Часть 163

Глава 163

— Как это они так быстро вышли? Югито Нии со странным видом смотрела на вышедшую толпу ниндзя из Деревни Скрытого Облака. Больше всего в глаза бросались их предводитель с отрубленной рукой и Киллер Би, в теле которого зияло несколько дыр. Проиграли? Её зрачки слегка сузились. Югито быстро подошла, желая что-то сказать, но слова застряли в горле. А вот ниндзя и жители Конохи не стали сдерживаться. Увидев плачевное состояние шиноби из Облака, они разразились дружным, добродушным хохотом. Под раскаты смеха здоровяки из Облака опустили головы, их лица пылали. К счастью, на их смуглой коже румянец был не слишком заметен. Стыд, унижение, обида и досада переполняли их сердца. В такой ситуации бегство, хоть и постыдно, но весьма полезно. — Уходим! — после глухого гневного выкрика все ускорили шаг и поспешно удалились. Внутри заведения Рёто, засунув руки в карманы, с насмешкой наблюдал за их удаляющимися спинами. Эти ниндзя всё ещё играют в свои игры, словно персонажи из какого-нибудь сёнэна, где враги, даже после обмена угрозами, вежливо расходятся, чтобы потом в назначенное время встретиться вновь и свести счёты. Но Рёто — прожжённый жизнью хитрец. Если можно сожрать противника без остатка, он это сделает. Если нет — сдерет хотя бы шкуру. Он знал, что можно есть, а от чего стоит держаться подальше. В своих поступках он руководствовался принципом: «Невозможно угодить всем, главное — не иметь упреков к самому себе». Это как тогда с Третьим Хокаге: тот думал, что достаточно извиниться и встать на колени, чтобы замять дело. Но Рёто не упустил случая и нанёс удар, раскрыв ему глаза на реальность. Пусть эти ниндзя и выглядят свирепо, убивая без колебаний, на деле они — хорошо выдрессированные псы. А у псов редко бывают собственные мысли, они лишь следуют воле хозяина. Такой подход Рёто сбил их с толку, они просто не знали, как реагировать. — Братец Рёто, — с недоумением обратился к нему подошедший Шисуи, — почему ты помешал нам с ними подраться? Рёто посмотрел на Шисуи и взъерошил ему волосы. Мальчишка, конечно, умён, но ему ещё не хватает опыта. Услышав вопрос Шисуи, остальные тоже с любопытством посмотрели на Рёто. — Как бы сказать... — Есть вещи, которые могу делать я, но не можете вы. Я возьму вину на себя, а вы просто наблюдайте. Рёто улыбнулся и сказал: — Больше смотри, меньше спрашивай, больше делай. У меня свои причины. Если ты их поймёшь, то, может, сам станешь старшим братом. Услышав это, Шисуи замахал руками и поспешно ответил: — Нет-нет, я не хочу быть старшим, ты мой старший брат. — А ты сообразительный, — Рёто похлопал его по голове. Быть старшим братом — значит не только уметь брать вину на себя, но и быть в состоянии вынести это бремя. Ниндзя Облака пришли сюда намеренно, чтобы спровоцировать конфликт. По изначальному сценарию, после окончания Третьей мировой войны шиноби, Облако всё ещё жаждало битвы. Они прибыли в Коноху под предлогом мира, и на дне рождения Хинаты Хьюги попытались её похитить. Попытка провалилась, похититель был на месте убит её отцом, Хьюгой Хиаши. История, казалось бы, простая. Клан Хьюга действовал в рамках самообороны, а Коноха была победившей стороной. Но Облако, угрожая новой войной, потребовало выдать убийцу их ниндзя. Третий Хокаге согласился и приказал клану Хьюга выдать человека. В итоге, ради сохранения хрупкого мира, брат-близнец Хиаши, Хизаши, покончил с собой, взяв вину на себя. Это был классический пример того, как лидер, неспособный нести ответственность, перекладывает её на плечи подчинённых. Хотя нынешний Третий Хокаге уже не способен на такие гнусные поступки, суть осталась прежней. Ниндзя Облака явились, чтобы спровоцировать драку. А в драке кто-нибудь мог и погибнуть. Неважно, был бы это ниндзя Конохи или Облака. В отличие от экзамена, где все подписывают согласие на смертельный исход, здесь любое убийство стало бы поводом для раздувания конфликта. — Ребята, продолжаем веселиться, — сказал Рёто, бросая монету в игровой автомат. — Ждём следующего. Все засмеялись и вернулись к своим играм. Ещё в начальной школе Рёто усвоил одно правило: если ввязываешься в групповую драку с друзьями, и дело доходит до полиции, нужно твёрдо стоять на том, что всё сделал ты один. Это и значит — уметь держать удар. Если не сможешь, если сдашь хоть одного, в следующий раз никто за тобой не пойдёт, да ещё и поколотят как следует. Рёто усмехнулся. В его-то годы вести себя, как школьник на разборках. Видимо, пересмотрел в своё время боевиков. Впрочем, ничего нового под солнцем. Ошибка Облака была в их самоуверенности. Они думали, что джинчурики Восьмихвостого, Киллер Би, сможет всё разрулить. По их логике, как он мог не справиться? Но Рёто заприметил его, как только тот появился на улицах деревни. Бить змею нужно по голове. Кто угодно из ниндзя Облака мог умереть, они и сами были готовы к смерти, но только не джинчурики Восьмихвостого. Они не ожидали, что Рёто окажется настолько безжалостным, совершенно не похожим на тех ниндзя Конохи, с которыми им доводилось сталкиваться. С точки зрения Конохи, они полагали, что местные шиноби не посмеют пойти на серьёзную провокацию. Иначе зачем бы они притащили с собой всего несколько десятков человек? Это выглядело бы безумием. И в этом была доля правды: пока верхушка не отдаст приказ, подчинённые не станут действовать. Поэтому ниндзя Конохи не переходили черту и не задирали чужаков. Шиноби должны уметь терпеть, когда это необходимо. Но Рёто в той стычке был готов убивать. С невозмутимым видом, будто это было так же просто, как пообедать, он хладнокровно нанёс три удара и остался совершенно спокоен. Судя по его настрою, если бы он продолжил, Киллер Би, может, и не умер бы, но Восьмихвостый точно вышел бы из-под контроля. А это был сценарий, которого ниндзя Облака хотели избежать. Без чёткого приказа сверху они не могли допустить ярости Восьмихвостого. Так что им пришлось проглотить эту горькую пилюлю, стиснув зубы. В глазах Рёто всё это выглядело как детская потасовка, но на самом деле один неверный шаг мог привести к крайне сложной и опасной ситуации. Нынешняя Коноха была пороховой бочкой, и Рёто не был уверен, что они смогут пережить этот кризис. Что любопытно, Цунаде как раз и надеялась на буйство хвостатого зверя. Она хотела, чтобы Рин на глазах у всех усмирила его с помощью Стихии Дерева. Экзамен был не важен. Важно было продемонстрировать мощь Стихии Дерева, чтобы запустить механизм ядерного сдерживания. Поэтому... Рёто бросил взгляд в сторону женской купальни. Под действием Глаза Кагуры, скажем так, качество изображения оставляло желать лучшего — всё было размыто, и приходилось полагаться на ощущения и воображение. Наблюдая за чакрой девушек... «Нет, вы что там задумали?» — Рёто поджал губы. Он не осмеливался дать эту способность Рин. Если они когда-нибудь поженятся, это же верная смерть, от которой не сбежать. … Погрузившись в горячий источник, девушки весело щебетали о повседневных делах, пока разговор не зашёл о парнях. — Хватит обо мне, — покраснев от пара, сказала Рин, обращаясь к Куренай. — Как у тебя с Асумой? — Асума... — протянула Куренай. — В двенадцать лет уже такой пошлый и сальный, даже боюсь представить, что будет дальше, — на её лице было написано отвращение. — Правда? — вздохнула Рин. Куренай не только о Рёто говорила плохо, она так отзывалась обо всех парнях. — А по-моему, он вполне нормальный. Асума довольно зрелый, не ведёт себя по-детски. Анко, извиваясь в воде как змея, подплыла поближе и сказала: — Все парни одинаковые. Разве что Гай приятнее, он честный, простой и милый. Жаль только, что у него в голове один сплошной энтузиазм, юность и мышцы. Ему не суждено быть с женщиной. Интересно, найдёт ли он себе жену. Куренай искоса посмотрела на Анко и, надеясь сменить тему, спросила: — Ты так за него переживаешь, он тебе нравится? — Что за шутки! — Анко выпятила грудь. — Я его босс, кто же ещё будет за него волноваться? Не просить же Рёто найти ему жену, это придётся делать мне. Рин почувствовала головную боль. Разговор снова вернулся к Рёто. Эти девчонки то и дело упоминают его. Неужели они все в него влюблены? Миёко, лежавшая с полотенцем на лице, сняла его и с холодной усмешкой заметила: — Рёто найдёт жену? Как бы не так. Боюсь, он её сам же и уведёт. Вот это в духе Миёко. — Рёто не такой, — сказала Рин, глядя на Миёко. — Будь он таким, было бы проще, — Миёко посмотрела на Рин. — Тебе бы не пришлось сражаться с Май насмерть. Верно, Май? Может, вам обеим за него замуж выйти? Эта Миёко в последние годы ведёт себя как-то странно. Словно сумасшедшая. Рёто спрашивал Цунаде, но та ничего толком не объяснила. Май прищурилась, глядя на Теруми Мей напротив. Она уже давно собрала всю информацию: гениальная девушка из Деревни Скрытого Тумана, будущая глава клана Теруми, обладательница двух Кеккей Генкай — Стихии Лавы и Стихии Кипения. А также гений Стихии Молнии. Годы шпионажа, к сожалению, так и не привели её к следу Мадары. Май взяла бокал с плавающего на воде подноса и сделала глоток. Хоть это и будет похоже на издевательство над слабым, но как именно её унизить? Видя, что Май молчит, Миёко повернулась к Рин: — Ну, как тебе моё предложение? — Никак, — мило улыбнулась Рин. — Если он посмеет, я буду с ним биться насмерть. И я не шучу. — Да ладно тебе, Рин, смотри на вещи проще, — как бы невзначай сказала Миёко. — Он как кот, который не может не воровать сметану. За таким, как Рёто, не уследишь. Рин прищурилась, глядя на Миёко. «Что-то с тобой не так, подруга», — подумала она. Рядом с Миёко её призрачная копия злорадно ухмыльнулась: «Ого, что это ты такое говоришь? Уж не хочешь ли ты сама стать той кошечкой, что ворует сметану, а, Миёко?» Миёко повернулась и, чувствуя нервное истощение, снова накрыла лицо полотенцем. «Я не такая! Я этого не говорила! Ты всё врёшь!» Шизуне, с поросёнком на голове, сидела с безмятежным видом и закрытыми глазами, не обращая внимания на происходящее. Госпожа Цунаде не раз предупреждала её: относись к Рёто как к пустому месту. Не смотри на него, не обращай внимания, не поддавайся очарованию его лица, иначе быть беде. Рен, словно воздушный шарик, плавала в воде, а Шигуре с нежностью смотрела на неё, слушая девичьи переживания и презрительно кривя губы. — Ты только за спиной смелая такие вещи говорить, — презрительно бросила Анко. — А в лицо ему — тихая, как кошечка. — Я не кошечка! — засмеялась Рин. — Я милая и послушная собачка! — Фу! — воскликнула Анко. — Как отвратительно! — она обняла себя. — Ты ещё не понимаешь, Анко, — Рин с улыбкой посмотрела на неё. Анко была доброй, наивной и простой, к тому же Орочимару её баловал. — Со временем поймёшь. Когда любишь человека, готова сделать для него всё, что угодно. — Я никогда такого не пойму! — возразила Анко. — Это же просто влюблённая дурочка. Я тогда перестану быть собой, а это скучно. Господин Орочимару говорил, что вещи, которые не двигаются и не думают, совершенно неинтересны. Она и вправду ничего не понимает. Всё-таки на год младше. Рин вздохнула и, не вступая в спор, просто молча улыбалась, глядя на неё. — Что это за взгляд? — спросила Анко. — Ничего особенного. — Рин, ты что, меня за дуру держишь?! — закричала Анко. — Нет, тебе показалось, — Рин с улыбкой махнула рукой. — Анко, ты очень милая. Правда? Анко с сомнением посмотрела на Рин. — Хватит спорить, — вмешалась Куренай. — У каждого свой подход. Я, например, если полюблю кого-то, не стану делать для него абсолютно всё. — Она посмотрела на Рин. — Но и твой подход нельзя назвать неправильным. — Верно, — вставила Май. — Готовность сделать всё не означает, что сделаешь правильно. Можно и ошибиться, вызвав у человека лишь раздражение. — Говоря это, она не сводила глаз с Теруми Мей. Опять началось. Миёко сняла полотенце и посмотрела на Рин и Май. «Знай врага и знай себя, и ты не потерпишь поражения ни в одной из ста битв. Ещё многому предстоит научиться», — подумала она. — Правда? — сказала Рин. — Что ж, неприятные люди тоже не считают себя неприятными. — Ну что вы... — усмехнулась Май. — Разве кто-то из вас не любит деньги? — Я обожаю! — Анко резко вскинула руку. — Больше всего на свете! — Господин Орочимару тоже любит деньги! Он каждый день ломает голову, как бы выбить побольше из деревни. — Не думаю, что кто-то может меня не любить, — сказала Май. — Ведь я такая милая. Деньги... Действительно. Миёко кивнула. Жаль, у меня их немного. У семьи есть, но я пока не могу ими распоряжаться. — Деньги тут ни при чём, противная Май, — удивлённо сказала Анко. — Ну-ну, ешь за мой счёт, пьёшь за мой счёт, и ещё меня ненавидишь, — усмехнулась Май. — Анко, ты такая милая. В следующий раз я тебя не позову. — И не надо, — фыркнула Анко. — Думаешь, мне это так нравится? — Сто порций отборных данго высшего качества, — сказала Май. — С ежедневной доставкой на дом. Хочешь? Услышав это, Анко закатила глаза, подплыла к Май, обняла её за руку и заискивающе проговорила: — Я, кажется, слишком громко говорила. Прости, Май. «Вот же ты!.. Какая бесхребетная!» — Деньги не всемогущи, — сказала Рин. — Разве за них можно купить любовь? — А почему нет? — возразила Май. — Помашу я пачкой денег перед Рёто, и посмотрим, не прибежит ли он ко мне. — Ты — зло, Кагеяма! — стиснула зубы Рин. — Глупая Нохара, — усмехнулась Май. И снова они ссорятся. Напротив, Теруми Мей хмуро наблюдала за этой сценой. Стоявшая рядом Ринго Амеюри легонько ткнула её пальцем и прошептала: — Сестрица Мей, у них, кажется, внутренний конфликт. «Я и сама вижу. Похоже, они враждуют. Насколько же должен быть красив этот Рёто, чтобы из-за него так ссориться? Если так...» Теруми Мей посмотрела на Май, их взгляды столкнулись в воздухе. Май вскинула бровь и вызывающе улыбнулась. «Эта девчонка по имени Май, похоже, всеми нелюбима в их компании. Кажется, она — слабое звено». Теруми Мей сняла с головы полотенце, обернула его вокруг тела, встала и, глядя на Май ледяным взглядом, резко крикнула: — Эй! Ты на что уставилась? Я тебя уже давно терплю! Ага, попалась на крючок. — Смотрю на тебя, и что? — Май ответила с легкомысленным презрением. От этих слов у Теруми Мей на лбу вздулась вена. Какая наглость! Ниндзя Конохи слишком высокомерны! Если не проучить её, все будут думать, что шиноби из Деревни Кровавого Тумана — слабаки! На лице Теруми Мей появилась кровожадная ухмылка, и она холодно процедила: — Ты... очень хороша!!! «Ой, как страшно, как страшно». Май улыбнулась. Остальные девушки из их компании тут же недобро посмотрели на Теруми Мей. «Мы тут между собой разбираемся, а ты, чужачка, чего лезешь? Нарываешься?» — Ужас, — проговорила Май и, подплыв к Рин, обняла её за руку и жалобно сказала: — Рин, мне страшно, она на меня кричит. Рин посмотрела на Май, затем повернулась к Теруми Мей. Встав и поправив полотенце, она нахмурилась и спросила: — Ты чего хочешь? «Нет, сестрица, это ты чего хочешь?! Я же не к тебе обращалась!» Кажется, она разворошила осиное гнездо. Теруми Мей прищурилась. Хоть всё и пошло не по плану, но шиноби Кровавого Тумана никого не боятся. — Что, ты у них главная? — спросила Теруми Мей. Рин огляделась. Увидев, что все молчат, она холодно ответила: — Да, я.