Падшие

Вертушка с ревом вырвалась за пределы базы, разрывая предутренний воздух и оставляя позади призрачные огни ангара с его суетливыми тенями. Даже на высоте Эммануэль не спешила приходить в себя - чувство тяжести не отпускало. В голове стоял звон, а всё происходящее казалось будто сном на грани кошмара. Иногда резкий смех или очередная шутка Диас - колумбийки с неуёмной энергией и нервно-подрагивающим голосом - выдергивала Эмму на поверхность, но через минуту она вновь погружалась в полудрёму. Воздух в кабине был густым, тягучим - запахи пота, металла, дешёвой кавы мешались с нервным перегаром арсенала. Минут пятнадцать земля медленно отползала в иллюминаторах, и за всё это время в тесном брюхе вертолёта не становилось ни на йоту свежо. Горячий, спёртый воздух липко прирастал к коже - лоб Эммы покрылся солёной испариной, бронежилет душил, будто удавка. Гюстав был слева, молчалив и собран, Диас напротив, её черты обозначал жёсткий свет лампы и затаённая мрачная усталость. По бокам сидели бойцы Rainbow - чужие лица, мёртвые взгляды, рядом двое мрачных колумбийских полицейских. Между всеми витала нешуточная тревога - каждый проверял оружие и экипировку с одинаково отрешённым выражением, будто примеряясь к собственному будущему. Пытаясь вяло прогнать оцепенение, Эмма похлопала себя по щекам. Она попробовала сосредоточиться на недавнем инструктаже: задача - почти самоубийственная. Группе предстояло отыскать и вытащить своего “призрака” - шпиона, который месяцами внедрялся в террористическую ячейку на границе с Венесуэлой. Долгие недели этот агент добывал крупицы информации, раскрывая всё более зловещие подробности о картелях и банде, подчинивших себе целые посёлки. Но в какой-то момент контакт оборвался. Теперь разведка опасалась худшего: шпион или мёртв, или выведен на чистую воду. Террористическая группировка росла с каждым днём, впитав в себя и бандитов, и религиозных фанатиков, а местные в страхе замыкали двери на засовы. - Эй! - Гюстав резко дотронулся до плеча Эммы, вырвав её из забытья. - Всё нормально, - Пишон отозвалась неожиданно звонко для себя. В этот раз голос вдруг прозвучал живо, искрясь вызовом. - Ну вот, даже кофе не понадобился, - усмехнулась Диас, хотя в её голосе не было ничего весёлого. Мрачная тишина вновь нависла над отрядом. Каждый занимался своим: Эммануэль достала своего дрона, на автомате проверила питание и убрала обратно. Диас склонилась к налокотнику, что-то подкручивая на безразличном лице. Гюстав перекладывал в аптечке стимуляторы, будто знал наперёд, что они скоро понадобятся. Остальные бойцы молча приводили в порядок винтовки, застёгивали каски, разминали пальцы - готовились к работе. Вдруг пилот, голосом надломленным, сообщил по рации: - До высадки минута. Но небо будто ответило им ударом: снаружи раздался резкий раскат грома, и фюзеляж с леденящим треском прошёлся дрожью. Всё вокруг затряслось, металлическая обшивка заскрежетала, как зубы на морозе. - ¡Madre mía! - выдохнула Диас, крепче вцепившись в ремни. Пилот - больше не сдерживая страха, сдавленно выкрикнул: - Мать твою! Ещё секунда - по железному чреву вертолёта прокатился удар, машину резко повело, словно невидимая рука сжимала её в небесном захвате. Сирена зажглась зловещим красным светом, и загадка миссии вдруг перестала быть важной. Каждый в эту секунду думал только о собственном спасении - и был готов ко всему.