Часть 112

Глава 112

В одном из уголков леса, стоя на гигантском дереве и скрытая гендзюцу, Наори издалека наблюдала за мощным противостоянием Завершённого Сусаноо и мудреца Цунаде-Рин. Она слегка наклонила голову, и из глазницы выпал бледный глаз, который она тут же раздавила ногой. Это был один из глаз гендзюцу Кагами. Три Мангекё уже были выведены из строя. — Что ж, подолью-ка я масла в огонь... Наори приложила ладонь к дереву. Появилась формула Техники призыва, покрыв его письменами, и тут же возникло десять чёрных кошек-ниндзя. Поводив носами, они одновременно посмотрели на Наори. — Рассеяться! — махнула рукой Наори и отдала приказ через ментальную связь. Кошки-ниндзя разбежались в разные стороны. Прыгая и бегая, они одна за другой активировали формулы Техники призыва, призывая всё новых и новых чёрных кошек-ниндзя. Под прикрытием гендзюцу, созданного элитными кошками, они незаметно расходились, и их число стремительно росло. Во время предыдущей битвы множество кошек-ниндзя с территории клана уже покинуло её с помощью обратного призыва, чтобы избежать атаки. Но те, что призывались сейчас, были особенными. У всех них был один общий предок — потомки чёрного кота, которого ей подарил Разящий Клык. Скорость размножения зверей-ниндзя намного превосходит человеческую: четыре помёта в год, в среднем от одного до четырнадцати котят в каждом. Вначале тот кот оставлял потомство повсюду, и к тому времени, как Наори это заметила, их популяция уже достигла определённого размера. За последующие двадцать с лишним лет, под руководством Наори, все кошки-ниндзя клана Кагеяма прошли смену поколений, и их общее число составляло не менее десяти тысяч. С размножением из поколения в поколение некоторые потомки не могли полностью унаследовать способности прародителя. Даже её вторая половина, Май, не унаследовала всех её способностей. Слабость её телосложения во многом была обусловлена отсутствием важных способностей, она даже Шаринган унаследовала не полностью. Но среди кошек-ниндзя, благодаря целенаправленному скрещиванию, было немало тех, кто мог полностью унаследовать способности. И самой яркой особенностью этих чёрных кошек под командованием Наори было то, что они пробуждали Шаринган. У большинства был Шаринган с одним или двумя томоэ, у меньшинства — с тремя, но до сих пор не было ни одного случая пробуждения Мангекё. Наори не знала причины, возможно, потенциал кошек-ниндзя был ограничен этим уровнем. Но и этого было достаточно. Мадара всё время задавался вопросом, откуда у Наори такая сила глаз, и не Вечный ли у неё Мангекё Шаринган. Глаза Наори не были Вечным Мангекё. Источником её додзюцу, с одной стороны, было её собственное восстановление. Изучая свои способности, Наори поняла, что в её теле есть некая сила, непрерывно снабжающая её жизненной энергией, которая постоянно лечит повреждения глаз и восстанавливает их. С другой стороны, силу ей давала стая кошек-ниндзя, от которых она забирала додзюцу через передачу чакры на расстоянии, при этом кошки также обладали способностью восстанавливать силу своих глаз. Когда кошки-ниндзя разошлись по своим позициям, Наори, используя их зрение, посмотрела на Цунаде. На ветке дерева притаилась чёрная кошка, в глазах которой тихо вращались три томоэ. Теперь Наори была уверена в одном: кроме таланта к Шарингану и гендзюцу, большинство её способностей исходило от Рёто. На первый взгляд, на поле боя сражались она, Цунаде, Рин, Мито, Мудрец Кацую и другие против Мадары. Но на самом деле, это Рёто сражался с Мадарой. У Рёто была сила, способная объединять всех. «Сила каждого, значит...» В её сознании невольно возникло его лицо... … — Биджудама... — Мадара, глядя на готовую к атаке Цунаде-Рин, холодно усмехнулся. — Скучно. — Он поднял руки и сложил печать. — Искусство мудреца: Стихия дерева: Техника древесного дракона! Деревья задрожали, и тут же вокруг Цунаде-Рин стремительно выросли многочисленные древесные конструкции. Рёв древесных драконов эхом разнёсся по округе, когда они устремились к ней. Атаки Стихии дерева, помимо поглощения чакры, отличались чудовищной физической силой удара. Глядя на волну древесных драконов, поднимающуюся со всех сторон, Цунаде-Рин окружила себя девятью хвостами, которые удлинились, превратившись в кнуты-лезвия, и начали стремительно и хаотично хлестать вокруг. — Искусство мудреца: Сверхзвуковое лезвие! В одно мгновение, под оглушительный грохот, атакующие древесные драконы были разрезаны в воздухе на множество кусков, которые с грохотом посыпались вниз, поднимая облака пыли. Мадара прищурился... И сложил руки в печать. — Искусство мудреца: Стихия дерева: Техника древесного человека! Чакра стремительно передалась по деревьям под ногами. Невдалеке от Цунаде-Рин деревья начали быстро расти, и огромный древесный человек, казалось, с трудом поднимался на ноги. Его гигантское тело было высоким, как гора, сравнимым с Завершённым Сусаноо. Вокруг него обвивался огромный древесный дракон. С каждым шагом земля тряслась. После трёх шагов, сопровождаемых гулом, он подпрыгнул и, занеся гигантский кулак, обрушил его с воздуха на Цунаде-Рин. Огромный кулак, казалось, заслонил небо. «Этого ещё недостаточно...» В поместье Сенджу Мито одной рукой сложила печать, а другую положила на голову маленького слизня. Передавая чакру Кьюби, она активировала ниндзюцу. — Адамантовые запечатывающие цепи! Эта техника предназначалась не только для подавления хвостатых зверей; всё, что обладало чакрой, попадало в сферу её действия. Множество цепей из чакры вырвалось из тела Цунаде-Рин. На цепях двигались плотные письмена. Извиваясь, они молниеносно вонзились в деревья под ногами. Это было не столько Кеккей Генкай клана Узумаки, сколько техника запечатывания, которую можно было применить, лишь достигнув определённого уровня понимания фуиндзюцу. Цепи вырвались из-под деревьев и, выстрелив вперёд, стремительно опутали парящего в воздухе гигантского древесного человека, сковав его. В мгновение ока древесный гигант застыл. Когда цепи натянулись, он с грохотом рухнул на землю, не в силах пошевелиться. У Мадары дёрнулось веко... Из-за большого расхода чакры, он сейчас... Он направил чакру, пытаясь заставить древесного человека подняться, но тот лишь слабо дрожал. «Слишком поздно...» Мадара поднял голову и посмотрел в небо. Два стремительно падающих торнадо достигли его одновременно. Огромное давление ветра ударило первым, словно тяжёлый молот, оставив две круглые вмятины у него под ногами. Он уже собирался действовать, как почувствовал неладное... Его захватило и сковало поле ветра. Движения Сусаноо стали тяжелее, чем обычно. На теле Сусаноо бушевала чакра, вздымаясь кипящей рябью ветра. Поверхность его слегка дрожала, пока бесчисленные режущие порывы ветра хаотично хлестали по всему телу. В мгновение ока гигантские, как горы, божественные копья достигли его головы и вонзились сверху... «Смогу ли я это выдержать?» Столкнувшись с этим впервые, Мадара не был уверен. Тут же Сусаноо обеими руками с силой выхватило мечи. Лезвия из чакры, ускорившись от трения о ножны из чакры, одновременно ударили по бурам божественных копий в воздухе. Вырвавшаяся энергия мечей, лазурные клинки света, устремилась в небо, и под покровом тёмной ночи облака раскололись. Он выдержал! Но... Два божественных копья-бура продолжали бешено вращаться... Сейчас было не время экономить чакру. Лицо Мадары посуровело, он резко увеличил выходную мощность, и два меча, замершие на мгновение, одновременно с силой нанесли рубящий удар. В воздухе они плавно разрубили божественные копья по вертикали, разделив их на четыре части. Огромный шквал ветра взорвался во все стороны. — Искусство мудреца: Великое разделение божественного копья! В воздухе четыре массы Мамико резко разлетелись. В момент их разделения образовалось множество ветряных буров разного размера, которые, словно дождь, накрыли гигантское Сусаноо. Ловко маневрируя, они один за другим падали на Сусаноо. Под непрерывный пронзительный скрежет буры проникали в его тело. Внутри алмаза на голове Завершённого Сусаноо, глядя на бесчисленные буры, впивающиеся в него, Мадара сузил зрачки. Под непрерывным воздействием множества буров ноги Сусаноо сломались, связь чакры была прервана, и огромное тело невольно накренилось. «Вот он, момент...» Наори резко открыла глаза. Один из её Мангекё бешено завращался. Её зрение сфокусировалось, увеличивая изображение и чётко нацеливаясь на Сусаноо... — Аматэрасу! В лесу кошки-ниндзя разом поднялись. Условие было выполнено, Печать снята, и запечатанные семена додзюцу высвободились. Шаринганы в глазах кошек один за другим мгновенно превратились в Мангекё. Чёрное пламя, с центром в гигантском Сусаноо, в одно мгновение яростно вспыхнуло, заслоняя небо и превращая его в горящего гигантского чёрного огненного человека. Из-за быстрого высвобождения додзюцу некоторые кошки-ниндзя почти сразу не выдержали. Наори изначально не запечатывала в их глазах большое количество силы. Это была лишь искра, чтобы временно превратить их глаза в Мангекё. Кошки-ниндзя продолжали испускать Аматэрасу, высвобождая всю свою силу глаз. Секунда за секундой, одна за другой, кошки прекращали атаку, их глаза слепли, превращаясь в бледные сферы, после чего они исчезали с помощью обратного призыва. Под двойным ударом расчленения божественными копьями и сжигания Аматэрасу, гигантское Сусаноо начало быстро распадаться и рассеиваться. Даже максимальная концентрация чакры и додзюцу для восстановления не помогала. В следующую секунду, окутанный чёрным пламенем, Мадара вырвался из Сусаноо. Активировав Поглощающую печать, он поглотил Аматэрасу... В этот момент мелькнул золотой свет. Резким рывком Цунаде-Рин вскочила на голову древесного гиганта и, нацелившись на Мадару в воздухе, издала рёв. Кольцевая ударная волна воздуха вырвалась из её рта, а за ней последовал прямой оранжево-красный луч света. Прошедшая мимо ударная волна мгновенно разнесла вдребезги голову древесного гиганта под её ногами. Пушка хвостатого зверя. Глядя на летящий на него луч, Мадара сохранял спокойствие... Есть много способов остановить Пушку хвостатого зверя, но... В руке Мадары появился веер, призванный из ниоткуда. В воздухе он выставил его перед собой. Отражение Учиха. Оранжево-красный луч отразился и устремился в сторону горы. Тут же раздался грохот, сотрясший небо и землю, и огромный шар света расцвёл между небом и землёй. Тяжёлый гул распространился со скоростью звука, в мгновение ока достигнув деревни. … Во дворе поместья Сенджу Рёто смотрел на огромный шар света, поднимающийся в горах вдалеке. Грохот не умолкал, а дома и земля вокруг дрожали. Сидевшая рядом с ним Рин от удивления слегка приоткрыла рот. В лесу на территории деревни ниндзя в оцепенении долго смотрели на эту сцену. — Помните, это затяжная война на истощение, — раздался голос Мито в их сознании. — Действуйте уверенно и методично, шаг за шагом загоняйте его в безвыходное положение! Как бы то ни было, сколько бы глаз для воскрешения у него ни было, чакра не восстановится за короткое время. Чем более мощные техники он использует, тем больше расход. К тому же, он уже очень стар. Мито ощущала уровень чакры Мадары... — Есть! — одновременно ответили Цунаде и Рин по каналу ментальной связи Мамико. Наори тоже это слышала, но колебалась, стоит ли отвечать. Подумав, она решила промолчать. Уши Рёто дёрнулись. Он взглянул на Мито в доме и поднялся. Мито бросила на него взгляд и сказала: — Ты куда? Сядь. Услышав это, Рёто не двинулся с места. — Бабушка, я уже не ребёнок... — Он свистнул, и собаки-ниндзя тут же поднялись и подошли к нему. — Сядь. Ты ещё слишком зелен, не создавай проблем, — сказала Мито. — Если ты будешь там, эти две женщины потеряют голову. Она имела в виду Наори и Рин... В этом был смысл. Рёто посмотрел на Мито, помолчал мгновение и сел. Увидев это, Рин с тревогой на лице схватила его за руку.