Часть 64

Глава 64

— Ниндзюцу, тайдзюцу, гендзюцу — во всем этом ты достиг уровня чунина. Твоя база невероятно крепка. Среди учеников этого года ты, без сомнения, самый выдающийся. В учительской Сато Такеру смотрел на Какаши. «Самый выдающийся... да?» — Честно говоря, если не считать несколько меньшего запаса чакры, Академии больше нечему тебя научить. Сейчас тебе не хватает лишь более мощных техник. Иными словами, ресурсов — того, о чем мечтают бесчисленные простолюдины. Но у Какаши был хороший отец. — Или, скажем так, боевого опыта в качестве ниндзя, — учитель Такеру спросил: — Что ты думаешь, Какаши? Хочешь выпуститься досрочно? «Что я думаю...» — А... — Какаши, глядя на него своими безжизненными глазами, ровным голосом спросил: — А что насчет Рёто? Услышав это, учитель Такеру почувствовал головную боль. — У этого парня оценки на бумаге не дотягивают. К тому же, у него проблемы со здоровьем. Он не подходит для досрочного выпуска и начала карьеры ниндзя. Да и вообще неизвестно, сможет ли он стать ниндзя в будущем. — Учитель, вы же знаете, что он очень силен, — сказал Какаши. — Если мне предложат досрочный выпуск под знаменем гения, я не соглашусь. — Какаши, — произнес учитель Такеру, — ты действительно думаешь, что, оставаясь в Академии, сможешь превзойти гения? — Что вы имеете в виду? — спросил Какаши. — Постоянно гнаться за кем-то, изо всех сил, снова и снова... в конце концов, от этого устаешь, — учитель Такеру с улыбкой взъерошил волосы Какаши. — Не стоит все время смотреть на одного человека, Какаши. Ты должен прожить свою жизнь в собственном стиле. Честно говоря, Рёто никогда не считал тебя своим соперником... При этих словах безжизненные, словно сонные, глаза Какаши широко распахнулись. «Не считал меня соперником... да?» — Рёто уже наслаждается своей жизнью. Я считаю, что это самое главное. Посмотри на мир за пределами Академии, и ты найдешь свой собственный ответ. Учитель Такеру, продолжая трепать волосы Какаши, с улыбкой добавил: — Ничего страшного, если ты не понимаешь этого сейчас. Он протянул Какаши бланк заявления. — Отнеси его отцу, обсуди с ним, подумай. … После уроков Какаши отдал бланк Белому Клыку. С неизменно мягким выражением лица тот спросил: — А что ты сам думаешь, Какаши? — Отец, оставаясь в Академии, я не смогу его победить. Белый Клык надолго задумался, а потом сказал: — В таком случае, выпускайся. После Академии ниндзя будет гораздо труднее, но, думаю, ты не из пугливых. — Отец, став ниндзя, я смогу его победить? — спросил Какаши. — Найди свой собственный путь ниндзя, — улыбнулся Белый Клык, — и храни в сердце твердую веру. Этого будет достаточно, чтобы победить кого угодно. — А он нашел свой путь? — продолжал допытываться Какаши. Белый Клык кивнул: — Нашел. — И какой же он? — спросил Какаши. — Почему бы тебе самому не спросить его? — мягко улыбнулся Белый Клык. — Стать ниндзя — значит повзрослеть, Какаши. С этого момента свой путь ты должен выбирать сам. — Я понял. … Дни шли своим чередом. В деревне кипела предвыборная гонка за пост Хокаге. У каждого из кандидатов были свои методы завоевания народной поддержки. Цунаде и Джирайя, словно сговорившись, развернули масштабную пропагандистскую кампанию, вовсю расхваливая свои былые заслуги и обещая будущие реформы в деревне. Их противостояние было в самом разгаре. Рёто все это не волновало. Будь то Цунаде, Джирайя или Белый Клык — неважно, кто станет Хокаге. Главное, чтобы деревня получила нового лидера, который сможет пересмотреть все предыдущие решения Третьего и залатать многочисленные дыры в управлении. Любой из этой троицы был способен на это. Даже если бы на пост взошел Минато, это тоже было бы приемлемо. В один из выходных Рёто, прихватив с собой свой обычный «хвост» из друзей, отправился к дому клана Хатаке, чтобы порыбачить со своим названным старшим братом, поболтать и излить душу, если у того, конечно, найдется свободное время. Войдя во двор, Рёто увидел одиноко сидящего Какаши и спросил: — Где мой брат? — Ушел на миссию... — ответил Какаши, сидя под навесом. Рёто, стоя в гостиной, прищурился. «Это так в стиле брата — пахать как рабочая лошадка. Решил заработать боевые заслуги, чтобы победить за счет своего профессионализма как ниндзя». Однако это будет непросто. У троицы Саннинов — Цунаде, Орочимару и Джирайи — было на счету огромное количество выполненных миссий. Все они были безжалостными машинами по их выполнению, и даже после смерти Белого Клыка их рекорды оставались непревзойденными в истории деревни. И это были рекорды, установленные даже после того, как Орочимару стал предателем, а Цунаде покинула Коноху. За год Белый Клык не смог бы выполнить так много заданий. Если только... «Это не миссия особой важности для деревни?» — Понятно, — Рёто развернулся, чтобы уйти. — Стой! — Какаши поднялся на ноги. Рёто остановился и, обернувшись, посмотрел на него. — В чем дело? — Я собираюсь выпуститься из Академии ниндзя, — Какаши повернулся к Рёто. — Стать самостоятельным шиноби. Шестеренки судьбы пришли в движение. Какаши выпускается в шесть лет и становится величайшим гением в истории. Год спустя Белый Клык совершает самоубийство. «Неужели это из-за этой миссии?» Рёто не мог быть уверен, повлиял ли взмах крыльев этой маленькой бабочки, которой он был, на ход событий. Рёто снова двинулся к выходу. «Сделай что должно, и будь что будет». — Стой!!! — холодно крикнул Какаши. Рёто остановился и, подняв голову, посмотрел на Какаши своими золотыми глазами. — У меня нет времени с тобой играть. «Твой отец скоро умрет! Малявка!» — Играть? — ледяным тоном переспросил Какаши. — Сколько еще ты собираешься играть в эту скучную игру в отстающего? Ты настолько презираешь гениев?! — Малыш, что находится на вершине гениальности? Что ты получишь, достигнув ее? И для чего нужна эта сила? Я выбрал использовать ее для защиты своих сокровищ, а не для хвастовства и соперничества, — Рёто посмотрел на Какаши. — Есть много способов заслужить признание отца, но победа надо мной — точно не один из них. — Не говори так, будто ты все понимаешь! — воскликнул Какаши. — Ты просто ребенок!!! В этом и заключалась проблема. Возраст. Будь Рёто постарше, лет как Минато, Какаши, вероятно, прислушался бы к его словам. — Скучно, — Рёто развернулся и пошел прочь. В следующее мгновение сверкнул холодный блеск — кунай просвистел мимо лица Рёто и вонзился в дверной косяк прямо перед его глазами. В отражении на лезвии Рёто увидел полные гнева глаза Какаши. Ошибка Белого Клыка как отца заключалась в том, что он предоставлял сыну слишком много свободы. Хотя именно благодаря этому качеству Рёто было очень комфортно общаться с ним. Но когда у ребенка вскипает кровь, он легко теряет голову. Обычный ребенок подумал бы о реакции родителей и последствиях, что помогло бы сдержать импульс. Но если родители не воспитывают в строгости, некоторые дети способны на ужасные поступки. Например, трое детей забивают одноклассника до смерти, или девочка толкает мальчика в колодец. Но самое главное — семья Белого Клыка была семьей ниндзя, а не обычной семьей. В их повседневных разговорах через каждые два слова на третье звучало: «убить!». Белый Клык мог с улыбкой и легкостью сказать, что уложил кого-то одним ударом. Рёто обернулся и посмотрел на Какаши. В гостиной надолго воцарилось молчание. — Какаши... — Рёто! Рёто кивком головы указал во двор. Они вышли во двор и встали друг напротив друга. Рёто поднял руку, складывая печать противостояния. Это была традиция спаррингов ниндзя, означавшая, что поединок будет вестись не в полную силу. — Не трать время на эту ерунду. Дерись в полную силу, Рёто! — холодно произнес Какаши. «Покажи мне разницу между нами!» Рёто опустил руки. — Ты не будешь снимать одежду? — спросил Какаши. У Рёто была привычка снимать верхнюю одежду перед боем. Причиной тому была Инузука Рин. — В этом нет необходимости. Ты не сможешь повредить мою одежду, — сказал Рёто, опустив глаза. Какаши не сводил с него пристального взгляда. — Хватит меня недооценивать! Ублюдок! Какаши выхватил кунай. В следующее мгновение фигура Рёто без всякого предупреждения исчезла прямо перед глазами Какаши. Его зрачки резко сузились. «Как быстро!!!»