Часть 36

Глава 36

Когда пьют по-мужски, главное — количество, а градус — дело второе. Когда пьют культурно, это скорее ритуал, где важна изящность: любование снегом, луной, цветами, наслаждение моментом в приятной компании. Атмосфера здесь — всё, а само саке — не так уж и важно. Поэтому для брутальных посиделок есть «Убийца Демонов», а для утончённых — «Любование луной». Конечно, «Любование снегом» тоже неплохо, а «Любование цветами» имеет свой особый шарм. Сидеть под цветущей сакурой с парой-тройкой близких друзей, потягивая саке и любуясь цветами, — ради такого и стоит жить. Если бы была возможность, Рёто с удовольствием указал бы на полку и устроил бы старшему брату Хатаке громогласный сюрприз. «В драке я тебе не ровня, но в этом деле, братец, мы с тобой сразимся не на жизнь, а на смерть». Прогуливаясь по улице, Рёто целенаправленно направился в винную лавку. — Хозяин! «Убийцу Демонов»! Хозяин с подозрением посмотрел на Рёто. Хотя дети часто покупали выпивку для своих отцов, этого мальчика он видел впервые, и его мать не предупреждала о таком поручении. «Ни в коем случае нельзя продавать этому ребёнку алкоголь», — подумал он. Несмотря на сомнения, на его лице расцвела дежурная улыбка. — Сколько тебе? Рёто посмотрел на бутылки, расставленные на прилавке. «Убийца Демонов» был дешёвым, тринадцать градусов — можно пить как воду, с лёгким привкусом, почти как детский лимонад. Хотя, конечно, были и более элитные сорта. Для Рёто же слабоалкогольным не считалось то, что было не меньше пятидесяти пяти градусов. Но больше всего ему хотелось попробовать легендарное саке из мира грёз, от которого, как говорили, пьянел даже самый стойкий демон, настоящее саке «Убийца Демонов» клана Они. Отсчитав деньги, Рёто на цыпочках шлёпнул их на прилавок и заявил: — Беру всё! Доставьте в дом Хатаке! «Старший брат Хатаке каждый день меня муштрует, так усердно трудится. Я должен быть внимательным к нему. Нужно уметь быть благодарным». Услышав это, хозяин расцвёл. «Чей же это сынок так щедро и размашисто тратит деньги?» — Хорошо, юный гость. — Постойте! — сказал Рёто. — Дайте мне две бутылки с собой. Взяв две бутылки, Рёто вышел на улицу. Он ещё не обедал, так что решил быстро перекусить. Отодвинув занавеску, он зашёл в раменную. Рин, стоявшая на противоположной стороне улицы, видела, как Рёто скрылся за занавеской раменной, и нерешительно переминалась с ноги на ногу. «Давай же, Рин, сейчас твой шанс!» — мысленно подбадривала её Куренай, прячась за рюкзаком. Но вокруг было слишком много людей, и Рин не решалась подойти, мысленно уговаривая себя. «Ты сможешь, Рин! Это всего лишь признание! Ничего страшного! Неважно, каким будет ответ, он должен узнать о моих чувствах! Пусть вначале и было недоразумение, но мне нравится именно такой, особенный Рёто…» Занавеска отодвинулась. Рин вздрогнула и отступила за угол, выглядывая оттуда и наблюдая за вышедшим Рёто. Куренай от нетерпения топнула ногой. «Ну же, я сейчас с ума сойду!» С двумя бутылками в руках Рёто продолжил свой путь и вскоре свернул в магазин рыболовных снастей. Бюджет был уже на исходе, но на кое-что ещё хватало. Рёто вошёл в пустынный магазинчик, который, казалось, вот-вот закроется. Подставка — одна, ящик для снастей — один, стул не нужен, ночной фонарь — один, садок — один, подсак — тоже один. Приманка? Зачем приманка? Мушки можно сделать самому. Дома у него этого добра навалом — завтра утром на работе ощиплет перья у ястреба-ниндзя и сделает из них поплавки. Он собрал себе базовый набор для начинающих. Слишком хороших снастей в магазине и не было. Река в Конохе была широкой и полноводной, а рыба в ней — жирной и глупой. Этого должно было хватить. Только неудачники гонятся за навороченными снастями. Рёто попросил доставить всё в дом Хатаке, но это был подарок не для старшего брата. У того и так был не один комплект, он был настоящим фанатом. Когда Рёто впервые увидел этого парня, он сразу понял — перед ним заядлый рыбак. К тому же, если он правильно помнил, после смерти отца Какаши начал рыбачить, чтобы прокормить себя после тренировок. В общем, не можешь победить — присоединяйся. Рёто хотел поближе обсудить с братом Белым Клыком рыболовные премудрости. Всё равно во время тренировки по изменению природы чакры оставалось время следить за поклёвкой. После обеда, во время отдыха, можно будет позвать старшего брата с собой, поболтать о том о сём. А его пошлые шуточки были довольно забавными. Выйдя из магазина, Рёто сиял от радости и предвкушения. Он собирался показать старшему брату Хатаке, что такое современная рыбалка, отточенная поколениями! В его голове крутилась лишь одна мысль: «Я должен произвести фурор». Его уши дёрнулись, и Рёто повернул голову. Под уличной вывеской, спиной к ней, сидела на корточках, сжавшись в комок, Рин, прижимая руку к бешено колотящемуся сердцу. «Так волнительно, сердце сейчас выпрыгнет из груди. Он меня заметил?» «Это запах Рин. От неё исходит лёгкий аромат солнца, тёплый, но не обжигающий. Ах, это запах мёртвых клещей». Рёто посмотрел на вывеску, мгновение постоял, а затем развернулся и ушёл. Он остановился у кондитерской, а через некоторое время вышел оттуда с коробкой сладостей и направился к центру деревни. Вскоре в поле зрения появилась скала Хокаге. Рёто прошёл мимо неё, поднялся по вырубленной в скале лестнице, миновал рощу отцветшей сакуры и вышел на открытую площадку на вершине горы. Стоя над головами прошлых Хокаге, он смотрел на шумную, но умиротворенную жизнь деревни внизу. Когда цветы снова расцветут, это место будет по-прежнему прекрасно. А люди… Те, кто отцвёл, отцвели навсегда. Таких же больше не будет. Он перекинул ногу через ограждение, сел на него, открыл бутылку «Убийцы Демонов» и залпом осушил её. Когда-то Рёто не любил алкоголь. Когда же он его полюбил? Это уже было неважно. Повзрослев, можно полюбить его, а можно и не полюбить. Но нельзя оскорблять чистые и невинные чувства маленькой девочки. К ним нужно относиться серьёзно. Летний ветерок трепал его серебристые волосы, развевая их в беспорядке. Рин смотрела на силуэт на ограждении. Глубоко вздохнув, она медленно подошла к нему, выйдя из тени деревьев. На её лице было… — Рёто! Голос прозвучал очень громко, словно она вложила в него все свои силы. Очень решительно. Её лицо было пунцовым, то ли от смущения, то ли от чего-то ещё, но Рин всегда была такой прямолинейной. Если рядом не было никого, кто мог бы помешать, она смело говорила о своих чувствах. Она поклонилась на девяносто градусов… — Пожалуйста, встречайся со мной!!! «Как смело! Какая же ты молодец, Рин!» Куренай, прикрывая горящее лицо, медленно присела за деревом. Наступила долгая тишина. Рин не знала, что думает Рёто, и её сердце тревожно билось. Она подняла голову. И увидела, что Рёто, залитый ярким солнечным светом, повернулся и улыбается ей. «Почему он смеётся? Но… как же красиво он улыбается…» Честно говоря, Рёто был немного напуган. Он не понимал, чем он её так привлёк, что всё дошло до такого. Но… Рёто поднял бутылку и сказал: — Выпьешь? — А-а-а!!! «Почему?!?» Глаза Рин расширились от удивления. — Боишься? «Как бы не так!» Рин решительно подошла к нему, глядя на него упрямо и твёрдо. Рёто протянул ей бутылку. Рин выхватила её и залпом начала пить. «Рин! Ты пришла сюда не пить с ним!» Куренай, широко раскрыв глаза, внимательно следила за происходящим, мысленно крича. «Не позволяй ему водить себя за нос!» — Ха-ха-ха… — Рёто захлопал в ладоши. — Смело, смело! Она пила слишком быстро, да ещё и в первый раз, поэтому поперхнулась и начала кашлять. Саке показалось ей горьким и терпким, совсем невкусным. Из глаз невольно брызнули слёзы. Алкоголь ударил в голову. Утерев рот, она впилась взглядом в Рёто и спросила: — Так какой твой ответ?! — Ты даже пить не умеешь, совсем ещё ребёнок, — сказал Рёто, снова поворачиваясь к деревне внизу. — Я не ребёнок! — топнула ногой Рин, сердито глядя на него. — Я серьёзно! Рёто протянул ей сладости и с улыбкой сказал: — Ты ведь не обедала. Съешь что-нибудь, не голодай. Рин растерянно взяла сладости, открыла красивую коробочку, достала пирожное и засунула его в рот. Её щёки, всё ещё по-детски пухлые, надулись, как у хомяка, а глаза сощурились в улыбке. «Рёто такой добрый. Нет!» Рин подняла голову и, глядя на Рёто, спросила: — Так какой ответ?