Часть 34

Глава 34

Прозвенел звонок на урок. Сато Такеру вошел в класс, не поднимая головы, хлопнул учебным планом по столу и скомандовал: — Рёто... встать! Рёто, лежавший на парте, поднялся. — Иди в конец класса и стой там. — О-о-о... Встав сзади, Рёто опустил голову и спокойно заснул. У Сато Такеру дернулся глаз. Некоторые мальчики никак не могли понять: как ему вообще удается спать стоя? И что, он совсем не спит по ночам, раз так сладко спит днем? На самом деле, спать стоя довольно сложно. Во сне человек не может точно контролировать свое тело, мышцы временно переходят под управление подсознания. А он мог вот так стоять, не качаясь и не шатаясь. В некотором смысле это было невероятно, почти противоестественно. Сато Такеру не понимал, притворяется этот малец или действительно спит. Сато Такеру кое-что понимал, но не до конца. Хоть он и не был выдающимся шиноби, но все же прошел войну и повидал немало сильных ниндзя. Можно было лишь сказать: «Вот это мощь». Это было похоже на «невидимый стул» — простой тренировочный трюк. На уроках было слишком скучно, нужно было чем-то себя занять. Однако «невидимый стул» тренирует мышцы ног, а Рёто регулировал свои нервы, поддерживая часть мышц в активном состоянии, подобно рыбе, которая во сне время от времени шевелит плавниками. Это была тренировка на глубокий контроль, которую Рёто проводил, основываясь на унаследованном от Умки таланте к тонкому управлению телом. Причиной послужило то, что Рёто обнаружил способность Умки спать стоя. Многие животные на это способны, но не собаки. Но раз Умка может, значит, и он сможет. Если говорить о преимуществах, то вот одно из них: в случае нападения можно мгновенно сорваться с места и убежать. Это главный козырь многих животных, позволяющий им спасаться от хищников. Какаши время от времени искоса поглядывал на спящего Рёто. Чем дольше он смотрел, тем больше ему казалось, что что-то не так, но что именно — он сказать не мог. «Этот парень... не может же он тренироваться даже во сне!? Ну раз он спит, то я стесняться не буду». Пока Сато Такеру вел урок, Какаши одним глазом следил за учителем, а другим — за своей рукой под партой, где на ладони лежал листок, на котором он молча практиковал преобразование природы Ветра. Сидевший рядом Хьюга Киёши заметил проделки Какаши. Он как раз от скуки разглядывал окрестности своим Бьякуганом, когда вены на его висках вздулись, и он ткнул локтем Сарутоби Асуму. Асуме было немного больно от этого тычка, и он уже хотел было вспылить, но, проследив за взглядом Киёши, посмотрел на Какаши. Он сразу понял, чем занимается Какаши. «Ах так, вот как этот парень развлекается, значит». Соперничество между мальчишками всегда было простым: выяснить, кто сильнее, и кто кому теперь «отец». «Мой отец — Хокаге, я не могу его опозорить». Асума обменялся взглядами с Киёши, после чего, сидевший между ними, он протянул руку и накрыл ладонь Какаши. Какаши с недоумением поднял голову и посмотрел на Асуму. Асума улыбнулся. Они одновременно напрягли руки, и, сохраняя невозмутимые лица, под партой начали состязаться в силе. Угадайте, почему эти трое сидели вместе. Потому что другие мальчики не хотели сидеть с этой высокомерной троицей, а в академии была своя превосходная система рассадки. Двумя рядами дальше Учиха Обито и Майто Гай, обливаясь потом, с надеждой смотрели на учителя. «Учитель, не могли бы вы говорить помедленнее? Я немного не понимаю...» — думали они. Утром — обычные уроки, после обеда — базовая физическая подготовка шиноби. День прошел спокойно. Как обычно, после уроков нужно было идти на дополнительные занятия к Хатаке. Увидев, что Рёто выходит из класса, Какаши первым выскочил за дверь. Рёто шел посередине, взглядом отпугивая подступавших со всех сторон девочек. Заметив, что Рёто уходит, Нохара Рин тут же вскочила и, последовав за ним, выбежала из класса. Юхи Куренай, наблюдая за этой сценой, вздохнула. Асума искоса взглянул на Куренай. «Она... довольно симпатичная». Но ему нужно было домой на особую тренировку с отцом, так что задерживаться было нельзя. Поэтому он бросил на нее еще один взгляд. Обито смотрел на спину Рин. Он встал, потом снова сел. Сел и снова встал. Майто Гай, глядя на странное поведение своего приятеля, ничего не понимал. С криками о юности, пыле, усердии и борьбе он выбежал из класса на спортплощадку, чтобы для начала пробежать пятьдесят кругов. Что такое юность? Это когда ты просто бежишь. — Обито! Будешь играть в вышибалы! — Буду, буду! Я играю! Толпа детей с радостными криками высыпала на площадку, и воздух наполнился смехом. … На улице впереди шел Какаши, время от времени оглядываясь, чтобы проверить, не отстал ли Рёто. Рёто шел посередине с отрешенным видом, а позади них осторожно семенила Рин. «Спереди на меня пялятся, сзади тоже. Да что ж такое... Я что, кусок собачьего дерьма, что так к себе притягиваю?! Посмотрите на этих двоих... настоящие дети». Рёто с тоской посмотрел на небо, наблюдая за воробьями, порхающими на проводах. И вот... — Сегодня все по-старому? — спросил Белый Клык. — Ранишь меня — пойдешь домой пораньше. Глядя на этого человека, который на полном серьезе состязался с ребенком, Рёто замахал руками и сказал: — Учитель, если хотите меня побить, так и скажите. Удивленно посмотрев на догадливого Рёто, Белый Клык мягко улыбнулся: — Что ж, тогда давай начнем с боевой тренировки. В конце концов, только на собственном опыте можно понять свои ошибки. Рёто вздохнул, одним движением стянул с себя верхнюю одежду и сказал: — Давай. — Рёто, когда ты говоришь такие вещи, можешь, пожалуйста, не раздеваться? Люди могут неправильно понять, — сказал Белый Клык. Какаши с невинным видом посмотрел то на отца, то на Рёто. «Что неправильно понять?» Рёто посмотрел на Белого Клыка. «Дяденька, поумерьте свой старческий пыл, от вас несет пошлостью». — Учитель, вы уверены, что не порвете мою одежду? Иначе мама меня убьет. «Ах ты, паршивец, это ты поумерь свой старческий пыл!» У Белого Клыка на лбу выступил пот. Он приложил руку ко лбу и сказал: — Давайте! Давайте! Начинаем! Рёто снова избили. Впрочем, он уже привык. За ужином Рёто с разбитым лицом уплетал вкусные блюда в доме Хатаке, набивая желудок. Проиграл бой, но не аппетит. Какаши, уткнувшись в тарелку, тоже ел изо всех сил. «Глядя на этих двух растущих парней... Вкусно, да? На деньги, заработанные риском для жизни, куплено». Белый Клык попивал саке и размышлял, не стоит ли снизить качество угощений. И его снова задержали до десятого часа вечера. На освещенной фонарями улице время от времени раздавался собачий лай. Нохара Рин, припав к подоконнику, смотрела на проходящего Рёто. На этот раз она была смелее и не выглядывала украдкой. Как только Рёто прошел, она развернулась и рыбкой прыгнула на кровать. Обняв подушку, она начала кататься по ней. Завтра выходной, она договорилась с Куренай пойти в больницу навестить Кураму Миёко, поэтому... «Рёто-кун и сегодня был таким красивым!» — Рин прикрыла пылающее лицо руками. … На выходных матушка притащила Рёто в додзё, и начался веселый день семейных игр. Идиллия: любящая мать и воющий сын. Инузука Рин — хорошая мать. Особенно хорошо у нее получался «железный кулак любви». Умка, Дзато, Масао, троица Тамаго и ее братья, а также Каге — все радостно выли. Все додзё оглашалось юношескими криками и было залито слезами. Проходившие мимо члены клана Инузука, стар и млад, сочувственно смотрели на них. Но тренировка маленького «короля собак» старым «королем собак» была такой захватывающей. … Время текло так незаметно. Все менялось, и в то же время как будто ничего не менялось. День первый... — Рёто! Встать! В конец... — О-о-о... Рёто встал в конце класса и опустил голову. День второй... — Рёто! Встать! — О-о-о... Рёто встал сзади и опустил голову. День третий... — Рёто! — О-о-о... Рёто стоял, опустив голову. День четвертый... — Рё-о-о..! — О-о-о... Рёто стоял, опустив голову. День пятый... Хлопнув учебным планом по столу, Сато Такеру смотрел на Рёто. У него дергался глаз и гудело в голове. Одноклассники молча, со стекающими по лбу каплями пота, смотрели на этих двух упрямцев. Рёто, лежавший на парте, как ни в чем не бывало поднялся и встал в конце класса. Его соседки по парте, Миёко и Май, пришедшие на урок, привычно освободили ему проход с выражением благоговейного трепета на лицах. Молчаливое взаимопонимание между мужчинами не требует слов. Когда чувства достигают нужной точки, все происходит само собой. Сато Такеру глубоко вздохнул и, развернувшись, начал урок. Злиться на Рёто — себе дороже. Он был как непробиваемый кусок мяса — крутой и немногословный. Сато Такеру понимал Рёто, а Рёто понимал Сато Такеру. Сато Такеру был хорошим человеком, поэтому на него можно было «наставить пистолет». — Рёто-кун такой плохой... И мне это так нравится... — прошептала девочка. Сидевший рядом Обито, услышав это, фыркнул с недовольным видом. … В мгновение ока пролетели три месяца. Наступил июль. Первый семестр подходил к концу, и начиналось лето. Лунный свет был подобен воде. Нохара Рин, припав к подоконнику, смотрела на проходившего мимо Рёто, и ее трепещущее сердце втайне приняло решение. Я! ПРИ! ЗНА! ЮСЬ! Лето — это ведь пора для создания прекрасных воспоминаний. Ночной ветерок пронесся по комнате, колыхнув тонкие занавески, пронесся через сердце девушки и перевернул страницу популярного любовного романа, лежавшего на ее столе. Казалось, вот-вот начнется новая глава. Глаза девушки были полны предвкушения.