Часть 3. Можно сказать, семья...✨

Прошло много лет с того дня, Такемичи было уже семнадцать, когда Акари во второй раз понадобилась его помощь, чтобы остановить сына, когда он не понимал ее страха и безнадежности. Она позвонила той ночью внезапно, так что Шу был очень шокирован. Из-за Тэпея Акари бросила его, выбросила как ненужные вещи, хотя Ли понимал ее, но не мог этого принять. Видимо, поэтому, когда она пришла к нему в первый раз, просить в долг, он был зол и поставил непомерные условия. Он все еще был ее другом, и все еще любил ее, но он не расположил ее к себе, он знал, что память о чувствах к Тэпею слишком свежа. Встреча на этот раз имела свой результат, потому что ему было интересно, во что превратился ребенок Акари. А потом она узнала, что Такемичи застрелили, и Шу Хэй скрыл это, в тот день она ударила его и вспомнила, как он научил ее делать этот бег боли для себя. Шу не ответил, как он мог, когда видел, как она страдала? Он просто отвел ее к сыну в больницу. Такемичи наконец все ей рассказал, и они помирились. А потом мальчик стал часто гулять с друзьями, а она начала работать на новом месте, но это не означало, что не было дней, когда они были вместе. Такемичи спустился к ужину, который она приготовила, но когда он сел, раздался звонок в дверь. - Сиди, мам, я сам посмотрю. - Ханагаки встал из-за стола и направился к входной двери. Там на их пороге стоял солидный мужчина в деловом костюме, элегантно красивый для своих лет. Мичи знал его по имени Ли Шу Хэй, и называл его господином Ли, так же верил, что вскоре этот человек изменит их жизнь. Рядом с ним был парень, брюнет с малахитовыми глазами, его приемный сын Сяо, родившийся в районе китайских трущоб и живший там, пока один из знакомых Мичи не привел его к господину Ли. - Привет, Такемичи, твоя мама дома? Я хотел еще раз извиниться перед ней за то, что осмелился скрыть от нее часть правды. Мне стыдно перед тобой, но ты же понимаешь, да? - Он указал на огромный букет цветов в корзине, с дорогим вином и фруктами. Мичи только очень нагло ухмыльнулся, ведя себя не как ребенок своего возраста, а как полноценный взрослый мужчина. - Не надо ничего выдумывать, чтобы увидеть ее, господин Ли. Я не Цербер, чтобы мешать ей видеть кого-либо, кроме своего ребенка. Вы присоединитесь к нам на ужин? - Такемичи слегка прищурился. - С твоего разрешения, - он прошел вперед, а затем помог Сяо снять обувь, что мальчика сильно смутило. - Я вижу, ты на моей стороне, Такемичи... Приятно знать, что ты не сердишься на меня из-за этого недоразумения. Ах да, вы ведь толком не знакомы... - Он взглянул на ребенка. - Это Ли Сяо, мой сын. - Ханагаки кивнул, глядя на парня, которого он уже знал. - Я на стороне маминого счастья, и она не прочь была бы побыть рядом со старым «другом», да и забота о ком-то, возможно, была бы полезнее того, что у нее уже есть. Ведь они были слишком зациклены на семье. - Похоже, ты готов принять меня и Сяо в семью прямо с порога. - Мужчина усмехнулся. - Но не рассчитывай, что мама оставит тебя одного и не будет следить за твоим здоровьем и благополучием. Она слишком тебя любит. И еще она прекрасно понимает, чем чревато участие в бандитских разборках. Поверь мне... - Он оглянулся, словно вспоминая те дни. Затем они втроем прошли на кухню, где Акари увидела гостей и слегка привстала. Она удивленно моргнула, глядя на Шу Хэя и мальчика рядом с ним. Акари знала о Сяо, потому что уже видела его на их первой встрече, после ее звонка. Но женщина не могла ожидать их присутствия, учитывая легкий намек на что-то большее. Всю свою жизнь она лелеяла память о распавшейся семье и своем одиноком ребенке, вынужденном оставаться в Японии, пока она выплачивала долги своими заработками в Китае. - Ли? - голос женщины дрожал, но она быстро взяла себя в руки. Голубые глаза медленно вернулись к Такемичи, который стоял так, словно не имел к этому никакого отношения. - Ты их пригласил? - Парень пожал плечами. Сам он бы не догадался их пригласить, но то, что Ли пришел сам, говорило о том, что он просто решил действовать, пока не стало слишком поздно. Такемичи поощрял это, а значит, он был косвенным соучастником. - Почему бы и нет? - Сын усмехнулся, пожав плечами. Он сильно изменился, и она это заметила, но приняла за слишком быстрое взросление под гнетом ответственности за стольких людей разом. - Он спас меня, и я ему благодарен. - Шу Хэй сдержанно улыбнулся, протягивая вперед корзину. Акари приняла подарок и помыла фрукты, поставила их на стол, а также бутылку, переставив цветы в вазу. Ли с мечтательным выражением лица наблюдала за всем этим. - Мне следовало еще раз извиниться... Тот удар от тебя был вполне заслуженным. И не только из-за Такемичи. - Он разрушил ее счастливую жизнь. Хотя мог бы просто забыть старые обиды и боль, оставив ее одну, просто отдав ей эти чертовы деньги. Он просто хотел, чтобы они были связаны хотя бы долгом, раз уж больше не было того, что было раньше. Она поджала губы, не отрывая от него внимательного взгляда. Сколько лет прошло? Он был все тот же - та же осанка, та же холодность во взгляде, но что-то изменилось. В нем больше не было той жестокости, которую он когда-то проявлял в «Блеске ночи». Он больше походил на бизнесмена, чем на бандита, которого она в нем видела. - Садись уже за стол, Шу, — наконец потеплела она, указывая на пустые места. В этом доме давно не было так шумно, с тех пор, как Тэпей их покинул. - Я научилась готовить, когда появился Такемичи, и это даже вкусно, ты сможешь оценить перемены сам. - Пока взрослые разговаривали, Сяо нервно переминался с ноги на ногу, не зная, чем себя занять. Акари заметила его напряжение и улыбнулась еще теплее. В конце концов, она любила детей гораздо больше, чем своих сверстников. - Мы давно не виделись, Сяо. Садись к Такемичи, разница в возрасте у вас не такая уж большая, думаю, вы поладите. - Он удивленно посмотрел на нее и кивнул, проходя за стол. Шу Хэй сел рядом, с любопытством наблюдая за Акари. - Ты все-таки изменилась, Акари, - заметил он. - Ты стала мягче, сознательнее, я и забыл, как та девчонка дралась из-за одного лишь косого взгляда, возвращаясь с синяками по всему телу. К тому же ты использовала знание моего родного языка в отместку мне, ты стала хитрее с возрастом? - Он говорил о ее предыдущей работе переводчиком, где платили больше, чем на нынешней, но были и минусы. Мичи все еще не знал точно, где работала его мать, хотя помнил, что Акари была переводчиком. - А ты нет, - хихикнула она, накладывая еду на тарелки. - Все тот же мстительный парень, с равнодушным лицом. Я стала матерью, конечно, я не собираюсь драться, разве что, чтобы защитить Такемичи. - Ну, у нее все еще был поставлен удар, - подумал Ли. Такемичи тоже хихикнул, наблюдая за ними. А затем тихо добавил: - Может, теперь все будет по-другому. - Что? - спросила Акари, на что Такемичи уклонился. Он не мог сказать, что видел будущее. Ханагаки всегда уходил или убегал, но он также знал, что мама делала то же самое. Они ссорились, и женщина оставалась одна, а потом они переставали общаться. Таке не мог знать, что все эти разы Акари подвергала себя опасности. Она не могла найти его, когда он уходил, или, чтобы поздравить со скорой свадьбой, потому что у нее были неприятности, связанные с ее работой. Ли Шу Хэй каждый раз знал об этом, и пользовался случаем... - Я говорю, что скоро создам свою собственную банду. - говорит он, заставляя парня слегка удивиться, а Акари понимающе кивает. - Чифую уже со мной, а также Шиничиро и многие другие, ребята, которых ты уже знаешь. Ты ведь больше не против, да? - Акари вздрогнула, но кивнула, она не могла снова предать доверие Мичи. Да, она всю жизнь боялась, что Мичи станет таким же, как она в прошлом, но это оказалось неизбежным. И если это так, то все, что может сделать бывшая Адо, это поддержать малыша. - Это уже твое решение, я не буду настаивать на отказе. - Шу Хэй улыбнулся ей. - В конце концов, он твой сын, Акари, - тихо сказал Шу Хэй, скрестив руки на груди. - С этим ничего не поделаешь. Он такой же многоплановый и надоедливый, надеюсь, он не так быстро влюбляется. Хотя было бы хуже, если бы он был таким же ветреным, как его отец. - Это было грубое замечание, но относительно верное. Привычку поглядывать на симпатичных девушек Такемичи перенял от отца. Он немного помедлил, симпатичные девушки и горячие парни. Но все же он начал понимать, что слово «легкомысленный» в его случае неуместно, из-за масштаба, он был в разы хуже... Акари вздохнула, опустив глаза в тарелку. Она столько лет пыталась защитить Такемичи от мира, который она оставила позади, но в итоге... Он сам выбрал этот путь. - Ты просто собираешься последовать за своим другом? - уточнила она, глядя на сына. Он вспомнил, как мать отреагировала на слова о Майки, и неловко улыбнулся. - Нет, это не совсем так. - Такемичи покачал головой, в его глазах сверкнула уверенность. - Я просто хочу, чтобы у него был выбор. Я переверну город вверх дном, если это поможет мне помочь ему. - Акари внимательно посмотрела на него. В нем действительно было что-то от нее. Та же наивная мечта изменить мир, то же желание вырваться из обыденной жизни. Та же хрупкая мечта об идеальной счастливой большой семье... Это Акари создала его по своему образу и подобию, только потому, что не была достаточно умна, чтобы остаться рядом. - Хорошо, - она ​​снова вздохнула, - но я не хочу видеть тебя на больничной койке так часто, как когда-то сама там оказывалась. - Такемичи улыбнулся. Он и так уже делал это слишком часто. Он даже выпал из окна ранее, но сейчас его мучает одна из иных головных болей. - Я постараюсь, мама. - Шу Хэй слегка усмехнулся, глядя на Акари, после заявления Мичи. - Я вижу, тебе пришлось смириться с неизбежным. Ты действительно та самая Акари, которую я помню? Хотя... Прошло так много времени. - Я просто надеюсь, что он умнее меня, — ответила она. Шу Хэй молчал, но в его взгляде было понимание. Он знал, что Акари все равно будет присматривать за своим сыном, пусть и издалека. Ведь какой бы сильной она ни стала, страх потерять близких никогда ее не покидал. - Можно мне еще немного этого соуса? — внезапно прервал их Сяо. Решивший ответить на просьбу, Такемичи протянул ему банку, с сильным чувством, что нашел себе замену, благодаря которой он точно уйдет от пристального внимания Акари Ханагаки.