Вступление

***

"Так сумрачна она, что, чутко ей внимая,

Поникшие цветы бледнеют, умирая."

Шекспир. 

      "Стараясь казаться идеальной, стала порождением чужих ожиданий, чем расколола собственную душу надвое. На противоречивые друг другу половины. Одна жаждала смерти второй — более слабой, чувствительной, той самой, которой была я настоящая; но любовь к тебе, что разгорелась в груди ярким жарким пламенем, помогла победить и снова стать единым целым, однако это меня и погубило. Я была такой наивной. Теперь во мне мертво всё, я жажду превратиться в пепел и рассеяться средь хлопьев белого снега. Желания смерти больше, чем желание по-прежнему любить тебя.       Наблюдения за жалкой собой, за теми чувствами, что расклеили меня, дали надежду на счастье и радость, надежду навсегда избавиться от траура, что мы носим всю свою жизнь. От проклятья, которым болеет мой род, я все отчетливее осознаю, насколько судьба жестока и беспощадна. Мы грешны и страдаем от этого. Ты невинен и чист, однако и с тобой злой рок не был милосерден, позволяя испытать ту боль и ужас, поджидающие здесь, в аду. А после ты влюбился в меня и всё вновь пошло прахом. Я не могу позволить тебе гнить здесь со мной, мы обязаны испытывать друг к другу только ненависть. В этом мире нам двоим не суждено держатся за руки и жить долго и счастливо.       Я беру ответственность за свои слова."       С этой мыслью девушка призвала коробку из белого нефрита и достала оттуда длинную острую ледяную иглу. С помощью ауры она помогла игле вспорхнуть и отдалиться на расстояние, чтобы затем быстро, за считанные секунды попасть точно в сердце, пронзая его и причиняя девушке невыносимую боль. Игла не прошла дальше, оставаясь в органе, где медленно начала пульсировать и срастаться с тканями предсердий и желудочков, а после застыла, приходя в покой до поры до времени.       Боль, какую только что пережила девушка, заставила упасть на колени и дрожать. Демону было пыткой не издать звука. Она зажала себе рот рукой, кусая кожу ладони, а с глаз слетели капли слез. Боль утихла, и девушка оперлась на деревянную столешницу, прикрывая глаза, но не переставая беззвучно лить слезы от боли. В окне все также сыпал снег и задувал ветер.       Теперь мир вновь стал серым.       Осталось лишь жить, дожидаясь смерти.