Глава 12. отлично сработано

Гермиона снова сидела за ужином за Слизеринским столом, по инициативе Пенси и Блейза. Обстановка была напряженной и полна шепотов, но, несмотря на все разговоры, она чувствовала себя как будто в ловушке. На ужин подавали жареную утку и картофельное пюре, но эти блюда казались ей непривлекательными, и она не могла заставить себя попробовать что-то из них. Ей просто не хотелось. Еда не шла . Единственное,  что она делала это пила воду. Этот поступок Малфоя она не может забыть! И не будет! Но чувствовала она себя ужасно! Пенси снова принялась  за старое… - Гермиона, но поешь хоть что то! Тощая как спичка ! Скоро с голоду умрёшь- беспокойным голосом сказала Слизеринка - И Слава Мерлину! Только рада буду! – возмущённо тоном сказала Грейнджер - Да что ты такое говоришь ?- возмущённо спросила Паркинсон - Что хочу то и говорю!- сказала Гермиона повернув голову к подруге - Погубишьь ты себя! Я тебе не дам этого сделать!- сказала Пенси взяв вилку с едой и стараясь запихнуть её в рот Гермионы- Открой рот! В этот момент, стакан с водой Гермионы попал Малфою… С помощью заклинания «Акцио » он перетащил её питье ближе к себе. Взяв его он спрятал  под столом и достал бутылек с зельем. Подгодав момент когда Гермионе было явно не до воды, он открыл зелье и вылил все содержимое. Позже, как ни в чем не бывало, вернул напиток обратно на то же место - Пенси, ты ведешь себя как Гарри. Перестань- сказала девушка продолжая пытаясь убрать руку с едой от своего лица. Когда девушке наконец-то удалось отбиться от подруги, она вернулась к своему привычном занятию- смотреть  в одну точку. Когда она отпила свою воду, нет, какой-то у этой воды был странный вкус…Но Грейнджер на этом не акцентировала внимание. А стоило… Через несколько минут, у неё начала кружиться голова, и выступать маленькие капельки пота на лбу. Живот начало неприятно притягивать, а голова раскалывается как активный вулкан.  Голова была как будто в тумане . Воспоминания рассеивались. И…про Малфоя тоже Гермиона слабо улыбнулась Пенси, пытаясь не показывать, что чувствует себя хуже с каждой секундой. Но туман в голове усиливался, и ей становилось все труднее удерживать внимание на происходящем. Она чувствовала, как её тело становится все тяжелее, а мысли — медленнее. Малфой, сидевший за столом немного в стороне, исподтишка наблюдал за Гермионой. Он видел, как она медленно наклоняется вперед, морщась от боли, но пока старается не привлекать внимания окружающих. Её руки дрожали, она попыталась положить вилку, но та выпала из рук с тихим стуком. Это заставило многих повернуть головы в её сторону. Драко же внутренне ликовал. Всё идет по плану. Зелье начинает действовать. Он медленно встал из-за стола, как бы невзначай бросив взгляд на Гермиону, которая теперь выглядела совсем бледной. «Скоро она будет беспомощной», — подумал он. Поднявшись, он направился к выходу из Большого зала, намереваясь проследить за дальнейшим развитием событий издалека. Ему нужно было убедиться, что его план сработает до конца. Его глаза блестели от злорадного предвкушения. Тем временем Гермиона пыталась взять себя в руки. В ушах звенело, окружающие голоса становились приглушенными, как будто их кто-то отдалял. Её сознание медленно утекало, оставляя после себя лишь смутные обрывки воспоминаний. Она попробовала встать, но ноги подкосились, и она рухнула обратно на скамью, привлекая к себе взгляды. — Гермиона, ты в порядке? — спросила Пенси, обеспокоенно глядя на подругу. — Мне... нехорошо, — прошептала она, хватаясь за стол, чтобы не упасть. Её взгляд был расфокусирован, как будто она не могла больше ясно видеть или понимать, что происходит. Пенси тут же вскочила, подхватывая её за плечи. Блейз, сидевший рядом, бросил вилку и тоже подлетел к Гермионе, помогая удерживать её. За столом началась паника, когда ученики начали шептаться и вставать, оглядываясь на странную сцену. Когда Малфой заметил, что Гермиона становится хуже , Когда Малфой заметил, что Гермиона начинает терять сознание, внутри него снова всколыхнулось чувство мрачного удовлетворения. Она оказалась настолько уязвимой, как он и планировал. Он рассчитывал на полное её беспомощное состояние, чтобы, наконец, воспользоваться ситуацией и поставить Грейнджер на место, заставить её чувствовать себя ничтожной. Он медленно направился обратно к столу, в то время как вокруг Гермионы продолжался хаос. Пенси пыталась удержать подругу, а Блейз пошёл просить помощи от учителей Драко приближался с ледяным спокойствием, его лицо скрывало удовлетворение от происходящего. Он знал, что, как только зелье завершит своё действие, Гермиона будет полностью в его власти. Её сопротивление, её уверенность – всё это исчезнет, как только зелье заберёт её волю. Когда он подошёл к группе, Пенси отчаянно пыталась привести Гермиону в чувство. — Что с ней? — равнодушно спросил Малфой, искусно изображая беспокойство. — Не знаю, — дрожащим голосом ответила Пенси, с трудом удерживая голову Гермионы. — Ей очень плохо. Может быть, это заклинание или отравление... — Я позову профессоров, — предложил Блейз и бросился к выходу. Малфой оставался на месте, наблюдая за происходящим, пока вокруг него нарастал хаос. Пенси продолжала пытаться удержать Гермиону в сознании, её голос звучал беспокойно и напуганно. — Гермиона, посмотри на меня! — умоляла она, стараясь привлечь внимание подруги, которая, похоже, теряла хватку на реальности. — Всё будет хорошо, мы позовём помощь! Гермиона с трудом открыла глаза, и её взгляд метался по комнате, как будто она искала что-то знакомое. Внутри неё бушевали волны паники и страха, и она сжимала зубы, пытаясь справиться с состоянием, в котором оказалась. Тем временем Блейз вернулся с профессором Снеггом, который моментально оценил ситуацию. Его лицо оставалось холодным, но в глазах мелькало беспокойство, когда он увидел, в каком состоянии находилась Гермиона. — Прочь с дороги! — крикнул он, пробираясь сквозь толпу студентов, которые столпились вокруг, наблюдая за сценой. Он быстро опустился рядом с Гермионой, его руки уверенно легли на её плечи. — Мисс Грейнджер, что произошло? Гермиона попыталась говорить, но вместо слов из её уст вырвался только тихий стон. Снегг прищурился, осматривая её, и начал произносить заклинание, которое помогло бы ему определить, что с ней не так. Снегг, наклонившись ближе к Гермионе, произнес несколько заклинаний, его голос звучал уверенно и четко. Обострившееся внимание к её состоянию стало ощутимым, когда в воздухе появились искры магии. Он сосредоточился, пытаясь уловить причину её недомогания. — Никаких следов отравления, — произнес он с легким недовольством, проверяя магические ауры вокруг неё. — Но она явно в стрессе. Её пульс слишком быстр, и, похоже, что-то влияет на её сознание. — Профессор, что с ней?! — с тревогой спросила Пенси, её голос звучал почти отчаянно. Снегг обернулся к ней, его выражение оставалось серьёзным. — Если у неё произошло какое-то магическое воздействие, я должен знать, что произошло до этого. Кто-то мог использовать зелье, чтобы воздействовать на неё, — сказал он, его глаза сверкнули от подозрений. — Вы все должны помнить, с кем она была перед тем, как упасть. Пенси и  Блейз  обменялись взглядами, но никто не решился произнести имя Драко вслух. — Она была за столом с нами, — ответил Блейз, чувствуя, что на его плечах лежит ответственность. — Потом  Гермиона попила воды и ей поплохело.. . — Значит, в воду что-то подсыпано, — произнес Снегг, его голос звучал ледяно и уверенно. Он, кажется, уже начал составлять план действий в своей голове. — Я проведу экспертизу, чтобы узнать, какое заклинание или зелье было подмешано в воду, — продолжал он, не отрывая взгляда от Гермионы. Его холодные глаза оставались сосредоточенными, но в них промелькнула искра решимости. — Я лично отведу мисс Грейнджер в больничное крыло, — добавил Снегг, поднимаясь на ноги и аккуратно беря Гермиону , чтобы перенести её. Он быстро и уверенно действовал, как если бы это было обычным делом для него. . Пока Снегг уносил Гермиону, в большом зале повисла напряжённая тишина. Студенты обменивались  шепотом, пытаясь понять, что же произошло. Пенси и Блейз остались на месте, не в силах поверить в случившееся. — И что нам теперь делать? — наконец нарушила тишину Пенси, её голос звучал слабо и тревожно. Она уставилась на стол, где только что сидела Гермиона, словно там могла быть подсказка. — Ну как минимум, сообщить об этом Поттеру, — ответил Блейз, его голос звучал твёрдо, но в глазах читалось волнение. — Он ведь всегда готов вмешаться, когда дело касается Гермионы. И он должен знать, что происходит. — Ладно, — согласилась Пенси, её голос звучал всё ещё неуверенно. — Но как мы ему это скажем? Он не поверит, что мы, Слизеринцы, пришли к нему с такой информацией. — Ну он же знает, что мы дружим с Гермионой, поэтому есть хоть какой-то шанс, что он нам поверит, — добавил Блейз, стараясь звучать убедительно. — Ты прав, — кивнула Пенси, хотя её выражение всё ещё оставалось сомнительным. — Но если он решит, что это всё какая-то ловушка… — Мы просто скажем ему правду. Не можем оставаться здесь, пока с ней что-то происходит. Если кто-то действительно использовал магию против неё, мы должны выяснить, кто это сделал, — решительно произнёс Блейз, чувствуя, как внутри нарастает тревога. Пенси вздохнула, явно сдерживая свои эмоции. — Ладно, давай. Чем быстрее мы расскажем Гарри, тем лучше. Он может знать, что делать. Они направились к гриффиндорскому столу, и Блейз почувствовал, как на них устремлены взгляды других студентов. Но сейчас это не имело значения. Когда они подошли к Гарри,  было видно по всей ихней компании что они не обратили внимание что произошло 5 минут ранее за слизеринским столом. — Что с ней? — резко спросил Гарри, сразу насторожившись. Он заметил выражение на лицах Пенси и Блейза и мгновенно почувствовал, что что-то не так. — Она в больничном крыле, — тихо произнесла Пенси, её голос с трудом сдерживал волнение. — Ей стало плохо прямо за ужином. -Чёрт.. -пробормотал Гарри и быстро встал из за стола направляясь к выходу из Большого зала Гарри быстро вышел из Большого зала, его сердце стучало в груди от беспокойства. Он помнил, как мельком видел Гермиону за ужином, когда она почти ничего не ела. Ему не давала покоя мысль, что она могла бы позаботиться о себе лучше, если бы не была так загружена учёбой и другими делами. Когда он вошёл в больничное крыло, его встретила тишина, прерываемая лишь тихим шёпотом медсестры, которая проверяла других пациентов. В углу комнаты он заметил знакомую фигуру, лежащую на кровати — это была Гермиона. Она выглядела бледной и измождённой, её глаза были закрыты, и дыхание казалось нестабильным. Гарри подошёл ближе, его сердце сжалось от волнения. Он присел на край её кровати и начал осторожно трясти её за плечо. — Гермиона, — тихо произнёс он, пытаясь пробудить её. — Гермиона, ты в порядке? Она медленно открыла глаза, и на её лице появилось лёгкое выражение недоумения. — Гарри? — шепотом произнесла она, как будто не веря, что он здесь.  — Я так переживал, когда узнал, что ты здесь, — сказал он, стараясь не показывать, насколько его тревожит её состояние. — Что с тобой произошло? Ты должна была позаботиться о себе. Я видел, как ты не ела за ужином… - Мне сказали что завтра вечером меня уже отпустят-попыталась уйти от темы Гермиона Гарри нахмурился, услышав её ответ. Он почувствовал, что Гермиона явно что-то скрывает, но не хотел давить на неё. Всё равно беспокойство росло. Он знал, что её состояние — не просто результат усталости или пропущенного ужина. — Завтра вечером? — переспросил он, голос чуть дрожал от напряжения. — Но что случилось? Ты ведь понимаешь, что это не просто усталость. Пенси и Блейз сказали, что тебе стало плохо после того, как ты выпила воду. Гермиона, прищурившись, посмотрела на Гарри, словно пытаясь вспомнить. Воспоминания о последних минутах перед тем, как она потеряла сознание, были размытыми, как будто туман окутал её разум. Она вспомнила лишь смутное ощущение странного вкуса воды и тот момент, когда её голова начала кружиться. Но что-то в этом воспоминании казалось ей неправильным, и она никак не могла понять, что именно. — Я... не знаю, Гарри, — тихо сказала она, опустив глаза. — Всё было нормально, пока... пока не стало слишком тяжело держаться в сознании. Как будто всё вокруг стало расплываться. Гарри нахмурился. -Знаешь, я могу начинать подозревать Малфоя.. особенно после того как он использовал на тебе Легилименцию и.. — Драко не использовал на мне Легилименцию! — резко возразила Гермиона, её глаза вспыхнули, словно она хотела убедить не только Гарри, но и себя. — Я бы это запомнила. К тому же он обещал быть рядом… из-за того, что я так переживаю за Тео. Он… он помогает мне держаться. Гарри внимательно посмотрел на неё, его глаза искали ответ. Ему трудно было доверять Малфою, особенно после всего, что тот натворил. Но ещё больше его тревожило, что Гермиона была настолько уверена в своей версии событий, хотя её поведение, её сны и состояние говорили об обратном. — Хорошо, — тихо сказал Гарри, решив на время оставить эту тему. — Но всё равно это странно. Если ты уверена, что с Драко ничего не связано, тогда кто мог бы сделать тебе что-то? Ты ведь почувствовала себя плохо после воды. Может, ты помнишь, кто был рядом? Гермиона замерла, вспоминая. Обрывки воспоминаний смешивались в её голове. Вода... она выпила её в Большом зале, за столом старост. Драко сидел напротив, погружённый в свои мысли, и казалось, что он даже не обращал на неё внимания. Но… был ли кто-то ещё? В памяти всплывали моменты — разговоры, взгляды, но они все казались далекими и неясными, словно через завесу. — Я не знаю… — прошептала она, чувствуя нарастающее беспокойство. — Может быть, я просто переутомилась. Но её голос предал её. Она сама знала, что это больше чем просто усталость. Гарри продолжал смотреть на неё, чувствуя, что за её словами скрывается нечто большее. — Гермиона, — осторожно начал он, — ты точно уверена, что всё в порядке с Малфоем? Я знаю, ты хочешь верить ему, но... ты ведь помнишь, что он сделал раньше? Он ведь уже использовал Легилименцию на тебе, и ты сама говорила, что ему сложно доверять. Гермиона покачала головой, её голос слегка дрожал: —  Гарри я действительно не понимаю того что Драко использовал легилименцию на мне Гарри, чувствуя нарастающее напряжение в голосе Гермионы, попытался успокоить её. Он знал, что сейчас не время для споров, но его беспокойство за неё было слишком сильным, чтобы просто оставить всё как есть. — Но как ты не помнишь..? Ты же сама мне жаловался.. Гермиона ощутила неприятный холодок на затылке. Слова Гарри эхом звучали в её голове, заставляя вновь и вновь прокручивать воспоминания, но в них всё ещё была пугающая пустота. Она действительно не помнила момента, когда Драко использовал на ней Легилименцию, но Гарри явно был уверен, что это произошло. И что ещё хуже — она ведь сама когда-то говорила ему об этом. Как она могла это забыть? Или... может, Драко снова пытался манипулировать её памятью? Мысли спутались, голова закружилась. Она попыталась собрать их воедино, но всё больше погружалась в сомнения. Могла ли она настолько заблуждаться? Доверие, которое она начала испытывать к Малфою, оказалось хрупким, как стекло, готовое в любой момент треснуть под давлением правды. Гарри внимательно следил за её реакцией, видя, как в её глазах вспыхивают сомнения. — Гермиона, — начал он мягче, — я не пытаюсь тебя настроить против него. Я просто хочу, чтобы ты была осторожна. Если что-то идёт не так... ты всегда можешь на меня положиться, — его взгляд был серьёзным, почти умоляющим. Она закрыла глаза, делая глубокий вдох. Что-то внутри неё подсказывало, что Гарри прав, но каково было признать, что её собственная память, её собственные чувства могли быть обманчивыми? — Ты прав, Гарри, — сдавленно сказала она, открывая глаза. — Возможно, я что-то упустила... Я просто не понимаю, как могла это забыть, — её голос дрожал от противоречивых эмоций. - Чёрт..  ты же никогда не ела.. я сейчас тебе что то принесу Гарри посмотрел на неё с явным беспокойством, чувствуя, что ситуация становится всё сложнее. Он не хотел её пугать, но не мог оставить это без внимания. Он действительно не знал, что Драко мог сделать с её памятью, но одно было ясно: что-то было не так. — Гермиона, подожди здесь, — сказал он, мягко, но решительно. — Я сейчас принесу тебе что-нибудь поесть. Ты и так уже на пределе, не стоит ещё и голодать. Гарри, не дождавшись ответа, быстро покинул комнату, оставив Гермиону наедине с её мыслями. Она смотрела в пространство, её разум все еще боролся с тем, что сказала Гарри. Неужели Драко действительно использовал Легилименцию? Как она могла это забыть? В сердце возникала тревога, смешанная с неуверенностью. Гермиона сидела на краю кровати, чувствуя, как в груди нарастает тревога. Она старалась успокоиться, но её мысли не давали покоя. Воспоминания о Драко смешивались с сомнениями, и ей становилось всё тяжелее разобраться в своих чувствах. Почему она не могла вспомнить этот момент? Почему её память так предательски обманула её? Она глубоко вздохнула, стараясь взять себя в руки. Повернув голову на право её взгляд упал на Тео. Между ними было ростояние в несколько пустых крек. Гермиона взглянула на Тео, который лежал на соседней койке, и её сердце сжалось от беспокойства. Он выглядел таким спокойным и беззащитным, с бледным лицом, которое контрастировало с яркими цветами обивки кровати. Кажется, время остановилось с тех пор, как он оказался здесь. Гермиона села возле Тео она осторожно взяла руку Тео, чувствуя его прохладные пальцы в своей ладони. В этот момент всё остальное, все тревоги и сомнения, исчезли на задний план. Она смотрела на его лицо, надеясь увидеть хоть какой-то знак жизни, хоть малейшее движение, которое бы дало ей надежду. Но Тео оставался неподвижным, как всегда, погружённым в глубокий сон, который казался бесконечным. — Тео... мне так тебя не хватает... я так скучаю, — прошептала Гермиона, с трудом сдерживая слёзы, которые всё сильнее наворачивались на гглаза. Гермиона вздрогнула, когда почувствовала лёгкое прикосновение к плечу. Повернув голову, она увидела Гарри, который тихо стоял рядом с подносом в руках. Он посмотрел на неё с выражением тёплого сочувствия, явно заметив, как тяжело ей было находиться рядом с Тео, в таком состоянии. — Гермиона... я принёс тебе поесть, — его голос был тихим, мягким. Он понимал, что её мысли далеко отсюда. Гермиона опустила взгляд на поднос, чувствуя, как внутри снова сжимается неприятное чувство. Она понимала, что Гарри просто пытается помочь, но желание есть совершенно отсутствовало. Её мысли крутились вокруг Тео, его неподвижного лица, смутных воспоминаний о Драко, и пустоты в памяти. Всё это превратилось в ком, который сидел у неё в горле, не давая проглотить ни кусочка. — Спасибо, Гарри, — тихо произнесла она, беря ложку в руку, но всё ещё не решаясь сделать первый глоток. Она ощущала его обеспокоенный взгляд и знала, что Гарри не отступит, пока не убедится, что она поела. Гарри сел рядом, внимательно глядя на неё. — Гермиона, — мягко начал он, — я знаю, что тебе сейчас сложно. Но если ты не будешь заботиться о себе, мы просто потеряем тебя, как… — он осёкся, стараясь подобрать правильные слова. — Как и потеряли его на время. Ты понимаешь, что я имею в виду? Гермиона кивнула, опуская ложку обратно на поднос. Гермиона смотрела на ложку, не в силах справиться с нарастающим чувством усталости и пустоты. Всё, что она знала, всё, что она чувствовала, казалось зыбким и ненадёжным. Она понимала, что Гарри хочет помочь, но ощущала, что находится на грани. Доверять кому-либо стало мучительно трудно, даже самой себе. — Я понимаю, Гарри, — наконец тихо ответила она, стараясь скрыть дрожь в голосе. — Просто... всё это так запутанно. Мне казалось, я могла доверять Драко, а теперь даже не знаю, что правда, а что нет. — Её голос прервался, и она, покачав головой, добавила: — Если я не могу быть уверена в своих собственных воспоминаниях... тогда в чём вообще я могу быть уверена? Гарри осторожно положил руку ей на плечо, показывая, что он рядом. — В том, что мы всегда будем рядом, Гермиона. Я знаю, что сейчас это всё может казаться бессмысленным, но мы не оставим тебя одну. Что бы ни произошло, мы вместе разберёмся. Гермиона глубоко вздохнула, будто пытаясь найти в себе силы продолжить борьбу. Она снова посмотрела на неподвижного Тео и сжала его руку чуть крепче, будто он мог почувствовать её присутствие. — Я просто хочу, чтобы он проснулся, — прошептала она, с трудом сдерживая слёзы. — Чтобы это мучительное ожидание наконец закончилось. Гарри мягко кивнул, понимая, как много сил требует от неё это каждодневное ожидание и сомнения. Он знал, что она изматывает себя, но не мог заставить её остановиться — ему оставалось лишь поддерживать её так, как он мог. — Он проснётся, Гермиона. Я уверен, что он чувствует твою поддержку, — ответил Гарри. — Но до этого момента тебе надо заботиться о себе, чтобы быть рядом с ним, когда он откроет глаза. Его слова, хоть и сказанные с тёплой заботой, звучали как напоминание о том, что ей нужно оставаться сильной ради всех, кто рядом. Гермиона взглянула на еду перед собой, и, собравшись с духом, сделала ещё один небольшой глоток.