Часть 45

- Ну че? - да, мадам позвонила вечером, впервые за несколько недель, и по голосу я понимаю, что бутылка шампанского уже откупорена, - Ты придешь ко мне на юбилей? - Привет, Тат, - тяжело вздыхаю я. Интересно, где моя рефлекторная радость, когда я слышала всякий раз ее голос? Словно ветром сдуло, сейчас мне как будто бы все равно, а не ответить я не могу из некоего пиетета перед старшим, - если пригласишь - приду. Что тебе подарить? - А что мне можно подарить? У меня четыре квартиры и две дачи! - я ухмыляюсь - да, ты никогда не упускала возможности похвастаться своими честно заработанными накоплениями, - Ты меня не удивишь, так что стихов в мою честь будет достаточно, - а ведь и правда - что можно подарить человеку, у которого все есть? - Ну на стихи меня вряд ли хватит, ты уж извини. Меня сейчас мало, что вдохновляет. - Однако, ты продолжаешь работать и писать про своих придурков. - Это о ком? - делаю вид, что не поняла, хотя "придурками" Тата называет исключительно АиФ. - Не, я не против - это твое дело, о ком писать. Просто зачем? - Тат, не начинай. Иначе будь готова к тому, что если ты обесцениваешь мое творчество, я запросто могу обесценить то, что тебе дорого, а это, несомненно, твоя работа в качестве балетмейстера. - Да, давай не будем, - я слышу звуки булькания в трубке и понимаю, что все - процесс наклюкивания шампанским пошел, - ты же думаешь, что я хочу тебя обидеть или лишний раз задеть. - Меня трудно обидеть. И задеть тоже - для этого нужно, как минимум, чтобы человек был мне важен. - Ну тебя же обижает, когда я рассказываю про твоих придурков правду. - Ну, с твоей точки зрения - это правда. С моей - это просто твое субъективное о них мнение. - Почему правду о Леонтьеве, Глызине и Буйнове от меня воспринимаешь, а о них нет? - Ну потому что у меня есть источники, Тат. Другие источники, которые подкреплены фактами. А твои мнения об АиФ - это всего-навсего матерные полувыкрики, эмоция, которая не несет под собой факт, потому приходится сомневаться в достоверности. - Ну понятно, - кажется, ты обиделась, - значит, то, что тебе рассказываю я - это просто пьяный пиздеж, да? - Ты научила меня не верить твоему слову, не взыщи. - Я тебе напомню, какой ты была в мае 16-ого. - Напомни. - молчание в трубке, - Какой я была, Тат, такой и осталась. - Наши отношения с тобой возвращаются к 2015 году, когда мы не общались, а ты за глаза меня ненавидела. - Наши отношения - не повод для телефонного обсуждения, иначе опять часа на четыре затянется. Нет, я тебя ни тогда, ни сейчас не ненавижу - помилуй! Это же все нервы. Зачем мне тратить свое здоровье и ресурсы на ненависть? В моем сердце живет благодарность тебе, теплота, хорошее отношение, которое, чтобы сохранить, нужно пореже контачить. Вот и все. - А в мае 2016-ого, когда ты болела, ты мне доверяла. - Тат!.. Ты собственными руками уничтожила то доверие, что я испытывала к тебе. Что ты от меня хочешь сейчас? Ну правда - что? Я тебе безоговорочно доверяю, как специалисту - и к мнению прислушаюсь - но как человеку, извини, ни капли. Я даже с тобой никуда не поеду: ни на дачу, ни куда либо еще, просто потому, что у меня нет гарантии, что тебя через пять минут пути не переклинит и ты не пошлешь меня нахер. А мне зачем это? - Значит, на юбилей не придешь. Тогда я уеду. - Это твой праздник и только тебе решать, как его отмечать. Я уже сказала - позовешь, приду. Диалог фактически ни о чем, мне уже начинает наскучивать и я ищу предлог завершить эту ненужную беседу, как вдруг... - Ты знала, что самые верующие женщины - это бляди? - Тата, видимо, решила меня огорошить, и ей это удалось, - Насколько человек сильно косячит, тем он глубже кается. - И как это относится к теме разговора? Мы юбилей твой обсуждали. - Ну ты же пишешь про своих придурков. Так вот, Алла - блядь. Да, она такая. Глубоко несчастная женщина с травмированной психикой, но правильными моральными устоями, что в нее вбили с детства. Именно потому, когда грешила, всегда это понимала и также глубоко каялась. Может, не публично. Может, наедине с Богом. Но каялась. И у тебя замечательно получается передавать этот образ - только вопрос, осознаешь ли ты это. - Откуда ты знаешь? - Заметь, что все сильные женщины фактически выжили. Для этого нужно ломать себя - а это элемент самопредательства. Я такая же, как она. - Очень интересно, - ухмыляюсь я, - ну и дальше? - И ты. Ты тоже такая. - Чего? В смысле? Какая такая? Я - блядь, по-твоему? - Ну пока нет. - Что значит "пока"? - Правильно тебе Валька сказала, история Аллы - это пример и урок всем. Абсолютно. Как НЕ надо поступать, как НЕ надо себя вести, как НЕ надо себя предавать. Особенно, если ты сильная женщина. Ты сильная, богобоязненная, в тебе тоже есть моральные устои... - Ты меня щас обосрала ни за что. Сама прекрасно знаешь, что... - Да все женщины бляди, успокойся! Особенно современные! А то ты каноны не знаешь! Целоваться и позволять себя трогать, не будучи в венчанном - законном, то есть - браке - это блядство! - Ой, куда тебя понесло, мама моя дорогая... - Даже если встречаешься с мужиком и спишь с ним, но вы не муж и жена, то это блядство! То, что это не порицается обществом, не значит, что это норма! - Тат... - А Алла блядь! Это прописная истина. И даже по современным меркам ее поведение - это абсолютнейший атас, выход за рамки всякой морали. Но как же она богобоязненна! Грешит и кается. Но, что удивительно, у нее сохранилась совесть. Да, она понимает, что накосячила. И мучается от этого. - Тат, у меня такое ощущение - без обид - что ты о себе сейчас. - Одно не исключает другого. - Ну хорошо, Алла - блядь. Что дальше? Это всего лишь твое мнение. Не подкреплено фактами. Очередной эмоциональный выкрик. - Ха, ну да-ну да. Ты ж только Вальке веришь. А она тоже блядь! - Началось... - А что, нет? Свалила из России, предала страну. Это блядство. И, когда ее сын болел, она со всеми врачами перетрахалась, чтобы ребенка вылечить, потому что денег не было. А что, ты не знала? Обычная деревенская тетка, которая приехала в столицу, закончила мед. Жить негде, вышла замуж ради прописки, ребенка родила, а у него с легкими беда. - Астма? - Да какой там! Астма поддерживается на раз-два, нет. Там была другая проблема. Ну пусть сама расскажет, я-то че лезть буду. Хотя мы познакомились именно так - она пришла с дитем ко мне на консультацию, я тогда руками лечила. Разболтались, тетка-то интересная. Сына я ее вылечила, так мы и дружим по сей день. - Ну и почему она блядь? - А потому, что то с завом трахалась, то с пульмонологом, то еще с кем, чтоб попасть ко мне на прием. Денег на взятку у нее не было, вот и натурой отдавала. Сквозь слезы, правда. А отдавала. Чтобы хоть как-то сына вытянуть. - Разве можно это осуждать? Она же не удовольствия ради, а за ребенка радела. - Я не осуждаю. Называю вещи своими именами - блядь. - Ну ты опять за свое. - И я блядь. Да. А что такого? Я не скрываю. Только не ради карьеры, а мне просто хотелось потрахаться. - Понятно. - Что тебе там понятно? Ну вот что тебе понятно? Ты живешь совсем мало, а уже нос воротишь от того, что считаешь неправильным. Вот проживешь мои 75 - тогда посмотрим. - Я разве сказала, что осуждаю, Тат? Нет. Пусть каждый живет, как считает нужным, просто я так поступать не буду. - Ты - да... Ты не поступишь. - Вернемся к началу: и почему это ты меня блядью окрестила? - А что, зацепило? Ну может, потому, что ты два раза была в отношениях, а брака не было ни разу? Сходила б замуж - говорят, полезно. Тебя же звали - чего отказалась? - Это тебя не касается. - А-а-а... Ну и сиди так в жопе. А Алла - все равно блядь. Тебе фактов не хватает? Она пошла пиздой крутить, будучи в венчанном браке - вот тебе железобетонный факт, почему она блядь. Что, не согласна со мной? - Согласна. - Ну тогда о чем речь? И неважно, как ты к ней относишься, она ведет себя так. Вот тебе урок - никогда так не поступай. Всем - урок. - А тебе? - А мне-то че? Я уже жизнь прожила. Меня совесть не терзает - было и было. А Аллу - да. Потому что она возлагала большие надежды, которые по ее же глупости не сбылись, а потом, чтобы компенсировать себе хотя бы йот, пошла косячить. Схема примитивная: накосячила, устыдилась, покаялась, присмирела, потом ей стало стыдно, захотелось снова отдушины и опять пошла косячить. Замкнутый круг. А надо было всего-навсего, в момент, когда от боли невтерпеж... перетерпеть. И было бы легче. Да, помучилась бы. Но потом было бы легче. - Осуждать всегда легко. Никто не знает, как было бы. - Кстати! Че хотела сказать-то... я видела фотки, где ты малявочка. Пиздец ты на маленькую Аллку похожа! - У меня профиль закрытый, кто показал-то? - Бабуля твоя мне фотки прислала, я аж обалдела! - Бабуля, блин... - Пиздец просто! - Ну и что? Все дети похожи друг на друга в детстве. И что? - Да ничего. Это тебе жить с этой мыслью, что ты похожа на нее. - Сформулирую иначе: я маленькая немного похожу на Аллу в детстве. Чисто внешне. И только. - Ну раз так, то... Ладно. Опять я тебе мозги засрала. - я тяжело вздыхаю, - Че, обосралась? Страшно стало? - От чего? - Да я же твою реакцию щупала, мне было интересно. На "блядь" - не обиделась. На схожесть - тоже. Ты не падка на слова, знаешь себе цену. Это хорошо. - Нет, я просто трезво себя оцениваю. Встречаться с парнем со всеми вытекающими - это не блядство. Главное, чтобы были чувства. Это определяющий критерий. И мне важны нормы морали не только общепринятые, а мои собственные. Я не сделаю то, за что перестану саму себя уважать. - На юбилей мой... ты придешь?..