Глава 22

Ночная Москва стелилась огнями, но Саша и Лиза не замечали её красоты. Они ехали по пустынным улицам, напряжённо вглядываясь в зеркала заднего вида, ожидая погони. Может, милиция. Может, кто-то ещё. В конце концов, Марченко звонила им. Она знала, где они. Саша сжал руль так, что побелели костяшки. Лиза чуть высунулась в окно, впуская в салон ночной воздух, но он не помог — тревога сидела внутри, как тяжёлый камень. — Куда мы теперь? — тихо спросила она, глядя на дорогу. Саша молча пожал плечами. — Может, в парк Красная Пресня? — Почему именно туда? — он скользнул по ней взглядом. — Не знаю… — она вздохнула и отвернулась. — Папа водил меня туда, когда мне было плохо. Саша кивнул. Молча свернул в нужную сторону. ⸻ Они припарковались у вывески «Красная Пресня» и вышли из машины. Ночной парк был пугающе тихим. Фонари светили тускло, а деревья отбрасывали зловещие тени, как будто за ними кто-то прятался. Лиза шла вперёд, глядя прямо перед собой. Дойдя до моста, она остановилась и облокотилась на холодные железные перила. Внизу блестела мутная вода, похожая на чёрное зеркало. В её отражении что-то шевельнулось, но, моргнув, Лиза решила, что это просто воображение. Саша встал позади, осторожно положил руки ей на плечи. — Ты чего, Лиз? Она не ответила сразу. Смотрела в темноту, в огни далёких небоскрёбов, а потом в воду. — Когда мне плохо, я всегда вспоминаю папу… — её голос дрогнул. — И сейчас тоже? Она кивнула, судорожно сжав перила. Затем всхлипнула и закрыла лицо руками. — Я не понимаю… — она вскинула на него отчаянный взгляд. — Всего этого. Куда нам теперь? Что делать? Мы должны… мы должны что-то сделать, правда? Саша молчал. Он не знал, что делают парни в таких ситуациях. Но он просто обнял её. И когда она обняла его в ответ, ему вдруг стало легче. — Лиз, у нас всё получится. Главное — предотвратить аварию. Испания. Она замерла. — В Испании? — её голос был полон странного, горького удивления. — Я всегда мечтала туда поехать… — Знаешь испанский? Она чуть усмехнулась сквозь слёзы. — Конечно. Испанский, немецкий, русский. — Думаю, русский можно не считать, да? Она кивнула, но её мысли явно были далеко. — Чтобы предотвратить катастрофу, нам нужны все. И нужен план. — Верно… — Саша посмотрел в темноту. — Мы что-нибудь придумаем. В этот момент зазвонил телефон. Новый, который они купили недавно. Саша взглянул на экран. — Миша. Он нажал на кнопку. — Алло? — Саш, привет ещё раз. Передай трубку Лизе, срочно. — Лиз, это тебе. Она взяла телефон. — Алло? — Лиз, слушай. Это важно. Твои родители идут на концерт сегодня вечером. И другая ты сказала, что пойдёт с ними. Лиза сжала телефон так, что заскрипел пластик. — Чёрт… — нервно выдохнула она. Её родители всегда уговаривали её ходить на такие мероприятия, и она не могла им отказать. — Ты идёшь? — Миша явно не ожидал такого ответа. — Конечно. Во сколько? — В девять вечера. Лиза посмотрела на экран телефона. — Сейчас половина шестого… Она повесила трубку и обернулась к Саше. — Я иду на концерт. — Что? — Родители ждут меня, Саш. Вернее, её. Мне придётся притвориться. Саша кивнул, обдумывая. Затем внезапно схватил её за руку. — Поехали. — Куда? — Успеем. — Успеем что?! Саша не ответил. Только распахнул дверцу машины. И в этот момент позади них, из мутной воды под мостом, что-то посмотрело им вслед. Машина скользила по ночным улицам Москвы, и Лиза не могла избавиться от чувства странного дежавю. Всё вокруг казалось знакомым: магазины, вывески, даже цвет фасадов домов. Она знала этот район… но почему? Саша молчал, ведя машину уверенно, будто ехал сюда не в первый раз. Когда они свернули во двор, Лиза наконец узнала место. — Это… — она резко выдохнула, сжимая подлокотник. — Это мой двор. Саша усмехнулся, глянув на неё боковым зрением. — Я был здесь с отцом, когда впервые встретил тебя. Лиза не ответила. Она смотрела на подъезд, на старые качели, которые скрипели на ветру. Всё было как в её детстве. ⸻ Они подошли к двери. Лиза приложила палец к экрану домофона, и дверь щёлкнула, впуская их внутрь. Поднявшись на нужный этаж, они остановились у квартиры. — Ну? — Саша вопросительно посмотрел на неё. — У вас есть тайник для ключей? — Да… — она не сводила глаз с двери. — Но я не знаю, есть ли там кто-то. Она повернулась к нему, чувствуя, как внутри поднимается страх. — Зачем мы здесь? Саша посмотрел на неё. В его глазах мелькнула тень чего-то мрачного. — Чтобы убить тебя. Лиза отшатнулась, кровь застыла в жилах. Саша рассмеялся. — Да не тебя! — он покачал головой. — Другую тебя. Лиза нервно засмеялась вместе с ним, но её сердце колотилось. — Так ты откроешь дверь? — Нет. — Я этого не хотел, — вздохнул Саша. Прежде чем Лиза успела отреагировать, он резко поднял ногу и с силой ударил в дверь. Дерево треснуло, замок сорвало, дверь с грохотом упала внутрь. Лиза зажала уши от эха, разнесшегося по подъезду. — Саша! — зашипела она, но он лишь пожал плечами. — Не рассчитал удар. В квартире было глухо. Лиза шагнула вперёд, вглядываясь в темноту. — Здесь кто-нибудь есть? На секунду повисла мертвая тишина. А затем в коридоре послышались лёгкие шаги. Из темноты вышла она. Другая Лиза. Та, что жила здесь. Белая футболка, чёрные шорты. Волосы собраны в высокий хвост. Она растерянно смотрела на них, и её лицо медленно заполнялось страхом. — Вы кто такие?! — закричала она. Лиза почувствовала, как у неё сжались кулаки. — Тише. Не паникуй. — Не паникуй?! — другая Лиза сделала шаг назад. — В МОЙ ДОМ ВЛОМИЛИСЬ НЕЗНАКОМЦЫ! Лиза закрыла глаза, пытаясь успокоиться. Она глубоко вдохнула, вспоминая детство, отца, его голос. Так она всегда боролась с паникой. И в этот момент раздался выстрел. Лиза резко раскрыла глаза. Перед ней на полу лежала она сама. Её белая футболка мгновенно окрасилась кровью. Тёмная струя потекла из её рта, заливая пол. Лиза вскрикнула, бросилась к ней и подняла её голову. — Твою же мать, Саша! — Это не я! — заорал он, бросившись рядом. — Клянусь, не я! У меня даже пистолета нет! Но другая Лиза уже не дышала. Лиза медленно опустила её голову обратно на пол. Её пальцы дрожали. Сердце билось слишком быстро. Она не могла думать. Но потом… она резко поднялась. — Тогда мне придётся идти на концерт. Саша поражённо посмотрел на неё. — Ты уверена? Она сжала кулаки, проглотила рвущийся комок. — Да. Она посмотрела на свою испачканную куртку, грязные брюки. — Но сначала мне нужно переодеться. Саша молча кивнул. Он поднялся и, не говоря ни слова, унёс тело в другую комнату. Лиза вошла в комнату, ощущая странное давление в груди. Она узнала это место. Её комната. Но… не совсем. Те же белые стены, та же кровать с фиолетовым пледом. Шкаф из светлого дерева, окно с сиреневыми шторами, аккуратно задернутыми. На рабочем столе стоял фиолетовый ноутбук — точно такой же, как у неё. Здесь пахло домом. Но в этом доме только что убили её саму. Лиза сглотнула и осторожно подошла к шкафу. Она не знала, чего ждёт, но внутри оказалось всё то же, что и у неё: аккуратно развешанные платья, рубашки, свитера. Всё точно так же, как она бы разложила дома. Девушка быстро начала перебирать вещи, выискивая что-то подходящее. Её пальцы дрожали. В гостиной Саша ждал её. Он сидел на диване, лениво глядя в телефон, но его пальцы нервно постукивали по экрану. Часы показывали 8 вечера. ⸻ Лиза последний раз посмотрела на себя в зеркало. Её лицо было бледным, но взгляд — уверенным. Девушка поправила подол платья и вышла в гостиную. Саша не сразу заметил её, погружённый в экран, но когда услышал шаги, поднял голову. И застыл. — Лиза… Она стояла перед ним в длинном алом платье, которое подчёркивало каждый её изгиб. На губах яркая красная помада, длинные ресницы отбрасывали тени на щеки. Она была не похожа на себя. Она выглядела… взрослой. Опасной. — Как я тебе? — тихо спросила Лиза, слегка улыбнувшись. Саша провёл по ней взглядом, сглотнул, затем коротко рассмеялся, выдыхая. — Ты потрясающая. В его голосе было больше, чем просто восхищение. Лиза сделала шаг ближе. — Я знаю. Она улыбнулась чуть шире, но её голос звучал не так игриво, как раньше. Саша не отводил глаз. Он не знал, кто сделал первый шаг — он или она. Пространство между ними исчезло. Тёплые пальцы Лизы скользнули по его шее, зарылись в волосы на затылке. Его сердце гулко стукнуло о рёбра, когда он наклонился ближе, едва касаясь её губ. И в следующее мгновение они поцеловались. Это было резко, глубоко, жадно. Как будто кто-то вырвал пробку из бутылки шампанского, и теперь их эмоции хлынули наружу бурным потоком. Саша чувствовал вкус её помады — сладковато-терпкий, чуть горький. Он скользнул рукой по её талии, притягивая ближе, чувствуя, как дрожит ее дыхание. Лиза не отстранилась. Она прижалась крепче к парню, подалась вперед, углубляя поцелуй. Губы горели, пульс бешено стучал в висках.  Его ладонь скользнула вверх по её спине, затем вниз по талии. И прежде чем он осознал, что делает, пальцы скользнули ниже. Лиза ловко перехватила его руку, мягко, но уверенно. Она разорвала поцелуй, посмотрела на него с легкой улыбкой, в ее глазах смешались нежность и решимость. — Я бы не хотела торопить события, — тихо сказала она. Саша молча кивнул, не заставляя ее.  Он вдруг почувствовал, как жар поднимается к лицу. Чувство опьянения все еще держало его в плену, но он не стал спорить, не стал оправдываться. Просто кивнул. Лиза улыбнулась чуть шире, словно понимая его без слов. — У меня помада размазалась, — с мягким смехом сказала она и, осторожно проведя пальцами по его губам, стерла алые следы. Саша хотел что-то сказать, но в этот момент раздался резкий звонок в дверь. И волшебство разбилось о реальность.  Они замерли. — Это родители? — прошептал Саша. Лиза не ответила сразу. Она медленно оглядела комнату, сердце застучало в ушах. — Возможно. Она заметила большой платяной шкаф в углу и резко схватила его за руку. — Тебе нужно спрятаться. — Я знаю. Он быстро шагнул внутрь, закрыл за собой дверь. Лиза выдохнула. — Не двигайся, не издавай ни звука, — прошептала она. Она не знала, услышал ли он. Но в квартире снова воцарилась тишина. Лиза глубоко вдохнула, выпрямила спину… и пошла открывать дверь. Лиза распахнула дверь и наткнулась взглядом на родителей. Аня и Паша стояли на пороге, нагруженные пакетами, из которых доносился слабый аромат свежего хлеба и фруктов. — Привет, мама, папа! — Лиза улыбнулась, стараясь выглядеть естественно, но внутри что-то тяжело скреблось. — Привет, Лиза, — Паша кивнул, сбрасывая пакеты на приступку. Его взгляд скользнул по её наряду, и брови слегка приподнялись. — О, я смотрю, ты уже готова. — Готова, — Лиза не сразу поняла, о чём он говорит, но мгновенно собралась. — Ну да, — встряла Аня, с лёгкой улыбкой, — в театр же идём. Лиза чуть нахмурилась, но быстро взяла себя в руки. — Ну а куда мне деваться? — бросила она с усмешкой, забирая у матери пакеты и унося их на кухню. Когда она вернулась, родители уже натянули пальто и ждали её у двери. — Готова? — спросил Паша. Лиза глубоко вдохнула. — Да, — ответила она и шагнула за порог. ⸻ У театра кипела жизнь. Люди в роскошных нарядах выходили из блестящих автомобилей, женщины поправляли меховые горжетки, мужчины обменивались рукопожатиями. Лиза скользнула взглядом по красной дорожке, которая тянулась к массивным дверям театра, и почувствовала, как её ладони вспотели. Огромная афиша над входом мрачновато отсвечивала в сумерках: «Московский концерт в честь 120-летней годовщины Великой Октябрьской революции» Лиза нервно облизнула губы. Они вошли внутрь, сдали верхнюю одежду в гардероб, и мать, стряхнув с Пашиного пиджака едва заметную пылинку, спросила: — Лиза, хочешь что-нибудь в буфете? — Нет, мам, — Лиза улыбнулась, но внутри всё же зашевелилось смутное беспокойство. Что-то не так. ⸻ Шестой ряд. Центральные места. Люстра над головами сверкала тысячами стёклышек. Лиза отстранённо смотрела на неё, едва слушая разговоры родителей. Всё было слишком… идеально. Тишину разорвал первый звонок. Люди устремились к своим местам, сдержанно переговариваясь. Лиза сидела между родителями, но её мысли были где-то далеко. Она чувствовала — что-то не так. Вскоре свет в зале погас. На сцену вышел дирижёр, элегантный мужчина в чёрном смокинге. Он поднял палочку, слегка постучал ею по стойке. Весь зал одновременно затих, а затем разразился аплодисментами. Лиза машинально захлопала в ладоши, но в голове звенел тревожный сигнал. Музыка началась. Скрипка первой прорезала тишину — её тонкий, хрупкий звук был похож на нить, натянутую между этим миром и чем-то далёким. Затем флейта, пианино, альты, виолончели — всё звучало так чётко, будто кто-то писал судьбу этого вечера нотами. Но вскоре Лиза почувствовала другой звук. Тонкий, давящий звон в ушах. Она моргнула, вглядываясь в ряды людей перед ней. И тут замерла. На дальнем ряду, в самом конце, стояла Марченко. Голова слегка наклонена на бок. Пустой, пронзительный взгляд. На её плече висела чёрная сумка. «Нет… нет… пожалуйста…» Лиза сглотнула, пальцы впились в подлокотник кресла. Но никто не обращал на женщину внимания. Марченко медленно поставила сумку на пол и открыла её. Автомат. Лиза застыла. Мир сжался в точку. «Сейчас она выстрелит…» И выстрел прогремел. Всё произошло слишком быстро. Дирижёр вздёрнулся назад, будто марионетка, которую обрезали с нитей. Красная струя хлестнула по сцене. Он рухнул на пол, распространив вокруг себя лужу крови. Зал взорвался криками. Женщины визжали, люди бросились врассыпную, опрокидывая стулья. Но Лиза не могла пошевелиться. Она смотрела наверх. Марченко подняла ствол и прицелилась в люстру. Огромная, тяжёлая, хрупкая… — Лиза, быстрее, вставай! — Аня схватила дочь за руку, но Лиза не могла сдвинуться. Выстрел. Раздался треск. Люстра зашаталась. Лиза видела, как тонкие нити креплений рвутся одна за другой. Всё рухнуло. Время замедлилось. Люстра летела вниз, сияя в свете прожекторов.  Лиза бросилась в сторону, чудом избегая удара. Что-то горячее и липкое хлестнуло ей в лицо. Она рухнула на пол, больно ударившись локтем. Мир захлебнулся звуками — грохот, крики, звон разбитого стекла. Она не сразу поняла, что именно произошло. — Мама… Папа… Лиза подняла голову и увидела ужас. Осколки люстры врезались в тела людей, стекло торчало из плоти, кровь растекалась по сцене и креслам. И там, под грудой сверкающих осколков, были они. Родители. — МАМА! ПАПА! Она рванулась вперёд, но что-то остановило её — пронзительная боль в ноге. Она перевела взгляд вниз и содрогнулась. Осколок стекла глубоко вошёл в её бедро. Боль была дикой, но страх и адреналин перекрывали её. Она начала ползти. Кровь растекалась под ней, руки дрожали, пальцы скользили по холодному стеклу. — ПОМОГИТЕ! — Лиза кричала, захлёбываясь слезами. — КТО-НИБУДЬ! Но голоса вокруг были слишком далёкими. Она дотянулась до мёртвой руки матери. Пальцы дрогнули. Но не ответили. — МАМА! — Лиза рыдала, тряся её за плечи, но мама не шевелилась. Глаза отца были открыты, но не смотрели. — Пожалуйста… Нет… Кто-то схватил её за плечи и потянул назад. — Всё, всё, девочка, нельзя туда! Лиза билась в чужих руках, захлёбываясь криками. — Отпустите! МАМА! ПАПА! Но чьи-то сильные ладони сжали её плечи, оттаскивая назад. — Девочка, ты ранена, тебе нужно… — ОНИ ЖИВЫ! — Лиза царапалась, царапала пол ногтями, оставляя кровавые следы. — Пустите меня к ним! — Они мертвы, детка. Слова разбились о её сознание, как стекло о мраморный пол. — Нет… Голос исказился. Стал чужим. Её вырвало болью. Грудь сдавило так, что не осталось воздуха. Мир поплыл. Темнота ударила её в грудь, и она утонула в ней. ⸻ Белый свет. Лиза вздрогнула. Сначала она не поняла, жива ли вообще. Свет окружал её со всех сторон. Тишина резала слух. И только один тёплый, мягкий поцелуй в правую щёку выдернул её из пустоты. Лиза поморгала, пытаясь сфокусировать взгляд. Перед ней — лица. Дорогие, знакомые. Саша. Миша. Женя. Антон. Кристина. Они были здесь. Она жива. Но они были не те, кого она хотела видеть. — Г-где?.. — Голос захрипел, как у сломанной куклы. — В больнице, ты в больнице, — ответил Антон. Он потянулся к пульту и включил телевизор на полную громкость. — Произошло кровавое убийство… Лиза перевела взгляд на экран. Тот самый театр. Её мир рухнул заново. — Погибло около двадцати пяти человек… — сказал Миша, не отрываясь от экрана. — Ранения получили сорок три… Лиза с трудом сглотнула. — А что… со мной? Руки дрожали. Саша посмотрел на Лизу и, поколебавшись, сказал: — У тебя в бедре нашли осколок люстры. Огромный. Но его удалось удалить во время операции. Лиза чуть напряглась. Она медленно отогнула край простыни, взглянув на бедро. На коже красовался длинный, бледный шрам — немой свидетель той ночи. Пальцы непроизвольно коснулись его, но Лиза тут же отдёрнула руку. Казалось, рана ещё горела, даже если боль давно ушла. — Интересно, как ты его увидел, Саша? — со смешком спросил Миша, хитро прищурившись. — Лично проверил? Саша резко вскинул голову, а Лиза сжала простыню в кулаке. Они одновременно бросили на Мишу угрожающий взгляд. Миша заметно поёжился, но хмыкнул и не отвёл глаз. — Заткнись. Оба сказали это хором, почти угрожающе. Но в ту же секунду их взгляды встретились, и они замерли. В глазах друг друга увидели отражение чего-то неловкого, скрытого под слоем раздражения. Лиза почувствовала, как щёки начали жечь, а Саша быстро отвёл глаза, скрывая собственный румянец. Миша рассмеялся, но решил, что лучше не добивать их новой шуткой. — Хорошо… А что с моими родителями?.. Тишина. Ребята переглянулись. Лиза почувствовала, как кровь стучит в висках. — ЧТО С МОИМИ РОДИТЕЛЯМИ?! — её голос резанул воздух. Женя медленно вздохнула. — Мне жаль, но… Они не выжили. Осколки люстры разрезали их насквозь. Они умерли мгновенно. Лиза перестала слышать. Перестала дышать. Она чувствовала только одно. Тьму. А затем, сквозь неё, прорвался голос Антона: — Саша рассказал нам про аварию в Испании. — Мы готовы помочь. Дико. Невероятно. Но возможно.