Часть 1. Рождество в Чёрном ордене

      В Главном штабе с утра кипела суета. Экзорцисты и сотрудники отдела науки носились по коридорам, развешивая гирлянды, таща коробки с мишурой и пакетами сладостей. На этот раз решили отметить Новый год с размахом — с вечерним праздником, танцами и даже фейерверком, который Лави обещал запустить с крыши. — Линали, выше, выше! — Лави стоял на лестнице, держа в руках пушистую ветку омелы. — Вот так, теперь все будут целоваться! — Если под ней окажешься ты, — усмехнулась Линали, поправляя ленту, — я тебя ударю.       Внизу Джери раскладывал тарелки с пирогами, запечённым мясом и кувшинами пунша, от которых в зале витал такой аромат, что Канда, проходя мимо, нахмурился, но замедлил шаг, глядя на столы чуть дольше, чем хотел.       Миранда тоже решила помочь. Ей хотелось хоть чем-то быть полезной — ведь весь год она чувствовала, что её неуклюжесть и невезение только мешают остальным. Не то чтобы её прогоняли или не позволяли помогать. Но сочувсвенные взгляды, причетания и утешительное "Ничего страшного, Госпожа Миранда!", заставляли сердце сжиматься от тоски.       Она аккуратно взяла коробку с игрушками и пошла по длинному коридору… Но, конечно, всё пошло не так. На первом же повороте она задела локтем вазу с ветками, испуганно метнулась в сторону — и коробка выскользнула из рук. Стеклянные шарики с тихим звоном раскатились по полу, а одна гирлянда запуталась вокруг её ног. — Ах… простите! Простите-простите! — пролепетала она, пытаясь собрать украшения. Кто-то из научного отдела бросился ей на помощь, но пара шариков уже покатились по лестнице и треснули.       К тому моменту, когда всё было убрано, веселье в её душе угасло. Вокруг кипела жизнь: все смеялись, болтали, танцевали. А она снова чувствовала себя бесполезной, проигравшей даже стеклянным шарам в такой не сложной игре "Добраться до центрального зала и не разнести весь Орден по пути". "Не беспокойтесь, Госпожа Миранда, в главном зале ещё полно игрушек!" прощебетал научный острудник забрав из рук экзорцистки коробку. "Ну да действительно" пролепетала она в ответ и суетясь скрылась за ближайшим поворотом.       Она тихо ушла в свою комнату, решив, что там хотя бы не навредит никому.

***

      Тихий стук в дверь прозвучал так осторожно, что она сперва подумала — померещилось. — Госпожа Миранда? — проговорил гость по ту сторону двери.       Она подняла голову. Надеяться на то что кто-то в праздник захочет прийти сюда, к ней просто так было глупо, поэтому Миранда быстрым движением руки вытерла слёзы, не решаясь встать. Открыть ли? Она слишком заплаканная и растрёпанная, чтобы врать о том, что устала и не хочет праздновать. А может случилась беда? — Миранда?.. — глубокий, бархатный голос был едва слышен. Она резко подскочила и, не дав себе времени опомнить распахнула дверь.       У самой двери стоял высокий силуэт — Нойз Мари. В руках он держал небольшую коробочку, перевязанную лентой. — О… я… думал, что вас нет, — он смутился, опуская руку. — Хотел просто оставить это… — Мари?.. Вы пришли ко мне?..       Он хотел что-то ответить, но из корридора донёсся резкий звук — хлопнула пробка от шампанского, а за ним смех, хлопки фейерверков, колокольный звон. Миранда, словно очнувшись, распахнула дверь шире: — Зайдите… пожалуйста.       В комнате было тихо и полутемно, только свет от свечи мягко золотил стены. — Вы не вышли на праздничный ужин, — проговорил Мари застыв по среди комнаты не решив куда сесть. — Да, я... — запнулась Мранда, — Я не смогла выбрать наряд... — выпалила она и тут же сморщилась поняв как глупо это прозвучало. Наряд, конечно. Выбор между повседневным похоронным и парадным похоронным был очень сложный. — Мне сложно о таком судить, но полагаю это действительно важно, правильно одеться в знаменательный день, — проговорил её ночной гость и найдя уместным сесть на кровать, куда только что приземлилась хозяйка опустился рядом с ней. Не слишком близко. На почтительно расстоянии. — О, да наверное... — пролепетала Миранда глядя в пол. повисла неловкая тишина. — Я… сегодня опять всё испортила, — неожиданно для себя призналась Миранда, — хотела помочь, а в итоге… Как всегда. — Не говорите так, — мягко перебил Мари. — Вы… для меня… — он запнулся, а потом неожиданно сказал: — …самая удивительная женщина, какую я знаю. Она моргнула. — Ч-что?.. — Я… — он чуть опустил голову. — Наверное, не стоило говорить это так. Но я… давно влюблён в вас, Миранда. Флэшбэк Мари       Он помнил, как впервые обратил внимание на неё. Это было на одном из заданий, где всё пошло не по плану — камни сыпались с крыши здания, их отрезали от выхода. И тогда Миранда, дрожащая, запутавшаяся в собственных шагах, всё же подняла голову и активировала свою Тайм-аут, спасая всех. Она стояла в пыли, с разбитой губой, и всё, что сказала после — тихое: «Я так рада, что никого не подвела».       С того момента глядя на эту неуклюжую, суетливую девушку он всё отчётливее видел мягкость и храбрость, которой сам порой завидовал. Хрупкая и боязливая госпожа Миранда раз от раза удивляла его: стойкостью, выносливостью, привязанностью к товарищам и Ордену. Желание поддержать товарища росло и ширилось, да и было ли оно вообще товарищеским порывом, сказать сложно. Но прошёл день, неделя, месяц и вот он уже искал её каштановую макушкув толпе, в коридорах и главном зале. Возвращение к настоящему — Вы… в меня?.. — Миранда всё ещё не верила. Этот удивительный великан, от которого веет теплом и спокойствием за много миль сейчас признаётся ей, мисс Недоразумение, в любви.       Миранда останавливала время бесчётное количество раз, но лишь теперь почувствовала какого это, когда момент действительно остановился. — Да. Я ценю вас и не желаю доставить вам беспокойство, но... Я не могу отрицать, что слышать вас — самый ценный для меня подарок. И никакая ваша… «неуклюжесть» не изменит этого.       Сердце колотилось так сильно, что могла выпрыгнуть из груди. Она всегда думала, что Мари слишком добрый, чтобы сказать кому-то что-то резкое — и слишком далёкий, чтобы вообще думать о ней как о женщине. Но он думал. О боже! — Я… я... я... Вы же не... не шутите... вы правда!       Вместо ответа Мари нежно взял её ладонь двумя руками и стал аккуратно поглаживать её большим пальцем. Из глаз девушки брызнули слёзы. О боже! Она повторяла про себя это снова и снова. — Я... Мы... Мне так... — лепетала она не в силах выговорить самое важное, — я тоже... Боже мой... Я тоже вас...       Она услышала резкий выдох. Вот они, те слова что были важнее всех преддущих вместе взятых. Миранда утёрла слёзы и подняла глаза. Мари, всё такой же большой и тёплый целовал её пальцы, так будто это было самое ценное что он держал в руках. Миранда приблизилась к нему не в силах сдержать порыв.       Их губы встретились — осторожно, будто оба боялись, что прикосновение разрушит волшебство. Его горячая кожа казалось пыжет жаром, так что у Миранды моментально покраснело лицо, но они целовались, прижимаясь друг к другу всё крепче. целовались не смотря ни на что. Их губы двигались всё быстрее, Миранда неосознанно положила руки ему на плечи, а Мари держал её в своих обьятьях как драгоценность и в перерывах, когда отстранялся он шептал её имя снова и снова, пока воздух не кончился.       В этот миг бой курантов разнёсся по зимнему воздуху. Двенадцать ударов прозвучали в унисон с их сердцами. — С Новым годом, Миранда, — прошептал Мари, всё ещё держа её за руку. — С Новым годом… — ответила она, улыбаясь впервые за вечер. Главный зал — Где Миранда? — спросила Лена-ли, оглядывая толпу. — И Мари тоже нет… — Может, они… — Лави прищурился и хитро улыбнулся. — Ага. — Не начинай, — проворчал Канда, но уголок его губ предательски дрогнул.       Двери зала тихо открылись, и внутрь вошли Мари и Миранда. Она шла чуть ближе к нему, чем обычно, а её лицо… было светлым, спокойным. — О, вы всё-таки вернулись! — радостно воскликнул Лави, подмигнув. — Ну что, кто готов к фейерверку?       Миранда, смутившись, отвела взгляд, а Мари лишь чуть сильнее сжал её ладонь. Где-то вдалеке уже гремели залпы, и Новый год в Чёрном Ордене начался — с улыбок, шума, запаха пирогов и одного маленького, но очень важного признания. После полуночи       Миранда старалась не отпускать ладонь Мари, но и не показывать её слишком явно. — Хотите прогуляться? — тихо спросил он, наклонившись к её уху, и от этого её сердце снова забилось быстрее.       Они ускользнули на заснеженный двор. Фейерверки ещё вспыхивали вдалеке, но здесь было тихо. Мари протянул ей маленькую коробочку, ту самую, что держал, стоя у её двери. — Это вам.       Внутри был маленький серебряный кулон в форме часов, стекло которых слегка мерцало. Миранда восторженно смотрела навещице в своих руках. — Пусть он напоминает вам, что время… иногда останавливается. Особенно в моменты, которые стоит запомнить, — сказал он с той мягкой улыбкой, от которой у неё перехватывало дыхание.       Миранда закрыла глаза на секунду, ощущая, как снег тихо ложится на плечи. Время действительно замерло, в тот момент когда она услышала те удивительные слова от не менее удивительного человека. И пусть это мгновение навсегда останется в прошлом, оно навсегда изменило течение жизни самой Мранды. Она подумала, что это Рождество — первое, который она встретила не в тревоге, а с чувством, что её ценят.       Она сделала шаг ближе, прижалась к нему и прошептала: — Спасибо… что нашли меня сегодня. — Всегда, — ответил он.       И под светом далёких салютов, среди снежной тишины, они поцеловались ещё раз — уже без робости, с теплом, которое точно переживёт любую зиму.       Они уже собирались вернуться в зал, но по пути, в длинном коридоре, освещённом только гирляндами и тусклым светом из окон, Мари вдруг остановился. — Подождите, — сказал он, слегка наклоняясь к Миранде. — Мы ведь пропустили танцы. — Танцы? — она растерянно моргнула. — Но… музыка же…       Он сделал пару шагов вперёд, достал из внутреннего кармана маленький кристаллический приёмник, из которого тихо зазвучала мелодия — тёплая, чуть хриплая, словно из старого граммофона. — Музыка есть, — он улыбнулся. — Позвольте?       Миранда нерешительно вложила ладонь в его руку, и он мягко повёл её в медленном вальсе. Сначала она всё время смотрела себе под ноги, боясь наступить ему на ботинок, но Мари чуть сжал её ладонь и тихо сказал: — Смотрите только на меня.       Она подняла глаза — и уже не могла их опустить. Коридор, мерцающий гирляндами, мягкий снег за окнами, и этот его спокойный ритм… Мир снова сузился до двоих. — О-о-о… что у нас тут? — раздался за спиной спокойный, чуть насмешливый голос. Они замерли.       В дальнем конце коридора стоял Генерал Тидолл, прищурившись и держа в руках альбом для набросков. В следующее мгновение он уже начал быстрыми штрихами выводить что-то на странице. — Продолжайте, — сказал он, не поднимая головы. — Очень красивая композиция: гирлянды, отражение в окнах, два человека, у которых всё написано на лицах… мм, Мари, редкий случай, когда вы выглядите не как строгий солдат.       Миранда густо покраснела, но Мари лишь чуть усмехнулся, не отпуская её. — Если вы хотите, Генерал, — спокойно произнёс он, — могу задержать этот момент, пока вы закончите. — Было бы идеально, — Тидл кивнул, продолжая быстрые линии карандашом. — Когда-нибудь, мисс Лотто, я вам этот рисунок подарю.       Когда мелодия закончилась, Мари и Миранда стояли чуть ближе, чем до танца, и чувствовали, что момент стал ещё одним маленьким воспоминанием, которое будет согревать их долго.       А Генерал, уходя, бросил через плечо: — Ах да, счастливого Рождества вам, влюблённые.