Часть 4. Затишье перед бурей, начало конца.

Однако не все дни были так насыщены постоянными спорами, соревнованиями и попытками Силко и Севики предотвратить апокалипсис, созданный руками двух подростков. Бывали и более спокойные и даже меланхоличные дни, когда эта гонка приостанавливалась, а глядя на Виктора и Джинкс, можно было подумать, что это самые примерные брат и сестра на свете (но лишь на секунду!)

***

Джинкс, как обычно, находилась в помещении, ставшим их с Виктором рабочим местом и комнатой отдыха и экспериментов. Но на этот раз выглядела она довольно отречённо, не было того привычного озорства, безумия и язвительности в ней в этот момент.  Девушка сидела на краю пола, глядела в самую пропасть комнаты, которую разделяло от их нахождения метров десять и периодически забавы ради лениво кидала туда свои запасы бомбочек. Она наблюдала, как одна бомбочка за другой падают в тёмную пропасть, через время взрываются и появляется ослепительный свет огня и дыма. На лице не было при этом никакого интереса и удовольствия от процесса, как будто такое занятие сейчас было для неё не более, чем шум на фоне, необходимый упорядочить мысли в голове.  Когда Виктор вошёл в комнату, то также удивился, увидев Джинкс такой безжизненной. Её длинные синие волосы, обычно собранные в две густые косы, сейчас были распущены, падали на плечи девушки и закрывали спину, а особо длинные пряди свисали с пола над пропастью, возле которой она ютилась.  Виктор подошёл поближе к ней и также встал почти на самом краю позади неё, но заговорить или пошевелить её не решался долгое время, будто боялся спугнуть. Боялся, что увидев постороннего человека, она вновь натянет на себя привычную маску безумной девушки. Но, кажется, делать этого она не собиралась, ведь уже давно заметила его присутствие. − Когда все заняты своими делами, меня часто может накрывать ужасное чувство страха одиночества и очередной потери тех, кто мне дорог, − полушёпотом начала говорить Джинкс спустя несколько минут разделённой между ними тишины. − Оно съедает меня изнутри. Я боюсь, что меня снова предадут близкие мне люди, назовут Проклятием их жизни и бросят на обрыве жизни и смерти. Возможно, поэтому я решила закрываться от людей таким способом... Сойти с ума и плевать на чувства других. Сумасшедшим уж точно нечего терять, не так ли? Но когда я снова возвращаюсь в тот день, когда попала сюда, обрела новую семью, но при этом потеряла старую, потеряла Вай... Воспоминания о ней постоянно возвращаются ко мне как кошмар и напоминание о том, что мне нельзя привязываться к другим людям, иначе наврежу им. Я не хочу навредить вам с Силко, понимаешь? Не хочу, чтобы однажды вы однажды пострадали от моих рук. Виктор молча слушал откровения Джинкс. Но даже когда она закончила свой монолог, он ничего не ответил. Заместо этого лишь приставил стул позади неё, на который сам же уселся, а затем, взяв пару густых прядей длинных синих волос в свои тонкие руки, принялся их переплетать между собой. Девушка подняла свой удивлённый взгляд, но не стала поворачиваться или вертеть головой, чтобы не мешать ему. Лишь постепенно расслабила свои плечи и вновь уставилась в пустоту комнаты. Но на этот раз вместо грусти и безразличия, на лице появилась мягкая и искренняя улыбка. Виктор действительно умел поддержать без слов, опровергнуть все её страхи и слова одним лишь заботливым жестом. − Силко сегодня весь день занят на встрече с химбаронами. Даже тебя не пришёл навестить, поэтому волосы распущены? Тебе бы уже пора самой научиться следить за ними, − кратко ответил он, бережно расчёсывая пряди и продолжая формировать первую косу. − А по поводу твоих опасений... Я не могу обещать, что с нами всегда всё будет хорошо. Так или иначе, мы живём в Зауне, являемся воспитанниками криминального авторитета этого города, обучены и готовы ко всем возможным жестокостям жизни. Вся наша жизнь с самого рождения - риск и выживание. Но знай, что я действительно дорожу тобой, как приёмной сестрой. Я всегда буду рядом с тобой, даже если не смогу сделать это физически. Моя жизнь значительно сокращена, мне терять нечего. Но всё равно я буду с тобой, где бы не находился. Потому постарайся как можно реже огорчать саму же себя плохими мыслями. Прошлое не вернуть, а настоящее и будущее надо уметь ценить... Эй, ты чего там? Не вздрагивай, если не хочешь кривую причёску. Слушая такие важные для самой Джинкс слова, к её глазам подступили непрошенные слёзы, которые она так тщательно пыталась скрыть, утереть. Но подрагивающие плечи и шмыгающий нос всё же выдали её. − Не смей никому говорить о сегодняшнем разговоре, понял? Иначе всё твоё рабочее место раскрашу так, что в жизни не отмоешь, − пригрозила она, вновь шмыгнув носом, а затем попыталась выровнять свой голос и даже добавить немного приказной тон в слова. − Но... Спасибо тебе. Мне легче. Остаток времени Виктор и Джинкс так и провели, сидя там, разговаривая о своих планах и беззаботно шутя друг над другом, пока Виктор заплетал ей косы, а Джинкс делилась своими новыми открытиями и планами по тренировке нового оружия.