2 глава «Душа»

Спустя неделю с того момента, как все, кроме Лоста, получили стихию, настал день его наказания. — Лост, через шесть лет мы изгоним тебя из Космоцарства, но а пока что мы не имеем права сделать этого, потому что ты слишком мал. Мы спрячем тебя долой от чужих глаз, — сказала в тот день его мать, Галактика. Заточение в тёмную сырую темницу, из которой он не выйдет ещё в течение долгого времени — это и было его наказанием, судьбой, от которой слабому не убежать. И вот, все уже на месте. Вся семья Лоста была здесь. Кай и Фирс были лучшими его друзьями, но тут то всё и окончилось, правда, лишь для Лоста. — Мерзкий Лост, ты мне больше не друг! — Кай вырвал Лоста из своего списка друзей, бумажки, которая всегда лежала у него в кармане. Пусть на деле она бесполезна, но для Кая это значило многое. — Молодец, Кай! — посмеялся Уильям, слыша рядом с собой и смешки Фирса. И тут в разговор влезла, та, от кого точно никто не ожидал этого, — Майнд: — Вы такие же, как и Лост, вам просто повезло получить стихию! — Майнд, ты бы помолчала, — огрызнулся Уильям. — Самой то лучшая стихия досталась и ходит выпендривается! — Молчи, белая ворона! — возгласила Майнд. Уильям правда замолчал и услышал, как Фирс ушёл в сторону. — Фирс, сынок, подойди сюда, — подозвала его Галактика. — Иду, мам! — ответил Фирс и ушёл с места событий. Спустя час все уже разошлись, около клетки не было никого, лишь сидел в ней отчаянный, разочарованный Лост. Он никогда и подумать не мог, что его мать, любимая и уважаемая им, станет той, кого он будет презирать в первую очередь. Ребёнок не мог ожидать такого поступка от своей матери, пусть это и было неизведанной ошибкой в выдаче стихий, но такое чувство, что Галактику это не волновало ничуть. У Лоста нет будущего. Наступило утро. Все завтракают, но Майнд так и не пришла. Галактика долго зовёт дочь, а та не отвечает. Обеспокоенная этим Галактика просит Пастэл проведать Майнд и позвать её. Скорее всего, она просто не услышала Галактику или ещё спит. Согласившись пойти, Пастэл взяла запасные ключи в комнату Майнд у Галактики. Зайдя в комнату, в глаза Пастэл сразу бросился упавший стул по середине комнаты, а над стулом на петле висит мёртвая Майнд. Она совершила самоубийство. Увидев это, Пастэл в истерике побежала к Галактике. — Майнд погибла! Она… — не смогла закончить Пастэл из-за поступивших из ярких глаз слëз. — И что? — ответил ей Уильям. Ему было плевать. — Как ты не понимаешь?! Бесчувственный идиот!! — сорвалась на него Пастэл. Она швырнула в Уильяма медный шар над своей головой. Так вот для чего он был нужен? От тяжёлого удара изо рта волка выплеснулась алая кровь. Уильям облокотился на колени и стал смотреть на сестру, откашливаясь кровью. Пастэл же заметила, что на брате сегодня появились фиолетовые пятна и с криком спросила: «Что с тобой стало?! Только недавно был нормальным!». После этих слов, Пастэл дальше побежала к Галактике. До Галактики дошла весть о смерти Майнд. Через пару дней она выступила перед народом Космоцарства, чтобы сообщить ужасную весть: «Наследница престола, Майнд, моя дочь мертва. Но эта единственная смерть никак не повлияет на великое Космоцарство! Новый наследник будет выбран позже». Народ шепчется, плачет, но Пастэл, стоявшая в глубине толпы, решила возразить: — Всего лишь одна смерть?! Майнд была моей сестрой и твоей дочерью! Как ты можешь такое говорить, мама! — Не ори на меня! Мой долг — править Космоцарством, а не следить за смертью! Эти слова прошлись по ушам так больно, будто разорвали барабанные перепонки и оглушили. Как мать может сказать такое о своей дочери? Пастэл расплакалась, отошла в сторону и телепортировалась куда подальше из гнилого Космоцарства, дабы не слышать больше свою мать. Она оказалась в Царстве Ветров. А что, если поступить так же, как и Майнд? Размышляя о жестокости этого мира, его изъянах, скрытом отчаянии, она сквозь туман поднимается на склон, ничего не видя перед собой. В Анивелиуме правит закон «умри или убей». У Пастэл нет шанса выжить здесь: она ненавидела даже книги, где упоминается смерть, что уж говорить о реальности. И вот, она, сама того не заметив, уже подошла к краю. Ещё один шаг и её жизнь оборвётся. Но она ничего не стоит, даже сочувствия матери, вероятно, на смерть Пастэл она отреагирует точно так же, как и на смерть Майнд. — Не делай этого, — обрывает её раздумья незнакомый женский голос. — Кто это? — встревожено спросила Пастэл, её голос дрожал. — Не бойся меня, я хочу помочь тебе! — ответила незнакомка, — не стоит этого делать, всё будет хорошо! Пастэл отказывалась её слушать, но, немного поговорив с незнакомкой, она отбросила суицидальные мысли, развернулась и отошла от обрыва ближе к незнакомке. Перед Пастэл стоял чёрный силуэт с яркими белыми глазами странной круглой формы. — Теперь можешь звать меня просто «Душой», — представилась незнакомка. — Теперь? — заинтересовано спросила Пастэл. — Ой, извини, ошибка, — ответила Душа и дополнила, — не говори никому про меня. — Хорошо, — согласилась Пастэл.