назад дабы не лицезреть ваши довольные победой в споре рожи! - усмехнулась Пенси.  - Верно, но мерлинова Грейнджер неумолимо на стороне храбрых недоумков, - пожал плечами Забини, - как не прискорбно.. - он перевел хитрые глаза на сидящего поодаль от компании блондина, поиграв бровями. - Я не думаю, что он нас слушает, Блейз.  - О нет, дорогой Тео, он даже знает, что я смотрю на него, - понизив голос и уперев локти в колени, так, чтобы приблизиться к лицу друга, - Глянь, - он совсем не аристократично указал пальцем в сторону лица Драко, - прикрыл глаза, чтоб мы решили, что он витает где-то в недрах собственных размышлений, а глаза то под веками бегают - выдают.  Тео хохотнул, наблюдая как Малфой устало выдохнул и закатил глаза, уже не закрывая их обратно.  - Завязывай.  - Малфой, да ты же сохнешь по ней! - мулат устало откинулся в кресле, закуривая.  - Я нахожу её умственные способности впечатляющими, однако, насколько мне известно, это далековато от определения романтических чувств.  - Между вами ебанутая химия, ты уважаешь её, как волшебницу и оппонента в споре, за последние месяцы ты ни разу не оскорбил её в лицо, ровно как не добавлял нелестных эпитетов, упоминая её в разговоре. - завела уже привычную шарманку Паркинсон, - Ты молод, а она выросла в невероятно притягательную девушку. Исходя из того, что ты точно не гей, а в компании женщин я не видела тебя все те же несколько месяцев, эта «мудрёная» формула начинает походить на простейшее уравнение, которое ты игнорируешь, подобно упрямому ослу с факультета красно-желтых. - Я все сказал. - отрезал загнанный в тупик ( и всем это было ясно) Малфой.  - Гермиона-а-а! - Уизли старательно тормошил кучерявую.  Она была где-то далеко. Разумеется, она слушала разговор, просто слова слизеринцев о неоднозначности всего в этом мире поистине заставили её задуматься. Не над контраргументами, конечно нет. Их в её сознании было предостаточно - до утра могли бы дискутировать. Гермиона даже собралась было их озвучить пару минут назад, однако, неожиданно для самой себя задалась вопросом «так ли я несогласна, чтобы спорить?» - Нет.  На неё воззрились шесть пар озадаченных глаз.  - Что «нет»? - поникнув еще сильнее, тихо поинтересовался Гарри.  - Нет, мне нечего сказать. Я согласна с Малфоем и остальными.  Послышался звон, свидетельствовавший о конце обеденного перерыва. Двор стремительно опустел, оставляя семерых студентов в одиночестве и гробовой тишине.  Мне послышалось, верно? - Мне послышалось, верно? - с лицом, отражающим неверие с проступающим бессилием и вселенским разочарованием вторил неозвученным словам блондина Рон.  - Я вам не адвокат, чтобы любую версию клиента защищать. - процедила гриффиндорка, - Да и спор ради спора сомнительное удовольствие. - сказала и, вскинув голову, ушла.  Гриффиндорцы спешно ретировались вслед за девушкой.  - Я вчера перепил и все еще брежу, или Грейнджер с нами только что согласилась?  - Я сильно сомневаюсь в существовании такого феномена, как групповые галлюцинации, Блейз, однако, это кажется более реалистичной версией произошедшего.. - отозвался Тео.  - Ну, мы все признали её умственные способности, так что, пожалуй, это было неизбежно.. - отстраненно заметила Паркинсон.  - Сама то в это веришь?  Во дворе замка повисла гробовая тишина.  Ладно, я сохну по ней! … - И все же, раз уж самое развитое общество на планете не в силах отмести подобную дурость, как «социальный уровень», попечительский совет учебных заведений должен представлять интересы каждой группы студентов, а не только лучших из лучших!  - То есть, если твой рыжий дружок не успевает по Зельеварению, то весь класс должен замедлиться и перепройти заново программу первого курса?!  - Нет, однако может быть рассмотрен вариант индивидуального оказания помощи отстающим ученикам! Конечно, защищай его Грейнджер, ты же так любишь бедных и обездоленных. - Миона! - шикнул Рональд, которого уязвило то, что подруга не оспорила высказанное о нем мнение. На этот раз все закрутилось в коридоре третьего этажа после факультатива по Истории Магической политики. Темой лекции как раз был пакт о равенстве между маглорожденными и чистокровными волшебниками в Соединенных Штатах. Первопричиной дискриминации, как утверждает история, являлся вовсе не фактор существования «чистой» и «грязной» крови, а теория о разнице магического потенциала у магов разных каст. Уже на лекции небезызвестные студенты начали спорить о целесообразности пакта и доказательности теорий, рушащих жизни людям, к моменту же повествования все это переросло в спор на тему общеобразовательных организаций и равенство даваемых детям возможностей.  - Грейнджер, скажи, разве вопрос договоренности между преподавателем и учеником должен быть ответственностью попечительского совета? - предложил Малфой, - Почему у тебя хватило мозгов проштудировать всю библиотеку и самой побегать за профессорами ради более глубоких знаний в предмете, а за других должны решать проблемы папочки и мамочки? - Я этого не говорила, Малфой.  - Ориентир на массовость никогда не приведет ни одно общество к развитию. Если попечительский совет начнет строить социал-демократию в Хогвартс, тогда к чему придет наша нация, когда новое поколение будет вставать на ноги? Ни научных открытий, ни предпринимателей, ни экономики. Мы погрязнем в стагнации. Это, по-твоему, приоритет? Зато не будет жалких и обездоленных, верно? Уизел будет тебе ровней. - с нечитаемым выражением лица махнул в сторону рыжего Драко.  И что ты его приплетаешь вечно, дурень, остынь уже! - Я не демократка, у меня для этого слишком обострено чувство справедливости! То, что ты родился в семье, которая могла посадить тебя на лучшие метлы, дать лучшие книги и обучить всему, что они сами знают, не делает тебя лучше меня, родившейся у людей, которые до моего магического выброса даже не знали, что этот мир существует! Поэтому, на мой взгляд, Хогвартс должен нам обоим, прибывшим на первый курс, дать одинаковые возможности раскрыть свой потенциал! - Гермиона! - в очередной раз возмутился обиженный Уизли, которого бесконечно игнорировали. - И он дал! Ты права, я не лучше из-за того, какая у меня семья - я стартанул со ступеньки, на которую тебе пришлось забираться долгие годы, однако, ты опережаешь меня по большей части предметов, потому что нынешний попечительский совет дал тебе возможность учиться в соответствии с усредненным стандартом интенсивности, организовал библиотеку для получения дополнительных знаний, следит за исполнительностью профессоров и благоприятной средой для твоей мозговой деятельности. Так о чем, позволь спросить, мы здесь спорим?  - Не знаю! - Вот и я не знаю! - Так, может, пойдем на обед?! - Пошли!  Оба резко сорвались с места и чуть не снесли друг друга, устремляясь куда глаза глядят. Шестеро свидетелей спора, которые были лишены возможности влиться в разговор по причине его интенсивности, и были забыты по причине его пылкости, пожали плечами и последовали за своими негласными предводителями.  - Здесь же через неделю? - иронично заметил Блейз. - Забини, может, по сливочному пиву вечером? - как гром среди ясного неба предложила Джинни, выразительно заглядывая в округлившиеся карие глаза.  - Эм.. Давай? - В полвосьмого в Трех Метлах. - усмехнулась она, скрываясь за поворотом. - Что за..?  … - Ты пригласила Забини на свидание? - неверяще изогнула бровь брюнетка.  - Да. - Это все? - А что еще я могу тебе сказать?  - Предпосылки, причины, мотивы, ожидания? Да что угодно, если честно, Джин! Ты приходишь, вырываешь у меня из рук дипломную работу, констатируешь факт, взявшийся с небес, и тебе нечего сказать?! - Он умный, привлекательный мужчина, у него крышесносная харизма, за время наших «групповых спор-свиданий» я прониклась его юмором и энергетикой. Хочу узнать его поближе. - ровным, словно рельсы, тоном выдала Уизли, - А еще у него восхитительный прямой нос, длинные пальцы, пухлые губы и я смертельно хочу увидеть его между своих бедер. - все также ровно завершила она.  - Пиздец.. - Ничего пиздецового! Я молодая женщина, а эти горячие дискуссии только добавляют возбуждения, а разрядки за собой не несут.  - Это не «групповые спор-свидания» и не «горячие дискуссии», что за похабщина! - возмутилась Гермиона.  - Да конечно, Грейнджер! Будь передо мной зубрилка с четвертого курса, я, быть может, еще и поверила бы в то, что ты не замечаешь происходящего, но не сейчас, Ведьма! Ты всерьез надеешься убедить меня в том, что в разгар этих споров в твоей неподражаемо светлой головке ни разу не мелькала мысль о том, чтобы толкнуть Хорька в какой-нибудь пыльный класс, стянуть с него форменные брюки и отсосать ему так, чтобы он потерял способность высказывать свои остроумные аргументы? Ни разу ты не думала, что согласилась бы проиграть ему в споре, если бы он нагнул тебя и трахнул прямо на зеленой травке внутреннего двора во время лекции? Ни разу не допускала возможности того, что все эти склоки это результат вашего нереализованного сексуального влечения и тебе, вместо того чтобы смотреть на меня с таким выражением лица, стоило бы тоже позвать Белобрысого на свидание? - У меня сил нет с тобой спорить.. - она устало откинулась на спинку кресла.  - Вот именно! А будь я Малфоем, ты бы сейчас пылала энергией, страстно доказывала бы его неправоту и дышала огнем. - хохотнула рыжая, - Ты знаешь, что я права, детка, поэтому не затрудняешь себя поиском опровержения.  Джиневра похлопала подругу по плечу и ретировалась из библиотеки, а Гермиона с досадой отметила рациональность рассуждений сокурсницы, потому как трусики от ярких образов, вызванных пламенной речью сокурсницы, предательски намокли. Впрочем еще более предательским образом её память подкинула ей воспоминания о том, какими яркими были ее оргазмы, когда она мастурбировала в своей постели после так называемых «групповых спор-свиданий».  … На факультатив по Зельеварению чуть ли не со всего своего курса ходила только Грейнджер. На Гриффиндоре училось мало прирожденных зельеваров, а разделяющих её позицию о развитом кругозоре и того меньше. Девушка, по обыкновению, сидела во втором ряду справа от прохода и была полностью поглощена лекцией.  - Итак, приворотные зелья окончательно были признаны легитимными в конце прошлого века. - закончил Слизнорт.  - Идиотизм.. - пробубнила Гермиона.  - Почему же, мисс Грейнджер? - хитро ухмыльнувшись осведомился уж слишком хорошо слышащий для своего преклонного возраста зельевар.  - Прошу прощения, профессор.. - потупила взгляд девушка, но заметив его одобрительный кивок, продолжила, - Разве использование зелий, лишающих человека воли, может быть законным?   - А разве влюбленный человек не лишается свободы добровольно, будучи готовым на  всё ради объекта своей любви? - не дав профессору парировать, вклинился неравнодушный (а бывает ли иначе) к теме дискуссии Малфой.  - Добровольно! Как замечательно ты подобрал слово. Любовь является выбором человека, а зелье, заставляющее его чувствовать несуществующие вещи, нет.  - Любовь не является выбором, в ней нет расчета, целеполагания и тщательного анализа перспектив. Она просто случается и все уходит на второй план. Ровно как и с зельем.  - То есть, по твоему, любовь это то же колдовство, Малфой? Мне даже сложно подобрать слова так, чтобы все это не звучало как дешевый подростковый ромком! - Это звучит как дешевый ромком именно потому что все выражения, связанные с любовью, описывают истинную природу данного феномена! - не унимался юноша, - Сама посуди: околдован, судьбоносный, притяжение, пленен чарами, опоен - не это ли прямое доказательство того, что с незапамятных времен, любовь была приравнена к магии.  - Не хочется прерывать вашу бурную дискуссию, молодые люди, но вынужден попросить вас перебраться в коридор. - нехотя перебил Гораций, - Лекция кончилась, вы последние, а я бы хотел успеть к профессору Флитвику на чай!  - Просим прощения, сэр! Хорошего дня! - спохватился Малфой и, схватив сумку Грейнджер со стола, вытолкал её за дверь. - И вам, дорогие мои, - промурлыкал в пустоту старый хитрец, - и вам.. … Сокурсники направлялись в сторону библиотеки, пылко споря и не замечая ничего вокруг. Где-то три коридора назад они пролетели мимо Паркинсон с Теодором, приветствий которых Драко даже не услышал. Нотт было направился за другом, но слизеринка вовремя перехватила его локоть, мягко покачивая головой и ликуя в душе. А один коридор назад они чуть не снесли выходящего из кабинета ЗОТИ Гарри, который ни на шутку удивился тому, что Малфой нес сумку Гермионы.   - Сейчас я покажу тебе, в чем проблема, Хорек, раз ты сам не видишь! - зарычала гриффиндорка, затаскивая блондина в опустевшую на обеденный перерыв библиотеку, и ведя прямиком в прилегающую к запретной секции зону, - Полюбуйся! - она очертила рукой целый стеллаж, возникший прямо перед ними. - И что это? - он выгнул бровь со всей надменной усталостью, какая только была присуща истинно-британской аристократии. - Причины, по которым использование приворотных зелий и заклятий должно быть незаконным, а ослушавшиеся должны нести серьезную ответственность! Это реестр всех  зарегистрированных случаев использования так называемой «любви» во имя совершения преступления!  - Ах, вот как, тогда полюбуйся ты! - Малфой дернул рукой и из воздуха материализовался другой стеллаж, не менее внушительных размеров, - Это реестр всех преступлений совершенных на почве разбитого сердца, ревности, несчастной любви и прочего!  - И что с того? Причина все равно в любви! - Именно! Люди любят и совершают идиотские поступки и без зелий! Так смысл запрещать их? Любовь все равно будет толкать людей на дурости! Уизли тому явное доказательство! - Да при чем тут Уизли?! Нравится и нравится, сердцу не прикажешь! Я надеюсь, все сложится! - рассвирепела Гермиона.  Все таки нравится, значит. Я был о тебе лучшего мнения Грейнджер.  - А я, если тебе интересно, считаю это идиотизмом! Два человека из разных вселенных! Как это вообще может нравиться, Мерлин? - клапан, останавливающий поток мыслей и колкостей слетел.  - Да что не так-то?! - Что не так? - переспросил он, - Да он же тупой, Грейнджер! О чем вы вообще разговариваете?  - Мы с ним? Ни о чем за пределами наших споров. Он вроде как твой друг.. - непонимающе осеклась девушка. - Что? - Что? - Я говорю про Уизли. - Я понимаю. Я не понимаю, во-первых, почему ты считаешь её влюбленность в Забини идиотизмом, а во-вторых, какое вообще тебе дело до их различий? - Забини?  - Да, Джин сказала, что у них свидание вечером. - Мерлин! Я про её братца и тебя!  - А что с Рональдом и мной? - Вы аргумент в пользу моей убежденности в том, что любовь толкает на херню. Если ты спустилась до такого, как он, что тут еще обсуждать?! - Какая к черту любовь Малфой?! Рон гей! - Что? Блять, что? - И при чем тут это! Я пытаюсь объяснить тебе, что даже в случае твоей правоты в вопросе влияния искренней любви, легитимность зелий все равно увеличивает зону поражения!  - Вы с Уизли не..? - Нет, блять, мы «не»! - скривилась она, набирая воздух для очередной тирады аргументов.  О черт, какой я придурок!  - Так вот, то о чем я пытаюсь сказать, это.. - Да, ты права, Грейнджер. - перебил он. - Что? - Я согласился.  - А.. - в её голосе послышалась досада, он точно ее услышал, - Ладно, я тогда пойду. - и не двинулась с места.  И чего ждем, Грейнджер?  Они молча глядели друг на друга, силясь отдышаться и найти в себе силы выйти из проклятого коридора между стеллажами. Зрачки Гермионы почти перекрыли чернотой весь шоколад её радужек. Член Драко адски пульсировал в форменных брюках.  Форменные брюки, о черт, Джинни, я убью тебя.. Грейнджер чуть не вскрикнула, почувствовав, как по её ноге стекает собственная влага. Кто ж знал, когда с утра решил не надевать нижнего белья, что придется стоять перед Малфоем в отдаленной части безлюдной библиотеки и отчаянно его хотеть.  - Какого черта тебя вообще волнует Рональд?  - Не волнует, я просто предположил. - отвел глаза слизеринец.  - Ах ты просто предположил.. - издевательски протянула она, делая шаг в его сторону.  Движения давались ей непросто - каждое сокращение мышц тазового дна чуть ли не заставляло стонать от интенсивности возбуждения. Однако, она подошла к нему вплотную, и взглянула снизу вверх.  - Что еще ты предположил? - сохраняя издевку в голосе, наклонила голову в бок и вздернула брови. - Что смогу заставить тебя кончить как минимум трижды в наш первый раз. - принимая её вызов и заколачивая последний гвоздь в крышку их совместного гроба, прошептал Драко. - Поспорим?  Вопрос остался неотвеченным. Они обрушились друг на друга со всем жаром, который копился в обоих последние годы. Большие теплые ладони прижали к себе девичье тело, пока их обладатель исследовал языком язвительный ротик сокурсницы. Какая же она была упрямая! Тянула его за волосы, стонала прямо в рот и продолжала попытки одержать верх в их импровизированном сражении. Он вжал её в стеллаж, разводя ноги и заставляя тереться пахом об его колено. Она выгибалась и стонала, пальцы в его волосах ослабли и стали подрагивать от удовольствия. Слизеринец ухмыльнулся.   - Ну-ну, Грейнджер, - прошипел ей в губы юноша, - давай же, сладкая, никто не узнает, что ты проиграла мне в поцелуях.. - Заткнись, Хорек! Хмыкнув, он вернул все свое внимание её губам, пока через мгновение она не оттолкнула его и, махнув одной ладонью, невербально избавила Малфоя от рубашки и ремня.  - Мерлинова упрямица.. Коснувшись ладонями его грудных мышц, она медленно съезжала ноготками вниз, целуя и прикусывая кожу, глядя на него снизу, в упор.  - Блять, Грейнджер!  Она ловко стащила с него форменные брюки и, опустившись на колени, отгладила ствол так долго мучимого органа.  - Ты даже не представляешь, как давно я хотела заткнуть тебя подобным способом, сладкий.. - промурлыкала она, обдавая теплым воздухом головку, передразнивая его.  - Развратная дрянь.. - только и смог выдохнуть он.  Грейнджер медленно облизала головку, смакуя на языке вкус предэякулята, провела кончиком языка по толстой вене снизу вверх, лаская рукой яйца, и самозабвенно заглотила его член.  Твою мать.. Юноша рассыпался на миллионы фрагментов. Как она это делала? Сидела на коленях где-то внизу, стонала, пока сосала его член и успевала кидать на него победно-удовлетворенные взгляды. Ему пришлось сжать в кулак всю волю, чтобы отстранить её, поднять с пола и вернуть в вертикальное положение между ним и книжным шкафом. Он дернул в стороны полы её рубашки и брови невольно поползли вверх при виде отсутствующего лифчика.  - Развратная упрямица. - он ущипнул её за сосок.  Драко припал к её шее, оставляя красные следы на нежной коже, спускаясь укусами ниже под аккомпанемент её стонов: вобрал в рот сосок, потеребил его языком, прикусил, зализал, провернул тоже со второй грудью. Вернувшись к шее, он издевательски-медленно забрался пальцами под юбку и в очередной раз обалдел, не встретив преграды на пути к промежности.  - Грейнджер.. - промурлыкал он, - Ты не носишь белья в надежде на наш очередной спор? - Возможно, а ты не рад? - с придыханием согласилась она.  В ответ блондин дразняще пробежался кончиками пальцев по складкам, огладил свободной ладонью внутреннюю сторону бедер и довольно усмехнулся. - Кто бы мне сказал, что Гриффиндорская заучка будет течь по мне так, что аж бедра будут мокрыми..  Он резко ввел в неё два пальца, заставляя девушку вскрикнуть, и задал мучительный темп. Гриффиндорка в его руках скулила, кричала, тряслась в экстазе.  - Ты залила весь пол, сладкая.. - шептал он, наслаждаясь выражением её лица, - И это первый аргумент в пользу моих предположений.. - Малфой.. - проскулила она, - Я хочу тебя..  О Мерлин милостивый.. - Трахни меня наконец.. хочу твой член.. Юноша выругался, резко развернул ее лицом к стеллажу и вошел. Как в ней было хорошо! Жарко, узко, мокро и это блядски правильное давление во всех нужных местах! Она насаживалась на его член задницей в юбке в клеточку и Малфой мог поклясться, что готов был кончить только от этого вида. Он дернул её за волосы на себя и начал вдалбливаться в её лоно на скорости, которой сам от себя не ожидал. Она хваталась за все, что попадало под руки - десятки бесценных томов уже валялись на полу, полки ходили ходуном, а под ногами сокурсников растеклась внушительных размеров лужа. Слизеринец выпустил её волосы, вместо этого сжав шею, другую руку переключив на стимуляцию клитора. Она кончила, сжимаясь, забирая его с собой. Колени дрожали, её природная смазка вытекала из промежности беспрерывно. - Второй аргумент.. - тяжело дыша заключил Драко, - А теперь, сладкая, веди себя хорошо, а я приступлю к десерту.  Он без особых усилий подхватил её на руки и аккуратно устроил на кресле, после чего медленно опустился на пол и принялся ласкать языком клитор. Малфой явно упивался своим занятием - буквально обедал ею между книжными стеллажами в чертовой библиотеке. Он словно знал, как она любит: когда нужно ускориться, когда быть нежным, когда нужно давление и когда оборвать подступающую разрядку, дабы продлить удовольствие. И да, в подтверждение предположений Слизеринца, Грейнджер кончила у него на языке. Дважды.  … - И вы действительно верите в это? - Нотт выглядел искренне изумленным. - Разумеется! - бодро закивал Рон, - Если человек всю жизнь рос в определенной среде, общался с определенными людьми, он не изменится! Нет никаких источников влияния, которые эти изменения пробудили бы.  - А что насчет банального самопознания, Уизли? - закатила глаза Паркинсон.  - Но человек ведь руководствуется чем-то в процессе саморефлексии - новым опытом и подобным. То, откуда он этот новый опыт берет и повлияет на его формирование. - подал голос Гарри.  - Человек может просто наблюдать за окружающим миром, пофантазировать и использовать критическое мышление. Ты вырос у маглов, но не стал от этого меньше волшебником. - парировал Блейз.  На сей раз действия разворачивались в обеденном зале в последний день перед каникулами. Вечно-голодная толпа студентов поредела, явно неравнодушные друг к другу сокурсники сидели напротив за столами каждые своего факультета и, неожиданно, спорили.  - Милна, - Рональд классически начал пихать подругу локтем.   - М?  - Помоги нам!    Грейнджер оторвала взгляд от книги и вопросительно посмотрела на него, на секунду задержав взгляд на сидящем напротив юноше.  - Извини, я не слушала в этот раз, о чем речь? - «Эти» утверждают, что человек может измениться без изменения внешних факторов, круга общения и прочего. Мы же считаем, что изменения это всегда результат влияния извне. - Не знаю, Рональд, это спорная тема.  - Давай рассмотрим на примере. - Гермиона вернулась взглядом к блондину напротив.  - А давай, Малфой, приводи пример!  - Я всю жизнь общался с этими и только с этими людьми, не терпел маглорожденных, не верил в собственную непоколебимую правоту в каждом вопросе. Как получилось так, что я переосмыслил все это и влюбился в тебя? - привел Драко, ухмыляясь шокированным взглядам.  - Что? Влюбился? - переглянулись слизеринцы.  - Что он сказал? - Но наши чувства это результат того, что мы так или иначе стали кругом общения друг друга, пусть общение это и было диковатого характера. - возразила она.  - Что? Их чувства?  - А так ли ты уверена, сладкая, что у нас не было чувств до начала всех этих перебранок? Может подобное «общение» стало плодом наших незрелых попыток сблизиться?  - Да, хорошо, - после небольшой паузы кивнула она, - но я останусь при своем мнении о том, что вопрос неоднозначен. - заключила она, поднимаясь и направляясь к выходу.  - Хорошо, тогда.. - он последовал за ней, равняясь, чтобы их разделяли только столы и ряд между ними, - Как насчет того, чтобы провести каникулы в моем поместье в Нормандии? Я бы тебя переубедил. - Звучит недурно, Малфой. - улыбнулась она, вкладывая руку в его открытую ладонь.  - Не могу не согласиться, Грейнджер..  Тишину, повисшую в зале, можно было резать ножом. Как они не заметили? Как давно эти двое..? На сколько все серьезно? Они что, и правда были лишь соучастниками судьбоносных идей своих друзей?  - Кстати, Нотт! - выглянул из-за приоткрытой двери блондин, - Касательно нашего спора! Забини был прав, Рыжий по мальчикам! - и пропал.  Рональд поалел до цвета собственного свитера и робко поднял взгляд на Теодора. Гарри шокировано поглядел на закрывшиеся за парочкой двери, затем на друга, после чего перевел взгляд на слизеринца и неминуемо столкнулся с понимающим взглядом зеленых глаз. Пенси Паркинсон ему подмигнула? Да вы разыгрываете меня?