Часть 131

Глава 131

— Ещё бы чуть-чуть, и мы бы победили, — с досадой произнёс Обито после окончания теста. Сердцем он признавал поражение, но на словах — ни за что. Его дважды уложили на лопатки прежде, чем он успевал среагировать. Реакция тела не поспевала, и третья попытка закончилась бы тем же. — И вообще... — Обито, стоявший в центре, посмотрел на Рёто рядом с собой и сказал: — А ты что, просто смотрел? Рёто, ты же вообще ничего не делал. — Мой главный вклад в том, что я не мешал, — серьёзно ответил Рёто, глядя на Обито. — Смотри, мы вчетвером, включая Минато-семпая, — одна команда. Какаши и Минато взглянули на Рёто. Обито невольно кивнул, соглашаясь с этим утверждением. — Видишь ли, в командной работе Минато-семпай отвечает за то, чтобы всех выносить, а мы трое — за то, чтобы кричать «бежать-бежать-бежать», — пояснил Рёто. — Вместе мы — «Команда бежать-бежать», это очень круто. Уголок глаза Какаши дёрнулся. — В этом есть смысл, — кивнул Минато. С его точки зрения, если товарищи по команде живы и их не нужно спасать, отвлекаясь от боя, это уже огромная помощь. — Что?! Да это же просто бесполезные нахлебники! — воскликнул Обито. — Что значит «нахлебники»? Так думать нельзя, — возразил Рёто. — Можно быть на подхвате, но нельзя быть слабаком. — В такой ситуации, как только что, нужно было сразу же спрятаться с помощью Стихии Земли, чтобы обеспечить свою безопасность. Ни в коем случае не высовываться. Пока ты на поле боя, ты уже создаёшь давление на противника, представляешь угрозу. Если столкнулся с тем, кого не одолеть, — не беда, выжить — это уже победа. Можно найти проблемы для кого-то другого. А бросаться на врага, которого не победить... обычно это называют храбростью, но с другой стороны — это просто бесплатная доставка своей головы врагу. — Верно, всегда нужно соизмерять свои силы, — согласился Минато и посмотрел на Какаши. Какаши промолчал. «Признаю, я был немного опрометчив. Но, с другой стороны, тебе не кажется, что ты слишком силён?» — Я не владею Стихией Земли! — с полной уверенностью заявил Обито. — А если бы я развернулся и убежал, разве я не стал бы трусом? — Для этого нужно ещё суметь убежать, — Рёто бросил взгляд на Обито. — Если бы Минато-семпай использовал кунай, чтобы перерезать тебе горло, ты бы уже испустил дух. Даже трусом стать бы не успел. А на войне, может, и заслужил бы посмертно звание героя. Обито хотел было ещё что-то сказать, но его лицо побагровело от сдерживаемых эмоций. — Так что умение быть на подхвате — это тоже своего рода талант. А такому, как ты, кто погибает в самом начале, стоит хорошенько подумать, как именно в этой команде отвечать за «бежать-бежать-бежать», — вздохнул Рёто. — Пока ты жив, для Минато-семпая это уже огромная помощь. Просто жди, пока он всех вынесет. Минато кашлянул. Хотя похвала Рёто ему и льстила, нужно было оставаться скромным. — Ваш уровень мне примерно ясен, — сказал он. — Рёто уже стал квалифицированным «бежать-бежать-бежать». Какаши, если будет действовать умнее, сохранять хладнокровие и не бросаться в бой бездумно, тоже сможет им стать. А ты, Обито... Подумав, Минато серьёзно произнёс: — Я буду усердно тебя учить. Дело было не в самом обучении. Обито знал немало техник, и его тайдзюцу было неплохим, он мог на равных сражаться с Какаши и не проигрывать какое-то время. По мнению Рёто, его основа была уже достаточно прочной, оставалось только пробудить Шаринган. — Минато-семпай, — привычно обратился Обито, — я хочу научиться той технике, что позволяет «вжух» и улететь, — Летящему богу грома. — Научить тебя не проблема, но сможешь ли ты освоить её... — сказал Минато, — это уже не моё дело. Думаю, тебе лучше сначала выучить «Сияющее эскимо, запущенное двойной спиралью Джирайи». От такого длинного названия все немного опешили. Минато был слегка простодушен, и это выглядело довольно забавно. Рёто сжал губы, сдерживая улыбку. Какаши, у которого снова дёргался глаз, посмотрел на Минато. «И такой человек будет нашим капитаном? На него можно положиться?» — Какое ещё «эскимо»? — растерянно переспросил Обито. — Это техника, которую я разработал и назвал, — с довольной улыбкой сказал Минато. — Я потратил три года на создание этого супер-ниндзюцу без печатей. Я создавал его для Кушины, поэтому она переименовала его в Расенган. Какаши и Обито посмотрели на Минато с таким видом, будто проглотили муху. «У него есть девушка, и он ещё этим хвастается!» Видя, что эти двое не понимают, о какой технике идёт речь, Минато поднял руку, и в его ладони появился синий шар из чакры. — А? — Обито поднял большой палец и приложил его ко лбу. — Эта техника не такая уж и сильная. У меня на лбу даже царапины не осталось. Научи меня чему-нибудь покруче! — Ах ты... — Минато огляделся по сторонам, затем исчез с помощью Летящего бога грома и появился у дерева. Забрав свой кунай, он ударил Расенганом по стволу и тут же вернулся на прежнее место, глядя на Обито. Обито уставился на небольшую, размером с шар, вмятину на передней стороне дерева. — Такая слабая мощь... — протянул он. — Моя Стихия Огня и то сильнее. — А теперь посмотри на обратную сторону, — сказал Минато. Услышав это, Какаши подбежал к дереву сзади и замер, снова не проронив ни слова. — Ты чего молчишь? Дай-ка я посмотрю... — удивлённо сказал Обито. Увидев на обратной стороне ствола огромную, зияющую дыру, словно распустившийся изнутри цветок, Обито разинул рот. — Вот видишь... — неторопливо подошёл Рёто и, глядя на повреждения от Расенгана, сказал: — Так что поблагодарите своего Минато-семпая за то, что он вас не убил. — Спасибо, Минато-семпай, — машинально ответил Обито. Минато широко улыбнулся, ему было приятно. Под маской Какаши с холодным лицом приоткрыл рот. Он был потрясён. Эта мощь, на первый взгляд, была куда внушительнее, чем у его Чидори. Но... — У меня есть своя собственная техника Стихии Молнии, Чидори... — холодно произнёс Какаши. — Изменение формы уже доведено до предела. Следующий шаг — слияние с изменением природы чакры. В его глазах промелькнул огонёк. Какаши вспомнил белую молнию, которую демонстрировал его отец. — Изменение природы, говоришь... — Минато подошёл ближе и улыбнулся. — Верно, продолжай развивать её в том же духе. Если чего-то не поймёшь, можешь спросить у меня. Затем Минато посмотрел на Рёто и сказал: — Ты ведь уже давно завершил двойное изменение формы и природы, так? Есть какие-нибудь секреты или опыт? — Если не получается — больше тренируйся, — Рёто развёл руками. — В совершенствовании нет коротких путей. — Вот как... — сказал Минато. — Каково изменение природы твоей Стихии Ветра? — Скорость ветра, — ответил Рёто. — Не только ведь, — Минато поднял руку и показал Рёто порез на рукаве, оставленный ветром. — Есть ещё и это. Самое обычное изменение природы Стихии Ветра — сделать её тоньше и острее, как лезвие. Какаши посмотрел на Рёто... «Значит, та техника сочетала в себе предельные изменения формы и природы, да ещё и обладала двойным свойством Стихии Ветра?» — Твоя Стихия Ветра вращается против часовой стрелки с высокой скоростью, концентрируя мощь на острие, что отлично подходит для пробивания защиты и продолжительных атак, а также обеспечивает защиту и манёвренность... — рассуждал Минато. — С точки зрения характеристик, техника почти идеальна. Мой Расенган — это хаотичный, турбулентный вихрь. При попадании чакра взрывается разом, как бомба, нанося мгновенный урон в одном направлении. У него высокая взрывная сила, а активация быстрая и скрытная. Хочешь научиться? — Этому? — Рёто поднял руку, и в его ладони появился такой же шар. — Поразительно, — вздохнул Минато. «Научился, просто взглянув один раз. Вот что значит настоящий гений». Минато с надеждой посмотрел на Обито и спросил: — А ты научился? — А? — Обито указал на себя. — Минато-семпай, вы же не думаете, что я гений? Даже гении тайно усердно трудятся там, где никто не видит. Какаши был гением, но Обито лучше всех знал, как много тот тренировался. — И то верно, — сказал Минато, а затем, улыбаясь, посмотрел на Рёто. — Будешь учить Летящего бога грома? Если это ты, то, возможно, у тебя действительно получится. Узумаки Мито точно смогла бы его освоить. У неё был Глаз Кагуры — высочайший уровень сенсорных способностей, позволяющий легко и быстро находить и распознавать метки Летящего бога грома вне поля зрения. — Не, не смогу, — отмахнулся Рёто. — У меня есть способ попроще. Техника обратного призыва, мобильная стая собак. Рёто посмотрел на Обито. «Этот парень...» — На что смотришь? — с недоумением спросил Обито. — Ни на что. «В нынешней ситуации за этим парнем нужно присматривать». Мадара уже положил глаз на Обито, на это указывала его фраза про «союзника справедливости». Если Мадара твёрдо решил заставить Обито пробудить Шаринган... Всё может стать очень сложным. Кроме как быть раздавленным камнем, существуют и другие способы, подходящие для Обито. Если не опускать руки, решений всегда больше, чем трудностей. Всё будет зависеть от исхода противостояния с Мадарой. Кроме того, как лучший друг Обито, Какаши тоже оказался в опасности. — Минато-семпай, — обратился Рёто к Минато, — вместо того чтобы учить его техникам, думаю, вам лучше присматривать за ним повнимательнее. Не дайте Обито так просто умереть. — Что?! Не смей меня недооценивать! Я точно не умру первым! — недовольно закричал Обито. Минато посмотрел на Обито, похлопал его по плечу и с лучезарной улыбкой сказал: — Не волнуйся, Обито. Ты из клана Учиха. Как только пробудишь Шаринган, всё наладится. Услышав это, Рёто скривился, словно от зубной боли. Обычные люди не интересовались способами пробуждения Шарингана у клана Учиха. Если никто не расскажет, то и не узнаешь, как это происходит на самом деле. Даже Минато этого не знал. Обито был сиротой, и его бабушка тоже не рассказала бы ему, как пробудить глаза. — Минато-семпай, если Какаши умрёт на глазах у Обито, тот пробудит Шаринган, — сказал Рёто. — Для этого нужен сильный эмоциональный всплеск. Смерть близких друзей или родных — самый подходящий способ. Если умрёт Какаши, он пробудит два томоэ. Если умрёте вы — три. Если погибнет вся деревня, Обито сможет пробудить Риннеган. Но к тому времени, как он его пробудит, с ним самим уже всё будет очень плохо. Какой ещё Риннеган? Какаши и Обито ничего не поняли. Но Минато видел Риннеган. Услышав это, он посмотрел на Обито и сказал: — В таком случае, Обито, давай лучше не будем пробуждать Шаринган. Обито был против. Он так надеялся, что, пробудив глаза, одним махом превзойдёт гения и совершит обгон на повороте. А если не пробуждать... — Нет! Я должен пробудить Шаринган! — закричал Обито, повернувшись к Рёто. — Что за чушь ты несёшь, я тебе не верю! — Ну ладно... — сказал Рёто. — Ты пробуждаешь глаза — я пирую на поминках. Пробудишь один томоэ — уже одни поминки. От одного томоэ до Мангекё — это четыре пира. Ты уже решил, кто умрёт у тебя на глазах? Боюсь, у тебя даже людей не хватит. Если Какаши умрёт, ты в лучшем случае пробудишь два томоэ. А кто следующий? У тебя что, так много друзей, готовых умереть? — Что за бред!!! — Обито был на грани срыва. Он подпрыгивал на месте и кричал: — Тогда умри ты! Прямо сейчас! Умри у меня на глазах! — Ну уж нет, я на такое не подпишусь, — ответил Рёто. — Моя мама ещё в детстве говорила мне не связываться с Учиха. В основном из-за того, как вы пробуждаете глаза. Стоит умереть другу — и вот он, Шаринган. Подумай сам, кто осмелится с тобой дружить? А некоторые специально будут этим пользоваться, чтобы заставить Учиха пробудить глаза. После этих слов взгляд Минато стал серьёзным, и он уставился на Обито. Какаши молча отошёл на пару шагов. Это звучало как какое-то проклятие злого бога. Он ещё не хотел умирать. — Эй, дохлая рыба!!! — Обито повернулся к Какаши. — Ты серьёзно отошёл?!! Какаши кивнул и холодно произнёс: — Мы больше не друзья. Прямо сейчас. Немедленно. — Он сделал паузу и под изумлённым взглядом Обито добавил: — Мы и так не были хорошими друзьями. Это ты сам ко мне привязался. Я тебя другом не признавал. Ты знаешь, какой ты надоедливый? Объяснения — лишь оправдания. Столько слов было ни к чему. Рёто вздохнул. — Ах ты! — Обито подпрыгивал от злости. — Один на один! Давай сразимся! Сегодня я тебе покажу!!! Минато-семпай, не останавливайте меня! Обито посмотрел на Минато. Тот нахмурился, о чём-то размышляя, и не собирался вмешиваться. Рёто взглянул на Минато. «Не зря он Намикадзе Минато, наконец-то заметил». Видя, что Минато его не останавливает, Обито засучил рукава и злобно посмотрел на Какаши. «Я с тобой покончу!» Он приготовился к атаке! Резко подпрыгнув, он бросился на Какаши. Бровь Какаши дёрнулась. — Совсем не учишься на ошибках, союзник справедливости. В этот момент очнувшийся от раздумий Минато, увидев, что в его команде начались внутренние разборки, с головной болью нахмурился. Одним движением он встал между Какаши и Обито. Какаши и Обито одновременно вздохнули с облегчением. Обычно они бы не стали снова драться, если бы только не выдержали. — Вы двое... — с серьёзным лицом Минато посмотрел на Обито и спросил: — Ты сказал, что ты... кто справедливости? — Я не говорил! Это не я! — выпалил Обито. — Союзник справедливости, — в один голос сказали Какаши и Рёто. — Союзник, значит, — те же слова Минато слышал из уст Мадары. Значит... — Кто тебе это сказал? — напряжённо спросил Минато. Воспоминания уже немного потускнели. Девочка, что внезапно появилась и так же внезапно исчезла, — он уже не помнил её лица, только смутное ощущение, что она была невероятно красивой. Видя серьёзное лицо Минато, Обито не осмелился соврать: — Это одна девочка из деревни. Я не знаю её имени. Она называла себя союзником справедливости и меня тоже называла союзником... Рёто отвернулся. «Союзник справедливости? Какое это имеет отношение ко мне, Рёто?» Об этом в деревне, скорее всего, знала только Мито. Кстати... Ещё собаки... Тамаго, Умка, Каге и Дзато синхронно с Рёто отвернули головы, не глядя на Обито. — И что вы делали? — настойчиво допытывался Минато. — Да ничего такого... — растерянно ответил Обито. — А что мы могли делать? Просто вместе тренировались, а потом играли в игру про борьбу с ниндзя в маске. — Говоря это, Обито бессознательно повторил движение: поднял ногу, вытянул руки и подпрыгнул, изображая ворона, садящегося в самолёт. — Вот так... Минато посмотрел на движения Обито. Этот дурацкий вид был настолько смешным, что он не удержался от вопроса: — Она ведь просто издевалась над тобой, да?! — А? — разинул рот Обито. — Я не знаю... Какаши не мог на это смотреть. — Идиот. «Неудивительно, что он постоянно тащил меня играть в какого-то ниндзя в маске». — Я думаю, ей просто надоело, и она тебя бросила, — с холодной насмешкой сказал Какаши. Этого Обито стерпеть не мог! — Ублюдок!!! — он внезапно со всей силы ударил кулаком по лицу Какаши. Внезапная атака! Удар пришёлся в цель. Какаши не ожидал, что тот нападёт всерьёз, и потерял бдительность, не успев увернуться. Придя в себя, он тут же начал контратаковать. — Прекратить!!! Стоять! — с головной болью закричал Минато, разнимая их. Под его натиском оба остановились, злобно сверля друг друга взглядами. Рёто отвернулся и отошёл подальше.