Часть 61

Глава 61

Совет джонинов — это особый орган в деревне, который в определённой степени может ограничивать власть Хокаге. Его предшественником был Совет глав кланов, и величайшим достижением в его истории стал отказ от предложения Первого Хокаге Хаширамы назначить Учиху Мадару следующим Хокаге в ранние дни основания Конохи. В зале заседаний джонины деревни один за другим занимали места по периметру комнаты в качестве наблюдателей. Их роль заключалась в том, чтобы голосовать поднятием рук, в то время как пустые стулья за длинным столом в центре предназначались для тех, кто действительно имел право голоса в деревне. Во главе стола уже сидел Третий Хокаге, Сарутоби Хирузен. Он пришёл заранее, и его лицо было исполнено тяжёлой серьёзности. По левую руку от него сидели два советника — Митокадо Хомура и Утатане Кохару. Будучи правой и левой рукой Третьего, они были убеждёнными оппортунистами, всегда примыкавшими к сильной стороне. С другой же стороны находился ещё один советник и верный помощник Третьего — Данзо. Как близкий друг Третьего, он обычно выступал против него, создавая оппозицию. Эта четвёрка, казавшаяся единым целым, на самом деле представляла собой противостояние, где Третий Хокаге сражался против троих. Значительная часть реальной власти Хокаге была разделена между этими тремя советниками-соучениками. Решения принимались коллективно, но ответственность ложилась на плечи одного лишь Третьего. Разве он не хотел быть более жёстким? Просто по сравнению с другими «занозами» в деревне, его старые товарищи были ещё терпимы. Третий Хокаге посмотрел на советника от клана Нара. Будучи его истинным доверенным лицом, он стал результатом создания новой силы для уравновешивания влияния советников. Кланы Нара, Яманака и Акимичи, вместе с кланом Сарутоби, были союзниками из поколения в поколение, их связь имела глубокую и прочную основу. Третий затянулся своей трубкой, и в клубах дыма его взгляд стал ещё тяжелее. Грядущий совет джонинов обещал быть бурным. Спустя мгновение начали появляться главные действующие лица. Первым прибыл Белый Клык Конохи. Хатаке Сакумо вошёл с тёплой улыбкой на лице и сел за стол, а прибывшие с ним джонины молча заняли места позади него. Большинство из них принадлежали к малым кланам деревни, таким как клан Като. В отличие от крупных и влиятельных кланов, они отчаянно стремились укрепить своё положение в деревне. В самом начале основания Конохи, помимо многочисленных членов больших и малых кланов, большую часть населения составляли странствующие ниндзя-одиночки или группы, выживавшие в эпоху Воюющих Кланов в тени междоусобных войн кланов. В то время у них не было выбора: не присоединиться к Конохе означало быть уничтоженными ею. Они пустили корни в Конохе, накопили силы и теперь жаждали большего, например, стать признанным кланом и получить привилегии, такие как собственная земля. Третий посмотрел на некоторых пожилых джонинов за спиной Белого Клыка. Академия ниндзя Конохи была основана на восьмом году Конохи лично Вторым Хокаге, Тобирамой. Первый выпуск состоял из 38 человек, лучших из лучших — либо наследники кланов, либо гениальные простолюдины. Они были первым поколением ниндзя, зарегистрированных в Конохе, и Третий был одним из них. Митокадо Хомура и Утатане Кохару были яркими примерами простолюдинов, добившихся успеха. 261… Третий вспомнил свой регистрационный номер ниндзя. До него в Конохе было зарегистрировано всего 260 шиноби. Он взглянул на молодых людей за спиной Белого Клыка. Будучи ниндзя из простолюдинов, они являлись опорой деревни, и из-за восхищения и других причин они решили последовать за Белым Клыком Конохи. Жители деревни надеялись, что Четвёртым Хокаге станет выходец из народа, а не представитель клана или ученик одного из Хокаге. Как герой деревни и глава отряда джонинов, Белый Клык был знаменем этого движения. Состав его сторонников был самым разношёрстным, но он идеально отвечал их чаяниям. Следом прибыли представители клана Хьюга. В зал вошли братья-близнецы с бьякуганом, лет двадцати, а за ними — джонины их клана. Старший брат, сев за стол, скрестил руки на груди и закрыл глаза, погрузившись в медитацию. Клан Хьюга не вступал в союзы с другими кланами и редко занимал чью-либо сторону, оставаясь «невидимкой» в политике деревни, лишь изредка напоминая о своём существовании. Но настоящие «невидимки» уже давно были в зале. Третий посмотрел в конец стола, где сидели представители клана Абураме, с головы до ног закутанные в плащи и скрывающие лица за тёмными очками. Эти два клана составляли нейтральную фракцию деревни. Раньше к ним относился и клан Инузука. — Я ведь не опоздала? — раздался голос, и в зал вошла Цунаде в сопровождении большой группы людей. Сев за стол, она усадила по левую руку от себя Нацуно, а по правую — Инузуку Рин. Рядом с Нацуно сел измождённый мужчина средних лет — нынешний глава клана Курама, который внёс огромный вклад в благополучие деревни. Рядом с Рин села Кушина, которая ещё не была джонином и, по идее, не имела права даже присутствовать здесь. Хиаши открыл глаза, взглянул на Цунаде и снова закрыл их. Третий перевёл взгляд на них и с улыбкой спросил, глядя на Нацуно: — Нет, Цунаде, ты вовремя. А это кто? — Временно исполняющая обязанности главы клана Сенджу, назначенная предыдущей главой, госпожой Мито, супругой Первого Хокаге, — Сенджу Нацуно, — подняв веки, ответила Цунаде и, картинно откинувшись на спинку стула, закинула ногу на ногу. При этих словах по залу прокатился тихий гул, и все взгляды устремились на Нацуно. «Умеете же вы всё просчитывать, госпожа Мито», — подумал Третий. Он сузил глаза и посмотрел на Кушину. Джинчурики Кьюби он знал. — Кушина, ты ведь ещё не джонин, — с улыбкой заметил он. Назначить джонина мог только лично Хокаге. — А? — Кушина моргнула и посмотрела на Цунаде. — Временно исполняющая обязанности главы клана Узумаки, Узумаки Кушина, назначенная бывшей принцессой Узумаки, а ныне главой клана, госпожой Узумаки Мито, — усмехнулась Цунаде. Услышав это, Третий почувствовал, как у него дёрнулся уголок рта. Госпожа Мито была очень на него обижена. Хиаши снова открыл глаза и посмотрел на группу Цунаде. При виде этого у Третьего задергались брови. Плохо дело, Хьюга в любой момент могут примкнуть к ним. Среди сторонников Белого Клыка началось лёгкое волнение. Сам же Белый Клык с тёплой улыбкой посмотрел на сидевшую напротив Рин и ободряюще кивнул ей. Рин кивнула в ответ. Третий затянулся трубкой, и в этот момент Данзо своевременно вмешался: — Клан Узумаки? И сколько же человек в этом клане? — Сто тридцать шесть человек. Достаточно для клана, не так ли? — холодно взглянув на Данзо, ответила Цунаде. — Я, как джонин Конохи, глава медицинского департамента, ученица Третьего Хокаге, внучка Первого и Второго Хокаге, Принцесса Цунаде из Легендарной Троицы, предлагаю деревне разрешить клану Узумаки присоединиться к Конохе. Данзо не осмелился встретиться с ней взглядом. Хирузен ничего ему не сделает. А вот Цунаде — может. Каждый из её титулов имел свой вес, а прозвище «Принцесса Цунаде» было известно всему миру шиноби и означало, что она — герой деревни. Почти все ниндзя в деревне были обязаны ей жизнью. Третий шумно затянулся трубкой. «Какая же ты у меня хорошая ученица», — подумал он. Но в этом предложении не было изъянов, и причин для отказа не было. — Цунаде… — Третий постучал трубкой по столу. — Ещё не все собрались, не торопись. — Тороплюсь не я, старик, — усмехнулась Цунаде. В зале заседаний воцарилась тишина, нарушаемая лишь тихим шёпотом. Постепенно прибывали остальные джонины, которые, садясь на свои места, незаметно обменивались информацией. Некоторые из них занимали важные посты в ключевых департаментах деревни и обладали значительным влиянием и властью. Например, глава Анбу, хоть и присутствовал на собрании, носил маску, скрывающую его личность, хотя все и так прекрасно знали, кто он. Затем, в сопровождении своих последователей, появился Орочимару. Он небрежно занял свободное место в восьми шагах от Третьего и с интересом наблюдал за собравшимися. Вслед за ним прибыл Джирайя и встал за спиной Третьего. Легендарная Троица пользовалась огромным авторитетом в деревне, и как герои, они не испытывали недостатка в сторонниках. — Итак… — Третий выпрямился, потушил трубку и произнёс: — Все в сборе. Два джонина подошли и закрыли массивные двери зала заседаний. — В нынешнее мирное время у деревни всё ещё много дел, и я надеюсь, что вы все будете работать сообща… — начал Третий свою вступительную речь. Но в следующую секунду двери с оглушительным грохотом распахнулись. В зал вошла черноволосая женщина. Её единственный глаз, не обращая внимания на присутствующих, скользнул мимо Третьего, и она направилась прямо к столу для совещаний. За ней следовала большая группа джонинов из клана Учиха. Клан Учиха имел право самостоятельно назначать джонинов в Полицию Конохи — привилегия, данная им Вторым Хокаге. У Третьего дёрнулось веко, когда он увидел, как Учиха Наори подошла к дальнему концу стола и села прямо напротив него. Единственный глаз Наори встретился со взглядом Третьего. Его сердце пропустило удар, и он инстинктивно отвёл глаза, избегая прямого контакта. В комнате повисла мёртвая тишина. Присутствующие обменивались взглядами. Неужели эта женщина лично решила вмешаться? Спустя мгновение Наори произнесла: — Закройте двери! — Есть! — двое членов Полиции Учиха закрыли массивные двери. — Господин Третий… — Наори посмотрела на Хокаге и с тёплой, ласковой улыбкой сказала: — Проводить совет в деревне и не позвать нас, Учиха, — это как-то слишком отчуждённо. «Разве я не звал?» — вздохнул про себя Третий. Дело было не в том, что их не звали, а в том, что Учиха не приходили. А если и приходили, то лишь для того, чтобы навлечь на себя неприятности. Атмосфера в зале заседаний стала гнетущей.