Глава, написанная под дождь.

Когда мне больно было и плохо,

ты не спасал меня герой,

твоё оружие слово,

ты не полезешь в бой...

Неизвестный

- Ну что, ты прёшь эти пакеты? - он скоро забрал из рук блондинки четыре пакета из супермаркета. - Нормально всё, - отмахнулась она. Было без разницы. Нет, прервать жизнь внутри себя она чертовски боялась, но с этим безразличным взглядом на всё она справиться никак не могла. - Марин! - Голос отца отвлек от всего, он был надрывный и с какой-то хрипотцой. Нарочинская влетела вверх по лестницы и, зайдя во вторую комнату, увидела его, бьющегося в очередном приступе. - Тихо-тихо... - она взяла пару таблеток с прикроватной тумбочки и всыпала ему в рот, зажав рукой губы. Она себя ненавидела за грубость во время его болезни. А если бы ты зашла, начала плакать и смотреть на то, как жизнь играет со смертью на минуты, было лучше? Судороги прошли, Владимир Сергеевич обмяк в кресле, где он впринципе и сидел. Сон должен закончиться спустя часа два. А потом он снова очнется отцом. Марина спустилась вниз к Паше, который ждал её. - Ему хуже? - А сам не видишь? - рявкнула она, подходя к таблеткам, которые лежали на микровалновке. - Ты пила их уже.. - тихо напомнил он. - Что? - непонимание повернулась Нарочинская лицом к Гуреву. Она сильно изменилась. Похудела, если раньше она была просто стройной, то сейчас её худоба походила на болезнь. На ней был темно-синий халат,как и тогда, который открывал вид на заметные ключицы. Марина отказывалась пойти к специалисту и пропить нужный курс антидепрессантов, которые не вредны ребёнку, а не ту дрянь, которую она глотала в попытке прийти в норму. - Аа.. - она посмотрела на картонную коробочку в руке, - так а тебя и не касается, - её голос был твёрдым, но в тоже время глухим и отдаленым. - Да ты понимаешь, что ты не себя губишь, а его? - он указал рукой на её живот, - Он то в чем виноват, а? - Паша начал наступать на неё, упирая Нарочинскую в гарнитур, - В том, что ты переспала с мудаком? - она уронила таблетки, и ударила ладонью по щеке Паши. Это та тема, которую он не имел права заводить. Она ощутила себя на его месте, а его на её. Противно от самой себя, что стала похожа на него. - Не смей.. - сбивчего сообщила она и, забыв поднять таблетки, поднялась аа второй этаж. Как же с Нарочинской сложно... Она не могла сдерживать безумный поток слёз. Было тихо в той ванной, в которую быстро забежала Марина. Начало подташнивать, то-ли от слез и истерики, то-ли токсикоз слава богу начался. Она бросила курить, но горелый запах сигарет просто въелся в её одежду, книги, белье. Они были одним целым. Нарочинская перестала чувствовать во рту привкус желчи и снова взглянула в зеркало. А папа ведь говорил, что в склиф не надо приходить работать. График дурной, ага, дурной. Она дурная! Телефон завибрировал в кармане домашних штан и на экране ожидающе высветилось: "Нина Дубровская". Казалось, он звонил вечность. Марина не смогла себя перебороть, взять трубку и просто, на вопрос "как дела", хоть раз в жизни ответить "плохо". Она зашла в менеджер и быстро напечала исчерпывающее сообщение: " Я не дома, занята." И начала считать секунды до ответного: "Как будешь дома - позвони". Нарочинская ни раз, за то время, пока жила в Германии не выполнила просьбу подруги. Ох Господи...почему подруги? Так она ей доверяла, но трубку взять не могла. Доверяла, но говорила, что все хорошо. Доверяла, но скрылась и скрыла причину уезда. Доверяла, но просто не хотела тревожить. Снова сообщение из приложения телефон. "Контакт "Брагин" пытался до Вас дозвониться" Нет, ну прям вовремя он. *** Паша спустя час после ухода Марины тихо поднимается за ней и заходит в ванную. После их ссор она идёт именно сюда. А ссоры бывают часто, так что он запомнил. Она полулежала, прислонившись спиной к раковине. Вся скукоженна и скованна, а в руках телефон. Гурев забрал его из рук. Он моментально загорелся, высветив надпись "разблокировать контакт "Брагин"?" Нажав отклонить, Павел поднял Нарочинскую на руки и отнёс в спальню. Сняв с Марины халат, он закутал её в тёплое одеяло, хотя на улице была весна. Переехав сюда, она ещё сильнее стала замерзать, почему-то кровь не доходила до рук и ног. Поэтому Паша и выдал ей это зимнее пуховые одеяло. Он сел рядом. Страшно за неё. Скоро умер отец и что тогда? Да проспасть там неимоверная, закончится она. Не специально - случайно, передоз, упадёт, удариться, не успеют найти, недовезут. Историй о том, что может случиться с ней было куча и главное из-за чего? Из-за мужика. Нарочинская дёрнулась и повернулась к нему лицом. Гурев бережно стал поглаживать её спину. Удивительно, как быстро меняется человек. Ещё бы год назад ему сказали, что сама Марина Нарочинская спит у него в спальне после истерики, так он бы не поверил. Но чтобы она не делала, в попытке оттолкнуть его, он будет рядом, ну просто потому что он ей.. Удар. В соседней комнате что-то упало на пол. Паша подскочил с места и рванул туда. Только не сейчас... Владир Сергеевич лежал на полу. Подбежал к нему, Гурев моментально проверил пульс. Нет, ещё месяц, пожалуйста.. Поворот. Искусственное дыхание. Массаж сердца. Ноль. А в голове мысли о Марине. Если она придёт сюда сейчас то, кукуха уедет ещё быстрее. Если она увидит его мёртвым в этой комнате, то сбежит из этого дома. Мёртв. Медленные шаги. Павел перекрестился. - Что ты шумишь...?