Глава 12
18 августа 2025, 02:36«Но это все меняет». Аполлинария показала первую полосу газеты. «Рональд Уизли больше не обычный мальчик. Он - герой Волшебной Британии», - сказала Аполлинария с ноткой гордости. «Ты должен быть счастлив, что смог быть с Флёр, чего так много желали. Должно быть, на этой кровати ты провел лучшую ночь в своей жизни».
Рон чуть не подавился слюной. «Вообще-то, мы занимались этим в лесу».
Аполлинария потеряла дар речи. «Что ты имеешь в виду?»
Рон сглотнул, но ему захотелось быть правдивым в присутствии ее очарования. «Мы... Она пришла ко мне, когда я тренировался, и... случилось то, что случилось. Мы делали это на дереве, и... на...»
«Почему моя Флер позволила мужчине впервые овладеть ею на дереве? Это так дико и совсем на нее не похоже. Как тебе это удалось? Когда?»
Неужели она просит меня объяснить, как я трахнул ее дочь?
Глядя на прекрасное лицо Аполлинарии, он почувствовал жар. Но неконтролируемыми были ее тяжелые бугры, скрытые под платьем, и изогнутая талия над бедрами, лежащими на диване, в то время как он оставался стоять. Он старался изо всех сил, но эрекция росла в его штанах.
«Я... Как я уже сказал, я тренировался, когда она пришла и помогла мне. Это было рано вечером, так что уже почти стемнело. Сначала я нежно поцеловал ее губы, а потом пососал их, после чего мы стали дразнить друг друга языками. Потом... потом она опустилась на колени и стала со... сосать меня, а потом потянулась к дереву и позволила мне взять ее... сырую. Она... Она сказала, что хочет, чтобы я принял это как... подарок для ее спасителя.
«Так что... Сначала я вводил медленно, пока она не почувствовала, что боль уходит, а потом сильнее, глубже, целуя ее шею и облизывая кожу. А когда она кончила, я... Я заставил ее опереться на поваленное дерево и делал это сзади, пока... Миссис Делакур, я... Я спросил ее, и она сказала, что все в порядке... И я кончил в нее... Т-так вот».
Рон объяснял нервно, запинаясь, но подробно. К тому времени, как он закончил, его твердость стала еще более очевидной, чем все остальное. Словно флагшток поднялся у него в штанах, холм был грозным. Но наступила тишина: взгляд Аполлины по-прежнему был прикован к чреслам Рона, глаза сузились, а губы сурово сжались.
«Месье Уизли, должна вам сказать, что это звучит довольно дико и совсем не прилично, почти по-звериному, смею заметить», - с лёгкой усмешкой заметила Аполлинария, усаживаясь прямо на диване. «Первый раз должен быть романтичным, красивым и незабываемым. Как с моим любимым мужем. О, я до сих пор помню ту ночь, мы были так молоды.
«Столько поцелуев, и то, как он нежно уложил меня на кровать, раздел и стал целовать меня всю, ниже, в грудь и в губы». Аполлинария крепко скрестила ноги, едва заметный красный румянец окрасил ее щеки. «Он готовил меня пальцами, и так медленно, так нежно он лишал меня девичества... Его губы все время были на моих, и казалось, что мы разделяем эту боль. Так романтично. Я тоскую по тем дням, когда он так сладко ласкал меня».
«...»
У Рона не было слов. Она действительно описывает мне свой первый раз?
Видя, что она всё ещё трётся ногами друг о друга, а её руки крепко сжаты, Рон попытался извиниться. «Мне очень жаль, миссис Делакур. Флер - очень красивая девушка, и... я...»
«Я не могу поверить, что она позволила тебе так с ней поступить. В вас нет ни техники, ни романтики», - сказала Аполлинария, отмахнувшись от слов Рона взмахом руки. Она резко встала и направилась к Рону с вызывающим видом. «Скажите, месье Уизли, какой у вас размер?»
Рон опустил взгляд на свою эрекцию, на которую уставилась мудрая красавица. «Это? Я думаю, он достаточно большой, миссис Делакур».
«Покажи мне».
Что? Она серьезно? Несмотря ни на что, Рон чувствовал, что это совершенно странно. Но кто он такой, чтобы отказываться от благословения, которое на него свалилось?
Но всё же, с некоторым страхом, он попытался скрыть свою длину. «Он еще не полностью эрегирован, госпожа Аполлинария».
К удивлению Рона, у Аполлинарии на уме было нечто другое.
«Тогда позвольте мне помочь», - соблазнительно улыбнулась она, подойдя к нему ещё ближе.
Рон на секунду был озадачен ее прямотой, но потом вспомнил о Флер. Как мать и как дочь, они обе были довольно откровенны в своих желаниях. Эта женщина была так прекрасна, что отказать ей было бы грешно.
Аполлинария внезапно достала свою палочку. Легкий щелчок - и одежда на ее чувственном зрелом теле разворачивается, оставляя ее в белом белье. Это было не просто детское белье, а восхитительно полное кружев. Прорехи в материале дразнили его пиком, а кружевной пояс вокруг талии поддерживал белые чулки, выглядевшие элегантно, зрело и сексуально одновременно.
Рон уставился на ее великолепную фигуру.
У нее была невероятно большая грудь, идеальная для объятий и сосания, скрытая под сексуальным кружевным бюстгальтером. Ее широкие детородные бедра были идеально изогнуты к тонкой талии, но ее клейкие бедра были еще лучше. Кружевные белые стринги спускались от бедер вниз, к ее теплой сердцевине, образуя упругую V-образную форму, от которой его член дергался, желая сорвать их. Небольшой пояс с кружевами ничуть не скрывал полноту ее бедер, так как они удерживали чулки, обтягивающие ее роскошные ноги.
Рон уже представлял, как прекрасно будет чувствовать себя, зажатым между этими мягкими, нежными подушками, когда она будет визжать от восторга, и мечтал о том, чтобы схватить и размять их обоих, заставляя их широко раскрыться для него.
Аполлинария вдруг с легкостью сняла тесный лифчик, и ее упругие, большие, сладострастные груди вывалились наружу, эротично подпрыгивая. Рон мог видеть её восхитительные, большие бугорки и розовые ареолы среднего размера.
Рон, совершенно ошеломлённый, не мог оторвать от них глаз. Его рот был широко открыт, он был удивлён и шокирован тем, что мать Флёр вот так демонстрирует ему свои бесценные достоинства.
Только немного... только немного... - пронеслось у него в голове, когда его рука непроизвольно поднялась вверх.
Всего лишь небольшое прикосновение... совсем чуть-чуть... Другой рукой он потянулся к своему наливающемуся потребностям, пытаясь отрегулировать тугое ограничение вокруг твердости своего возбуждения.
В комнате воцарилась тишина, когда уголок блестящих губ Аполлины приподнялся, увидев, что Рон не может сдержать свои руки. Она позволила ему коснуться своей теплой кожи, его холодный палец возбуждал ее. Ничего не говоря, Рон пошел еще дальше, обхватив одну из ее грудей своими растопыренными пальцами, насколько это было возможно.
Они были такими мягкими и нежными, что его пальцы погрузились внутрь, утопая в ее облачной пушистости.
«Хммм...» Аполлинария тихонько хмыкнула в знак одобрения его неуверенного голода.
Она внезапно притянула его ближе за пояс брюк, заставив его руку еще сильнее прижаться к ее кремовой груди. Затем ее руки расстегнули пуговицы на его брюках и медленно потянули вниз молнию.
Рон встретился с ней взглядом. Он понимал, что она знает, что делает, а Рон знал, чего она хочет. Все это было так неправильно, но так правильно.
Затем она спустила его штаны вместе с тёмно-красным нижним бельём, обнажив его полностью эрегированное возбуждение.
«Хорошо. Я научу тебя, да?» неожиданно прокомментировала Аполлинария.
«Что?!»
Прежде чем Рон успел отреагировать, она убрала свою палочку в кружевной пояс и опустилась перед ним на колени, крепко сжав его пульсирующий член. Красивое бледное лицо Аполлины было совсем близко от его напряжённого ствола, и она серьёзно смотрела на него. Её глаза изучали каждый бугорок и бороздку, с изумлением глядя на его набухшую макушку.
Рон почувствовал себя немного взволнованным, как будто он был ценным жеребцом, которого тщательно осматривали для разведения.
Она внезапно раздвинула губы и провела плоской поверхностью языка по щели члена Рона. Затем она внезапно наклонилась и впустила его твердый ствол в свой рот, ее сексуальные губы изогнулись вокруг его кончика. Ее язык обхватил его макушку и смочил половину длины, как будто она готовила его к большему.
Рон не мог ничего соображать. Это было похоже на мучительную дразнилку. Всё вокруг было горячим, обжигающим и лихорадочным. «Блядь, миссис Делакур...!»
Она помахала пальцем в воздухе, выпуская его член из своих губ: «Такие выражения неприличны, месье Уизли...»
Затем она снова опустила голову, позволяя его члену снова проникнуть в ее горло; на этот раз она сосала и облизывала, позволяя его железному твердому стержню полностью войти в нее, ударяясь о заднюю стенку ее горла.
Аполлинария мурлыкала от толщины члена Рона во рту, ее язык крутился и терся о вены на нижней стороне. Когда она покачивала головой, ее огромные холмики покачивались и подпрыгивали, покачиваясь вместе с ее извилистым телом. Ее волосы развевались позади нее, лаская гладкую, обнаженную кожу спины.
Рон видел, как все ее тело двигалось там, внизу, полностью поглощая его член. Ее пухлые бедра слегка подрагивали, дразня его. О, как же ему хотелось сжать их в ладонях и шлёпать по ним тазом.
«О! Мерлин! Ваш.... М-рот чувствует... Так горячо! Мадам Делакур... - простонал он.
Она сосала и сосала, гладила и сжимала. Ее опытный язык успокаивал и массировал его выпуклые вены, ощущая пульсацию его расплавленной головки. Ее руки ласкали его яйца, доводя чувствительные места до беспамятства.
Рон чувствовал, что находится на грани разрядки, но, к его удивлению, Аполлинария заметила то же самое и выпустила его набухшую плоть из своего тлеющего горла.
«Ах...» Рон испустил тяжелый вздох, вынужденный спуститься с уступа, немного разочарованный, но с облегчением.
Аполлинария вдруг встала, повернулась и пошла к дивану на другом конце комнаты. Рон был поражен видом ее «хорошо обтянутой» задницы, колыхавшейся при каждом шаге. Ее сексуальные кружевные стринги и ремешки, плотно прилегающие к белым чулкам, завораживали. Ему так и хотелось потянуть за них и позволить им шлепнуться обратно на ее попку.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!