Часть 212

Глава 212

На большом экране отобразился следующий бой: Като Шизуне против Митараши Анко. В тот же миг, как их имена появились, Анко и Шизуне переглянулись, а затем одновременно отпрыгнули назад, приземлившись на уже изрядно потрёпанной арене и встав в стойки на противоположных её концах. — Полегче там, — первой высказалась Анко. — Я тоже буду сдерживаться. Мы ведь товарищи по команде, какая разница, кто из нас пройдет дальше. Шизуне, которой тоже не хотелось проигрывать, лишь тихо и послушно кивнула. — Я поняла, Анко. Цунаде обладала всей полнотой информации о каждом из этих восемнадцати ниндзя Конохи, зная все их сильные и слабые стороны. Если судить по силе, то на данный момент лидерами первого эшелона были Рёто, Рин, а также Абураме Юи и Курама Миёко. Май была исключением и в расчёт не бралась. Сильнейшим, естественно, был Рёто. Во втором эшелоне первой шла Акимичи Рен, за ней вплотную следовали Шисуи, Какаши, Шизуне, Анко и Куренай. Что до Майто Гая, то он немного отставал, находясь в третьем эшелоне. А в третьем эшелоне сильнейшим на данный момент, вероятно, был Хьюга Киёши. В общем, для Цунаде этот бой не представлял особого интереса. В поединке Шизуне и Анко никто не мог одолеть друг друга — силы были примерно равны. Как только Намикадзе Минато объявил о начале боя, первой в атаку ринулась Шизуне. Она с разбегу нанесла удар кулаком в сторону Анко, но та, ничуть не уступая, шагнула вперёд и нацелила свой меч прямо в грудь Шизуне. С самого начала бой приобрёл взрывной характер, обе стороны выбрали жестокую тактику взаимного уничтожения. Взгляды Шизуне и Анко встретились. Сестрёнка, ты что себе позволяешь, бьёшь меня по лицу? А ты, сестрица, какого чёрта целишься мне в сердце? Зрители в изумлении ахнули. — Они что, жить не хотят?! — Что это за стиль боя?! Теруми Мей лишь дёрнула веком. Что за стиль? Стиль самоубийц, вот что. На глазах у всех, когда они сблизились, Шизуне с силой врезала кулаком по лицу Анко. Голова той откинулась в сторону, а шея неестественно и жутко растянулась, проявив невероятную эластичность. Рука Анко, в свою очередь, без малейшего колебания вонзила меч в грудь Шизуне, так что клинок вышел со спины. Модификация мягкого тела. Эта техника не только увеличивала гибкость и эластичность тела, позволяя совершать странные, противоречащие человеческой анатомии движения, но и давала превосходную защиту от ударов. Проще говоря, она позволяла в значительной степени поглощать и смягчать тупой ударный импульс от Техники чудовищной силы, делая тело гораздо более устойчивым к побоям. И всё же, удар Шизуне был невероятно мощным. Не обращая внимания на меч, вонзённый ей в грудь, Шизуне с яростным рёвом довела свой удар до конца. — Ха-а-а!!! Её голос был полон мощи, словно у разъярённого воина. Раздался оглушительный треск, и Анко взмыла в воздух, словно сбитая локомотивом. Бесконтрольно кувыркаясь в полете, она врезалась в барьер и отскочила назад. Тем временем, всё ещё истекая кровью, Шизуне стремительно бросилась в погоню и нанесла ещё один яростный удар по отлетевшей Анко, впечатав её в землю. Прогремел взрыв, земля раскололась, и всё заволокло пылью. — Она мертва? Обычный ниндзя после такого удара точно был бы мёртв. Но не успела пыль рассеяться, как из неё, словно вспышка белого света, выстрелил длинный меч. Он вонзился остриём в потолок барьера, высекая искры. А на нём, словно мясо на вертеле, висела пронзённая Шизуне. Пыль медленно оседала, открывая вид на воронку в земле. В ней, в неестественной позе, распласталась Анко. Казалось, все её кости были переломаны, она истекала кровью, а тело представляло собой сплошное месиво. Её практически превратили в фарш, но руки, ноги и тело всё ещё слабо подёргивались и извивались, будто в ней оставался последний вздох. Глядя на двух искалеченных противниц, зрачки зрителей сузились. — Анко... — лицо Шизуне исказилось от ярости и боли, вены на лбу вздулись. Адская боль испытывала её рассудок на прочность, нервы были натянуты до предела и готовы были вот-вот лопнуть. Её вспыльчивость имела свои причины. Когда-то она ведь тоже была нежной и милой девочкой. Когда человеку больно, он легко выходит из себя. Для ниндзя же, чем сильнее ранение, тем важнее сохранять хладнокровие, иначе это может стоить жизни. Но когда смертельной угрозы нет, можно дать волю гневу и свободно выплеснуть накопившуюся от боли ярость. — Больно же!!! — яростно взревела Шизуне. Она попыталась пошевелиться, но меч, пронзивший её от паха до шеи и плеча, задел несколько костей. Если бы она не увернулась в последний момент, клинок прошёл бы через голову. От её движений рана расширилась, и из-под неё хлынул поток крови, разлетаясь в воздухе. Шизуне упёрлась рукой в лезвие меча, торчащее из арены, и, стиснув зубы, с силой стащила себя с пронзившего её клинка. С душераздирающим скрежетом костей она вернула себе свободу движений. Ценой этого стала ужасающая рана на теле — со стороны казалось, будто её одним ударом меча разрубили пополам. Когда она спрыгнула с воздуха и приземлилась на ноги, по её телу начали расползаться багровые узоры. Техника силы сотни была активирована... На глазах у всех ужасная рана начала стремительно заживать. Третий Хокаге с тревогой затянулся трубкой. Драки этих двух девчонок всегда выглядели кроваво. Кто не знал, мог бы подумать, что они разбрызгивают томатный соус. От вида этого кровавого месива у него самого волосы на голове вставали дыбом, и по коже бежали мурашки. Он лишь надеялся, что это не слишком напугает остальных. Третий Хокаге поднял взгляд на зрителей. В этот момент по трибунам прокатилась волна вздохов, полных ужаса. Потому что Анко тоже пришла в себя. На земле её изувеченный труп вдруг открыл рот, из которого показались две маленькие мокрые ручки. А затем из него, совершенно невредимая, вылезла сама Анко. Она отшвырнула ногой сброшенную кожу, наклонилась, схватила рукоять меча, торчащего из земли, и, поднимая его, вернула клинку его обычный размер. — Да вы шутите!!! — Этих двоих вообще убить можно?!! Толпа взорвалась криками. Четыре Каге, для которых это было не впервой, не выказали ни удивления, ни шока. Лишь в глубине их глаз читалась полная растерянность. — Могла бы и полегче, — Анко склонила голову, глядя на Шизуне напротив. Она с каким-то извращённым удовольствием высунула язык, и на её лице заиграла возбуждённая и жестокая улыбка. — Ты ведь совсем не сдерживалась, — пожаловалась она. — Ты первая начала! — стиснула зубы Шизуне. — Да брось, это ты первая на меня бросилась! — крикнула Анко. Они посмотрели друг на друга и снова яростно ринулись в атаку. Одна неслась вперёд, и с каждым её шагом земля трескалась, словно бежал гигантский зверь, сотрясая арену. Другая же стремительно скользила по земле, подобно огромной змее. Молча они снова обменялись ударами, и каждый пришёлся точно в цель. Раздался глухой звук, и кровь хлынула фонтаном. На этот раз в полёт снова отправилась Анко — в силе она уступала. Но от одного вида этой сцены становилось больно. Рёто скривился. На арене продолжалась яростная схватка. Ты мне — я тебе. Под градом непрерывных ударов кровь лилась рекой. Под ошеломлёнными взглядами зрителей арена вскоре была усеяна кусками плоти Шизуне и обрывками сброшенной кожи Анко. Яростные крики Шизуне и возбуждённый, безумный смех Анко слились в единую какофонию. Ты даёшь мне пощёчину — я даю тебе пощёчину. Ты таскаешь меня за волосы — я таскаю тебя за волосы. Принцип был один: око за око, зуб за зуб. Картина была, мягко говоря... Ужасающей. Обито ткнул Гая в бок и тихо спросил: — Они всегда так дерутся? Гай, привыкший к подобным зрелищам, кивнул: — Да, обычно так и бывает. — И как ты только выживаешь? — в глазах Обито читался страх. — А я просто стараюсь их не злить, и всё в порядке, — ответил Гай. Обито счёл Шизуне и Анко ужасающими, и остальные разделяли его мнение. На арене стояла тишина, нарушаемая лишь безумным смехом Анко и яростными воплями Шизуне. Они резвились, не обращая ни на кого внимания, и некоторые зрители не выдержали. — Блех!!! С этим звуком несколько не выдержавших зрелища ниндзя на трибунах согнулись пополам и их стошнило. Этот, похоже, не привык к виду крови. Но где один, там и второй. Рёто поднял глаза и увидел, как Конан согнулась в рвотном позыве. Да что там она, её товарищи, Яхико и Нагато, тоже хмурились, их глаза, прикованные к кровавой бойне на арене, дрожали от ужаса. Что ж... Рёто пожал плечами. Маленькая демонстрация мощи Конохи. Бой, с одной стороны, не был особо напряжённым. Шизуне и Анко общались лишь на языке тайдзюцу. Кроме своих техник бессмертия, они практически не использовали никаких выдающихся ниндзюцу, и разрушения на арене были ограниченными. Неужели они не хотели их использовать? Просто Шизуне и Анко прекрасно понимали, что эти техники бесполезны. Противостоять особой способности можно только другой особой способностью. Либо использовать точно такую же или похожую технику для противодействия, либо найти её слабость и сокрушить. Бумажное ниндзюцу Конан было именно таким: его единственная слабость — масло. Пропитавшись им, она уже не могла поддерживать состояние неуязвимости к физическим атакам. Слабость Техники силы сотни Цунаде — только мозг. А слабость техники подмены Орочимару знали лишь он сам и его ученица Анко. Этот бой по-прежнему был войной на истощение чакры — кто первый устанет. Анко и Шизуне яростно сражались, но никто не мог взять верх. Прошёл час, и обе, так и не признав поражения, рухнули на землю, слишком уставшие, чтобы двигаться дальше. Минато вышел на арену, чтобы объявить результат. Ничья, обе выбывают. Услышав это, Шизуне и Анко с недоверием вскочили на ноги и уставились на Минато широко раскрытыми глазами. Очевидно, у них ещё оставалось достаточно сил, чтобы продолжать. — Нет! На каком основании?! Это же ничья! Разве мы не должны обе пройти дальше?! — подскочила Анко, с недоумением глядя на него. Минато указал рукой наверх, на Цунаде. Цунаде, скрестив руки на груди, спокойно смотрела на Шизуне и Анко. Обе девушки синхронно втянули головы в плечи. Им хотелось крикнуть о подставе, но губы лишь шевелились, не в силах издать ни звука. Разочарованные, они развернулись и пошли прочь. — Вот же чёрт, знала бы, лучше бы подрались всерьёз, — пожаловалась Шизуне, шагая рядом с Анко. — И что за дурацкую идею ты подкинула? — Ты ведь тоже согласилась, — пробормотала Анко. — Это тебя надо винить, ты слишком переигрывала, и Четвёртая Хокаге раскусила наш договорной матч. — Что ещё за... — тихо проговорила Шизуне. — Я отлично играла. Это ты виновата, твой смех был слишком безумным. — Я всегда так смеюсь, — ответила Анко. — Это твоя актёрская игра никуда не годится, вот Четвёртая Хокаге всё и поняла. Из-за тебя я не смогу подраться с Рёто. У Анко было задание от Орочимару. Проверить силу Рёто. Теперь всё пропало. Лица Шизуне и Анко были полны уныния. Идя рядом, они поочерёдно поднимали пятки и пинали друг друга под зад. При виде этой сцены у всех зрителей дёрнулись веки. Только что они выглядели так, будто готовы убить друг друга, а в следующий миг уже снова лучшие подружки. Отборочный турнир продолжался. Большой экран снова завращался. Следующие участники... Нара Шигуре против Яманаки Сенку. Сенку с видом человека, у которого умерли все родственники, посмотрел на Шигуре. Та лишь приподняла подбородок, как бы говоря ему следовать за ней. Они спустились на арену. Не дожидаясь команды Минато, Сенку поспешно поднял руку и громко крикнул: — Я сдаюсь! Такое случилось впервые. Зрители перевели взгляды на Шигуре. Ниндзя Конохи были очень сильны, и если один из них добровольно сдаётся, значит, эта девушка, должно быть, особенно сильна. Минато посмотрел на Сенку и спросил: — Ты уверен? — Уверен! Конечно, уверен! — затараторил Сенку. Он не хотел без всякой причины получить хорошую взбучку. Шигуре оставалась спокойной, не выказывая никаких возражений. Минато быстро объявил Шигуре победительницей, и список следующих участников начал прокручиваться. Шигуре развернулась и ушла, а Сенку послушно последовал за ней. Когда они вернулись на трибуны, определилась следующая пара. Юхи Куренай против Сарутоби Асумы. Они спустились на арену. Асума с совершенно растерянным видом посмотрел на Куренай и глубоко затянулся сигаретой. Минато уже собирался поднять руку, чтобы объявить о начале, как вдруг... Куренай и Асума одновременно подняли руки и в один голос крикнули: — Я сдаюсь! Минато посмотрел на них. Так кто из вас сдаётся? Куренай, вытаращив глаза, уставилась на Асуму и крикнула: — Не смей сдаваться! Асума! — Ты кем себя возомнила! — холодно фыркнул Асума. — А я вот возьму и сдамся! Тебя это не касается! Он махнул рукой и с независимым видом развернулся, чтобы уйти. — Бесхребетный... — Третий Хокаге, глядя, как его младший сын пытается угодить Куренай, глубоко затянулся трубкой с видом, полным печали. Куренай сердито топнула ногой, глядя на уходящего Асуму, но не смела пошевелиться. Если их обоих дисквалифицируют, будет очень обидно. — Стой! Вернись!!! Асума! Асума делал вид, что не слышит. — Как мило, Асума такой заботливый мужчина, — Май с улыбкой посмотрела на Рёто и спросила: — Если бы ты дрался со мной, ты бы уступил? — О чём ты думаешь, — сказал Рёто. — И не мечтай. Показывай всё, на что способна. Я так просто не сдамся. Май надула губки, а Рин, прикрыв рот рукой, хихикнула. Миёко бросила на Рин косой взгляд, мол, чего смеёшься, тебя это тоже касается. Два боя подряд закончились сдачей, и темп соревнований ускорился. Участников оставалось всё меньше. Если посчитать, то, не считая внутренних боёв Конохи, оставалось всего четыре поединка с ниндзя из других деревень. Это были Пакура из Деревни Скрытого Песка, Киллер Би из Деревни Скрытого Облака, а также Яхико и Нагато из Деревни Скрытого Дождя. При этом кто-то из них мог получить автоматический проход в следующий раунд. Шансов на победу оставалось немного. Кто же сможет одолеть Коноху хотя бы раз? Кто бы это ни был, он прославится на весь мир шиноби. Минато объявил Куренай победительницей, и тут же определилась следующая пара. Хьюга Киёши против Майто Гая. Такой расклад... Некоторые сообразительные ниндзя прищурились. Гай нетерпеливо подпрыгнул, исполнив в воздухе серию ловких сальто, и красиво приземлился на арене. Но Киёши не двигался с места. Гай с недоумением посмотрел на него. — Ты тоже сдаёшься? — спросил Минато. Киёши кивнул и ответил: — В прямом столкновении я не соперник Гаю. Гай опешил: — Откуда ты знаешь, что не соперник, если даже не попробовал? — Я уже видел тебя в деле, — сказал Киёши, стоя на трибуне и опираясь на перила. — Твои Восемь Врат очень сильны. Гай смущённо почесал затылок, не зная, что ответить. Хотя ему очень хотелось сразиться с Киёши, он не мог его заставлять. Минато с пониманием кивнул и быстро объявил Гая победителем. Таким образом... Из ниндзя Конохи, ещё не участвовавших в боях, осталось всего трое. Шисуи, Ямато и Миёко. — Чёрт, братан, наконец-то моя очередь! — взволнованно сказал Шисуи. Что ж, оставшиеся противники — не из лёгких. Рёто посмотрел на Яхико и Нагато напротив. Нагато ещё не осознавал, что происходит, а вот лицо Яхико было полно серьёзности. Коноха даже не пыталась притворяться, полностью контролируя ход соревнований. Противники, которых им оставили, могли оказаться очень непростыми. Экран завращался, и имена застыли. Узумаки Нагато против Курамы Миёко. — А? — вскрикнув от удивления, Миёко прикрыла рот рукой. Другая Миёко, парящая рядом с ней, мгновенно сменила скучающее выражение лица на возбуждённое и с интересом оглядела своего противника вдалеке. Четыре Каге без особого интереса наблюдали за этой сценой. В этот момент они ещё не осознавали, что это будет за бой. Такой расклад, значит... Рёто задумчиво посмотрел на Цунаде. Похоже, она планировала, чтобы Миёко быстро и незаметно взяла Нагато под контроль, дабы избежать утечки информации о Риннегане. — Участники, на арену, — сказал Минато. — Не недооценивай её, выложись на полную, Нагато, — Яхико с серьёзным видом похлопал Нагато по плечу. Тот решительно кивнул: — Так и сделаю, — и вскочил на перила. — Удачи, Миёко, — мило улыбнулась Рин, не сводя глаз с Риннегана, скрытого под чёлкой Нагато. — Не будь легкомысленной и не недооценивай врага, — с улыбкой напутствовала Май. — Вперёд!!! Миёко! Покажи этому красноволосому парню, на что ты способна! — кричала Кушина. Нагато невольно повернул голову и посмотрел на свою красноволосую соклановицу. Кушина была старше Нагато, Яхико и Конан примерно на пять лет. — Чего уставился, пацан! — Кушина упёрла руки в бока и сердито посмотрела на Нагато. Нагато немного струсил, отвернулся и спрыгнул на арену. Его появление было совершенно непримечательным, и зрители не возлагали на него особых надежд. — Красноволосый? Из клана Узумаки? — Этот парень выглядит как мелкая сошка. — Коноха не так уж и сильна, просто... В этот момент зрачки зрителей сузились. Они увидели, как на арене, прямо напротив Нагато, незаметно появилась и грациозно застыла Миёко. Когда?! Лицо Нагато было серьёзным, но его взгляд был направлен не на саму Миёко, а на ту, что парила рядом с ней. Злая Миёко уставилась на глаза Нагато и игриво помахала ему рукой. Зрачки Нагато проследили за её движением, и он невольно усмехнулся: — Миёко, он меня видит. Услышав это, зрачки Миёко слегка сузились. Она, сохраняя невозмутимость, изящно поклонилась, словно благородная дама из классических времён, и с улыбкой произнесла: — Прошу любить и жаловать, юноша. Минато поднял руку и низким голосом произнёс: — Поединок... — Начали! Поднялся барьер, и Минато мгновенно исчез. В тот же миг Нагато вошёл в боевой режим и замер на месте, готовый к обороне. Видя, что Нагато по-джентльменски не стал атаковать первым, Миёко удивлённо приподняла бровь. Меня недооценивают. Рёто улыбнулся. Этот парень не зря ел за его счёт, в такой момент проявил уважение. Миёко подняла руку, сложив пальцы в виде когтя, и сделала хватательное движение в пустоту, а затем резко дёрнула вниз, словно срывая фальшивый холст. В следующее мгновение реальное пространство вокруг резко изменилось. Оно начало стремительно расширяться во все стороны, и в мгновение ока всё пространство внутри башни увеличилось до невероятных размеров. Все без исключения оказались внутри техники. Со всех сторон послышались возгласы изумления и шума. Зрители смотрели на внезапно разросшуюся арену. Пространство было изменено. Расстояние между двумя противниками, не превышавшее пятидесяти метров, растянулось до пятисот, а то и больше. Пространство внутри башни стало гигантским, и люди в нём казались крошечными муравьями. Нагато смотрел на Миёко, которая превратилась в крошечную чёрную точку на горизонте. Осознав это огромное, убийственное расстояние, он растерянно поднял голову, ища помощи у Яхико. Но Яхико был ещё дальше. Откуда-то издалека доносились какие-то звуки, но они были настолько тихими, что разобрать что-либо было невозможно. — Пространственно-временное ниндзюцу? — Четыре Каге с ужасом смотрели на удаляющиеся тёмные точки людей на арене. Цунаде не собиралась им отвечать. Миёко подняла глаза и элегантно посмотрела на Нагато, который в реальном пространстве находился совсем недалеко от неё. Контроль пяти чувств. Демоническая иллюзия: Истинное рождение: Бесконечный замок. Исход был предрешён.