Пролог

      Декари почти и не помнила, кем была тогда, почти сто пятьдесят лет назад, на ферме своих родителей на окраине в то время ещё цветущего Дейла. Молодая гномка была крепкой и своенравной, что не мешало многочисленным женихам выстраиваться к ней в длинные очереди, хотя она едва только переступила порог шестидесятилетия. Декари жила в своём мирке, границы которого не заходили дальше Железных Холмов. Там всё было просто и понятно. Так, как она жила всю свою недолгую, по гномьим меркам, жизнь.       В её мире мама и папа крепко, как и полагается по традициям, любили не только друг друга, но и Декари, и её младшего брата, который вот-вот достигнет желанного совершеннолетия. Всё было идеально все её шестьдесят лет, и было бы так же идеально ещё очень долго… Но в один момент этот уютный мирок треснул по швам, не оставляя ни единого шанса воссоздать его вновь, ведь последняя стена, что была так оберегаема Декари, рухнула, стоило ей увидеть обгоревшие тела своих родных среди сотен и тысяч прочих. Стоило ей осознать, что они встретили свои последние минуты в объятьях друг друга.       Декари нечасто давала слабину. Она никогда не плакала, мама часто говорила, что выдержкой она может сравняться со взрослым гномом, а брат считал её слишком жёсткой, что, впрочем, было не так далеко от правды.       Но в тот роковой день она сломалась.       Вокруг был огонь, стоял въедливый запах горелой плоти, со всех сторон слышались рыдания, стоны, мольбы о пощаде и помощи, обращённые в небо. Дома рушились, балки не выдерживали упрямого огня и падали под его напором, погребая под деревянными завалами людей и гномов, чьи отчаянные, полные ужаса крики терялись, заглушённые победным рёвом дракона.       Декари заплакала. Это были тихие слёзы утраты и горя, окропившие сожжённую землю в первый, и — Декари поклялась себе в этом — последний раз. Губы дрожали. Ноги подкосились, и Декари упала на колени перед обгоревшими телами своей семьи, а затем зарыдала. Громко, утробно, вливая свой голос в хор бесконечного множества таких же рыданий, возведя руки к небу, будто спрашивая у него, за что ей такое горе.             Сердце её было разбито, память навсегда осквернена этим ужасным незабываемым днём… но глаза её горели огнём мести.       Она убьёт дракона, во что бы то ни стало.

***

      Позднее, когда бесчисленных погибших похоронили и оплакали, гномы, в том числе и Декари, во главе с молодым королём отправились сперва долго скитаться по миру, ища пристанища, а затем в Синие горы, что стали их новым домом.       Там было хорошо. Каждого гнома принимали с радушием, каждому находили работу, каждому одинокому - семью. Привычно чувствовался камень под шершавыми мозолистыми ладонями, что касались любимых пород. Да, Декари любила камень. Она чувствовала его своей сутью, он проникал в неё, а она в него. Она с ним была единым целым, как и любой другой гном.       Но Синие Горы не были её домом. Здесь было непривычно, пустота в душе просто сводила с ума, ей не с кем было ею поделиться. В надежде найти единение за пределами некогда нарисованных границ своего давно павшего мирка, Декари приняла решение покинуть своё временное пристанище, покинуть своих сородичей, среди которых больше не было тех, ради кого стоило бы остаться.       Декари положила шершавую мозолистую ладонь на прохладный камень горы, прислонилась лбом к холодной поверхности и прикрыла глаза.       — Прощайте, Великие Горы, — прошептала она, прежде чем отправиться в путь.       Что она хотела найти в своём путешествии? Может, ответы на вопросы, может, новый дом, а может... А зачем гадать? Она идёт по воле самой Судьбы и не знает, да и не хочет знать, куда та её приведёт.