11. Томас Марволо Риддл

Помолвка произвела эффект разорвавшейся бомбы: новость разлетелась молниеносно, и мусолили её все и каждый. Брока массы не волновали, он обдумывал поведение совершенно определённых личностей. Слежка с помощью домовых эльфов дала свои плоды, да и сам Брок шнырял везде, топорща уши, кроме того, дед добавил информации — и картина постепенно прояснилась. Оказалось, что Лонгботтомы обижены на Принцев давно и прочно: дед Октавиуса очень сильно поругался по какому-то неизвестному теперь поводу с главой рода и отказался покупать выращиваемые ими растительные ингредиенты. Казалось бы, отказался и отказался, мало ли покупателей, но Гадес Принц был грандмагистром зельеварения с огромнейшим влиянием и прорвой учеников, да и репутация у него была безупречная, так что этот экспромт даром для Лонгботтомов не прошёл. Раз такой мэтр отказывается покупать их продукцию, значит, что-то нечисто? Продажи упали, покупатели вертели носами и придирались к каждой мелочи, портя нервы и настроение, и Лонгботтомы затаили обиду, потому что вернуть благорасположение рода Принц не удалось и в ближайшие лет сто точно не получится. А это потери репутационные и денежные. Розье тоже не любили Принцев из-за денежного вопроса. Зельевары и химерологи обладали монополией на производство ряда зелий, и перебить её никак не получалось: заморочки с привилегиями, полученными от короля в каком-то лохматом достатутном году. С Поттерами вышло смешно: они нацелились в очередной раз породниться с Блэками. Генри Поттер, сын Карлуса и Дореи, был в подходящем возрасте, но Дорея сама была из Блэков, да и как маг Генри был слаб, а Блэки уважали силу. Близкородственные браки их не смущали — нынешний глава рода был женат на собственной троюродной сестре. Но слабосилок из ничем не примечательного, кроме родства с Певереллами, рода и пламенная Беллатрикс Блэк? Странно, что Поттеры этого не понимали. Самомнение, что ли? Октавиус такой постановке вопроса посмеялся и раскрыл тайну века. Пусть Поттеры были связаны с Певереллами, вот только родство было по женской линии, по кудели, а не по мечу, то есть мужской линии, как у тех же Гонтов. В своё время Иоланта Певерелл, наследница рода, вышла замуж за Джулса Поттера, чистокровного артефактора, работающего с глиной и камнем. И это был откровенный мезальянс. Почему Поттер не вошёл в род Певерелл — неизвестно, Иоланта записей не оставила, но с тех пор приподнявшиеся на социальной лестнице Поттеры, получившие от Иоланты силу, богатство и некоторые знания, но не титул, мечтали этот самый титул заполучить. Никто не знал, что и как, но ходили слухи, что Иоланта вышла замуж за более слабого и откровенно нищего по сравнению с ней мага не просто так. Какие-то родовые заморочки. И титул можно было получить, но опять-таки, выполнив какие-то условия. Судя по тому, что Поттеры за эти века так свою мечту и не выполнили, условия были или неизвестны, или невыполнимы. Да, артефакторами и зельеварами они были неплохими, но силы им не хватало. И они решили эту силу заиметь банальным путём: браки. Карлус женился на Дорее Блэк, Флимонт, его брат, на Юфимии Блэк — представительницах младших ветвей. Вот только помогло ли это? Судя по Генри Поттеру — нет. Кроме того, многих насторожил тот факт, что плодовитые Блэки в браках с Поттерами породили лишь по одному ребёнку: Генри и ещё мальчик, которого обществу еще не представили. И родились эти дети очень поздно. Октавиус подозревал несовместимость, конфликт каких-то даров, может, ещё что. Так что решившие найти довольно слабому сыну сильную жену Поттеры радости от сорвавшихся планов не испытывали. С Блэками они хоть как-то наладили отношения, а вот со всеми остальными… Ну не были они равными древним родам! Брок кривился и морщился от всех этих интриг и заморочек: ну не его это, совершенно! Он силовик! Тактик! Но он наследник Принц. Он обязан во всём этом разбираться. Хочу, не хочу, этого не буду, то не нравится — для простолюдинов. А он обязан превозмочь и вырасти в стратега и интригана: на одной силе далеко не уедешь. — Их проблемы, — сморщился он. — Чтобы у Блэков родился лишь один ребёнок? Да ещё и так поздно? Чушь. Значит, что-то не так. Сильно не так. Октавиус тоже только пожал плечами. Расчёты показали очень высокую совместимость, так что брак с Беллатрикс будет удачным во всех отношениях. Ну и не стоило забывать о запечатлении: это тоже свою роль сыграет. А вообще юная Беллатрикс Октавиусу нравилась, и он предвкушал, как та займётся всеми эти ужасными приёмами, балами и прочими кошмарами, дав им с Эйлин возможность творить всякое разное и заниматься гораздо более интересными исследованиями. Всего-то подождать немного — и будет им счастье! Эйлин такие планы одобряла целиком и полностью. А потом тем же займётся и Брок, и вообще наступит благодать. — Насчёт Хогвартса ты уверен? — посмотрел Октавиус на внука. — Да, дедушка, — решительно кивнул тот. — Вассалы. Слуги. Полезные связи. А потом Итон. — Отличный план действий, — одобрил Октавиус. — Меня беспокоят родичи. Что-то они нехорошо зашевелились после объявления о помолвке. — Что они могут нам сделать? — спросил Брок. — Что мы можем им сделать? Лишить содержания? Родичи и их шевеления ему совершенно не нравились — совершенно чужие люди слишком близко. И вырезать нельзя — магия накажет. Что предпринять? Непонятно. Но он обязательно что-то придумает. Хотя эти придурки и так себя закапывают, собственными усилиями: тратят больше, чем зарабатывают, и слишком сильно задирают носы. Постепенно всё успокоилось. Сияющая от счастья Белла в сопровождении родителей или дуэний посещала Принцев раз в две недели и грызла науки с огромным энтузиазмом, мечтая произвести на будущего супруга впечатление своими успехами. Брок свой план выполнил, побеседовав с решительной девочкой, сообщив, что вскоре она станет хозяйкой и всё ведение хозяйства и светская жизнь свалится именно на неё. Кроме того, он обрадовал Беллатрикс тем, что если она захочет получить мастерство в каких-либо науках, Октавиус её только поддержит: он любит умных женщин, с которыми есть о чём поговорить. Внимательно слушающая Белла едва не запорхала, мечтательно заулыбавшись. Планы у неё в голове явно вертелись грандиозные. Брок это только одобрял. Сам он потихоньку присматривался к окружающим и собирал информацию: в этом мире ему жить, жить очень долго, так что ничто лишним не будет. Месяцы летели один за другим, а потом их пригласили на бал в Тёмных дубах. Брок не ожидал многого, но ошибся, познакомившись с очень интересной личностью. Их друг другу даже представили. Томас Марволо Риддл, не принадлежавший ни к одному из старых родов, но отчего-то называющий себя наследником Слизерина — и при этом старые рода не считали его самозванцем. Красавец, но с подавляющей ледяной аурой, холостой и даже не пытающийся найти жену. То ли полукровка, то ли маглорождённый, но при этом невероятно сильный маг. И опасный. Чудовищно опасный. Броку он сразу понравился: силу, подкреплённую знаниями, он очень уважал, а Томас был умён и прекрасно образован. Представлял их друг другу лично Орион: подхватил Томаса под руку и подвёл к Броку, отдыхающему после тура танцев. Брок выплеснул энергию, восстановил её, как следует обнеся фуршетный стол, и был спокоен и благодушен. На магов он посмотрел с интересом: Томас пах… необычно. Орион, представив их друг другу, отвлёкся на следующих гостей, а Брок с Томасом уставились друг на друга. Брок отметил, что синие глаза мага отливают багровым, словно дорогие сапфиры, добываемые лишь в одной шахте, и заинтересовался. Люди такими глазами не обладают. Значит… эксперименты. Но хрен с ним, его заставило прищуриться другое: маг пытался его продавить. Его. С детства живущего в сильном тёмном источнике магии! — Не стоит, — ласково улыбнулся Брок. Риддл прищурился. Брок оскалился. Риддл пах змеёй, а змей Брок не боялся. Он их обычно ел. Кроме той, с которой пришлось договориться. Зрачки синих глаз неожиданно вытянулись в щели и вновь приняли круглую форму. Риддл чуть наклонил голову, на словно выточенном из мрамора лице проступило любопытство. Они смотрели друг на друга, оценивая как вероятных противников, и неожиданно давление магии Риддла уменьшилось. — Вы очень… необычный молодой человек, наследник Принц, — медово протянул Риддл. — Вы тоже очень необычный молодой… человек, — таким же тоном протянул Брок. Они уставились друг на друга и рассмеялись. — Мистер Риддл, позвольте один вопрос. — Конечно. — Почему вы не претендуете на наследство Певереллов? Быть наследником Слизерина почётно, не скрою, но не настолько выгодно, как кажется, — совершенно спокойно произнёс Брок, наблюдая за шоком на лице Риддла. Ага! Значит, его догадка оказалась правдива! В принципе, простая логика: Слизерин потомков оставил, но только по женской линии, его сыновья, оба, погибли, не оставив детей. А дочь вышла замуж за Гонта, потомка одного из Певереллов, значит, Риддл — Гонт. Законный или нет — другой вопрос. И от того, какой он сейчас получит ответ, зависит судьба Риддла. Брок не обманывался: этот маг или станет союзником — сразу и навсегда — или умрёт. Потому что оставлять его врагом нельзя. Риддл долго молчал, глядя на Брока. Очень долго. — Я думаю, наследник Принц, этот разговор не для светского приёма. — Согласен, — чуть кивнул Брок. — Приглашаю вас на охоту, мистер Риддл. В нашем парке водятся очень вкусные олени, их как раз требуется проредить. Вы, я, добыча. Как вам такое? — Согласен, — улыбнулся Риддл. — Когда? — В следующее воскресенье вы свободны? Тогда приходите к полудню. Я пришлю вам портключ. — Договорились. Они кивнули друг другу и разошлись. Дома Октавиус поинтересовался впечатлениями Брока от Риддла. — Он пахнет змеями и тленом, — подумав, ответил тот. — Или вступать в союз, или убивать сразу. Слишком опасен. И… Возможно, он не Риддл. И даже не Гонт. — Кто? — коротко спросил Октавиус, доверяя чутью Брока. Тот как магическое создание видел и ощущал не так, как простые маги. — Певерелл, — ответил Брок. Октавиус замер, потрясённый. — Он слишком силён для Гонтов. А Слизерин… Нет. Похож, но нет. Слишком сильный запах тлена. Я пригласил его на охоту. Октавиус кивнул, просчитывая ситуацию. Если Брок прав, и Риддл станет Певереллом… Он не забудет того, кто направил его в правильную сторону. Без иносказаний и прочего. Риддл прибыл с портключом в полдень. Брок с Октавиусом встречали гостя лично. Как равного. И Риддл это оценил, такое ощущалось сразу. В охотничьем костюме он выглядел ещё большим красавчиком, чем в парадной мантии. Короткий разговор — и Брок повёл гостя в парк. Крылатые змеи слетелись познакомиться с гостем. Риддл им явно понравился, однако не настолько, чтобы забыть, для чего они вообще созданы. — Какие красотки! — восхитился Риддл и зашипел. Змеи закружились вокруг него хороводом, щупая воздух языками, и разлетелись в стороны. — Творения моей матери, — гордо сообщил Брок, шагая по дорожкам, вымощенным диким камнем. Парк был больше похож на лес, что ему очень нравилось. — Как вы предпочитаете охотиться, мистер Риддл? Нож? Арбалет? Магия? Когти и зубы? — Когти и зубы? — остановился Риддл. — Вы анимаг? В таком нежном возрасте? Брок фыркнул. Свой возраст он нежным совершенно не считал. — Да, — о том, что он химера, Брок не распространялся. А анимагия достаточно распространена, как и метаморфизм. Просто тут следует уточнить: распространены у сильных чистокровных родов. Полукровки тоже могут, но, опять-таки, сильные. В мире магии сила решает. Впрочем, не только здесь. — Я предпочитаю охотиться в животном виде. Особое удовольствие. — И вы способны завалить оленя, — прищурился Риддл, пытаясь понять, в кого же оборачивается наследник Принц. И с чего это ему такое доверие: обычно об успехах в анимагии не слишком распространялись. — Способен, — гордо кивнул Брок. Он действительно был способен справиться даже с маралом. — Так каков ваш выбор, мистер Риддл? — Увы, мне анимагия не даётся, — вздохнул маг. — Я пробовал, неоднократно. Но… Что-то словно мешает. — Значит, вам нужен проводник, — пожал плечами Брок. — Помочь? — Если вам удастся, — серьёзно сказал Риддл, — я ваш должник. — И союзник, — добавил Брок. — По рукам? — По рукам! — твёрдо кивнул после минутного обдумывания Риддл, и они пожали друг другу руки. — Тогда начнём, — предложил Брок. — Да, — отозвался Риддл и выжидательно уставился в ожидании истин и откровений.