В кадре мы только лишь.

***

8 сентября. — Угадай кто наконец смог вырваться из лап стариков, чтобы тебя навестить? Громкую браваду Узумаки встретила не сама Сакура, а скорее её побледневший и обзаведшийся мешками под глазами двойник. —Сакура-чан… — Полопавшиеся капилляры в её глазах пугали не меньше. Почти такие же, как после родов. — М? — совершенно отсутствующе промычала она. Гул нарастающий со второго этажа резал уши. Нет, он понимал, что три дня в одиночестве могут плохо сказаться на Сакуре, но чтобы настолько? — Ты заболела? — осторожными шагами Наруто оказался подле неё. — Я вроде тебе отзванивался вчера, ты не говорила… — Нет, я здорова. — Сакура потирала лицо, небрежным жестом сминая глаза. — А что.. — Пошатываясь под его удивлённым взором, Учиха поплелась на второй этаж. — Что со мной? — уже истерически, как ему показалось, смеялась девушка. — Называется материнство, — уже отчаянно добавила в конце, когда непрекращающийся плач достиг его ушей настолько, что Наруто невольно зажмурился. — Ты лучше приляг, я тут, — оглянувшись на колыбель собственного производства он впервые за последнее время испытал страх, — как-нибудь сдюжу. Всего секунда после его фразы и голова девушки уже покоится на подушке. В голове молодого Хокаге всполохами проматываются все знания которые в него вложила Сакура ещё во время беременности. Но вот как её держать… — Мне её… — Его внутренний звоночек о помощи не нашёл отклика в сопящей Сакуре с прядью в приоткрытом рту. Фоновый крик Сарады заставляет нервно поглядывать на её мать, похоже моментально отключившуюся, но Узумаки рывком выдыхает и направляется к источнику жутких звуков. Всё как на тренировке. Глаза боятся — руки делают. Как странно. Он берёт её на руки уже второй раз, но как-будто впервые. Маленькие пальчики сразу находят место на его белоснежном плаще. — Тебе нравится плащ Хокаге? — Отвлекающий манёвр в бой. — Я тоже его обожаю. Тёмные глаза смотрят на него не слишком осознанно, но, чёрт возьми, ему кажется, что она уже всё понимает. — Ты не расстраивай маму, — шепчет он. — Она очень устаёт. Что же ты не спишь, м? Их диалог походил на тот, что Наруто так привык осуществлять с её матерью. — Да? Ну знаешь, я понимаю, что ты уже хочешь стать Хокаге, но я ещё не готов уступить тебе своё место. Пока научись засыпать и хотя бы есть самостоятельно, а там мы с тобой повоюем. Если мама нас с тобой не прибьёт. — Поглядев на её пухлое личико он всё же усомнился. — Хотя тебе, наверное, не достанется. Внимание Сарады спало — и хоть ручка так и цеплялась за белую ткань, глаза таки-закрылись от усталости. От него не уходила мысль о том, как поразительно сильно она похожа на его старого друга. Те же глаза и те же волосы. Всё черное как крыло ворона. Только разве что морщится она в точь-точь как Сакура. Особенно, когда плачет. — Знаешь, я уверен, что ты вырастешь красавицей. Как твоя прекрасная мама. — Сакура на кровати почти не двигалась, урывая минуты своего драгоценного сна. — Как считаешь, мама тут явно одна не справляется? — Мужчину явно не волновало то, что Сарада давно в том же прекрасном сне. — Да, ты определённо права. Похоже, придётся поработать с графиком.

***

12 сентября. Как вспомнить то, что было? Людям с плохой памятью плохо живётся — так рассудила Сакура в очередной из своих беременных дней. Вот какой парадокс — именно сейчас она не согласна с "той" собой. Ей нравится не помнить, как было раньше. Ведь теперь, когда память постепенно к ней возвращается, девушка настойчиво пытается не концентрироваться на прошлых перипетиях. Это оказывается не так легко. Особенно, когда глядишь на точную копию своих мыслей. Разве что в уменьшенном экземпляре. У дочки поразительно глубокие синие глаза. Можно сказать практически чёрные. Волосы в этом не уступают, чем делают её больше похожей на воронёнка. — Так, я сегодня пораньше, — как обычно с первого этажа разносится оповестительный крик. — Ты купил то, что я просила? — Ками-сама, спасибо за то, что теперь снова можно адекватно спускаться по ступеням. — Та-дам, — растрёпанный Наруто выудил из пакета что-то пестрящее красками радуги. — Точно того, что ты просила не было, но я подумал, чем неплохая замена, а? — Отлично, — пролистала страницы Учиха. — Она, конечно, пока не поймёт, что мы ей читаем, но надо выбирать лучшее. — А это тебе, — очередной букет приземлился к ней в руки. На этот раз оформленный по всем канонам. Даже крафтовая бумага — постарался. — Наруто, ну не стоило, спасибо. — Она уже не знает, что с ним делать. Когда после родов Узумаки принёс ей букет и его забрала медсестра, он ещё больше пытался завалить её прекрасными бутонами различных растений. — Вместо этих глупостей лучше погляди на продукты и подумай, что сегодня на ужин. — Ммм, чую это будет карри. — Ты как всегда права. Сарада спит? — К нашему счастью. — Тут и говорить нечего, она со страхом вспоминает, как было тяжело в первую неделю. Наруто тогда три дня отзванивался ей на домашний, что дел невпроворот. Она в ответ не говорила ни слова о том, что все три ночи не смыкала глаз. Остальную часть недели он захаживал так часто, как только мог. И её режим наконец стал приближённым к нормальному. Ну или если быть до конца честными, хотя бы адекватным. — Тогда можем выдохнуть ненадолго, — раскладывал продукты Наруто. Ей вообще в последнее время всё чуднее от собственных мыслей. Прошла только первая половина сентября, а она уже не может понять, как раньше жила без его криков у входа и совместного времяпрепровождения с Сарадой. Вроде как “ любимый четверг” остался позади, ведь ребёнок отрицает всё расписание, но теперь Наруто почти каждый день здесь. А их общение… Ух. Ей всё чаще кажется, что они давно живут вместе. И кто бы как её не осуждал, будто это их ребёнок. Иногда Наруто так огорошивает своими знаниями о её дочери, что ей невольно приходится уступать ему ведущую роль. — Нет, нет, она так не уснёт. Ты слишком её раскачиваешь. — Сакура-чан, может всё-таки я? Нет, это всё безусловно облегчает ей жизнь. Но у него пост Хокаге на плечах, в буквальном смысле, он с этим плащом как из её детских мечт вылез. Ей уже вправду неудобно. В первые дни эгоизм был её всем, иначе просто не выжила бы в таком режиме. Однако, когда он в последний раз уснул на её диване из-за того, что Сарада ну в никакую не хотела спать полноценную ночь, её уровень стыда прорвал все границы. — Наруто, ты уверен, что у тебя есть на это время… Ты же… — Опять свою шарманку завела, Сакура-чан. — Мужчина продолжал свою готовку как ни в чём не бывало. — Я всё успеваю. Насупившись, девушка вернулась на своё место на красном диване. — Не долго счастье длилось, — озвучила она свои мысли через пятнадцать минут блаженной тишины. Вот ещё одна забавная картина: Наруто Узумаки сидит с её дочерью на руках, пока она с прищуром взирает на это, сидя напротив. — Ты пробовать-то будешь? — усмехатся тот, когда видит ложку с карри так и не поднесённую ко рту. — Очень вкусно, — констатирует она. Как всегда собственно. Не было ни разу, чтобы он испортил своё блюдо. Ей определённо не понять, почему он так носится с чужим ребёнком. И как бы грустно не было признавать, именно в те моменты, когда Наруто сидит с дочкой рядом, она начинает грустнеть или напрягаться. И вовсе не из-за того, что с ним что-то не так. Просто… Слишком тяжело всё понимать. Это дочь Саске. Она замужем за ним. И вроде бы она старательно откладывает это до потом, но мысли о том, что дочь вырастет без отца её пугали. Хотя были и другие, они заставляли невольно смущаться. Похоже теперь ей не приходится сомневаться в том, что Наруто ей не просто нравится, она правда влюбилась по уши. Вот даже сейчас, он аккуратно перекладывает дочь с руки на руку, о чём-то с ней беседуя, а она просто расплывается в улыбке. И все эти противоречия скоро съедят девушку заживо. А этому хоть бы хны. Похоже смирился — наконец-то сбежать больше не пытается. — Давай её сюда, поешь хоть толком. Сарада недовольно куксится, но в спокойной манере, так ей свойственной. Она слишком похожа на Саске — этого не отнять. И из этого вытекает слишком многое. Она ждала спокойную дочь ещё по признакам во время беременности, но все ожидания разбились о вечные крики. Тут вывод напрашивался сам собой: она всё слишком хорошо чувствует. И всё понимает. Отца нет рядом и она чувствует грусть матери, хоть и не по самому Саске. Но тут дочка сама справилась: просто ухватилась за Хокаге Листа своими пухлыми пальчиками и не отпускала. Нет, её она тоже любит, извините, а кто её кормит собственно? Всё же большую часть времени они проводят вдвоём. Да и роды были жуткими настолько, что ей кажется, что всю оставшуюся жизнь она будет требовать благодарности за этот непосильный труд. Радует только то, что сразу после родов Наруто волшебным образом оказался в её окне. Его конечно испугали полопавшиеся капилляры, но Сакура смогла утихомирить его до того, как его голоса заполнили бы больницу с возгласами: “Она умирает? Что с ней?” Но стоит заметить, что страх был не беспочвенным. Даже женщинам-ниндзя тяжело даются роды: у неё сам процесс прошёл не без осложнений, зато последствий оказалось гораздо меньше. Вот только красные глаза с чёрными зрачками испугали молодого Хокаге так, что тот чуть не выпал с той же форточки. — Как же я вкусно готовлю, — восторженно размахивал столовыми приборами Наруто. — Хвастун, — смеялась она в ответ. — Чему ты будешь учить детей в академии, а? — Вообще-то я уже учу, — нахально поддразнивал он. — Просто кое-кто в своём декрете выпал из жизни. — Наруто Узумаки, я тебя прибила бы, если бы не ребёнок. Что-то её сегодня пробивает на воспоминания. Он сейчас выглядит так мило, почти как в тот день, когда отошли воды. Тогда она из-за отсутствия телефона вызвала куцую и та повлекла за собой моментально пришедшего через Хирайшин Наруто. Лицо Наруто сейчас описать не представляется возможным. Смесь страха и неловкости. Ей тогда оно казалось до жути милым, как и сейчас. Но тогда она его изрядно напугала. Ну вы представьте на секунду: два часа ночи, заплаканная Сакура кричит о том, что сейчас умрёт от страха. Ну, тут она бесконечно благодарна Узумаки за его спокойствие. Относительное. — Я хочу телевизор, чёрт, я сейчас умру! Наруто, я больше никогда на это не пойду! Удивлённые коллеги принимали её из его рук, пока она цеплялась за него, как Сарада совсем недавно. Каким-то образом он её успокоил и с горем пополам её отправили в родильную. По-моему пообещал телевизор. Дальше даже вспоминать страшно. Ну не может она сказать, что её профессия хоть как-то помогла ей с родами. Это просто сущий кошмар, без преувеличений. Ей даже кажется, что крики были слышны и в коридоре. Что-то она совсем задумалась. — А если без шуток, то это довольно хлопотно. До сих пор не понимаю как старик успевал нам нотации читать посреди дня. — Времена меняются и люди так же. — О да, дети сейчас что-то с чем-то, — натужно выдохнул он. Смех, да и только, когда-нибудь он до конца перестанет быть шаловливым, но пока эта часть в нём жива. И это хорошо. — Что будет когда наша Сарада пойдёт в академию, даже представлять не берусь, — улыбалась она в лицо малышке, пока Наруто давился собственным карри. — Ты чего, постучать по спине?

***

5 октября. — Ну что, господин седьмой, сегодня вы удостоили нас своим присутствием? — Шикамару и ты туда же? Этот придурок в очередной раз удивляет его своей нескончаемой энергией. В его кабинете по ощущениям никого не было с самого назначения. Только им двоим известно где он находятся в то время, пока резиденция пустует. — Как Сакура? — В порядке. — Кажется они снова ступили на скользкую дорожку. — Как девочка? — Ничем не хуже. — Оказавшись на другом конце кабинета Хокаге зарылся в бумаги неизвестные даже самому Шикамару. — Что у нас сегодня? — Две встречи и академия. — Но в такие моменты он вспоминает, что всё-таки Наруто тут делает. — Тогда отправляемся. — Наруто. — Что? — У тебя в волосах детская заколка. — Где? — на этот раз смехотворно дёрнувшись, он начал копаться в волосах, растеряв всю уверенность. — Я начинаю подсознательно считать тебя молодым папашей. — По ответу Шикамару Узумаки догадался, что его нагло поддели. — Прекращай, — не удержался от смеха он. — Один раз такое было и ты сразу начинаешь. — Пошли, папаша. — Я же сказал, прекращай. — Конечно-конечно, — не слушал мольбы Шикамару.

***

— Ну что, как тут моя маленькая подружка? — Ты бы ещё через три года зашла. — А что? Будто я не знаю, кто здесь получил прописку. Ино в своём репертуаре даже с маленьким ребёнком. — Как Иноджин поживает? — Малыш у них родился удивительно красивым: бледная кожа и прекрасные яркие глаза. — Ой и не спрашивай, он хоть и не озорной, но с ним я так поправилась, что до сих пор в форму не могу прийти. — Как я тебя понимаю. — Одно горе на двоих они точно разделяли. Сакура хоть и старалась не акцентировать внимание на лишних складках и увеличившихся размерах, но в глаз всё же бросалось. Особенно, когда приходил Наруто. — Ты принесла? — Да принесла, принесла. О да. Наконец-то что-то симпатичное. По просьбе Сакуры Ино снисходительно договорилась со знакомой швеёй и после стольких дней ожидания в руки попало это прекрасное платье. — Что плотину прорвало, наконец? Ей осталось только снисходительно цокнуть подруге в лицо. Нет, она не собиралась делать ничего противоестественного, просто… Хотелось почувствовать себя красивой. Ну и немного покрасоваться перед Наруто, этого не отнять. — Зато теперь нечего жаловаться на свой скудный размерчик. —Эй, нормальный он был. — Кому ты стелишь. Всё давай ставь чайник, я сейчас спину сломаю. — Сын на специальном приспособлении сопел у её плеча. Когда мелкий переместился в свободный манеж, они расположились за столом. — Ну… С чего бы начать. — С того и начинай, он что и правда здесь живёт? — Нет, ну что ты. Просто иногда я стелю ему на диване. — Ушам своим не верю. Пока люди думают, что Хокаге деревни Листа сильнейший и непобедимый служит на благо деревни, ты стелишь ему коврик, как собаке. —Эй, притормози. Мне что с ним в свою постель ложится? — Давно пора, — еле слышно пробурчала подруга. — Чего ты там бормочешь? — Я говорю давно пора, — огрызнулась Ино. — Ты его на прочность испытываешь или что? Тут Сакура опешила. — Лобастая, я вроде не первый раз об этом говорю, ты, конечно, не самая умная, но уж должна понимать, что твой Наруто не железный. — Эм. — Краснеть тут ещё не хватало. Они с Наруто никогда не переходили границу. Но если вспомнить, то уже давно она останавливает себя в очередном мимолётном желании поцеловать его так, чтобы он опешил от такого напора, а возможно и, чтобы он подхватил её за бёдра и взял на том же столе. — Ты же замужем была, ну, пошевели мозгами. — Ну вообще, пока ещё замужем, так что говорить не о чем,— устало выдохнула она. Кажется последняя идея со столом становится всё желаннее. — А вот это уже тема посерьёзнее, новости какие-то есть? Мотнув головой она вперилась взглядом в кружку с чаем. — Так, ну я даже не знаю, у нас нельзя развестись без второго человека. Но может он помер? — Ино, — нахмурилась Учиха. — Ладно, ладно. — Помахала руками она. — Вот у него рожа-то вытянется, когда поймёт кто здесь теперь душу греет. И не надо меня перебивать, не ты ли, милочка, Сараде свою фамилию записала? — Это не обсуждается. — надула губы Сакура. — Вот именно, пора заканчивать этот цирк. Я же вижу как ты расцвела, Сакура, у тебя даже глаза по-новому светятся. Смотришь этот пресловутый телевизор по вечерам и эти фотографии по всему дому, что тебе ещё надо? — Я не могу… Когда смотрю на Сараду, меня сразу накрывает, — закрыла руками лицо Учиха. — А если она меня возненавидит? Я забираю у неё возможность быть с родным отцом. Шанс на полную семью.. Так и у Саске есть права на Сараду. А сам Наруто? Это ведь… Каково ему с чужим ребёнком? — Ты дура, да? — резко щёлкнула у неё перед носом подруга. — Чего.. — Погоди, ты на полном серьёзе сомневаешься только из-за мелкой? На секунду Сакура как-то даже запуталась в том, что она думает. — А тебе не кажется, что эта спиногрызка сделала свой выбор ещё раньше тебя? Да и какая полная семья, ты что с дубу рухнула? Родной отец… Да толку то от него! Ты посмотри в очередной раз как он на твою дочь то смотрит и подумай, какой отец ей нужен. Мне кажется ты забываешь, что ты тоже должна быть счастлива. Тем более мы говорим о Наруто… Яманака поводила пальцем по ободку кружки и внезапно добавила: — Буду с тобой честна, он уже давно стал вашей семьёй. По крайней мере, по рассказам Шикамару, он трещит о вас с мелкой больше чем о работе. Как просто. И одновременно сложно. Она ведь всё это знает и видит. Наруто даже на неё так не глядел никогда, как на Сараду. С такой нежностью он каждый раз играет с ней в ладушки, это надо видеть. Когда они снова болтают на свои темы она вообще забывает о том, что он не её отец. На полке при входе давно стоят фотографии, сделанные им во время прогулок и посиделок дома. На одной они с Сарадой лежат на расстеленной пелёнке и делают зарядку. На второй Наруто держит дочку в полотенце после ванной. На третей Сакура лепит детские заколки ему в волосы. Даже этот фотоаппарат — её заветная мечта, был подарен им сразу после родов. — Сакура-чан, точно такого же не было, — смущался Узумаки, пока Сакура думала будет ли нормальным обвить его шею и прижаться губами к полосам на его щеке. Тогда решила, что ничего страшного. Сейчас… Не может поверить, что задумывалась об этом, просто сделала бы и всё. — Просто сделай этот шаг, — отпила глоток чая Ино, выжидающе на неё поглядывая. — Всё образуется. Если бы Наруто не хотел брать на себя ответственность он бы не тратился на время и деньги. Может быть, ей стоит быть посмелее, есть же возможность развода без второго человека? Когда она выбирала Саске руководствовалась лишь своими чувствами, детскими и глупыми. Теперь, чем-то проверенным временем. Чем-то тёплым как летний вечер. Чем-то по имени Наруто. Она давно не помнит его холодных рук, зато знает, как обнимают его тёплые ладони. И этого достаточно, верно? Когда дверь за Ино закрылась отложенный пергамент снова возник перед ней. Через несколько дней после того разговора она снова принесла его Наруто, предлагая порвать. Он тогда вернул его ей. Теперь она избавиться от него навсегда. 5 октября. … Саске. Это снова я. Она привыкла к нему, но не в том смысле в котором это привыкли воспринимать. Она прикорпела к тому Саске, с которым мечтала быть всё детство. … Сарада уже совсем большая, целый месяц, можешь себе представить? Как позже оказалось этот Саске не имел ничего общего с реальным. … Но ты этого не увидишь. Как она вырастет в прекрасную девочку. Как сделает первые шаги, как произнесёт первое слово. Он не целовал её в висок, когда она готовила ужин. Не приобнимал со спины , когда она мыла за обоих посуду. Ни разу на её памяти не согревал на семейном ложе. И уж если совсем быть честными, только в сокровенных фантазиях смотрел на неё влюблёнными глазами и улыбался. … Это увидит другой. Где-то в той мечте они были счастливы. Она жила ей годами. И словно перенеслась туда. Жила там каждым одиноким вечером. Попивала чай за любимым фильмом с мужем под боком. По праздникам они ходили в ресторан. А когда становилось совсем невмоготу вставать с мягкой обивки дивана, муж доставал из закромов бутылку красного полусладкого. … И знаешь, он купил мне фотоаппарат. Тот самый. Даже грёбанный телевизор с дисками. Очередную бессонную ночь она проводила в собственных объятиях, в страницах любовных романов. Там где видела то, какой могла быть её жить. И порой старалась воплотить её в эту реальность. … Ты явно забыл о существовании моего заветного желания, которое я начеркала на старой бумажке после нашей свадьбы. Но полка под телевизор так и осталась пустой. Ресторан был закрыт для её нелюдимого мужа. А алкоголь он не принимал в любом его проявлении. … Но ничего. Я уже не нуждаюсь ни в этой истёртой бумажке, ни в тебе. Так и получилось, что забытая зелёная ёмкость отбывает свой срок в кладовке с самой свадьбы. На ней напутствие: … " Пусть жизнь будет такой же сладкой и тёплой". Но она оказалась горькой и помутняющей рассудок. Я развожусь с тобой.