Часть 230

Глава 230

Человеческая марионетка — это техника с невероятным потенциалом, однако, даже Сасори со своими способностями не смог полностью избавиться от плотского ядра, сохранив часть тканей и крови. Чтобы стать совершенной человеческой марионеткой, лишённой всякой плоти, предстояло решить ещё множество проблем. Согласно изначальному ходу событий, к этому времени Сасори уже должен был завершить теоретические исследования в области человеческих марионеток, разработать план их создания и даже наметить кандидата для марионетизации, успешно убив Третьего Казекаге, что и послужило бы толчком к началу Третьей мировой войны шиноби, после чего он бы дезертировал и исчез. Теперь же этот процесс был прерван. Возможно, из-за необходимости отправиться в Коноху на экзамен, у Сасори попросту не было времени нападать на Казекаге. Ведь в случае смерти лидера, Деревня Скрытого Песка определённо лишилась бы шанса участвовать в объединённом экзамене на чунина. Первым делом Песку пришлось бы расследовать причину смерти своего Каге, а как только новость просочилась бы наружу, Деревня Скрытого Облака, улучив момент, несомненно, воспользовалась бы возможностью и, пройдя через земли Деревни Скрытого Камня, нанесла бы молниеносный удар по Песку. Эффект бабочки проявился во всей своей мощи. Инузука Рёто чувствовал, что, хотя он и не совершал ничего особенного, вся имеющаяся у него информация о будущем уже исказилась до неузнаваемости. На этот раз у него не было ни малейшего понятия, как Учиха Мадара будет использовать Учиху Обито без участия главной героини, Нохары Рин. Возвращаясь к человеческим марионеткам, марионетизация — это особый способ жизненного вознесения, изменяющий саму основу формы жизни. Два вида человеческих марионеток, упомянутые Чиё, соответствуют двум разным путям развития. Первый — это путь, по которому шёл Сасори: кибернетическое вознесение, усиление плоти с помощью протезов и электронных имплантатов. Наиболее совершенным примером этого на данный момент являлся Путь Асуры Нагато. Второй путь, избранный Чиё, — это синтетическое вознесение. Его начало неизбежно сопровождается кризисом восстания машин. В сравнении, Рёто считал путь Сасори более надёжным и безопасным. Даже если некоторые модифицированные марионетки сходили с ума, большинство из них, подобно Сасори в его поздние годы, просто уставали от жизни и проявляли сильную склонность к саморазрушению. Что касается пути, избранного самим Рёто, то это было Чакра-вознесение. Впереди его ждало множество технологических проектов, которые предстояло разблокировать. Хотя сейчас он находился на уровне планетарной стратегии в реальном времени, в его руках уже было немало «чёрных технологий», опережающих современную эпоху. Во-первых, это армия чакры, соответствующая отрядам ниндзя, овладевших чакрой. Во-вторых, телепатия. Не стоит недооценивать эту, казалось бы, заурядную и распространённую в мире сверхспособностей способность. На самом деле это ужасающая технология. Серия техник, которыми владел клан Яманака, в конечном итоге приводила к созданию Псионической печати — супероружия из супероружий, по сравнению с которым изменение памяти было детской забавой. Эта технология могла в одно мгновение изменить духовный облик цивилизации и построить идеальную утопию. Далее предстояло овладеть Великим пробуждением: все виды, обладающие потенциалом к чакре, полностью раскроют свой потенциал и получат возможность ассимилировать чакру других видов, высвобождая их скрытые способности. Этой ужасающей способностью Рёто, по сути, уже овладел — это были Семя Чакры, которыми он делился. Затем — Прорыв в Пустоту. Рёто уже обнаружил несколько таких мнимых пространств, отличных от реального. Первое — его собственное ментальное пространство, в которое и из которого могла входить только душа. Второе — созданное Курамой Миёко пространство гендзюцу, способное накладываться на реальность. Чистый Мир, созданный Мудрецом Шести Путей, вероятно, был чем-то подобным — пространственным измерением, полностью сотворённым из силы чакры. Преимущество этой способности заключалось в расширении фактически контролируемой территории и создании мнимой империи. Стоит отметить, что Прорыв в Пустоту при псионическом вознесении — дело крайне рискованное. Потратив огромные ресурсы на вход, приходится сталкиваться с могущественными, почти всемогущими обитателями Пустоты, которых можно назвать демонами или злыми богами. Заключив с ними контракт, можно добиться стремительного экономического и технологического развития, но по истечении срока договора сущности из Пустоты вторгаются в реальность, чтобы взыскать долг, и разрушения порой значительно превосходят полученную выгоду. Единственным обитателем Пустоты, с которым предстояло столкнуться Рёто, был, вероятно, Мудрец Шести Путей, а возможно, и клан Ооцуцуки. Таким образом, создание Пустоты на самом деле было путём Вознесения через кризис. Всё великое требует жертв. Другие существа в галактике могут этого не понимать, но они будут вынуждены подчиниться. ---- Описание становления «Бедствием». Вознесение через кризис имеет два пути. Первый — Небесная кара звёздного моря, путь клана Ооцуцуки, заключающийся в разграблении и уничтожении всей галактики ради вознесения цивилизации в высшее измерение. Второй — Сотворение вселенной, путь, избранный Рёто, который заключается в стремлении к пределу ниндзюцу и самостоятельном создании новой вселенной. На данный момент у Рёто не было лишних семян для Яманаки Сенку, чтобы тот занялся разработкой Псионической печати. Эта способность не была первоочередной. Её преимущество заключалось во внутриполитическом управлении, например, в удобной обработке идеологии покорённых народов, но пока что в качестве альтернативы можно было использовать гендзюцу, хоть это и было не так удобно. Если пересчитать имеющиеся в его распоряжении силы, их можно было классифицировать следующим образом. Проекция силы стаи. Флот — это инструмент для исполнения нашей воли и власти. Соотношение сил флотов будет определять взлёт и падение империи. Эта сила всё ещё находилась в стадии формирования, и помимо традиционных отрядов ниндзя, её ядром являлся Отряд нинкенов Кровавого Героя Конохи. Один есть всё, и всё есть одно. Разум стаи. Разум улья — это система с центральным сознанием, где дочерние особи обладают полунезависимым сознанием. Вне улья они обретают сознание, но под его властью независимого сознания не имеют. Чем более едино общее сознание, тем выше эффективность группы; чем сильнее индивидуальное сознание, тем выше индивидуальная креативность. Это система, основанная на общем восприятии Мамико, и она описывает отношения между Рёто и его собаками-ниндзя. Разница в том, что послушание нинкенов основано на ментальной преданности вожаку стаи, а не на принудительном контроле сознания. Они обладают сильным независимым сознанием, но могут и не обладать им. Отношения же между Мамико и её разделёнными телами-слизнями — это Гештальт-сознание, где ни одна дочерняя особь не имеет независимого сознания, или, вернее, все дочерние особи принадлежат к ядру сознания. Разум стаи Рёто позволял гибко маневрировать между этими состояниями. Общей чертой всех трёх является возможность удобной и эффективной передачи информации. Рёто шёл по пути Разума стаи, а в дальнейшем планировал развивать Централизованную власть и Общую судьбу. По мере роста нашей цивилизации её сердце должно расширяться, и всё больше звёздных систем окажутся под нашим прямым контролем. Когда мы достигнем величия, мы никогда не оставим тех, кто был нам верен. Славное будущее империи принадлежит всему народу. Рин же шла по пути контроля и преобразования природы. В конечном итоге, ниндзя покинут реальный мир и переселятся в мнимое пространство, а реальный мир станет лесом, питомником и садом, непрерывно производящим чакру. Поверхность планеты будет замаскирована под обманчиво примитивную и пригодную для жизни, без видимых следов цивилизации. Орочимару же занимался генетическим путём, спроектированной эволюцией. Предоставлять эволюцию воле природы — неэффективный и медленный способ. Почему бы не совершить качественный скачок в биологической эволюции и не стать бессмертным? Потому что для такой работы нужны мозги, а Рёто на это был не способен. Цунаде играла в этом множество ролей и участвовала во всех планах, но Рёто не раскрывал ей своих главных целей и амбиций. Есть нужно по кусочку, и идти шаг за шагом. Эпоха межзвёздных полётов, когда можно будет летать в небе и стоять плечом к плечу с солнцем, для Рёто была ещё слишком далека. А нацелился Рёто на технологию человеческих марионеток с одной целью: найти для душ собак-ниндзя внутри своего тела подходящее устройство для контакта с органическими формами жизни. Не прибегать же к реинкарнации чакры, как Индра и Ашура. Рёто не только не знал, как это делать, но и считал этот способ слишком медленным. Поэтому... — Деревня приняла решение, — сказала Чиё, — заключить союз с Конохой, наладить многостороннее сотрудничество и закупить большое количество нинкенов Кровавого Героя Конохи. Хе-хе~ Губы Рёто растянулись в зловещей ухмылке. — Совсем с ума сошли в деревне? — произнёс Сасори. — Я не верю, что у клана Инузука и Конохи нет скрытых методов контроля над этими собаками. Иначе стали бы они их продавать, не боясь, что их используют против них же в будущем? Для нас это всё равно что пустить волка в овчарню. Мы словно приглашаем Коноху разместить у нас свой гарнизон, да ещё и платим им за это. — Хех... — усмехнулась Чиё. — Другие деревни, возможно, и не осмелились бы, но мы можем превратить их в человеческих марионеток-нинкенов. Эти собаки, обладающие чакрой, для нас — превосходный материал для экспериментов и разработок. Сасори прищурился, тщательно обдумывая её слова. Самым важным для создания человеческой марионетки был живой материал, обладающий ниндзюцу и чакрой. Этим обладали только ниндзя, обычные люди для этого не годились, поэтому для деревни разработка была сопряжена с огромными затратами и издержками. В таком случае, ему определённо стоило остаться в деревне. А он-то думал, что деревня больше не может помочь ему стать сильнее и является лишь обузой. Сасори кивнул и сказал: — Старая карга, ты всё это говоришь, чтобы официально пригласить меня присоединиться к разработке человеческих марионеток? Остановить его было невозможно, так что лучше было вести разработку под её присмотром. Чиё опустила глаза и, кивнув, сказала: — В будущем мы с Конохой станем союзниками. Веди себя сдержаннее. Переговоры со стороны Цунаде, похоже, продвигались довольно быстро. Всего за одну ночь и Песок, и Туман выразили свою позицию, достигнув предварительного соглашения о сотрудничестве. — Я понял, — глухо ответил Сасори. — Тебе нужно будет уйти с поста главы отряда марионеток. Его займёт Пакура, — сказала Чиё. — Без проблем, — Сасори повернулся и взглянул на Пакуру. — Деревня теперь на тебе, сестрица Пакура. Пакура поспешно замахала руками. Эта поездка в Коноху принесла слишком быстрые перемены, и она ещё не успела свыкнуться со своей новой ролью. — Пакура... — Чиё прищурилась, глядя на её ясное, красивое и в то же время мужественное лицо. — Когда будет свободное время, представляй деревню и побольше общайся с этим парнем, Разящим Клыком. Наладь с ним хорошие отношения. Этот парень, Разящий Клык, судя по её наблюдениям и собранной информации, похоже, был слаб на женскую красоту. — А? Я? — покраснев, переспросила Пакура. Чиё прищурилась, глядя на смущённое, девичье выражение лица Пакуры. Лицо этого парня и впрямь обладало огромной убойной силой и обаянием для женщин-ниндзя. — Эй... — обратилась Нара Шигуре к Рёто. — Что ты думаешь о «медовой ловушке»? — Работа, это всё рабочие контакты, — ответил Рёто. — Не говори ерунды. — Ты шутишь, что ли? — равнодушно заметила Акимичи Рен. — Конечно, он примет всё. Одним больше, одним меньше, какая разница. — В состоянии слияния с собакой-ниндзя, разговор на расстоянии не укрылся от ушей Рен. Рёто со стоном схватился за голову. Теперь он понимал, каково приходится Яманаке Сенку каждый день. Эти двое, подпевая друг другу, просто невыносимы. — Пойдёмте, здесь больше не на что смотреть, — сказал Рёто, глядя на Шигуре. — Если у тебя есть вопросы по тренировкам, можем начать прямо сейчас. — Куда пойдём? — спокойно спросила Шигуре. — В какое-нибудь место, где нас легко найти, не слишком укромное, — сказал Рёто. — Есть что порекомендовать? — Есть, — кивнула Шигуре. — Идём за мной. — А ещё говорила, что не интересно, — спокойно пробормотала Рен. — Ты так заботлив с девушками. «Да чтоб тебя, я боюсь, что Рин и Май неправильно поймут! Пакура тут вообще ни при чём!» Рёто невозмутимо скривил губы и, не желая больше ничего говорить, покинул больницу вместе с двумя девушками, сохранявшими спокойствие. В одной из палат больницы братья Эй и Би неотрывно следили за уходящим силуэтом Рёто. В этот момент в палату вошёл Райкаге и сказал: — Эй, Би, вы двое, за мной. — В чём дело, отец? — спросил Эй. — Вы двое, идёмте. Я лично буду вас тренировать! — Райкаге сжал кулак, и по его руке пробежала чёрная молния. Услышав это, Эй и Би с кислыми минами кивнули. Это называлось не тренировкой, а избиением. Не то чтобы они не хотели изучить эту технику чёрной молнии, просто у них не получалось. Райкаге выглядел очень злым, видимо, накопилось много гнева. Кто его разозлил? Конечно, Цунаде. Рёто оглянулся, а затем последовал за Шигуре в лес за деревней. Это была территория клана Нара, в основном используемая для выращивания лекарственных трав. Пройдя через аптекарские огороды, они увидели пасущихся в лесу оленят, которые время от времени останавливались и с любопытством смотрели на Рёто. Глядя на этих милых оленят, Рёто облизнул губы. Оленина — вкусная, он её любил. Наконец, они остановились в уединённой горной долине, где пели птицы и благоухали цветы. Со всех сторон её окружали высокие горы, место было поистине скрытым и тихим. Постороннему найти их было бы непросто. — Ты... — Рёто долго смотрел на невинное лицо Шигуре, а затем сказал: — Давай начистоту. У тебя есть ко мне какие-то претензии или недопонимание? — Не смею, никакого недопонимания нет, — с холодным лицом отрезала Шигуре. — Учитель велела мне присматривать за тобой, чтобы ты не приставал к девушкам и не наделал глупостей, не сумев совладать со своим младшим братом. — И я тоже! — подняла руку Рен. — Я отвечаю за силовое сдерживание. «Ну спасибо, мамочка, Инузука Рин... Хоть я и твой родной сын, но такое поведение — это уже слишком самовлюблённо. Не каждая же женщина влюбится в твоего драгоценного сыночка! В глазах родной матери и сын — молодец, да?» — А вы не боитесь... — игриво усмехнулся Рёто, — что я начну приставать к вам? Рен выпятила грудь, отчего её жировые складки затряслись, и сказала: — А ты попробуй, если смелый. Боишься ведь, — в её по-кабаньи простодушном взгляде промелькнуло лёгкое презрение. — Мудрые в любовь не вступают, так что не беспокойся об этом. Это невозможно, — сказала Шигуре, пронзительно глядя на Рёто своими глазами, чистыми и ясными, как у оленёнка — один из четырёх классических типов красивых глаз. Эта Шигуре в детстве была ленивой и ко всему равнодушной, но с тех пор, как стала ученицей Инузуки Рин, она словно преобразилась, становясь всё больше похожей на свою наставницу — решительной и стремительной в своих действиях. — Ладно, ты права. Тебе нравятся женщины, так что я тебе, скорее всего, не интересен, — сказал Рёто. — Начнём. На лице Рен промелькнуло удивление, она на мгновение испугалась, но тут же взяла себя в руки, сделав вид, что ей всё равно, и украдкой взглянула на Шигуре. Шигуре открыла было рот. Дело в том, что Инузука Рин постоянно внушала ей, какой Рёто плохой, ужасный и ветреный, словно делая ей прививку, боясь, что Шигуре попадётся на его удочку. Шигуре уже тошнило от одного имени Рёто, и в отчаянии она выпалила то, что выпалила. Рен отреагировала молниеносно, идеально подыграв, и это, наконец, развеяло опасения Инузуки Рин. В итоге, чтобы Рин не раскрыла их обман, им приходилось время от времени играть эту роль, причём делать это правдоподобно. Нужно было действовать тайно, но не слишком. Ситуация стала патовой. Она не знала, как Рёто догадался... Но их игра была действительно успешной. Глупые из их компании ничего не замечали, а умные, наоборот, попадались в ловушку собственного ума. Так что, хотя они с Рен были нормальными, в глазах этого парня они выглядели извращенками, что было крайне неприятно. Шигуре кивнула, сложила руки на груди, и тени вокруг зашевелились и поднялись. Тренировка началась. В других местах участники экзамена также приступили к своим тренировкам. Дни шли, и тайные контакты между пятью великими деревнями становились всё более частыми.