И вот они, долгожданные объятья сна

Ночь - прекрасное время, чтобы провести его на едине с собой и своими мыслями. Парнишка, с виду лет 20, со слегка растрёпанными волосами и длинным шрамом, проходящим через правый глаз, бесцельно брёл по улице. Вокруг было тихо, ни души, лишь из наушников доносилась тихая музыка. Редкие снежинки порхали в небе и кружась ложились на макушку. Слабый свет одинокого фонаря освещал путь, позволяя не потеряться во тьме города. Холодный зимний ветер пробирал до костей, заставляя дрожать и алеть щёки. Кожа на лице местами обветрилась и потрескалась, но обладателя клетчатого шарфа это не сильно заботило. Он вновь брёл по улице. Уже которая бессонная ночь проходила именно тут, в окружении мрака и холода, но как не странно, это вовсе не пугало, а успокаивало. Под выцветшими, некогда небесно голубыми, глазами появились тёмные мешки. Парень старательно прятал их под стёклами своих солнцезащитных очков, которые снимал он разве что в душе и когда спал, что в последнее время не подворачивалось. Чувство тревоги давно отпустило, осталось лишь скребущее изнутри одиночество... Это чувство мироходцу было до боли знакомым, но при этом таким далёким. Набережная - место, где уже которую ночь ютиться Лололошка. Дойдя до этого искусно оформленного места, парню сразу же захотелось развернуться и уйти обратно. И нет, не потому что здесь некрасиво, место действительно было живописным и успокаивало своей атмосферой. Невысокие кустики растеряли свои листья ещё осенью, но округлая форма подстриженных веточек, говорила о былом виде растений. Дорожка была слегка присыпанна снегом, отражавшим жёлтый свет унылых фонарей. Речка уже давно замёрзла, покрылась толской коркой льда. Но вот что в этом месте было не так... По всюду были надписи и таблички, ссылающие лишь к одному человеку. JDH. Лололошке не нравился Джон. Кто бы мог подумать, что твоё собственное альтер-эго закинет тебя в чужую вселенную, без возможности вернуться назад?.. Лололошка не глуп, он понимал, что что-то не так. Понимал, что у Джона есть свои планы на его вселенную. Иначе как это объяснить? Зачем ему это вообще?... Мысли вновь зароились в голове, подобно колонии муравьёв, создавая головную боль и меж с тем накипающее чувство ненависти и безысходности. Он так устал от этого всего, это просто сводило с ума. Мироходец с силой пнул урну, что стояла в сторонке. Маленький выплеск накипевшего гнева, превратился в неприятность. Когда парень замахнулся, другая нога поехала по тонкой корке льда, что настилалась на дорожке, и Лололошка с громком "Ой!" упал на спину. Не то что бы сильно больно, но и неприятно. Вставать совершенно не хотелось, да и сил на это уже не было. Несколько бессонных ночей давали о себе знать, он устал и тело начал сковывать сон. Приятная тягота обволакивала тело. Кончики пальцев, и без того замёрзших на морозе, он перестал чувствовать совсем. Головная боль, как и мысли, пропали, оставляя в голове звенящую тишину и покой. Веки закрылись сами собой и парень наконец провалился в сон...