Часть 6

Глава 15: Фундамент из Ржавчины Люциан сдержал свое слово. На следующее утро он вытащил Лекса из комнаты, оставив его недочитанные книги на столе. «Хватит теории. Пора на практику», — бросил он, ведя инженера по узким, дурно пахнущим улочкам, ведущим от оживленного порта в промышленный район Края. Этот район был похож на Пепельный Разлом в миниатюре. Воздух был пропитан запахом угля, раскаленного металла и кислого дыма. Земля под ногами была черной от сажи, а немногочисленные здания выглядели так, будто пережили небольшую войну. Это было царство кузниц, литейных цехов и складов металлолома. «И куда мы идем?» — спросил Лекс, его «Взгляд» с профессиональным отвращением анализировал трещины в стенах и провисшие крыши. «Искать инвестора», — усмехнулся Люциан. Он привел его к самому большому и самому запущенному участку на окраине района. Это был огромный склад под открытым небом, заваленный горами ржавого железа, сломанных механизмов и прочего хлама. В центре этого хаоса стояла приземистая кузница, из трубы которой лениво сочился сероватый дым. Над воротами висела грубо сколоченная вывеска: «Кузня Грома. Покупаем. Продаем. Чиним». Навстречу им вышел хозяин — мужчина, который и сам был похож на одну из своих наковален. Широкоплечий, с огромными, мозолистыми руками и густой бородой, перепачканной сажей. Он смерил их тяжелым, недружелюбным взглядом, задержавшись на пустом рукаве Люциана. «Чего надо?» — пробасил он. — «Покупаю дорого, продаю еще дороже». Люциан, ничуть не смутившись, улыбнулся своей самой обезоруживающей улыбкой. «Мы не покупать. Мы с деловым предложением. Нам нужен угол в твоем сарае и доступ к горну. Бесплатно». Гром несколько секунд молча смотрел на него, а потом расхохотался. Громким, сотрясающим воздух смехом. «Бесплатно? Ты, однорукий, совсем умом тронулся? Убирайтесь, пока я вас обоих не перекинул через забор». «А взамен», — невозмутимо продолжил Люциан, — «мой друг сделает так, что твой горн будет давать вдвое больше жара, потребляя втрое меньше угля. И научит тебя делать сталь из вон той кучи ржавого мусора, которую ты считаешь бесполезной». Смех Грома затих. Он недоверчиво посмотрел на Лекса, который до этого молча стоял и сканировал его кузницу. «Он?» — Гром ткнул в Лекса толстым пальцем. — «Этот молчун? Он что, великий кузнец?» «Он инженер», — поправил Люциан. Лекс решил, что пора вмешаться. Он шагнул вперед. «Твой горн — мусор», — сказал он просто и беззлобно, как врач, ставящий диагноз. — «Тяга неправильная, ты теряешь больше половины тепла через кладку. Меха расположены слишком низко, они подают холодный воздух, который остужает угли, вместо того чтобы их раздувать. А руда, которую ты используешь... ты хоть знаешь, сколько в ней серы и фосфора? Неудивительно, что мечи, которые ты делаешь, ломаются». Гром открыл рот, чтобы рявкнуть в ответ, но замолчал. Никто и никогда не говорил с ним на таком языке. Он не понял и половины слов, но уловил суть. Этот странный парень видел его работу насквозь. «Докажи», — наконец прорычал он. Лекс кивнул. Следующие полчаса он действовал. Он не просил разрешения, а просто брал то, что ему нужно. Он заставил подмастерьев Грома переложить несколько кирпичей в основании горна, изменив геометрию топки. Он нашел старый прохудившийся котел, вырезал из него кусок и, согнув его, соорудил примитивный воздуховод, который заставил меха качать воздух не снизу, а сбоку, через раскаленные угли. Он взял немного глины и замазал щели в кладке. Затем он указал на кучу бурого, невзрачного на вид камня, который валялся в углу. «Это», — сказал он Грому. — «Железняк. Низкосортный, но рабочий. Дроби его мелко и смешай с толченым углем. И добавь вон тот белый камень, известняк. Он вытянет из руды всю грязь». Гром, ворча, но заинтригованный, отдал приказ. Когда все было готово, Лекс сам засыпал смесь в доработанный горн и встал к мехам. Рев пламени изменился. Он стал ниже, ровнее и яростнее. Температура внутри горна, как видел Лекс, стремительно росла. Через час он дал знак выпустить расплав. Из летки потекла струя ослепительно-белого металла, а сверху отделился и стек в сторону темный, грязный шлак. Когда небольшой слиток остыл, Гром взял его тяжелыми щипцами. Он был плотнее и однороднее всего, что он видел раньше. Он положил его на наковальню и ударил молотом. Удар был звонким, чистым. Металл не треснул и не рассыпался. Гром ударил снова, со всей силы. Молот отскочил, оставив на слитке лишь небольшую вмятину. Он молча посмотрел на слиток, потом на Лекса. «Угол в том сарае», — прохрипел он, указывая на самый дальний и темный навес. — «Горн — ваш, когда я им не пользуюсь. Двадцать процентов со всего, что сделаете и продадите». «Десять», — тут же встрял Люциан. — «И мы получаем доступ ко всему твоему металлолому по цене лома, а не по цене "я так решил"». Гром и Люциан смерили друг друга взглядами. «Пятнадцать. Идет», — наконец буркнул кузнец и, подобрав драгоценный слиток, ушел в свою кузницу, не сказав больше ни слова. Вечером они сидели под своим новым навесом. Вокруг громоздились горы ржавого железа. Пахло сыростью и старым маслом. Но это было их место. Их база. Лекс на куске кровельного сланца уже выводил углем чертеж простого, но эффективного ледогенератора на основе испарения — ящик с двойными стенками, между которыми залит солевой раствор. Люциан принес ужин: краюху хлеба, кусок соленой рыбы и глиняный кувшин с мутным, но крепким пивом. «Ну вот», — сказал он, ставя провизию на ящик. — «Фундамент заложен. Из ржавчины и упрямства». Лекс лишь кивнул, не отрываясь от чертежа. Прошло два дня. Их угол под навесом преобразился. Беспорядочные кучи ржавчины были рассортированы и аккуратно сложены. Из нескольких ящиков и широкой доски Лекс соорудил подобие верстака. Главным же его сокровищем были три подержанные книги, выменянные Люцианом у портового старьевщика на историю о «чудовищах из восточных морей». Это были «Основы алхимических трансмутаций», «Теория магических плетений. Начальный курс» и толстый справочник «Минералы и травы королевства». Лекс был полностью поглощен чтением. Для него это не было изучением магии. Это была реверс-инжиниринг фундаментальных законов этого мира. Он читал рецепт простого лечебного зелья: «Возьмите дюжину листьев серебряника, истолките в ступке до появления сока, добавьте каплю крови грифона и варите на медленном огне, пока отвар не станет лазурным». Но его «Взгляд Механика» видел совсем другую картину. [АНАЛИЗ РЕЦЕПТА: Основной компонент — листья серебряника (Argentum Folium). Состав: высокое содержание ионов серебра (антисептический эффект), алкалоиды (обезболивающее). «Кровь грифона» — катализатор, содержит фермент, ускоряющий реакцию в ~12 раз. Термическая обработка (варка) — неэффективна. Нагрев свыше 80°C приводит к распаду алкалоидов, снижая эффективность зелья на 70%. Рекомендуемый метод: холодная вытяжка в спиртовом растворе в течение 3 часов]. «Они варят обезболивающее...» — пробормотал Лекс, качая головой. — «Какая расточительность. КПД едва дотягивает до пяти процентов». Люциан, который как раз вошел в их убежище, принеся с собой запах дешевого эля, хмыкнул. «Все еще читаешь свои инструкции? Лекс, я ценю твой энтузиазм, но от этого в кармане не зазвенит». Он присел на ящик, с удовольствием отхлебнув из кружки. Лекс проигнорировал его. Он перелистнул страницу на главу о простейшем заклинании света. В книге было написано: «Сконцентрируйте свою волю, сплетите нити маны в узор Свечения и высвободите энергию через ладонь». Инженер закрыл глаза и посмотрел на свою собственную руку через «Взгляд». Он представил, как направляет крошечный импульс из своего внутреннего «реактора» по нервным окончаниям к пальцам. [АНАЛИЗ ПРОЦЕССА: Попытка формирования заклинания «Светлячок». Энергетический контур: не замкнут. Соматический компонент (жест): отсутствует. Вербальный компонент (команда): отсутствует. Результат: рассеивание ~99% энергии в виде тепла. Эффективность: <0.1%]. На кончиках его пальцев на секунду появилось едва заметное, тусклое мерцание, похожее на статическую искру, и тут же погасло. «Люциан», — позвал Лекс, не открывая глаз. — «Почему для заклинания света нужен именно жест растопыренной ладони? Это же энергетически невыгодно. Площадь рассеивания слишком велика. Логичнее было бы использовать два пальца, создавая направленный вектор, как в диоде». Люциан поперхнулся элем. Он с недоумением посмотрел на Лекса. «Ди-что? Лекс, ты не лампочку зажигаешь, а магию творишь. Ты просто... делаешь это. Так учили веками». «Веками можно делать что-то неправильно», — возразил Лекс. Он снова открыл книгу. — «Ваша магия похожа на паровую машину без поршней. Вы просто греете котел в надежде, что он куда-нибудь полетит от давления пара». Он встал и подошел к своему верстаку, где лежал чертеж холодильного ящика. «Я думал сделать его на чистой механике. Двойные стенки, вакуумная прослойка... Но это сложно и долго. Однако», — он взял в руки книгу по алхимии, — «если совместить. Простая конструкция из дерева, но внутри — два отделения с алхимическими реагентами. При смешивании они будут вызывать мощную эндотермическую реакцию. Поглощать тепло». Его глаза загорелись холодным огнем инженера, нашедшего элегантное решение. «Мне не нужен идеальный термос. Мне нужен простой ящик и эффективный, возобновляемый хладагент. Я могу создать смесь, которая будет в пять раз эффективнее обычного льда». Он повернулся к Люциану. На его лице было выражение человека, который только что открыл золотую жилу. «Мне нужны материалы. Нитрат калия — здесь его называют "селитряной изморозью". Аммиачная соль — ее получают из перегноя летучих мышей. И чистая вода. Много чистой воды». Люциан смотрел на него, и до него медленно доходил масштаб замысла. Лекс не собирался копировать местные технологии. Он собирался взломать их, скрестив свою науку с их алхимией. «Селитряная изморозь...» — задумчиво протянул Люциан, в его глазах появился хитрый блеск. — «Знаю одного старого алхимика в подвалах Гильдии Воров, который торгует такими вещами из-под полы. А пещеры с летучими мышами есть к северу от города...». Он допил свой эль и встал. Пьяная расслабленность исчезла, сменившись деловой хваткой. «Сиди здесь. Читай свои книжки. Я достану тебе твои... диоды».