Виновен

Уснуть после своего проступка Хосок так и не смог, полночи бродил по городу, возвращаясь к машине, и только под утро попытался уснуть, сделав вид, будто ничего не происходило, но даже глаза не закрывались. Так и просидел на переднем сиденье, весь как на иголках, до момента пока Чонгук не проснулся, тогда начал нервничать еще больше, смотря на полупустую свинью-копилку, благодаря господа, что ночью не взял из нее все, и в тоже время проклиная себя всеми возможными словами, что это все равно была большая часть. За время пока нервничал успел купить парню завтрак, хотя сам не ел со вчерашнего утра, но теперь уже думал, что уж лучше с голода умереть, нежели после своего поступка съесть хоть хлебную крошку. ー Доброе утро… ー сонно промямлил Чонгук, разминая затёкшую шею.  ー Доброе… ー немного напряженно и срединно ответил Хосок, не смотря в его сторону. Тот не обратил на его состояние внимание, так как сам еще до конца не проснулся, и смотря в отражение зеркала заднего вида, поправлял взъерошенные волосы. Хосок продолжал смотреть в пустоту, крепко держась за руки, за всю ночь так и не смог придумать себе хотя бы малейшего оправдания, просто потому что его и не существовало. Чувствовал себя отвратительным человеком, настолько безответственным, что у 18-летнего парня по сравнению с ним мозгов гораздо больше. Но и признаться не мог, слишком стыдно было, хоть и понимал, что долго такое скрывать не придется.  ー Сейчас завтракать и в дорогу? ー их обычный день начинался почти всегда именно так, поэтому сюрпризов Чонгук не ждал. ー Чонгук, я… ー начал он хриплым голосом, но так и не смог сказать то, что должен был. ー Я уже купил завтрак… ー по-прежнему не смотря в его сторону, Хосок передал ему на заднее сиденье пакет из круглосуточного, видимо надеясь, что это задобрит его.  ー М? А ты? Поел? ー он взял пакет и уже чувствуя как урчит живот, стал рыться в нем.  ー Да, я поел уже… ー с этими словами Хосок завел машину, гадая в какой момент произойдет неизбежное и парень возненавидит его.

…

Всю дорогу Хосок пытался найти повод рассказать все и в тоже время очень надеялся, что Чонгук ни о чем не узнает, хотя не узнать об этом попросту невозможно. Как только парень приподнимет крышку их копилки все станет ясно как летний день. Ему даже было стыдно смотреть в глаза Чонгука, поэтому от дороги от не отвлекался еще более упорно, нежели обычно. Да и толком не говорил с ним, отвечая немногословно, просто потому что стыдно было, что говорит совсем не о том о чем должен.  ー Уже завтра скорее всего… ー неуверенно ответил он на вопрос о том, когда они приедут к морю.  ー Здорово… Наконец-то увижу море… ー мечтательно произнес Чонгук, откидываясь на спинку сиденья. ー Жаль сейчас холодно… Мы же сможет летом снова поехать туда? Почему-то сегодня Чонгук казался более болтливым чем всегда, будто на самом деле знал все и специально пытался заставить его чувствовать вину. А Хосок итак чувствовал ее, уже успев искусать все губы на нервной почве. ー До лета еще дожить надо… ー ему в особенности. Никогда бы не подумал, что 18-ти летний парень, ведущий себя как ангел, захочет убить его, но сейчас подозревал, что в скором времени возможно и подобное. ー У тебя какие-то планы? ー конечно, не имел в виду планы по уходу из жизни, но тот так сказал, будто уже знает, где будет в то время и это явно никак не строилось с планами которые предложил Чонгук. ー Да нет… Знаешь же… Я планы в целом не строю. ー Максимум на неделю и то если повезет.  А даже если пытался выстроить нечто долгосрочное, обычно все рушилось о любую из его зависимостей и приходилось, либо перестраиваться, либо вовсе наплевать на любые планы, ожидая новый подходящий момент для этого.  ー Если все еще будем в дороге в то время, то съездим… ー напоследок добавил он, дабы не звучать уж слишком сухо. ー Надеюсь будем… ー Чонгук совсем не стеснялся говорить об этом вслух. Ему нравилась компания Хосока, хоть они и знакомы не так долго как возможно должно быть, рядом с ним он чувствует себя взрослым, нужным и на своем месте, будто именно здесь и должен быть. Соврал бы, если бы сказал, что хочет скорейшего окончания этой поездки. Даже сон в машине и редкие приемы пищи не являлись веским аргументом против всех этих приключений, которые стали для него глотком свежего воздуха с привкусом свободы, а Хосок стал для него старшим братом, которого у него никогда не было, как и семьи в целом. Та семья где есть свои правила и традиции, и все несмотря ни на, что заботятся друг о друге, то о чем он мечтал перед сном каждую ночь в приюте.  Ответить на это что-то Хосок не смог, лишь впервые за долгое время взглянул на него через отражение в зеркале дальнего вида, практически сразу вернув взгляд к дороге.

…

Перед тем как им с Хосоком пришлось запереться в кладовке, Чонгук и предположить не мог, что человек мимо которого он случайно прошел в коридоре станет тем, с кем он начнет новую свободную жизнь. Когда он услышал первый выстрел, идя по коридору, его сердце на несколько секунд остановилось, а сам он встал в ступор, словно напуганная коза. И когда незнакомец резко схватил его за руку, он испугался еще сильнее, из-за чего не сразу пошел за ним. Хосоку пришлось дернуть его за руку, и хоть сам он этого не помнил из-за шока, но Чонгук точно помнил как в сознание его привели слова “Чего застыл, придурок?” и не менее напуганные, чем у него, глаза, на тот момент,  незнакомца. В тот момент им совсем нечем было заняться, кроме того как читать состав всяких чистящих средств и изредка поглядывать в окно. Поэтому большую часть времени, когда не было слышно никаких подозрительных шумов, они просто спали, чаще всего по очереди, чтобы не пропустить ничего важного, но это происходило совершенно случайно, без определенной договоренности. В таких обстоятельствах, почему-то было так приятно просыпаться и слышать нечто вроде “расслабься и спи дальше…” от усталого голоса. Хоть эта фраза и не означала ничего хорошего, а скорее наоборот, то что им придется сидеть здесь еще какое-то время. Но то, что Хосок так успокаивал его каждый раз, вызывало у него приятное тепло в груди. По правде, благодаря нему, ему практически сразу перестало быть страшно, насколько, конечно, можно успокоиться в таких обстоятельствах. И тем не менее, здесь в кладовке Чонгук чувствовал себя почти спокойно, учитывая, что он буквально больше суток сидел там с незнакомцем. Некоторые жизненные обстоятельства могут ощущаться совсем не так как сам того ожидаешь, и именно это Чонгук чувствовал в тот момент. С одной стороны, Хосок делал и говорил то, что сказал бы ему любой в тот момент, а с другой, до этого момента никто не говорил ему даже подобных мелочей, которые сильно подкупали доверие. 

…

Хосок ни тогда, ни сейчас, когда они уже несколько дней провели вместе в поездке, даже и не догадывался о том каким авторитетом на самом деле является для Чонгука. И если бы узнал, наверное стал бы винить себя за проигранные в автоматах деньги еще больше. Впрочем он итак считал себя самым ужасным человеком в этот день. В своих собственных глазах он предал того самого младшего брата, который только вернулся к нему, пускай и в ином облике. И не просто предал, а проиграл им же заработанные деньги, в очередной раз сорвавшись. Ударило в голову показать, что он мол может что-то, деньги заработает, и снова наступил на те же грабли, что и всегда. Так вдруг страшно было, что Чонгук может уйти, все равно, что потерять брата во второй раз, и на этот раз он сам виноват в этом целиком и полностью. Всю дорогу думал о том как исправить это, но если до этого понятия не имел как заработать хотя бы немного денег, а сейчас, за день, и то если повезет и Чонгук не заметит пропажи раньше, тем более не знал где найти сумму еще больше.  ー Хо, чем ты занимался до того как мы познакомились? ー все никак не решался задавать личные вопросы, но было так интересно, что он решил задать хотя бы общий вопрос, а там пусть рассказывает, что посчитает нужным. ー Чем я занимался до нашего знакомства?... ー так и хотелось сказать, что ничем хорошим, но тогда бы Чонгук мог подумать про какие-то преступления, поэтому пришлось подумать немного дольше чем две секунды, перед тем как ответить. ー Обвешивался долгами… ー и продолжает это делать до сих пор. ー Маме помогал… Что еще… Работал иногда, везде где брали… ー правда довольно быстро увольняли, так как периодически подворовывал, чтоб потом продать это и сыграть в автоматах хотя бы на какую-то мелочевку.  Ранее он упоминал, что многие долги у него появились из-за игровых автоматов и казино в подворотнях, но сейчас, чувствуя, будто может раскрыть себя, решил не упоминать об этом. ー Маме? А почему тогда решил уехать? ー раз ей нужна помощь, странно вот так оставлять ее, но он настолько доверял Хосоку, что искренне считал, что у него на то были весомые причины. Та самая неловкая тема на которую он не любил говорить. Но раз сам начал, придется довести до конца. Мог бы вовсе замолчать и придумать что-то, вместо того, чтобы упоминать мать. ー Она умерла… Две недели назад похороны были.  В машине воцарилось мертвое молчание. Это было ожидаемо, еще ни разу на эти слова никто не отреагировал иначе, поэтому кажется сейчас, когда Чонгук готов жалеть его, самое время опустить самого себя головой в грязь. ー Соб… ー не успел он договорить одно единственное слово, как Хосок нервно перебил его. ー Чонгук, я проиграл почти все накопленные деньги этой ночью.  На сей раз тишина стала еще громче, практически давя на уши. Руки Хосока нервно задрожали, но останавливать машину он не решался, как и смотреть на собеседника. Чонгук тихо забился в угол, не понимая серьезно тот говорит или просто шутит. Но тишина слишком долгая для шутки, так что кажется Хосок говорил абсолютно серьезно. Со стороны он стал выглядеть гораздо более подавленно нежели когда они попали в кладовку и разобрались с тем, что происходит. И все равно не смог сказать ни слова в ответ на его признание, просто потому что не знал, что вообще на это можно ответить. Хосок тоже молчал, так как оправдываться смысла не было, очевидно виноват и очевидно исправить сейчас он это никак не сможет. Поэтому некоторое время они продолжали ехать в полной тишине, пока в машине все больше нарастало напряжение. В голове Хосока творился полный хаос, из-за чего сложно было сосредоточиться на дороге и от несколько раз чуть не съехал на тротуар.  ー Можешь остановиться здесь, пожалуйста?... ー послышался тихий, неуверенный голос с заднего сиденья.  ー Да… Конечно… ー чуть хриплым голосом ответил он и аккуратно припарковался у тротуара, понимая, что тот собирается уходить. Хотелось остановить его, но нужных слов не находил. Как будто это совсем не та ситуация в которой можно просто попросить прощение, или попытаться оправдаться. Но что-то сделать определенно нужно, чтобы тот не ушел на самом деле.  Как только машина остановилась, Чонгук молча взял гитару из багажника и вышел из машины. Хосоку пришлось выйти вслед за ним, пытаясь придумать хоть что-то, чтобы остановить его. ー Ты куда?... ー спросил он так, будто ничего не произошло, таким непринужденным, и в какой-то степени даже ласковым голосом, просто потому что ужасно испугался, что снова останется один. Чонгук не ответил ему, начав спускаться по склону, скользя старыми кроссовками по засохшему и сгнившему осеннему газону. Ему хотелось побыть одному, не отвечая ни на какие вопросы и не выслушивая никого больше. ー Я… Я буду здесь… Я оставлю машину здесь, Чонгук… ー крикнул он ему вслед, в надежде, что тот вернется. ー Может тебе дать ключи?... ー зачем-то сказал он, видимо думая, что тот может устать и лучше пусть парень отдыхает в машине, нежели где-то на лавочке. ー Вернись… ー еле слышно пробубнил Хосок себе под нос, разочарованно расслабив плечи, когда тот скрылся где-то внизу.

…

Некоторое время Хосок провел у машины, ожидая когда Чонгук вернется, но этого так и не произошло. Он все больше думал о том, что лучше стоит начать как-то исправлять положение в которое он завел их. На мгновение ему показалось, что парень не из тех, кто принимает импульсивные решения, пока не вспомнил как тот вообще присоединился к его поездке. Так что вариант того, что прямо сейчас Чонгук тоже может поступить также не был исключен полностью. И все же, Хосок старался утешать себя тем, что это невозможно, ведь парень совсем один в незнакомом городе, с одной только гитарой. И несмотря на все все легкие оправдания, что тот хоть за день может накопить на билет на автобус или электричку и уехать обратно, продолжал верить, что этого не случиться, и пообещал себе исправиться впредь.  Правда со вчерашнего дня ничего не изменилось, они снова сменили локацию и ему приходилось обходить все улицы пешком в поисках хотя бы чего-то. Он уже был готов продать что-то из своих вещей, но понятия не имел кому вдруг на улице могут понадобиться его старые кроссовки или куча связанных друг с другом зарядок и проводов, так как это единственные ценные вещи, что у него были, за исключением тех, что им с Чонгуком необходимы в поездке. Уже даже почти начал лазить по мусоркам в поисках металлолома, пока не узнал, что за столько стараний много ему точно не заплатят и по сравнению с тем, что он проиграл, эта сумма будет крупицей, а при этом потратит он на это большую часть дня.        Хотелось вернуться к машине как можно скорее, на случай если вернется Чонгук. Но чем дольше он искал, тем больше времени проходило, а денег больше не становилось. Хосок чувствовал как все больше проигрывает в этой битве, несмотря на то, что сам изначально и воткнул нож себе в ногу. Всю голову занимали мысли о том, где сейчас Чонгук и все ли в порядке. Пускай он и взрослый человек, который должен уметь постоять за себя, но в  голове Хосока это по-прежнему был его младший брат, которого нужно защитить от всего мира. Но он мало того, что этого не сделал, так еще и усугубил ситуацию, сорвавшись и проиграв деньги. Перед глазами все всплывало счастливо лицо парня и то как он гордился собой вчера, когда смог заработать для них хотя бы немного. И то как он рассказывал об этом, жаждя похвалы, которую толком не получил, а был вынужден утешать Хосока из-за того, что у него в тот день ничего не вышло. Сердце болезненно сжималось от осознания этого, что некоторое время он провел сидя в подворотне, в попытках успокоиться и не расплакаться прямо там, из-за чувства вины,  что разъедало его изнутри. Чонгук так старался и  все, что получил взамен это испорченное настроение вчера и еще более отвратительное предательство сегодня. А все из-за того, что Хосок не смог немного подавить свою гордость и подождать до момента, когда у него будет больше шансов найти подработку. Теперь же он должен все исправить и вернуть доверие Чонгука, если это возможно, и даже если невозможно.       Поиски завели Хосока на местный рынок, что не могло не радовать. Здесь шанс найти халтуру гораздо проще и сейчас он все больше понимал, что хотя бы самый простой телефон с выходом в интернет им все-таки нужен, хотя бы для того, чтобы по карте посмотреть, где что находится в том или ином городе. Так было бы гораздо проще понять где можно найти что-то, а на какие места даже время не стоит тратить. Хосок все еще думал об этом как о “им двоим”, “им с Чонгуком”, а не ему одному, и каждый раз боялся, что все очень быстро может измениться и он останется в одиночестве, снова.  Пройдя часть рынка и спросив почти в каждой лавке не нужна ли кому-то помощь за крошечную плату, везде натыкался на два варианта ответа: “Нет” и “Пройди дальше, там должен быть кто-то”. В основном здесь продавали еду, но большими кулинарными способностями Хосок похвастаться не мог. И тем не  менее, в последний год он стал более умелым в этом деле, пока старался ухаживать за больной матерью, у которой попросту не было сил самой готовить себе. Никогда бы не подумал, то навыки быстрой готовки ему когда-то в жизни пригодятся, но кажется  сегодня может быть именно такой день. Совсем не питал любви к готовке, скорее наоборот, это всегда ассоциировалось у него с мамой и наводило на неприятные мысли о ее смерти, но раз он уже потерял ее и младшего брата, ради того, чтобы не потерять в своей  жизни второй шанс, спустившийся к нему прямиком с небес, придется пересилить себя. ー Совсем ничего нет?... ー в отчаянии спросил Хосок, пройдя почти весь рынок. ー Пожалуйста… За любую сумму… Мне очень нужны деньги… ー за весь день так перенервничал, что сил не было держать себя в руках. Хосок так размяк, словно вот-вот готов был расплакаться и встать на колени, лишь бы только дали работу.  ー Чего на нормальную работу не устроишься? ー с явным непониманием спросила женщина за прилавком, разделывая рыбу. ー Я хочу… Просто сейчас не могу… ー так стыдно было.  Чувствовал себя маленьким школьником, которого отчитывают взрослые. Причем даже толком никто не отчитывал, но стыдно было так, будто ненарочно всю жизнь человеку испортил в одну ночь. ー Мне нужно перед кое-кем загладить вину… Очень нужно… ー опустив глаза в пол, Хосок уже практически давил на жалость, в надежде, что хотя бы это поможет. ー Девушка?... ー практически  закатив глаза спросила она, повидав за жизнь мужчин, которые сначала не думают, а потом бегают извиняться с щенячьим взглядом. Несколько секунд Хосок молчал, так как с уст срывались слова, которые являются правой лишь для него. И все же сдержать их он не смог. ー Брат… Младший. ー Сказал он с явным чувством вины в голосе. ー Я подвел его и теперь должен все исправить… ー давно не чувствовал себя таким маленьким и беспомощным. Словно ему снова было 13 и он пришел признаваться маме, что это он съел последний кусок торта, а не его младший брат. Как когда случайно сломал его фигурку из пластилина. Или когда тот был совсем маленьким чуть не уронил на пол, когда немного поиграть с ним, но сам был настолько юн, что не хватило сил. С каждым воспоминанием ком становился все больше. Но самым страшным было самое последние, как они с мамой выбирали цветы для него, шесть белоснежных и чистых, как юная душа, хризантем врезались  в  его память и ни на день не оставляла. Все 10 лет ненавидел эти цветы. Но когда пришлось заходить в цветочный уже в одиночестве, для матери также взял шесть белоснежных и чистых, как материнская любовь, хризантем. Его глаза невольно заслезились под очками, из-за чего пришлось отойти от прилавка и завершить разговор с  женщиной. Приподняв очки он сдержанно протер глаза, словно пытался как соринку вытащить из глаза воспоминание. ー Эй, подожди… ー слабым, чуть сочувствующим голосом произнесла женщина, отложив рыбу. ー Нож в руках держать умеешь?...  Хосок обернулся с замершим сердцем. Перед глазами пролетели все последние воспоминания, на сей раз заставляя его чувствовать облегчение. Мысленно Чонгук уже ощущался ближе к нему, несмотря на то, что сейчас он понятия не имел где он находится. Но, как тогда, так и сейчас, был готов обыскать хоть весь город за ночь, и точно знал, что найдет его. Надежда не умирает никогда, она может лишь затухнуть, если в нее не верить.

…

Спустя два часа Хосок понял, что по всей  видимости попал в очень популярное место, так как уже в пятый раз нарезал на кухне одну только редько. По правде, из-за ножа в руке уже немного сводило руку с непривычки, а ничего кроме подготовки полуфабрикатов для готовки ему и не доверяли, что наверное и к лучшему. На кухне было ужасно жарко и устал он довольно быстро, но старался не подавать вид, раз ему так слепо доверились и помогли, нужно выжать из себя все силы на это. К тому же, перед глазами все еще была цель вернуть доверие Чонгука.  Хосок знал, что закончит сегодня позднее, чем планировал, но все время пока резал то морковку, то редьку, то еще что-то, молился, чтобы Чонгук его дождался. Несмотря на то, что его сегодняшний рабочий день зависит не от объема сделанной работы, а от времени, когда закроется лавка, Хосок все равно старался работать как можно быстрее, будто так все следующие пару часов пройдут за две минуты. Мысленно он уже бежал к машине и видел стоящего рядом Чонгука, который все еще был обижен, но возможно готов простить. И эта цель помогала Хосоку продолжать работать. Заплатили ему почти половину от того, что он проиграл ночью, что уже не могло не радовать. Не совсем гроши, хоть и не все сразу, но возвращает. Наверное единственный долг, который ему искренне хотелось вернуть. Хотелось надеяться, что Чонгук увидит его стремление и простит, а после Хосок планировал сделать все, чтобы заработать оставшееся и даже больше. Не говоря уже о том чтобы больше не подводить парня таким образом и белые хризантемы в голове наконец утихнут, перестав терзать его душу. 

…

Уже подходя к машине, Хосок видел, что никого рядом с ней нет и это заставило его ужасно сильно нервничать. Не мог Чонгук уйти так просто, не сказав ни слова, не мог он поверить, что это даже в теории может произойти. Находясь у машины Хосок обеспокоенно осматривался по сторонам, уже совсем стемнело и с каждой минутой начинал все больше волноваться за парня, словно тому действительно было 8 лет, а не 18. Он осмотрел все места поблизости где тот мог быть от кафе и магазинов, до остановок и подворотней. Но Чонгука нигде не было, что заставляло Хосока все больше нервничать и метаться вокруг, словно парня кто-то украл, а не он сам ушел. Продолжая поиски пришлось пойти по стопам “пропавшего без вести” и спуститься туда, куда тот ушел во время их последней встречи. Спускаясь со склона в скользких ботинках Хосок чуть не упал и не покатился вниз раза три, из-за чего даже толком не мог рассмотреть в темноте под тусклыми фонарями есть ли кто-то внизу, или в это время только машины мимо проезжают. Но и здесь на первый взгляд никого не было, что для него на самом деле было не удивительно, но очень тревожно. И стоило ему только отчаяться и принимать решение в какую сторону идти, чтобы продолжать поиски, как услышал еле слышный гитарный проигрыш, остановивший его сердце. Хосок резко повернулся, но не сразу понял откуда был этот звук. Оказалось, что даже в очках в темноте он практически беспомощен, и перепутал сидящего на остановке, поодаль, человека с тенью. Наверное в такие моменты понимаешь, что лучше купить новые очки, ибо за столько лет зрение явно ухудшилось.  Хосок практически подбежал к остановке, стараясь разглядеть не ошибся ли он, но этот гитарный проигрыш он точно не может перепутать ни с чьим другим. Человек на остановке неспешно обернулся на него и сомнений больше не осталось. ー Чонгук… ー нервно запыхавшись сказал Хосок. Тот растерянно смотрел на него все теми же расстроенными глазами и не говорил ни слова. ー Я искал тебя… А ты… А ты тут сидишь… ー он смог расслабленно выдохнуть, опустив голову. Чонгук был в порядке и, по крайней мере, не ушел слишком далеко, а значит был шанс вернуть его. ー Искал?... ー тихо произнес парень. Он с утра и не уходил отсюда, даже и подумать не мог, что тот потратит какое-то время чтобы найти его.  ー Да… Искал… Я… ー обдумывая свои следующие слова, Хосок сел рядом с ним на корточки, по-прежнему чувствуя сильную вину. ー Прости… Я идиот. Полнейший… Безответственный и отвратительный человек… Но прошу тебя… Прости меня…  ー Хосок… ー уже было начал он, но тот перебил его. ー Нет, подожди… Я не закончил… ー он устало оперся о скамейку на которой тот сидел, ватной рукой, почти не ощущая ее после нескольких часов работы на кухне. ー Я кретин… Но я все исправлю… Клянусь тебе… Я весь день пытался исправить… ー он судорожно вытащил из кармана несколько купюр и положил их на колени Чонгука, рядом с гитарой. ー Я клянусь… Я заработаю еще больше… Я просто кретин… Но умоляю… Дай мне шанс исправиться… ー Хосок даже почти не смотрел на него, боясь, что снова глаза заслезятся, но говорил абсолютно искренне. ー Я больше никогда так не поступлю… ー напоследок тихо выдал он в надежде, что все это было не зря.  ー Никогда?... ー с легким недоверием переспросил Чонгук, чувствуя себя немного неловко. ー Никогда… Обещаю… Я больше не разочарую тебя…  Парень ему и не говорил о том, что разочаровался и на самом деле весь день пытался сам себя переубедить в этом. И теперь, видя как раскаивается Хосок, практически стоя на коленях, у него полностью получилось переубедить себя. Так странно когда перед тобой извиняется взрослый человек, будто вы наравне друг с друг. Так искренне и эмоционально,, по правде, удивляло уже само извинение от человека, что на 10 лет старше. Тот не пытался увиливать или игнорировать его обиду, делать вид, что ничего не произошло, а просто пришел и извинился. Пускай и спустя много часов, как теперь выяснилось все это время Хосок просто пытался исправить свою ошибку. И теперь Чонгук практически полностью простил его. ー Я как полный придурок проиграл деньги… Но я все верну… Честно… Ты единственный, кому я действительно отдам долг…  Чонгук чуть удивленно вскинул брови. ー Хосок… ー как раз то о чем он и хотел сказать раньше, но не успел. ー Мне все равно на деньги… ー и было все равно с самого начала, суть его обиды совсем не в этом.  Тот поднял не менее удивленный взгляд на него, не совсем понимая, что парень имеет в виду. ー Я расстроился не из-за этого… ー на самом деле он даже не подозревал, что его обида может оказать настолько большое влияние на Хосока. Он планировал уже через полчаса-час идти в машину, сделав вид, будто ничего не было, как и все взрослые которых он встречал, но тот изменил его планы, и не сказать, что Чонгук остался недоволен. ー Я думал мы команда… Что мы вместе и заодно… А ты соревнуешься со мной, кто больше заработает…  На мгновение Хосок почувствовал, будто у него ушла земля из под ног. Все это время он исправлял совсем не ту проблему, которую должен был, потратив время, практически, зря. Проблема была не в деньгах, все, что ему нужно было это лишь поговорить с Чонгуком, извиниться перед ним и все решить, а вместо этого он заставил его ждать целый день для этого.  Глаза Чонгука немного заблестели, из-за чего он невольно опустил голову, прикрывшись волосами. Почему-то это простое движение, на котором парень даже не акцентировал внимание, заставило сердце Хосока от волнения биться еще сильнее. Не подумав и секунды, он приподнялся и крепко обнял Чонгука, будто пытался сдержать его слезы. ー Прости… Оказывается я еще больший кретин… Прости… ー в его жизни все всегда вертелось вокруг денег, поэтому он даже в теории не мог предположить, что здесь дело не в этом.  Почувствовав впервые за долгое время как его кто-то обнимает, Чонгук замер на месте. Совсем не ожидал, что Хосок хоть когда-нибудь обнимет его и по правде даже не думал о подобном. Его никто не обнимал еще так крепко, на самом деле, он не помнил вообще, когда в последний раз хоть кто-то обнимал его. От этого действие Хосока было для него еще более неожиданным.  ー Я все понял… Теперь… Я постараюсь не разочаровывать тебя… И… И у тебя все будет хорошо… ー говорил он,думая о своем младшем брате, больше не воспринимая Чонгука никак иначе.  От его слов по телу пробежали легкие мурашки, он скромно обнял Хосока в ответ, позабыв как это делается. Все чего ему хотелось в этой жизни, это хотя бы ненадолго почувствовать тепло и заботу по отношению к себе. И если Хосок действительно тот кто сможет дать ему эту заботу, стать для него старшим братом, то он был бы только рад принять это. В то время как сам Хосок, нуждался в том, чтобы излить на него всю свою несостоявшуюся заботу к брату.