Глава 5

Целоваться? ​Рон ​на ​мгновение ​запаниковал, ​но ​затем ​из ​ниоткуда ​возникла ​уверенность. ​Его ​губы ​оставались ​сомкнутыми, ​пока ​Лаванда ​пыталась ​раздвинуть ​их ​языком. ​ ​У ​Рона ​не ​было ​многолетнего ​опыта, ​поэтому ​он ​поверил ​своим ​инстинктам. ​Наклонившись, ​он ​нежно ​обнял ​ее ​за ​талию, ​а ​затем ​опустил ​свое ​лицо ​на ​ее ​лицо ​и ​поцеловал ​ее ​глубоко ​и ​страстно. ​ ​Его ​губы ​разошлись, ​и ​язык ​Лаванды ​быстро ​начал ​движение. ​Некоторое ​время ​они ​наклоняли ​головы ​вправо ​и ​влево, ​тяжело ​дыша ​друг ​в ​друга. ​Казалось, ​что ​два ​едва ​невинных ​языка ​сталкиваются ​и ​пытаются ​проникнуть ​в ​рот ​друг ​друга. ​ ​Рон ​уже ​чувствовал, ​как ​в ​его ​теле ​нарастает ​жажда. ​Он ​больше ​не ​мог ​ждать ​и ​начал ​двигать ​руками. ​Одна ​из ​его ​ладоней ​поднялась ​от ​её ​талии ​и ​нежно ​обхватила ​её ​грудь, ​которая ​легко ​перелилась ​через ​его ​пальцы. ​Она ​была ​теплой ​и ​мягкой, ​именно ​такой, ​какой ​он ​ее ​себе ​представлял. ​ ​Затем ​другие ​руки ​спустились ​по ​ее ​пухлым ​бедрам ​к ​округлой ​попке. ​Он ​схватил ​ее ​и ​притянул ​ближе ​к ​себе. ​Она ​захихикала ​ему ​в ​рот, ​возбуждаясь. ​ ​Лаванда ​быстро ​сняла ​свитер, ​взволнованная ​перспективой ​наконец-то ​заполучить ​Рона, ​которым ​она ​интересовалась ​в ​последнее ​время. ​Ее ​руки ​продолжали ​двигаться, ​и ​она ​расстегнула ​пуговицы ​на ​своей ​белой ​рубашке. ​ ​Рон ​наконец-то ​смог ​увидеть ​её ​декольте ​над ​пастельно-лиловым ​бюстгальтером, ​соблазнительное ​и ​невинное. ​Его ​эрекция ​подёргивалась, ​желая ​полакомиться ​её ​румяными ​изгибами. ​ ​Рон ​пальцами ​стянул ​бюстгальтер, ​позволив ​её ​прекрасно ​сформированной ​груди ​выпятиться, ​поддерживаемой ​лифчиком. ​Его ​язык ​покинул ​губы ​Лаванды ​и ​лизнул ​её ​шею ​и ​ключицы, ​оставляя ​за ​собой ​скользкий ​влажный ​след. ​Когда ​его ​губы ​добрались ​до ​ее ​груди, ​а ​затем ​до ​соска, ​он ​почувствовал, ​как ​она ​задрожала. ​ ​«Умммф... ​о...» ​Лаванда ​стонала, ​задыхаясь ​от ​желания, ​проводя ​руками ​по ​его ​волосам ​и ​плечам. ​Ее ​глаза ​блестели, ​когда ​она ​видела, ​как ​он ​наслаждается ​ее ​розовой ​вспышкой ​возбуждения, ​утопая ​в ​удовольствии. ​ ​Лаванда ​провела ​руками ​по ​его ​бокам, ​дошла ​до ​талии ​и ​затянула ​ремень. ​Её ​пальцы ​задевали ​выпуклость ​его ​брюк, ​дико ​дразня ​его ​напряжённое ​мужское ​достоинство ​и ​щекоча ​его ​ещё ​больше. ​ ​Рон, ​поняв, ​что ​к ​чему, ​быстро ​расстегнул ​ремень ​и ​спустил ​штаны ​и ​трусы ​до ​бедер. ​Его ​эрекция ​выскочила ​наружу, ​готовая ​к ​большему. ​Но ​прежде ​чем ​он ​успел ​сделать ​что-то ​ещё, ​Лаванда ​толкнула ​его ​к ​раковине ​и ​быстро ​опустилась ​на ​оба ​колена. ​ ​Она ​дикая! ​ ​Рон ​немного ​опешил, ​когда ​Лаванда ​решительно ​стянула ​с ​него ​штаны ​до ​колен. ​Её ​очаровательное ​лицо ​было ​в ​нескольких ​сантиметрах ​от ​его ​горячего, ​набухшего ​члена, ​а ​пряди ​её ​кудрявых ​волос ​уже ​щекотали ​его ​ствол. ​ ​«О ​мой ​Вон ​Вон..... ​Ты ​действительно... ​большой...» ​пробормотала ​она, ​приближая ​свои ​губы ​к ​его ​подрагивающему ​члену. ​ ​Вон ​Вон? ​Она ​имеет ​в ​виду ​меня? ​ ​Лаванда ​раздвинула ​губы, ​облизала ​его ​ободок ​и ​начала ​сосать, ​опустив ​голову ​вниз, ​отправляя ​его ​член ​глубоко ​в ​рот ​легкомысленным ​толчком. ​ ​Ее ​язык ​двигался ​по ​кругу, ​покрывая ​его ​длину ​своей ​теплой ​слюной, ​она ​усердно ​лизала ​и ​сосала. ​Она ​ничего ​не ​могла ​с ​собой ​поделать. ​Она ​хотела, ​чтобы ​он ​заполнил ​ее. ​Она ​так ​хотела ​ощутить ​вкус ​горячей ​лавы ​любви ​в ​его ​чреслах. ​ ​«Га!» ​Рон ​вздрогнул ​и ​застонал. ​Ощущения ​были ​приятными, ​но ​для ​начала ​немного ​резковатыми. ​ ​Лаванда ​возилась ​с ​языком, ​пытаясь ​изо ​всех ​сил ​надавить ​своим ​влажным, ​скользким ​языком ​на ​его ​посох. ​Рон ​чувствовал, ​как ​она ​с ​силой ​впивается ​в ​его ​толщу. ​Она ​покачивала ​головой ​вверх-вниз, ​вызывая ​дрожь ​по ​позвоночнику, ​а ​его ​руки ​вцепились ​в ​край ​раковины. ​ ​Рон ​стиснул ​зубы, ​не ​желая ​торопить ​события. ​Держась ​за ​столь ​сильную ​эрекцию, ​он ​не ​хотел, ​чтобы ​она ​так ​быстро ​ослабла ​от ​её ​агрессивных ​движений. ​ ​Лаванда ​не ​слышала, ​чтобы ​Рон ​издал ​хоть ​звук, ​поэтому ​она ​старалась ​еще ​сильнее. ​ ​«Ах!» ​Рон ​наконец-то ​вздохнул, ​когда ​Лаванда ​отстранилась ​от ​его ​члена ​и ​стала ​сосать ​его, ​пока ​её ​губы ​не ​отпустили ​его ​окончательно. ​ ​Он ​попытался ​успокоить ​своё ​дыхание. ​Однако ​без ​предупреждения ​Лаванда ​подала ​колени ​вперёд ​и ​сжала ​груди ​вместе, ​зажав ​твёрдый ​мужской ​член ​Рона ​между ​своими ​потными ​извилистыми ​буграми. ​Она ​массировала ​их ​вверх ​и ​вниз, ​заглатывая ​его ​набухший ​член ​в ​свою ​глубокую, ​райскую ​долину. ​ ​«О ​Рон... ​Ооо...» ​Лаванда ​наслаждалась ​своими ​движениями, ​зажав ​соски ​между ​пальцами ​и ​потянув ​за ​них. ​ ​Рон ​не ​мог ​больше ​терпеть, ​он ​был ​заворожён ​тем, ​как ​раскраснелось ​её ​лицо, ​когда ​она ​целовала, ​лизала ​и ​сосала ​его ​напряжённую ​голову, ​каждый ​раз, ​когда ​она ​высовывалась ​из ​её ​идеально ​мягких ​облаков. ​Рон ​чувствовал, ​что ​его ​голова ​вот-вот ​взорвётся ​от ​такого ​возбуждения, ​особенно ​от ​тёплой, ​слизистой ​слюны, ​покрывающей ​её ​атласную ​грудь. ​ ​Рон ​быстро ​подхватил ​ее ​за ​руки, ​повернул ​и ​толкнул ​на ​раковину. ​ ​«О, ​Вон ​Вон!» ​взволнованно ​вскрикнула ​Лаванда, ​опираясь ​на ​раковину ​и ​опираясь ​руками ​на ​зеркало. ​ ​Рон ​переместился ​за ​её ​спину, ​задрал ​юбку ​на ​талии ​и ​стянул ​пастельно-лиловые ​трусики ​до ​самых ​лодыжек. ​Рон ​схватил ​её ​за ​задницу; ​его ​палец ​погрузился ​в ​её ​кремовые ​щёки ​и ​разминал ​их, ​любуясь ​тем, ​какие ​они ​упругие ​и ​мягкие. ​ ​Рон ​хотел, ​чтобы ​этот ​раз ​был ​еще ​более ​запоминающимся, ​ведь ​в ​прошлый ​раз ​у ​него ​не ​было ​возможности ​насладиться ​им ​в ​полной ​мере. ​Ему ​вдруг ​пришла ​идея, ​и ​он ​вспомнил, ​что ​читал ​в ​одном ​из ​потайных ​журналов ​брата. ​ ​Он ​опустился ​на ​колени ​позади ​нее ​и ​приблизил ​свое ​лицо ​к ​ее ​слюнявым ​лепесткам. ​Затем, ​вытянув ​язык, ​он ​медленно ​лизнул ​ее ​чистую ​и ​безволосую ​слюнявую ​щель. ​ ​«А-а-а!» ​Лаванда ​вздрогнула, ​ее ​попка ​подпрыгнула ​и ​зашевелилась. ​Никогда ​прежде ​она ​не ​испытывала ​подобных ​ощущений. ​Что-то ​склизкое, ​шевелящееся ​и ​щекочущее ​проникало ​в ​её ​мокрую ​дырочку, ​это ​было ​непристойно ​и ​возбуждающе ​одновременно. ​ ​Рон ​продолжал ​водить ​языком ​по ​её ​лепесткам, ​раздвигая ​их ​с ​каждым ​движением ​и ​проводя ​языком ​по ​набухшему ​узелочку. ​Влажные ​нижние ​губы ​Лаванды ​начали ​пульсировать, ​требуя ​внимания, ​словно ​пытаясь ​схватить ​его ​язык. ​ ​Рон ​высунул ​язык, ​вдыхая ​сладкий ​аромат ​её ​чистого ​жара, ​понемногу ​вытекая ​наружу. ​Его ​руки ​продолжали ​разминать ​и ​ласкать ​ее ​попку, ​заставляя ​ее ​тело ​содрогаться. ​Она ​застонала ​от ​восторга, ​опустив ​голову ​и ​закрыв ​глаза, ​чтобы ​в ​полной ​мере ​насладиться ​его ​мерзким, ​проникающим ​внутрь ​языком. ​ ​Рон ​одобрительно ​застонал, ​наслаждаясь ​её ​звуками. ​Рон ​обрёл ​уверенность ​в ​себе, ​чувствуя, ​что ​может ​доставить ​ей ​удовольствие, ​как ​никто ​другой. ​Он ​широко ​провёл ​языком ​по ​её ​половым ​губам, ​рисуя ​круги ​вокруг ​жемчужины ​страсти, ​а ​затем ​снова ​погрузился ​в ​её ​горячую, ​влажную ​оболочку. ​Он ​двигался ​и ​извивался, ​дико ​отираясь ​о ​ее ​влажные ​стенки. ​ ​«Ооо... ​ооо... ​Вон ​Вон... ​Я ​не ​могу! ​А-а-а!» ​Лаванда ​шлепнула ​рукой ​по ​зеркалу ​и ​вцепилась ​в ​другое. ​Ее ​тело ​сотрясали ​волны ​великолепия. ​Она ​кончила, ​покрыв ​язык ​Рона ​своими ​соками, ​заставив ​его ​попробовать ​каждый ​дюйм ​её ​тела, ​некоторые ​даже ​стекали ​на ​трусики. ​Ее ​колени ​подкосились ​и ​ослабли. ​ ​Ухватившись ​за ​ее ​талию, ​Рон ​удержал ​ее ​на ​месте ​и ​встал ​позади ​ее ​налитого ​водой ​пульсирующего ​ядра, ​готовый ​к ​основному ​блюду. ​Он ​направил ​свою ​толстую ​твердь ​и ​надавил ​на ​ее ​вход ​своей ​набухшей ​головкой. ​ ​«О... ​о... ​да!» ​Лаванда ​чувствовала, ​как ​его ​член ​целует ​ее ​пульсирующие ​лепестки, ​слегка ​проталкиваясь ​внутрь. ​«Да, ​да! ​Возьми ​меня, ​я ​хочу, ​чтобы ​ты ​был ​внутри. ​Наполни ​меня, ​роди ​мне ​детей... ​Давай ​поженимся ​поскорее, ​Вон ​Вон! ​С ​большим ​количеством ​детей!» ​ ​«...» ​ ​Внезапно ​наступила ​тишина. ​ ​Что ​она ​только ​что ​сказала? ​Детей? ​Что? ​ ​«Вон ​Вон? ​Эм... ​Рон?» ​Лаванда ​обернулась. ​ ​«Ты... ​Ты ​хочешь... ​чтобы....». ​Рон ​был ​немного ​шокирован, ​держась ​за ​свой ​ноющий ​вал ​на ​грани ​того, ​чтобы ​войти ​в ​нее. ​«Лаванда, ​ты ​всё ​ещё ​девственница?» ​Рон ​быстро ​сменил ​тему, ​изо ​всех ​сил ​стараясь ​не ​упоминать ​о ​детях. ​ ​А ​разве ​это ​не ​одноразовое ​занятие? ​поинтересовался ​Рон, ​чувствуя ​раздражение ​от ​того, ​что ​его ​эрекция ​осталась ​без ​внимания. ​ ​«Я ​хочу, ​чтобы ​мой ​первый ​раз ​был ​с ​тобой, ​Рон... ​Тогда ​у ​нас ​всё ​будет ​официально, ​и ​мы ​всегда ​будем ​вместе! ​Мы ​можем ​пожениться ​после ​того, ​как ​закончим ​ЖАБА ​(Жутко ​Академическая ​Блестящая ​Аттестация)!» ​Она ​смотрела ​на ​него ​мечтательными ​глазами ​и ​ласкала ​его ​член ​тёплыми ​пальцами. ​«Мы ​сможем ​так ​весело ​провести ​следующие ​школьные ​годы. ​Мы ​можем ​приходить ​сюда ​каждый... ​каждый... ​день~» ​ ​«Нет... ​Может ​быть... ​Может ​быть, ​мы ​встретимся ​во ​время ​летних ​каникул? ​Где-нибудь ​в ​хорошем ​месте? ​Это ​ведь ​твой ​первый ​раз, ​в ​конце ​концов», ​- ​предложил ​Рон, ​с ​извиняющимся ​видом ​быстро ​отступая ​назад, ​держась ​за ​свою ​напряженную ​выпуклость. ​ ​Я ​за ​то, ​чтобы ​весело ​проводить ​время ​вместе, ​но ​дети? ​Брак? ​В ​нашем ​возрасте? ​Ни ​за ​что... ​Не-а... ​ ​«Может, ​я ​могу ​использовать ​руку? ​Или ​рот?» ​предложила ​она, ​немного ​придя ​в ​себя, ​видя, ​что ​Рон ​начинает ​бледнеть. ​Но ​она ​не ​хотела ​оставлять ​Рона ​в ​таком ​состоянии. ​ ​Однако ​Рону ​не ​нужен ​был ​небрежный ​минет. ​В ​этот ​момент ​он ​жаждал ​тепла ​чьей-то ​щели, ​обхватывающей ​его ​член. ​Просто ​он ​не ​хотел ​рисковать ​своим ​будущим ​ради ​этого, ​не ​сейчас. ​ ​Видя ​ее ​одержимый ​взгляд, ​он ​не ​был ​уверен, ​что ​она ​позволит ​ему ​вырваться ​в ​нужный ​момент. ​Он ​не ​собирался ​рисковать.