Я Всегда С Тобой

Вики лежала в постели, обнимая подушку, которая всё ещё пахла им. Его запах — смесь древесного мускуса и чего-то тёплого, чего-то, что остаётся на коже после долгого дня. Она вдыхала его глубоко, как будто могла втянуть его обратно в этот мир, в её жизнь. Но подушка была холодной, пустой. Он не возвращался. Аданэт, её маленькое чудо, её последний подарок от Люцифера, сладко спала в колыбели рядом с кроватью. Вики смотрела на неё, на её крошечные пальчики, на её губы, которые были точным отражением его. Она плакала. Каждая слеза была каплей боли, которую она не могла выразить словами. Он был её опорой, её защитой, её миром. И теперь она должна была жить без него. Ночь была её спасением. Только во сне она могла снова быть с ним. Её веки закрылись, и она погрузилась в тот мир, где он всё ещё существовал. Они были вместе, их тела сплетались, их души сливались. Он касался её так, как никто другой не мог. Его руки, сильные и нежные, скользили по её коже, вызывая мурашки. Его губы касались её шеи, её губ, её груди. Она чувствовала его, его тепло, его любовь. Он шептал ей слова, которые могли быть только его: "Ты моя. Навсегда". Вики проснулась в холодном поту. Она схватила подушку, её тело всё ещё дрожало от эха его прикосновений. "Люцифер," — прошептала она, её голос срывался. "Вернись ко мне". Но единственным ответом была тишина. Она встала, подошла к колыбели. Аданэт спала, её крошечное тельце двигалось с каждым вдохом. Вики смотрела на неё, на её дочь, на их дочь. Она должна была быть сильной. Ради неё. Ради него. Но где-то в глубине её сердца она знала, что часть её умерла вместе с ним. Вики села на край кровати, её пальцы сжали простыню так сильно, что костяшки побелели. Рядом, на спинке стула, висел его старый свитер, который она всё не решалась убрать. Она подошла, нежно провела по нему рукой, надела его, и ткань, всё ещё хранящая форму его тела, обняла её, как слабое эхо его присутствия. Где-то в глубине комнаты тикали часы, отсчитывая секунды, которые разрывали её сердце на части. Каждый тик — напоминание, что время идёт, а он не возвращается. Её рука потянулась к шкатулке на тумбочке. Она открыла её, и там лежало кольцо — простое, серебряное, но для неё оно было больше, чем украшение. Это был символ обещания, которое он дал ей в тот день, когда она впервые почувствовала себя живой. Она надела его на палец, и металл, холодный и безжизненный, казалось, жёг её кожу. Аданэт зашевелилась в колыбели, и Вики мгновенно подошла к ней. Она взяла её на руки, и тепло маленького тела напомнило ей о нём. О том, как он держал её, как его руки были ей опорой, защитой, домом. "Мама здесь", — сказала она мягко, но её голос дрожал, как лист на ветру. Ей хотелось кричать, плакать, ругаться на мир, который забрал его. Она прижала дочь к груди, вдыхая её запах — чистый, невинный, такой далёкий от того, что она чувствовала сейчас. Она села с Аданэт на руках, и её пальцы автоматически начали гладить спинку ребёнка. Девочка успокоилась, её дыхание стало глубже. Вики смотрела на неё, на её лицо, которое было таким похожим на него. "Ты всё, что у меня осталось," — прошептала она, и её губы дрогнули. "И я никогда не позволю тебе почувствовать эту боль". Но в её душе разгоралась буря. Она хотела увидеть его. Услышать его голос. Почувствовать его прикосновения. Ей хотелось, чтобы он появился перед ней, как будто это был просто плохой сон, и всё вернулось бы на свои места. Она закрыла глаза, пытаясь представить его, но каждый раз он ускользал, как дым. "Зачем ты оставил меня?" — шептала она, её голос превратился в шёпот отчаяния. — "Я не могу это вынести. Вернись. Пожалуйста, вернись”. Вики сидела, укачивая Аданэт, её взгляд устремился в пустоту за окном. Лунный свет, холодный и безжалостный, пробивался сквозь шторы, отбрасывая призрачные тени на стены. Она чувствовала, как её сердце бьётся в ритме с тиканьем часов, каждое деление стрелки — как удар молота по её душе. "Люцифер", — прошептала она, и имя, такое привычное на её губах, теперь казалось чужим, как будто оно принадлежало другой жизни. Когда дверь скрипнула, она замерла, сердце заколотилось в груди, как будто пытаясь вырваться. "Это ветер", — прошептала она себе, но в её голосе не было уверенности. Она повернула голову к двери, и там была пустота. По её щекам катились слезы. Её взгляд блуждал по комнате, наполненной их воспоминаниями. Сквозь пелену слёз Вики разглядела тень в углу комнаты. Она замерла, её дыхание остановилось на мгновение. "Это просто фантазия", — подумала она, но её сердце знало лучше. Тень двинулась, приблизилась, и она почувствовала его — его запах, его тепло, его присутствие. "Люцифер", — прошептала она, и на этот раз её голос был полон надежды, мольбы, отчаяния. Он стоял там, в тусклом свете, его глаза — два алых омута — смотрели на неё. Она хотела броситься к нему, но её ноги не слушались. "Ты здесь", — сказала она, и голос её был хриплым от слёз. Она протянула руку, но он остался на месте, как будто между ними была невидимая стена. "Я всегда здесь", — ответил он, его голос был тихим, как шелест листьев на ветру. — "Но ты должна научиться жить без меня". "Не могу", — прошептала она, слёзы катились по её щекам. Она посмотрела на Аданэт, которая сладко спала у неё на руках. — "Как я могу жить без тебя? Ты часть меня". Он улыбнулся, но в его глазах была печаль, глубокая и неизмеримая. "Ты сильнее, чем думаешь", — сказал он, и его голос был полон любви. — "И ты не одна". Вики снова протянула руку, но он начал растворяться, как туман на рассвете. "Не уходи", — прошептала она, но он исчез, оставив лишь холод и пустоту.