Случайная встреча

Гермиона плакала в туалете для девочек. Очередной эмоциональный ураган, устроенный Роном, истощил её морально и физически. Он снова сорвался на неё, обвинив в успехах, которых сам не мог достичь, а затем сделал ещё хуже — просто стал её игнорировать. Но самое болезненное было то, что он на её глазах начал новые отношения с Ромильдой. Это была не просто измена — это было предательство. Проплакав добрых полчаса, она вытерла лицо, но не смогла полностью успокоиться. Комендантский час уже наступил, и ей пришлось быстро идти в башню Гриффиндора, надеясь не столкнуться с кем-то из старост. Несмотря на тяжёлое состояние, её внутренний перфекционизм и страх за репутацию не позволяли рисковать баллами факультета. Старшим старостой был Том Реддл. Его имя вызывало у неё смешанные чувства. Этот юноша был воплощением холодной безупречности: идеальный вид, сосредоточенность и манеры, которые завораживали. Его сапфирово-чёрные глаза и фарфоровая кожа создавали образ, которому завидовали многие. Том был студентом Слизерина и часто блистал на уроках, особенно по Защите от Тёмных искусств и Древним рунам. Гермиона не могла отрицать, что он производил впечатление. Но за его успехами скрывалась холодность, от которой ей становилось не по себе. Погружённая в свои мысли, Гермиона не заметила, как столкнулась с кем-то в тёмном коридоре. От неожиданности она потеряла равновесие, и оба упали на пол. Гермиона оказалась сверху. — Люмос, — послышался спокойный, но холодный голос. Свет осветил лицо Тома Реддла. Его взгляд, острый и изучающий, встретился с её заплаканными глазами. Он оказался придавлен её хрупким телом, а его мантия запуталась в складках её одежды. Гермиона поспешила встать, но её волосы зацепились за значок старосты на его мантии. — Простите, я вас не заметила, — быстро заговорила она, пытаясь распутать волосы. Её руки дрожали, а голос предательски срывался. Том медленно сел, освобождая волосы Гермионы. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах промелькнула искра любопытства. — Почему вы нарушаете правила, мисс Грейнджер? — его голос был низким, спокойным, но с ноткой скрытой строгости. — Я… просто хотела побыть одна, — пробормотала она, опуская взгляд. — Я иду в свою башню. Могу ли я пройти? Том поднялся, отряхивая мантию. Его бровь чуть приподнялась, когда он заметил красные пятна на её щеках и дрожащие руки. — Я провожу вас, — сказал он твёрдо. Гермиона удивилась, но не стала спорить. Они молча шли по коридорам. Том держался на шаг позади, наблюдая за её нервной походкой и растрёпанными волосами. Ему доводилось видеть её сосредоточенной и уверенной, но сейчас она была совершенно другой. — Ты не обязан идти со мной, я справлюсь сама, — её голос был тихим, но в нём слышалась усталость. — Если я сниму пятьдесят очков с Гриффиндора, ты справишься? — холодно ответил он, слегка усмехнувшись. — Или, может быть, ты расскажешь, почему лучшая ученица школы провела вечер в слезах? Гермиона замерла. Её взгляд упал вниз. — Это не важно, — прошептала она. — Просто… Рон. Мы снова поссорились. — Уизли? — повторил Том, его тон стал чуть насмешливым. — Я видел его с Ромильдой. Такие, как он, всегда тянутся к простому. Её глаза метнулись к нему, полные негодования. — Прости, что? — резко спросила она. — Ты заслуживаешь большего, Грейнджер, — спокойно ответил он. — Если хочешь поговорить, могу предложить прогулку до Астрономической башни. Ночное небо помогает отвлечься. Гермиона покачала головой. — Спасибо, Том, но… не сейчас. И прошу, никому не рассказывай о том, что произошло. Он кивнул, и она быстро исчезла в темноте. Лавандовый аромат её волос ещё долго витал в воздухе, пока Том стоял неподвижно, размышляя, почему этот вечер так сильно его задел. Когда Том вернулся в гостиную Слизерина, атмосфера была тягучей и напряжённой. Большинство студентов уже спали, но несколько человек ещё обсуждали что-то в углу, их разговоры стихли при его появлении. Том прошёл к дивану у камина, его движения были уверенными, но в них чувствовалась какая-то напряжённость. Он сел, закинув голову на спинку, и почувствовал остаточный аромат лаванды, который всё ещё витал вокруг него. Это было странно, но этот запах действовал на него успокаивающе. Том редко позволял себе задумываться о таких мелочах, но сегодня всё было иначе. "Почему она плакала из-за этого бесполезного Уизли?" — думал он, глядя на пляшущие языки пламени. Её заплаканные глаза и дрожащий голос застряли в его памяти. Обычно он смотрел на людей с холодным безразличием, но сегодня что-то было иначе. Ему было неприятно видеть её в таком состоянии. Он закрыл глаза, пытаясь упорядочить мысли. Его внимание снова и снова возвращалось к их короткому разговору. Её решительность и слабость одновременно — это противоречие заинтриговало его. "Она сильнее, чем кажется", — мелькнула мысль. Погружённый в свои размышления, Том почти не заметил, как прошёл час. Когда он наконец поднялся, комната была уже погружена в тишину. Ещё раз оглядев пустую гостиную, он отправился в свою спальню, решив, что утро принесёт больше ясности. Гермиона тихо вошла в свою спальню. Она жила в одной комнате с Джинни. Та, как обычно, спала в объятиях Поттера, закрыв кровать балдахином. Грейнджер пошла в ванную комнату, начиная готовиться ко сну. Тёплая вода помогала снять напряжение. Она долго стояла под душем, пока струи воды не смыли с её кожи следы слёз. Глядя в зеркало, она пыталась собрать мысли. Её лицо всё ещё было опухшим, но внутренне она чувствовала себя чуть лучше. "Почему Том проявил столько внимания?" — мелькнула мысль. Она быстро переоделась в пижаму и направилась в кровать, стараясь не думать о событиях прошедшего дня. Ночь прошла на удивление спокойно. Гермиона даже не слышала, как ушел Гарри. Она проснулась и увидела рядом сидящую покрасневшую Джинни. Утро началось с шумного обсуждения в спальне Гриффиндора. Джинни сидела на кровати Гермионы, взволнованно шепча что-то ей на ухо. — Прости за вчерашнее, Гарри случайно остался, — начала оправдываться она, её лицо стало пунцовым. — Мы просто говорили… — Джинни, всё в порядке, — Гермиона устало улыбнулась. — Вы прекрасная пара. Надеюсь, вы не будете слишком спешить. Джинни смущённо рассмеялась, но затем её лицо вновь омрачилось. — Рон убьёт меня, когда узнает. — Он должен понять, что его сестра и его лучший друг счастливы вместе, — сказала Гермиона, пытаясь отвлечь подругу от её переживаний. — А как у вас с Роном? — У нас всё сложно... — Гермиона вздохнула, её взгляд стал печальным. — Я не думаю, что мы подходим друг другу. Рон нуждается в ком-то другом, кто сможет лучше понять его. Джинни, обняв её, прошептала: — Ты знаешь, как он к тебе относится. Даже если он этого не показывает, ты для него важнее, чем он сам понимает. Ты заслуживаешь счастья, Гермиона. Просто не бойся принять его. Гермиона слегка улыбнулась, но затем сказала: — Спасибо, Джинни. Ты тоже заслуживаешь счастья. Я просто хочу, чтобы всё наконец-то стало на свои места. Они быстро собрались и отправились в Большой зал, решив больше не обсуждать Рона. Утро было насыщенным, но мысль о ночном разговоре с Томом всё ещё оставалась в голове Гермионы, запутывая её чувства.