Мини-история №8. Внешний мир

      Хаос только закончил работать и возвращался домой. Теплый летний вечер, последний рабочий день перед отпуском, жизнь прекрасна. Дойдя до дома, он открыл дверь и зашёл в здание.       «Я дома. Сынок, ну, где ты там?»–разувался мужчина.       Из комнаты вышел юноша, он уже не сиял так же ярко, как в детстве, но так же был рад увидеть отца. Его кудрявые завитушки, спутанные ещё больше, чем обычно, говорили о недавнем пробуждении сына.       «Привет, пап.»–обнял ребенок родителя.       –Только проснулся?       –Да... Я сегодня долго спал. Как дела на работе?       –Всё хорошо, спасибо. А насчёт сна, ничего страшного, поспал подольше–отлично. Впереди нас ждет еще большая работа.       «Да, на счет этого...»–как-то неоднозначно сказал юноша, что, конечно, зацепило Хаоса.       «Слушаю тебя.»–приподнял бровь он и отстранился от объятий.       «Можно я сегодня погуляю пораньше? Пожалуйста...»–опустил глаза в пол ребенок.       «Эвр...»–вздохнул мужчина: «Ты же знаешь, что выходить раньше темноты нельзя, вот будет на часах хотя бы 22:30, тогда можно.»       «Я уже не маленький!»–топнул ногой сын: «Почему я не могу выходить, когда захочу?!»       «Это ещё что за поведение?!»–нахмурился Хаос. Таких ситуаций в их семье ещё не было: «Взрослым себя почувствовал?! Ну-ка в угол, подумай над своим поведением, заодно вспомнишь, что ты еще не взрослый!»       «Не встану! И я уже взрослый! Мне 15!»–запротестовал юноша.       «В угол! Пока ремень не снял!»–опешил от наглости отпрыска Хаос.       «Снимай, не встану!»–совсем забылся Эвр.       Мужчина не планировал его вообще использовать в воспитании, тем более, именно тот, что был на нем. Это был кожаный тонкий ремень. Если он и пройдется по коже, то явно принесет больше боли, чем обычный. Он демонстративно снял его, сложил вдвое и перевел взгляд на непослушное чадо.       Эвр настороженно смотрел на орудие пыток, однако, за язык его никто не тянул, сам ляпнул. Но и ложиться под него как-то не хотелось.       –Ну так что? Угол или ремень?       –Угол...       –Тогда вставай побыстрей!       Юноша быстро дошел до пункта назначения и уткнулся лицом в угол. Хаос же вздохнул и пошел переодеваться. Когда он проходил мимо гостиной, пока шел на кухню, сын его окликнул.       –Да, Эвр?       –Пап, прости меня, пожалуйста. Я больше так не буду...       –Обещаешь?       –Обещаю.       –Тогда выходи из угла и пошли вместе готовить.       Они отправились на кухню, и когда блюдо почти было готово, Эвр снова попросился гулять пораньше.       «Да чтож такое, ребенок?!»–возмутился Хаос: «Что у тебя там за важная встреча, что ты так ломишься туда?»       –Ну пап, пожалуйста, только сегодня и никогда больше!       –Говори уже, что за мероприятие?       –Я не могу...       –Почему?       –Ну... Это пока секрет...       Небольшая пауза и наконец согласие: «Ладно... Можешь идти, но ненадолго и после рассказываешь всё!»       «Обожаю тебя, папочка!»–буквально напрыгнул на родителя юнец.       «Ну-ну...»–всё еще сомневался в своем решении отец.       После ужина Хаоса и завтрака ребенка, младший отправился в душ. Мужчине же не давала покоя та мысль, что его сын хочет пойти неизвестно куда в одиночку. Тогда он встал и пошел в комнату к Эвру, заранее подготовить ему одежду.       Родитель открыл шкаф, начал перебирать одежду и вдруг наткнулся на новый предмет гардероба. Аккуратно сложенно лежала форма новобранца в отряд служивых при потомственной госпоже. Такую же впервые дали и Хаосу, когда он только вступил на службу.       «Папа?»–удивленно спросил сын, увидев отца в своей комнате.       «Эвр, что это такое?!»–строго спросил Хаос, повернувшись к юноше и протянув одежду вперёд.       Парень стоял в оцепенении. Язык словно прижали тяжелым грузом. Сердце остановилось. Гробовая тишина.       –Это ты на турнир собрался?! Зачем тебе это нужно?! Зачем скрывал?!       –Да я просто хочу жить обычной жизнью! В книжках все юноши моего возраста умеют драться, все путешествуют! А я всю жизнь сижу дома и читаю занудные книжонки!       –Эвр, ты получаешь домашнее образование и не сидишь ты всю жизнь дома, ночью мы с тобой гуляем!       –Но, папа!       –Ты никуда не идёшь!       –Но, если я смогу победить, то войду в отряд тех, кто служит госпоже! Я буду работать с тобой, разве это не так?!       «Нет, Эвр, ты будешь работать совсем в другом месте.»–вертел в руках костюм и вдруг пришла мысль, которая разозлила Хаоса настолько, что ему хотелось задушить отпрыска: «Погодика... Ты что, выходил на улицу днем?!»       –Нет-нет...       –Тогда как ты узнал про турнир?! Как записался?! Как забрал форму?!       –Ладно, хорошо... Да, я выходил иногда на улицу и днем... Но, пап, я хочу выходить и днем... Хочу ходить в обычную школу, гулять с друзьями, путешествовать...       –Эвр, как ты мог нарушить настолько серьезное и важное правило?! Ты вообще понимаешь, что мог не вернуться даже с места регистрации?!       –Да почему?       –Потому что госпожа ищет кудрявого мальчика с карими глазами, который может управлять ветром!       –То есть... Меня?       –Да, тебя!       –Тогда мне точно надо идти! Она же ищет именно меня, значит я ей нужен.       –Да ты издеваешься что-ли?!       –Я иду, точка!       –Снова почувствовал себя взрослым?! Ну-ка успокоился, попросил прощения и сел за уроки!       –Нет!       –Эвр!       –Нет!       –Сейчас ведь правда получишь!       –Даже если ты меня отшлепаешь, это не заставит меня передумать!       «Проверим?»–откинул форму Хаос и начал подходить к юноше.       Сначала сын стоял на своем, но когда отец притянул к себе ремень, он захотел убежать, однако было уже поздно, юношу схватили за руку и потащили к кровати.       Но в какой-то момент, Эвр даже обогнал Хаоса. Юноша хотел показать, что он совсем не боится, ведь будущему защитнику не страшны никакие угрозы. Правда?       Хаос, уже не отдавая отчёт своим действиям, остановил его прямо около кровати и уронил на одеяло, лицом в подушку. Чем покачнул не только и без того ватное тело, но еще и решимость юноши.       Затем мужчина придавил его свободной рукой и уже тянулся к штанам, как сын сам их стянул. Было это тяжело, душевно больно, но в книгах говорилось, что именно так и поступали нашкодившие, но благородные юноши.       Хаоса остановило это действие. Он посмотрел на ребенка, на ремень, не представляя даже, как отец поднимет руку на сына настолько высоко. Мужчина тяжело вздохнул, убрал руку, вышел на крыльцо и закурил.       «Папочка, прости меня, пожалуйста...»–приобнял сзади ребенок, уткнувшись носом в волосы отца.       «Нет, пока я тебя не прощаю. Ты врешь, врешь и еще раз врешь.»–сделал новую затяжку мужчина: «Ты мог сказать о том, что тебя не устраивало, но ты повел себя ужасно, подставляя и себя, и меня. Пока ты наказан, никаких тебе гулянок, ни днем, ни ночью.»       Хаос услышал за спиной тихий вздох, но не захотел заострять на этом внимание: «А сейчас иди и пиши сочинение на тему "почему нельзя обманывать родных".»       –А потом ты меня простишь?       –Я прощу тебя тогда, когда буду убеждён, что ты в безопасности.       –Но сейчас же я в безопасности...       Одного неодобрительного взгляда хватило, чтобы отправиться в дом грызть гранит науки.