Часть 2

За то время, пока Изуми не видела Бакуго Кацуки, в её жизни произошли значительные перемены. Эти изменения были бы невозможны без помощи одного особенного человека — Дитриха Шульца, юноши с тёмными волосами и зелёными глазами. Дитрих учится вместе с Изуми и обладает уникальной причудой, связанной с водой. Однако его способность не ограничивается простым манипулированием жидкостью — он может лечить открытые раны, что делает его ценным членом команды героев. Поначалу Изуми немного завидовала Дитриху из-за его причуды. Но когда они подружились, она поняла, что он не только обладает выдающимися способностями, но и является умным и смелым парнем. Его стремление постоянно улучшать свои навыки и расширять знания привлекло Изуми. Они быстро стали друзьями и начали помогать друг другу. Дитрих помогал ей в практических заданиях, а она ему — в теоретических. Так у них сложился своеобразный тандем. Как и в тот день, когда они готовились к практике, который она так хорошо помнит, словно это было вчера: На столе Дитриха лежала куча различных учебников и заметок. А он сидел за ним, обхватив руками свою голову. И тяжело вздыхал, глядя на листы с заданиями. — Как же я это решал в прошлый раз? — тихо пробормотал он и лишь тогда заметил гостью, посетившую его комнату в общежитии. — Изуми, привет. Ты не могла бы объяснить мне, как работает эта физическая формула, которую мы изучали на последнем занятии? Я что-то не могу понять, как она применяется на практике, — попросил Дитрих о помощи. Они к тому времени уже неплохо общались. Но она ещё оставалась весьма застенчивой. — Конечно, Дитрих! — смущённо улыбнулась Изуми, ещё неуверенная в себе, но готовая оказать помощь там, где может. И присмотрелась к интересующим его записям. — А, формула давления, — улыбнулась она уже увереннее, для неё это уже было элементарно на тот момент. — Она говорит о том, какое давление оказывает сила, действующая на поверхность. Для твоей причуды это особенно важно, ведь твоё умение лечить раны связано с тем, как ты контролируешь поток воды. — Хм, — задумчиво протянул Дитрих. — Значит, если я увеличу силу, которую использую для манипуляции водой, это повлияет на эффективность лечения? — уточнил он. — Ну, не совсем, — она чуть призадумалась, решая как ему лучше всего объяснить. — Эта формула поможет тебе рассчитать нужную силу, чтобы ты смог помогать людям куда быстрее и эффективнее. Да, поначалу Изуми была очень застенчивой, но Дитрих помогал ей преодолевать свою неуверенность. Она была искренне благодарна ему за это. Однако не только Дитрих так повлиял на неё. Профессор Мира Крандж, доктор медицинских наук и учёный-анатом, также дала Изуми ценный совет, как достичь своей цели. Она наглядно показала, что для хирургии нужны люди с твёрдым характером. Это Изуми тоже запомнила на всю жизнь. А именно, тот случай в самом начале обучения, когда профессор Крандж заметив её застенчивость и неуверенность, позвала поговорить после пар: Мидория заглянула в кабинет. Профессор, посмотрела на неё, затем перевела взгляд на инструменты. — Изуми, проходи, — пригласила её женщина. — Я хотела бы обсудить одну важную вещь: причину, по которой хирурги должны быть крепки телом и духом. — Хорошо, профессор Крандж, — вежливо кивнула Изуми и прошла внутрь. — Расскажите, пожалуйста, почему это так важно в хирургии. — Хирургия — это не только знания и навыки, но и физическая выносливость. Позволь мне показать тебе на примере, — начала объяснять профессор, беря в руки тяжелый хирургический инструмент и протягивая его Изуми. — Ого! — поразилась девушка весу агрегата, ведь ей пришлось напрячь руку на то чтобы просто его не уронить. —Вот-вот, — по-доброму усмехнулась профессор, так легко забирая инструмент, словно он ничего не весит. После чего обработала его и убрала на место. — Нам нередко приходится держать его в течение продолжительного времени, зачастую в неудобной позиции. Если ты не в достаточно хорошей физической форме, у тебя начнут уставать руки, и это может привести к ошибкам, — пояснила Крандж. — Да, сложно сосредоточиться, когда болят руки, — кивнула Изуми с пониманием. — Совершенно верно, — подтвердила женщина. — А теперь давай поговорим о духовной крепости. Операция — это стрессовая ситуация. Иногда все идет не по плану, и хирург должен сохранять хладнокровие в момент кризиса. Профессор показала на монитор, где изображена сложная операция и продолжила: — Например, вот здесь пациент теряет много крови, и нужно быстро принимать решения. Если ты эмоционально неустойчива, это может повлиять на трезвость твоего суждения и логичность действий. — Я понимаю, — ответила Изуми. — Но как сохранить спокойствие в таких ситуациях? — Это дело практики и самодисциплины, — заверила её профессор. — Физические тренировки, йога и дыхательные практики могут сделать нашу жизнь легче как в операционной, так и за её пределами. И, конечно, работа в команде, и поддержка коллег тоже помогают справляться со стрессом, — улыбнулась она, намекая, что и со своей стороны окажет ей поддержку. — Спасибо, профессор Крандж за советы! Это поможет мне стать лучшим хирургом! — заметно воодушевилась Мидория. Так Изуми начала ходить в спортзал, чтобы стать решительнее и увереннее. Благодаря ежедневным тренировкам она стала лучше выглядеть и чувствовать себя. Изуми ни разу не пожалела о своём решении. Кроме того, она считает, что это было лучшее решение в её жизни. Благодаря которому она нашла цель в жизни, новых друзей и поняла, к чему ей нужно стремиться. Однако ей было жаль Бакуго. Он оставил в её жизни яркий след, который никогда не исчезнет. И стал для неё стимулом к развитию, можно сказать, одним из создателей её нового образа. А спортзал стал для Изуми не просто местом тренировок, а настоящей ареной самопознания. Здесь она испытывала себя на прочность, преодолевала физические и психологические барьеры. И наблюдала, как её тело постепенно меняется, и как уверенность растёт с каждой достигнутой целью.

***

После того ужина настал следующий день, но Изуми так и не появилась у порога дома Бакуго. Тогда он решил сам придти к ней. Но не услышал ответа на стук в дверь, и ему никто не открывал. Кацуки был уверен, что Изуми одна дома, потому что её мать — Инко уже два часа как ушла на работу и вернётся только вечером. Дверь открылась только через полчаса. Кацуки уже хотел накричать на Изуми, но она была сонная, в пижаме и с растрёпанными волосами. Она несколько секунд смотрела на Бакуго, но, поняв, что это действительно он, от испуга закрыла дверь и пошла, приводить себя в порядок. Через десять минут перед Бакуго стояла Изуми в обычной одежде и с причёской. Она выглядела гораздо свежее, хотя в глазах всё равно сохранялся след недосыпа. Изуми попыталась улыбнуться, но её губы лишь дрогнули. Бакуго вошёл в дом как к себе, потому что знает его как свои пять пальцев. Увидев, что ничего особо не изменилось, он хмыкнул. Изуми провела его на кухню, и он сел за стол. Она предложила ему чай и печенье. Она боялась первой начать разговор, и Кацуки не торопился. Но, набравшись храбрости, она решила спросить, как у него дела. Ответом было его молчание. Стоит ли говорить, что Изуми было неловко и некомфортно. Молчание тянулось, и в комнате повисло напряжение. Изуми хотела что-то сказать, но слова как будто застряли у неё в горле. Казалось, что даже чаша с чаем, оставшаяся нетронутой на столе, ощутила это неловкое ожидание. Взгляд Бакуго был сосредоточен, он будто искал что-то за пределами кухни, но в то же время оставался настороженным и отстранённым. Но всё же через некоторое время они смогли поговорить. Их разговор был очень долгим. Они обсудили многое. Кацуки пытался сохранять спокойствие, но всё равно взрывался, Изуми плакала, но даже всё это не помешало им продолжить их разговор. Воздух был насыщён атмосферой напряжения и недосказанности. Каждое слово, произнесённое Кацуки, звучало как последний крик в пустоту, а Изуми, глядя в пол, пыталась найти в себе силы высказать то, что её мучило. Бакуго слушал рассказ о её новой жизни. В целом он был рад за свою подругу. Но как же его раздражал этот Дитрих, уж слишком часто он мелькал в её жизни. Не выдержав, он спросил у Изуми, кто для неё этот Дитрих. Ответа не последовало, она лишь невнятно бросила нечто нечленораздельное и покраснела. Бакуго всё понял. Изуми определённо, нравился этот Дитрих. И вылетел из её дома, весь злой и раздражённый.

***

Через некоторое время перед его домом стояла Изуми, она была одета в тёплое пальто и шарф. Она не могла понять, почему Бакуго разозлился и убежал домой! Изуми решила постучать в дверь, хотя и не была уверена, что он откроет. Но надеялась, что сможет объясниться и разложить всё по полочкам. Изуми, ожидая ответа и стараясь собрать свои мысли, готовилась к любому развитию событий. Её сердце колотилось от волнения — она знала, что нужно быть осторожной с его чувствами, но она также не могла позволить себе оставить это недопонимание без разрешения. Он даже не хотел её впускать в дом, так она могла долго простоять, но пришла мама Бакуго — Мицуки. Увидев Изуми, она сразу поняла что её сын самый настоящий придурок. Заведя Мидорию домой и, напоив горячим чаем, чтобы девушка согрелась, мама Кацуки, пошла разбираться с сыном. Она зашла в комнату, где Бакуго сидел на кровати с мрачным выражением лица. Мицуки сложила руки на груди и, уставившись на сына, выпалила: — Кацуки, ты что, с ума сошел? Зачем ты так с ней? Она пришла к тебе, а ты ведёшь себя как последний идиот! — и отвесила ему подзатыльник. Бакуго посмотрел на маму, его лицо приобрело ещё более напряжённый вид. — Она мне не нужна! — выпалил он, но его голос звучал неубедительно. — Она нужна тебе, — ответила ему мать, не сдавая позиции. — Ты только посмотри на неё. Она волнуется, переживает, а ты ведёшь себя, как будто она тебе в чем-то виновата. — Она просто слишком... — начал было Бакуго, но замолчал, не зная, как выразить свои мысли. Мицуки тяжело вздохнула и постаралась наставить сына на путь истинный: — Сынок, ты должен принимать людей такими, какие они есть. Нельзя отталкивать тех, кто хочет быть рядом с тобой. Она пришла, чтобы поддержать, а ты отталкиваешь её. Может, ты просто боишься? Бакуго отвёл взгляд. Он знал, что мама права, но не хотел показывать свои слабости. — Я не боюсь! — крикнул он, хотя его голос уже не звучал так уверенно, как до этого. — Хм, тогда покажи это, — мягко улыбнулась Мицуки. — Расскажи ей, что тебя гнетёт, и помни, открытость — это не слабость, а сила. Он только захотел выпроводить свою мать за дверь, как она приказала ему пойти с Мидорией в торговый центр, помочь ей с покупками. Не успел Кацуки опомнится как уже стоял возле торгового центра вместе с Изуми.