3. Наследник Принц

Последний цикл ритуалов был самым тяжёлым, как ни странно. Брок окончательно принял человеческий вид, а в теле проросла — он не мог подобрать другое сравнение — магия. Нет, он и раньше понимал, что не обычный зверь — обычные звери не разговаривают вполне осмысленно со своими сородичами, что-то такое ощущалось и понималось, но теперь странно тёплая искра где-то в нём разрослась, словно пустынное растение, политое долгожданным дождём, укрепилась, налилась соками и заполнила его целиком. Было больно. Брок большей частью находился в сознании, докладывая Эйлин, что и как. А потом вдруг всё закончилось. И Брок просто отрубился, пытаясь выспаться за все мучительные и бессонные дни. Когда он проснулся — зверски голодный и очень бодрый — его огорошили сообщением, что к приёму в род всё готово. И что ритуал они будут проводить голодными. Брок недовольно рыкнул, но подчинился. Позволил одеть себя в небелёную рубаху из крапивного волокна и босой потопал в ритуальный зал Принц-мэнора. Ему не было особо интересно, как он выглядит, как выглядит зал, в чём состоит ритуал. Три с лишним года преображения вымотали его до крайности, и сейчас ему хотелось только есть, а когда поест — завалиться в кровать и ничего не делать месяцев шесть-семь. В большом, освещённом стеклянными шарами с бьющимися внутри огнями зале было светло. Всё уже приготовили, Эйлин с Октавиусом тихо переговаривались. Дальнейшее действо было простым: у Брока из руки брали кровь, Эйлин с Октавиусом щедро жертвовали свою, читались катрены, приносились дары предкам, прозвучало его имя… Брок заснул прямо на алтаре, посапывая. Проснулся он в кровати: огромной, с балдахином, подушками, жёстким матрасом, грудой шкур и одеял. Брок полежал, потягиваясь и счастливо вздыхая, растолкал одеяла в стороны и сел. С хлопком появившийся домовик низко поклонился. — Наследник Принц проснулся! Изменившееся к нему отношение ушастой прислуги Брок отметил сразу. Как и одежду с гербами, серебряные, костяные и деревянные гребни, которыми последовательно расчёсывали его шевелюру, отросшую почти до плеч, обстановку выделенных ему покоев: большая спальня, огромная гостиная, совмещённая с игровой комнатой, отдельный туалет и ванная комната с целым бассейном, гардеробная. Нет, он и до этого жил не в каморке, но сейчас всё кричало о статусе и прочих хороших вещах. Вот только Брок был умным и понимал, что за всё надо платить. За принадлежность к аристократическому роду такой древности — тем более. Но это ему и так сообщат, впрочем, и спросить за ним не заржавеет. К тому же он и сам богат: те камушки, что он нашёл в Африке. Домовик с поклоном проводил его в столовую, где уже рассаживались Октавиус и Эйлин. Лорд Принц сам усадил наследника на высокий детский стул и пододвинул его к столу. — Как ты себя чувствуешь, Брок? — спросил он. — Благодар-рю, дедушка, хор-рошо, — этикетные обороты сами собой оказывались на языке. Зря, что ли, он три года слушал Октавиуса? — Благополучны ли вы? Маг одобрительно улыбнулся, затыкая салфетку за ворот рубашки. Эйлин гордо сверкала глазами, откровенно любуясь Броком. — Мы благополучны, внук, — улыбнулся Октавиус. — Теперь — мы благополучны. Приятного аппетита! И приступил к яичнице. Брок последовал его примеру: полный английский завтрак — тут тебе и яичница, и сосиски, и бекон, и жареные грибы и помидоры, и кровяная колбаса, и фасоль, и подсушенный хлеб со свежайшим сливочным маслом… Есть где разгуляться. Брок с энтузиазмом поглощал пищу, неистово радуясь тому факту, что в этом теле у него нет и не будет никаких пищевых ограничений. Абсолютно здоров и просто зверский аппетит в наличии. Эйлин сияла, пару раз смахнула гордую слезу и успокоилась. — Нас ждёт поездка, сын, — съев с отменным аппетитом всё набранное на тарелку, Эйлин дождалась десерта и кофе, прежде чем заговорить. — Я буду защищать титул магистра химерологии. Едем все вместе: и ты, и отец. — Меня попр-робуют укр-расть? — прищурился Брок, чуть вздёрнув на мгновение верхнюю губу и показав идеально белые молочные зубки, совершенно человеческие. — Ты наследник Принцев, — сказал Октавиус. — В первую очередь ты наследник Принцев, Брок. Брок задумался. — Они не должны знать до завер-ршения защиты. Да? Октавиус с Эйлин гордо переглянулись. — Я всё больше убеждаюсь, что ты, внук, послан нам самой Магией, — сверкнул глазами Октавиус. — Ты прав. Они не должны узнать. И не узнают. Эйлин не только давала тебе свою кровь, но и брала твою. Никто не докажет, что ты — не её сын, которого она выносила и родила. — Хор-рошо! — резко кивнул Брок, подтягивая к себе блюдо со сконами. Сливки, взбитые, и пять видов джема! И пшеничные булочки. Он о таком раньше и мечтать не мог. А теперь запросто мог слопать всё и запить чаем: кофе пока что не полагалось. Зато чай с сахаром. Леденцовым. И молоком. — Если что, я лапы отгр-рызу! Жадные. Он подумал, дожевал первый скон и ещё раз уверенно кивнул. — Лишние! Октавиус рассмеялся. — Камни! — напомнил Брок. — Мои! И ваши! Там много, я помню… Речь стала рубленой, недавняя плавность внезапно словно исчезла. Брок заморгал, сосредотачиваясь под внимательными взглядами магов. — Я нашёл пять гнёзд, — справившись с собой и внезапным приступом косноязычия, заговорил он. — Четыр-ре больших гнезда, и пятое маленькое. И небольшая жила самор-родного… золота? Жёлтое. Золото? — Вполне вероятно, — кивнул Октавиус. — Письмо Ньюту — тот маг, что тебя к нам пригласил, — пояснил он, и Брок кивнул. Окорок вкусным был! — мы отправили. Так что вполне можем после завершения защиты навестить твои бывшие владения. А… У твоих сородичей действительно есть имена? — Конечно! — улыбнулся Брок. И издал странное переливчатое рычание, словно раскладывающееся на слова. — Бр-рок Р-рамлоу. По-другому не выговорить. Людям. Маги кивнули. Оно и понятно: речевой аппарат у медоедов и людей разный. — А рядом жили… — он издал еще два сложных взрыкивания, потом ещё раз рыкнул, и Октавиус нахмурился: похоже на Уркварт, но отдалённо. — Я с ними др-рался. За землю. Мои владения. — Разберёмся, — пообещал Октавиус, наливая ещё чашечку кофе. — Обязательно. После завтрака Брок оказался предоставлен себе, чем тут же и воспользовался. Хотелось уже увидеть себя в зеркале. Что сказать… В зеркале отражался херувимчик: пухлощёкий мальчик трёх лет, разве что волосы в кудряшки не завиваются. Очень хорошенький, светлокожий, румяный, черноглазый. Только тонкое кольцо янтарного цвета по краю радужки намекало, что ребёнок не прост. Одет роскошно и вообще выглядит великолепно. И неимоверно похож на Октавиуса: римский сенатор, не меньше. Натуральный наследник Принцев, а не бывший взрослый медоед. Но со звериным акцентом надо будет поработать. Так не годится. Очень хотелось почесать задней лапой за ухом. Но Брок с собой справился. Он человек, а человека от зверя отличает в первую очередь контроль импульсов. Забавно будет расти в этот раз как маленький английский аристократ из древнего магического рода, а не как беспризорник из Адской Кухни. А какой, кстати, сейчас год? Оказалось, что пятьдесят пятый. Тысяча девятьсот. Только недавно отгремела Вторая мировая. Только начинают очухиваться от потрясений страны и жители. А в магическом мире что? Брок отлично помнил свои владения, и чем-то его кусочек Африки отличался от той, отлично знакомой ему по многочисленным миссиям Африки. И воздух другой, и живность странная, и даже скалы с травами необычные. Интересно, что за камни там лежат и ждут его? Разберётся, сейчас другая задача. Поездка в Париж, защита магистерского звания. Как, кстати, путешествуют маги? Оказалось — быстро. С помощью портключей, мгновенно перемещающих в нужное место, правда, ощущения неприятные. Но на ощущения Броку было плевать. Главное — скорость! Вот они стоят в холле Принц-мэнора, берутся за медную цепочку, Октавиус произносит непонятное слово на латыни — и вот они уже в холле роскошной гостиницы, и в окно видно Триумфальную арку! Сервис дороговизне и роскоши номеров соответствовал. Толпа слуг, любой каприз за ваши деньги, в любую минуту без ограничений. Как же хорошо иметь неограниченный кредит, как у пресловутого графа Монте-Кристо! Вернее, накопленное предками и собственными усилиями богатство! Октавиус деньги на ветер не швырял, но ни в чём себе не отказывал. И дочь с внуком обеспечивал по полной программе. Легенду они давно обсудили, вылизали до идеала, подтвердили документами и прочими мелочами. Оказывается, у магов с браками всё обстояло гораздо веселее, чем у обычных людей. У них сохранилось много дошедших из древности форм, начиная от почти и не почти рабства и заканчивая так называемым пробным браком. Сейчас его использовали большей частью чтобы прикрыть интрижки неженатого и несговоренного молодняка, так что такое никого не удивляло. Для общественности Эйлин, желая исполнить долг перед родом до конца, будучи молодой и не связанной помолвкой и обязательствами хоть с кем-то, решила заключить пробный брак. Гражданское сожительство, раздельное имущество — это условие было обязательным. Встречи, чтобы узнать, может она ужиться с будущим супругом или нет. А самое главное — может ли она понести от избранного ею кандидата. Тем более что именно супруг войдёт в род Принц, а не Эйлин в чей-то. Имя пробного супруга не разглашали, но результат успешности попытки налицо: вот он, лупает чёрными глазками и за мамину руку держится. А супруг… А что супруг? Решил, что ужиться с Эйлин не в состоянии и свалил. За что ему огромное спасибо! — Защита начинается в полдень, — напомнила Броку и Октавиусу Эйлин. — У нас есть час. — Не волнуйся, внук, — сжал плечо Брока лорд Принц. — Ты наш, и мы никому тебя не отдадим.