Глава 1. Разговоры и размышления.

Что-то было не так.  Воздух с трудом просачивался ко мне в лёгкие, словно что-то мешало ему свободно двигаться.  Как же мучительно тяжело дышать. Казалось, что меня сдавили прессом со всех сторон, пытаясь расплющить. Превратить в тонкий лист бумаги.  Если так ощущается сонный паралич, то я искренне не завидую тем, кто уже пережил это или ещё испытает в будущем. Казалось, ещё немного — и я просто умру. Что происходит? Как же часто я задаю этот вопрос в последнее время.  Пока ещё оставалась возможность здраво мыслить, нужно было понять, как я к этому пришла. Мы с Сансом легли спать, и, похоже, мне действительно удалось заснуть. Мне снится кошмар? Нет, иначе от такой удушающей боли я бы уже проснулась. Вокруг темнота — значит, глазницы Санса закрыты, и он всё ещё спит. Хм… Может ли всё это происходить из-за моего «соседа»? Как только я погрузилась в подсознание — пустоту быстренько решила называть именно так — ощущение сдавливания усилилось. Удивительно, что я до сих пор не потеряла сознание от недостатка кислорода. Возможно, без тела кислород мне вообще не нужен, но инстинктивно я всё равно стараюсь дышать. Лучше сейчас об этом не задумываться… Тем более, на данный момент у меня есть проблема поважнее. Душа Санса сжимала меня со всех сторон, словно пытаясь либо раздавить насмерть, либо просочиться внутрь и спрятаться от чего-то. От неё исходили волны боли, ужаса, одиночества и злости. Что случилось? Почему приятное тепло, исходившее от сущности скелета, превратилось в жгучие тиски? Если шутник спит, значит, ему снится сон. А раз его душа так реагирует, то это кошмар. Нужно разбудить его, пока он не сжал меня с такой силой, что я просто лопну. Буквально. Но как это сделать? Я могу попытаться снова повлиять на его душу, но в прошлый раз это привело к смущающей ситуации. Для начала попробую просто позвать его. Если не сработает — придётся прибегнуть к нежелательному методу. – Санс? Ты слышишь меня?! Проснись! Это просто сон! Ты в порядке.  Тиски слегка разжались, но всё ещё недостаточно, чтобы я перестала ощущать приближение смерти. Его сознание слышит меня, но этого не хватает, чтобы проснуться. – Пожалуйста, Санс! Проснись! Чтобы у тебя там не происходило, этого не существует. Ты в безопасности.  Наконец, жар вокруг меня отступил, позволяя нормально вдохнуть. Я автоматически глубоко втянула воздух, но уже осознала, что кислород мне, в принципе, не нужен. Мысленно говорить я могу и без него. Но я не хочу лишать себя чего-то такого естественного, что делает меня обычным человеком, поэтому продолжу игнорировать эти особенности. Я вернулась в окружающий мир и увидела темную комнату. Тусклый свет из окна освещал все поверхности, но до матраса он не доходил. За стеклом падал крупный снег, и маленькие тени снежинок пробегали по полу и стенам. Монстр сидел, уставившись куда-то вниз.  Похоже, во время сна он снял куртку, потому что сейчас она лежала на полу рядом с нами.  Странный голубой свет исходил из его глазницы, ложась на тело и «кровать». Грудная клетка часто поднималась и опускалась, пытаясь выровнять дыхание. Что же это за сон такой, что скелет так бурно реагирует?.. – Ты в порядке? Я могу чем-то помочь? Санс дёрнулся. Похоже, он забыл, что теперь не один. Окончательно выдохнув, голубой свет погас, и комик лёг обратно. Его взгляд устремился в потолок. Интересно, он планирует продолжить спать? – хе, прости мелкая. я разбудил тебя? просто сон был довольно убудительным. – …Даже для тебя эта шутка слишком плоха. Скелет хмыкнул. Я почувствовала, как приятное тепло приблизилось ко мне, но, вспомнив недавнее происшествие, невольно отстранилась от него. Во мне возник маленький росток страха, что сейчас меня снова сдавят и доведут начатое до конца. Я не хотела так резко реагировать, но моя сущность действовала инстинктивно, отстраняясь от причины боли. Похоже, это задело меня больше, чем я думала. От моих эмоциональных действий Санс снова сел. Его душа замерла, стараясь не шевелиться и не напугать меня ещё больше.  Вот блин, он точно сейчас начнёт допрашивать, почему я так реагирую, а я не хочу рассказывать о том, что он не мог контролировать. – что за?.. почему ты напугана? что произошло пока я спал? Я промолчала. Окружающее тепло беспокойно завозилось, но всё ещё не приближалось.  Как я и говорила, он задаёт вопросы. Я не хочу его беспокоить — и так принесла ему проблемы своим вселением. Но молчать, наверное, тоже не стоит. Вдруг это повторится, и в следующий раз я не смогу его разбудить. Дойдёт ли до того, что он просто убьёт меня? Не специально, конечно, но всё же. В конце концов, от этого будет больно ему, а не мне. Похоже, Санс воспринял моё молчание как отказ говорить, потому что в ночной тишине раздался его голос: – послушай, дружище. я понимаю, что сделал что-то неприятное, судя по твоей реакции, но я правда хочу разобраться в этом, чтобы больше не повторилось. мы познакомились буквально вчера и ты, наверно, думаешь, почему это ты должна доверять какому-то монстру. или считаешь, что я что-то скрываю, относясь к тебе так, словно каждый день в кого-то вселяется человеческая душа, хех.  Санс втянул воздух носовой впадиной и медленно выдохнул.  – я плох в разговорах по душам, хе-хе. — скелет неловко почесал затылок. Его взор перешёл со стены на окно, наблюдая за снегопадом. — если говорить начистоту, то я сам не до конца доверяю тебе. ты взялась из ниоткуда, говоришь, что ничего не помнишь о себе, но при этом рассказываешь как было в барах на поверхности.  Монстр потёр переносицу фалангами пальцев. Моё сердце ёкнуло от лёгкой обиды, ведь я не врала ему о своих воспоминаниях. Они сильно тревожат меня, точнее — их отсутствие. Но при этом я осознаю, что он пытается донести до меня. Всё это и правда выглядит подозрительно. – в общем, думаю, ты поняла, о чём я. но можешь расслабиться, потому что, к нашей удаче и беде, мы можем чувствовать друг друга. ты мои эмоции, а я — твои. и я не ощущаю от тебя опасности или какого-то подвоха, поэтому мне хотелось бы найти общий язык с тобой, хех. было бы не очень комфортно делить тело с тем, кто неприятен и кому не можешь доверять. но для того, чтобы прийти к этому, нам нужно разговаривать и делиться проблемами. Снова тишина. Я… впервые слышу, чтобы Санс так много говорил. Тем более вслух. И при этом была всего парочка каламбуров. Хоть мы и мало знакомы, но он не похож на многословного парня.  Его душа излучала волны уверенности, пытаясь доказать, что мне не стоит переживать и что я могу довериться ему. Она всё ещё не приближалась, но чувствовались короткие согревающие вспышки, которые пытались прикоснуться, но сразу же отскакивали обратно. Интересно, как именно Санс ощущает меня? Так же, как и я его? Или по-другому? Наверное, не время об этом думать. Нужно ответить этому тревожному скелету. – Сейчас всё хорошо. Я не хотела так резко реагировать. Просто… я проснулась от сжатия. Было чувство, что я задохнусь, и ты сдавишь меня так сильно, что размажешь по всему, чему можно. Было немного больно… Комик прикрыл лицо ладонью. Окружающий мягкий жар задрожал, отстраняясь подальше. Что, теперь он сам не хочет приближаться ко мне? Но я говорила правду, сейчас всё хорошо. Когда он высказал всё, что думает, осознала, что больше не боюсь снова почувствовать тепло его души.  Теперь моя очередь подбадривать, не так ли? – Мм, мне кажется… или атмосфера стала немного… давящей? Неожиданно всё затряслось. Скелет дрожит? О нет, я что, довела его до слёз?! Эта шутка была такой ужасной? Или я зря пошутила про давление?!  Не успела я полностью запаниковать, как раздался приглушенный смех.  Так он смеётся?! Господи, как же он меня напугал! Я же даже не представляю, как бы его успокаивала! Душа монстра расслабилась, но приближаться всё ещё не спешила. Может, стоит попробовать ещё пошутить, раз ему нравится? – Ты так много говорил… у тебя в горле не пересохло? Шутник захмыкал в ладонь с новой силой. Не думаю, что его бы так разнесло от моих шуток в обычной ситуации, но сейчас это работало.  – хе-хе-хе. чувствую, как давление подскочило от смеха. хе-хе. всё задавить его не могу, хех.  выдавила из себя знатную парочку каламбуров, у меня аж душа сжалась от гордости.  Я громко простонала. Мне открылся ящик Пандоры. – Ты что, всё это копил во время того монолога? Хватит, это уже перебор… Скелет усмехнулся. — хорошо-хорошо, сейчас сожму волю в кулак и прекращу, хе-хе. Наконец, его душа полностью расслабилась, и я сама приблизилась к ней. Не успела она напрячься, как её тепло окутало меня, как раньше.  Не знаю, сколько мы просидели в тишине. Говорить не хотелось, а атмосфера располагала просто молча любоваться кружащимся снегом за окном.  Неожиданно, Санс очень тихо прошептал: – я бы хотел кое-что проверить.  После этих слов скелет приложил руку к груди, и я почувствовала, как меня куда-то тянут. Окружающий приятный жар подталкивал, как бы говоря быть смелее — это не опасно. Я решила довериться и не сопротивляться. Мир вокруг словно мигнул и окрасился в чёрно-белые тона. Единственное, что выделялось на этом мрачном фоне, — перевёрнутое белое сердечко, зависшее над костяной ладонью. Это… душа Санса? То, что окружало меня всё это время? Она такая… чистая. Хотя нет. Практически незаметно прямо в центре вырисовывался силуэт ещё одного сердца. Оно не было перевернутым и испускало слабый зелёно-голубой свет, похожий на бирюзовый или аквамариновый, но белое сияние души скелета его перебивало. Если не приглядываться, то можно и не заметить.  Получается, то бирюзовое свечение — это я? Но я всё ещё в теле Санса, а моя сущность на его ладони. Или, если я вернусь в подсознание, буду уже в другом месте? Надо попробовать. Сосредоточившись на себе, меня снова куда-то потянуло, и, открыв глаза, я увидела моего «соседа». Это так странно. За такое короткое время я успела привыкнуть видеть от его лица, но сейчас, когда мы смотрим друг на друга, шутник воспринимается немного по-другому. Я не понимаю, в чём отличие, но оно есть. Глазницы скелета раскрылись немного шире, как будто он удивился чему-то. Он потянулся фалангой пальца, чтобы прикоснуться ко мне, но моргнул и резко отвёл руку в сторону. Это что, капельки пота на черепе? Он может потеть? – эм, я ожидал чего-то такого, но всё равно немного потерял душевное равновесие, хех. значит искренность, да? мог догадаться. – Искренность? Что это значит?  Санс ещё немного поглядел на наши души и вернул их обратно в грудную клетку. Я снова оказалась в темноте, отражающей синевой.  Когда попыталась посмотреть на внешний мир, то ничего не увидела. Похоже, монстр-скелет решил лечь, закрыв глаза. Так что я вернулась в пустоту, которая была не такой уж пустой. – у всех людей есть души, как и у монстров, но они отличаются. — шутник начал рассказ таким тоном, словно он преподаватель со стажем в академии и ему давно пора на пенсию. — уже заметила, что моя душа перевернута, а твоя нет, и имеет зеленовато-голубой цвет. это потому, что у всех монстров души белые, а у людей — цветные. цвета — это качества. зелёный олицетворяет доброту, синий — честность, фиолетовая — настойчивость и так далее. — Санс приоткрыл один глаз и помотал рукой в воздухе, как бы показывая это далее. — у детей обычно самые основные качества. Их всего семь, и три из них я перечислил. у взрослых же качества смешиваются или могут появляться новые, даже негативные. у тебя цвет похож на помесь синего из зеленого, то есть честности и доброты, что в итоге становиться искренностью. на самом деле этому цвету можно дать и другое название, которое означает то же самое. но у монстров это считается именно искренним качеством. — скелет закрыл глазницу обратно. — в общем вот, лекция окончена. – Звучит так, будто у монстров нет качеств, раз они белые. Но я не думаю, что это правда так.  – потому что монстры состоят из магии и доброты. по крайней мере, так считается. конечно, у нас есть характер и личность, но если мы будем соревноваться в этом с людьми, то проиграем. почему, по-твоему, монстры провалились в войне против людей и нас запечатали в горе?  Санс вздохнул: – у всех людей есть решимость, несмотря на качество. просто у кого-то её больше, у кого-то меньше. у тебя тоже она есть, иначе не понимаю, как ты ещё жива. у монстров же решимости нет. только надежды и мечты, хех. Мы помолчали.  – Наверное, не стоит об этом спрашивать и тебе неприятна эта тема, но… О какой войне идёт речь? Тепло завозилось, недоумевая от моего вопроса, а затем успокоилось. – точно, всё время забываю, что у тебя проблемы с памятью. тут ничего интересного, просто люди испугались монстров и напали. потом собрали семь человеческих магов и запечатали нас барьером под горой Эббот. любой может пройти через него, но никто не может выйти. говорят, что только семь человеческих душ смогут сломать барьер. у нас есть шесть.  После последних слов меня охватила тревожность. Получается, я последняя? И если Санс отдаст мою душу кому надо, то они смогут освободиться. Но… что будет со мной? Скелет предполагал, что если отделить меня от него, то я окончательно умру. Я не хочу умирать!  Монстр наверняка хочет побывать на поверхности, освободить своего брата из этого заточения. Спасти всех монстров — разве это не великая цель? Тогда почему он должен отказываться от этого? Неужели утром он отнесёт меня к барьеру, и я погибну?  Всё моё естество задрожало. Я снова начала задыхаться, но в этот раз без посторонней помощи. Кажется, Санс что-то говорил, но мой мозг не желал слышать. Я не хочу умирать, даже ради спасения других. Возможно, это звучит жестоко, но они, находясь здесь, не умрут, а я, жертвуя собой для разрушения барьера — да.  Я не хочу умирать. Я не хочу. Я не хочу. Не хочу. Не хочу. Не хочу. Не хочу. Не хочу. Не хочу! Не хочу! Не хочу! Не хочу! Внезапно меня окутало огромным теплым одеялом. Оно сдавило со всех сторон, но не так, как при пробуждении. Чувствовалось, словно очень сильные объятия. Я всё ещё дрожала, но способность адекватно мыслить вернулась. Душа монстра ластилась ко мне, будто кот боднул головой, проявляя беспокойство. В этих крепких объятиях я почувствовала себя… в безопасности.  Его сущность будто хотела донести до меня, что мне не нужно бояться, он не даст меня в обиду. Он защитит меня. Не позволит исчезнуть.  Санс всё ещё что-то бубнил себе под нос, так что я решила вслушаться. – …чёрт, было бы удобнее, если бы ты была материальна… ты слышишь, дружище? всё хорошо, ты не умрёшь. ты в безопасности. хех, ты выбрала одно из самых безопасных убежищ. хоть меня и видно насквозь, но читать меж рёбер не каждому под силу, так что о тебе никто не узнает, пока сама не захочешь. Я начала нервно хихикать. Боже, даже в такой ситуации он умудряется придумывать каламбуры.  Его душа начала бурно идти волнами, заметив реакцию на его попытки подбодрить меня. Шутник облегченно выдохнул. Снова я заставляю его волноваться… – Прости… Я не знаю, что на меня нашло.. Просто, услышав о шести душах и что я являюсь последней, мои мысли резко заполнила паника. Правда, прости… Санс отмахнулся от моих извинений: – всё в порядке. в начале ты успокаивала меня, сейчас я тебя, так что квиты. тем более меня не очень интересует поимка людей и доставка их королю, так что можешь расслабиться.  Я хотела спросить, почему он не собирается разрушать барьер, но чувствовала, что скелет не хочет говорить об этом, поэтому промолчала.  – хей, знаешь как называется место, где веселиться множество скелетов? Я усмехнулась: – Как? – кладбище. Я сдавлено прыснула: – Ты и чёрный юмор шутишь?  – хе, любой подойдёт, если смешно. – Тогда я знаю как называются вип места на этой вечеринке. — были бы губы, они бы сейчас растянулись в ехидную усмешку. – как? – комик понимающе прищурился, но позволил мне закончить шутку. – Склеп. Мы засмеялись, но быстро успокоились. Санс напрягся, вслушиваясь и проверяя, не проснулся ли его брат. В доме не раздалось ни одного звука, полная тишина.  Наконец, он расслабился. – думаю, нам надо ещё поспать, а то утром будут мешки под глазами. – Хах, не буду напоминать, что ты скелет. – спокойной ночи, мелкая. сразу буди меня, если повторится момент с кошмаром. – Хорошо, спокойной ночи, Санс. Спустя недолгое время мое сознание погрузилось в сон. Всё время, пока я спала, я чувствовала себя в безопасности.

***

На этот раз я проснулась сама. Вокруг невозможно ничего разглядеть, так что я пришла к выводу, что Санс ещё спал. Жаль, не могу узнать, утро сейчас или всё-ещё ночь.  Долго задаваться этим вопросом мне не дали. В дверь раздался стук, и высокой голос проговорил: – САНС, ВСТАВАЙ! УЖЕ НАСТУПИЛО УТРО И Я, ВЕЛИКИЙ ПАПАЙРУС, ГОТОВЛЮ ЗАВТРАК! ШЕВЕЛИСЬ, ЛЕНИВЫЕ КОСТИ, ЕСЛИ НЕ ХОЧЕШЬ, ЧТОБЫ ОН ОСТЫЛ! НЬЯ-ХА-ХА! Затем последовал отдаляющийся громкий топот.  Старший скелет тихонько простонал от несправедливости жизни, присел, но глазницы так и не открыл. Ну, начало положено. – Доброе утро! Веки монстра — правильно ли их так называть? — с трудом разлепились. Спальню освещал дневной свет. Пылинки летали в воздухе, но, присмотревшись, становилось ясно, что они движутся в направлении торнадо. Хм… полезная штука…  Скелет протяжно зевнул и пробормотал: – доброе… давно не спишь? звучишь слишком бодро.  – Нет, я проснулась незадолго до прихода Папайруса, ещё не успела заскучать. Санс потянулся — в спине что-то хрустнуло. Хотя выбор там не велик, так что, скорее всего, это был один из позвоноков.  – хех, пасиб, подбодрила. – Сааанс, ты можешь хотя бы пять минут не шутить? – я работал над этим всю ночь, после нашего разговора. – Но ты же спал… – и ни разу не пошутил. считаю, я отлично справился с этой задачей.  Неожиданно для скелета, я рассмеялась. Его душа удивлённо всколыхнулась, а затем радостно завибрировала, словно тоже смеясь. Сам монстр несколько раз хмыкнул, встал с матраса и натянул розовые тапочки. Шаркая ногами, он выполз в коридор, держа путь в сторону ванной.  Встав возле раковины, шутник начал заниматься самым обыденным утренним делом — чисткой зубов. Хм, с его широкой улыбкой во весь рот это и правда очень нужное дело.  В отражении зеркала можно было разглядеть всё помещение, не считая двери за спиной. Оно совсем небольшое: душевая кабина, раковина, да тумбочка под ней.  Неожиданно в голову пришла мысль — где унитаз? Не помню никаких других дверей, кроме тех, что ведут в спальни и сюда. Хотя, эти братья — скелеты, и им, наверное, не нужно в туалет. Но при этом Санс может есть еду, и его брат, видимо, тоже, раз готовит завтрак. Так куда она девается?  Стоит спросить у моего «соседа»? А вдруг это снова какая-то деликатная тема, о которой лучше не говорить? Мне бы было неловко, если бы меня спросили о том, как и куда я хожу в туалет, хотя я знакома с этим человеком всего день. А что, если я просто спрошу про еду, без намёков на «грязные дела»? Это не должно быть слишком личным.  Скелет сполоснул рот и вытер его полотенцем. Несколько капель воды попали на футболку, но они были такими маленькими, что быстро высохнут. Затем он облокотился костяными ладонями на край раковины и посмотрел на меня. Точнее, себе в глазницы, но было ощущение, что взгляд направлен прямо в мои глаза.  – спрашивай давай, а то всю душу уже извела себе.  – Эм, просто я тут поняла кое-что. Вчера ты ел бургер и сейчас будешь завтракать. Но у тебя нет желудка, кишечника и всего такого, так что возник вопрос. Куда пропадает еда? Комик коротко посмеялся. Эх, почему он всё время смеётся над подобными вопросами? Это же не шутки, даже если он их так воспринимает. – хех, животрепещущий вопрос. вся еда монстров состоит из магии, поэтому, попадая в их тело, она просто растворяется без остатка.  – О, понятно. Спасибо. Санс усмехнулся, а затем подмигнул: – знаешь, почему скелет плохой повар? – Почему? – у него нет языка, чтобы попробовать еду на соль.  Из горла вырвался смешок. Эти шутки совсем не смешные, но при этом у этого скелета всё равно получается заставить меня веселиться с них. Это точно какая-то магия. Или харизма. Или всё вместе. Наконец, мы вышли из ванной и побрели на запах еды. Правда, перед этим Санс сходил в свою комнату за курткой.  На небольшой кухне кипела бурная деятельность. Одна кастрюля тоже кипела, да так сильно, что половина воды просто испарилась. На стенах виднелись пятна от помидоров, словно их не в миске давили, а швыряли во все стороны, и уже получившуюся кашицу соскребли в ёмкость. Высокий скелет снова готовил спагетти. Это его любимое блюдо? Или просто совпадение?  Судя по поведению шутника, такой бардак на кухне — полная норма, и беспокоится о завтраке не стоит.  Санс сел за небольшой стол в центре и облокотился скулой на руку. Огоньки в глазницах лениво наблюдали за перемещением местного повара по периметру кухни.  Через короткое время перед нами поставили тарелку с неплохо выглядящими спагетти. Макароны были немного переваренными, а паста сверху имела небольшие куски помидоров с кожицей, которые не раздавили до конца.  – НАСЛАЖДАЙСЯ, БРАТ! Я УЛУЧШИЛ РЕЦЕПТ И ХОЧУ, ЧТОБЫ ТЫ ПЕРВЫЙ ОЦЕНИЛ МОИ ВЕЛИКОЛЕПНЫЕ ТРУДЫ! Папайрус выжидающе уставился, так что старший хмыкнул и потянулся за вилкой. Он намотал немного лапши и положил в рот. Затем кивнул и выдал: – очень вкусно, бро. с каждым разом всё лучше. у меня аж дрожь по коже пробежала от их вкуса.  Брат Санса выглядел счастливым. Он даже не обратил внимания на каламбур. Ох, от его радостного вида я тоже захотела попробовать. – Я СРОЧНО ДОЛЖЕН ПОХВАСТАТЬСЯ ЭТИМИ СПАГЕТТИ ПЕРЕД АНДАЙН! ЭТО ТОЧНО ЛУЧШЕЕ, ЧТО Я ДЕЛАЛ ЗА ПОСЛЕДНЕЕ ВРЕМЯ! НЬЯ-ХА-ХА-ХА!! С этими словами монстр схватил кастрюлю с завтраком и умчал к выходу, громко смеясь. При каждом шаге из кастрюли выплескивались остатки воды с макаронами. Разве не нужно было её слить?..  Входная дверь захлопнулась, и в доме воцарилась тишина. С улицы доносились голоса детей, перемешанные с весёлым смехом Папайруса, который удалялся куда-то вдаль. Санс ещё немного поковырялся в тарелке и встал из-за стола. Я быстро проговорила: – Подожди, я тоже хочу попробовать!  Скелет чему-то усмехнулся и ответил: – bone appetite. Он снова намотал на вилку пасту с томатами и положил в рот. Я сосредоточилась на вкусе.  Резко, на языке появился очень соленый вкус переваренных макарон, который вскоре сменился нестерпимо сладким. В конце всех этих фееричных вкусовых перепетий, мой рот наполнил такой жгучий огонь, словно я за один раз съела кучу острого перца. Если бы у меня было тело, оно бы содрогнулось от таких сочетаний, а из глаз наверняка потекли бы слёзы. Как же это ужасно. Но я не могу так категорично сказать это старшему брату скелета! Вдруг он обидится? Или расстроится? Или у монстров другие рецепторы, и им это кажется вкусным?  Душа комика вопросительно боднула. Чёрт, надо срочно что-то сказать. – Ээ, мм. Какое сочетание специй… Прям не описать словами этот вкус, ха-ха…  – не понравилось? Я побеждено выдохнула: – Прости, но это самые не вкусные спагетти, что я ела. По крайней мере, мне так кажется… – всё в порядке, они правда ужасны. – Выходит, та шутка про скелета-повара на самом деле была намёком на предстоящее? Санс взял тарелку и вывалил её содержимое в окно. Странно, мне казалось, что когда мы вошли, оно было закрыто.  Посуду комик закинул в очень высокую раковину. Слишком высокую… зачем её такой сделали? Как же много вопросов появляется рядом с этими братьями.  Скелет вышел на улицу. Вокруг практически ничего не поменялось. Всё та же картина праздничного города и веселящихся детей. Выпавший ночью снег приятно хрустел под ногами, создавая атмосферу зимней сказки. Световые блики мелькали на сугробах, немного слепя глаза, непривыкшие к яркому свету. Интересно, как день сменяется ночью, если здесь нет солнца? И прекрасно чувствуется, что свет не от него, словно как в тот момент, когда днем облака затягивают небо, и темнеет, но всё равно понятно, что ещё не вечер или ночь. Санс шёл по незнакомым мне улицам. Видимо, мы направились дальше по подземелью, а не обратно, откуда вчера пришли. Но в следующий момент весь мир потемнел и окрасился знакомым лесом с елями, припорошенными снежным покрывалом. Справа стояла та самая деревянная постройка, похожая на сторожевой пост, где мы со скелетом впервые познакомились. Но комик, не останавливаясь, прошёл мимо к виднеющемуся мосту с какой-то непонятной конструкцией.  Через несколько секунд я отошла от такой резкой смены окружения и пробубнила: – Боже, я никогда не привыкну к этим резким перемещениям. Поверить не могу, что ты умеешь телепортироваться!  – мой личный короткий путь. — проговорил монстр с усмешкой. — коротко говоря — магия.  – Я уже поняла, что на всё странное ты будешь давать такой ответ.  Была бы возможность, я бы закатила глаза. Либо он сам не знает как всё это волшебство работает, либо ему лень объяснять. И почему у меня чувство, что верен второй вариант?.. Скелет прошёл через мост с каким-то столбами. Это такой декор?  – эти перегородки построил мой бро, чтобы останавливать проходящих людей. но, как видишь, он сделал расстояние между бревнами слишком широкими, чтоб остановить хоть кого-то.  Санс пожал плечами, держа руки в карманах.  – Погоди, останавливать людей? Он… ловит их? Душа «соседа» успокаивающе окутала теплом, позволяя расслабиться, не успев толком напрячься.  – всё хорошо, мелкая. он слишком безобиден для всего этого. Папс хочет вступить в королевскую стражу, потому что считает это супер крутым. но нынешний капитан гвардии не принимает его, так как бро слишком мягкотелый.  Я облегченно выдохнула. Да, младший из братьев действительно выглядит безвредным, но это не значит, что он не опасен. Несмотря на это, я всё равно верю Сансу. Не думаю, что он бы стал врать по этому поводу. Тем более мы договорились попытаться доверять друг другу, так что можно начать  именно с этого момента.  Задумавшись над всем прозвучавшем, я не заметила, как мы подошли к фиолетовой каменной двери. Она выглядела заброшенной, покрывшись кучей трещин и сколов. В ней ощущалась древность. Сколько лет этому месту? Не успела я спросить, что мы здесь делаем, как комик постучал по двери, сказав «тук-тук».  Он… Серьёзно пришел в это опустевшее место ради тук-тук шуток? Как же это похоже на него…  – хм, странно.  – В чём дело? Не можешь придумать каламбур? Монстр усмехнулся, но радости в окружающем тепле не было. Он беспокойно пробормотал: – обычно, в это время, я обмениваюсь шутками со старой леди, что живёт в Руинах. она впервые не отвечает.  Он снова постучал в дверь. За ней раздалось глухое эхо, словно там было большое пустое пространство.  Ответа не было. – Может, она опаздывает? Давай подождём немного? Санс кивнул и уселся прямо на снег, облокотившись спиной на эту каменную плиту. Шутник казался спокойным, но я различала нотки напряжения.  Почему он так переживает о том, что за дверью не отвечают? Та леди настолько в возрасте, что может умереть от старости в любой момент? В таком случае, я бы вела себя так же на его месте.  Пытаясь отвлечь скелета от тревожных мыслей, я предложила: – Можешь рассказать шуток мне, если хочешь. Так время быстрее пройдёт.  Мягкий жар аккуратно погладил, проявляя свою благодарность за заботу.  – тук-тук. – Кто там? – дог. – Какой дог? – хот-дог.  Ладно, тук-тук шутки это не моё.  – тук-тук. – Кто там? – доставка плохих шуток. – Какая доставка плохих шуток? – плохая, очевидно.  Точно не моё.  – ладно, мелкая. тогда как насчёт этого? почему скелеты верные? – Почему? – потому что они за тебя костьми лягут. Хах, а вот это забавно.  – знаешь почему не нужно спорить с чайником? – Почему? – он слишком быстро закипает. Мы ещё некоторое время сидели у подножия двери, ожидая таинственную леди-монстра.  Но никто не пришел.  В итоге Санс поднялся, отряхнул налипший снег с шорт, и в последний раз постучал в потрескавшуюся от времени арку. Ничего.  Он направился обратно к посту по занесенной снегом тропинке. Уверена, со стороны монстр выглядел как обычно — всё время каламбурящий улыбчивый комик. Но волнение всё ещё пробегало мелкой дрожью по его душе. Я хотела спросить, почему он придаёт всему этому такое значение, ведь создавалось ощущение, что причина тревоги не в старости незнакомки, но решила не делать этого. Было подозрение, что скелет не ответит.  Он плюхнулся на стул и разлёгся верхней половина тела по столу поста. Его глазницы закрылись, и через несколько секунд раздалось мерное сопение.  Санс… заснул? Серьёзно?! Он же недавно проснулся! Или не выспался из-за плохого сна? Если так, то не буду его будить.  Но… что делать мне?! Ладно, надо подумать, что я вообще могу: смотреть, когда глаза шутника открыты, говорить только с ним, взаимодействовать с его душой. Не густо. Может я способна на что-то ещё, просто не знаю этого? И на что же?  Пока размышляла, вернулась в подсознание. Сущность монстра размеренно двигалась, имитируя то-ли дыхание, то-ли пульс, то-ли что-то среднее. Значит мой «сосед» точно спит, а не притворяется.  Хмм… Может устроить мозговой штурм как я оказалась в такой ситуации? Вдруг что-то вспомню.  Итак, я проснулась в темноте, и вокруг никого не было. Значит, я находилась вне тела скелета. Но потом я увидела какой-то свет и нырнула в него. Был ли это тот самый момент вселения? Шансы велики. Если я была что-то вроде призрака, то значит… я умерла? Или нет. Санс упоминал, что я жива, а если он меня «выселит», то только после этого погибну. Ладно, пока оставим эту тему, точнее сделаю небольшое ответвление.  Я человек. Здесь люди появляются с поверхности, значит, как-то попадают в подземелье. Я попала сюда так же, как и они? Судя по смутным воспоминанием, я жила в городе, так что моя туша забыла на горе?!  Подождите. «Туша»? Точно! У меня же должно быть тело! Как я вообще могла о нём забыть?!  Где оно? Неужели валяется где-то под этой горой? Может, моё тельце находится там, откуда приходят с поверхности? Но где именно их начало пути? Нужно будет спросить у моего спящего друга.  Неожиданно душа упомянутого лениво заворочалась. Уже проснулся? Довольно быстро.  Я вернулась во внешний мир, но вокруг всё ещё было черным черно. Из далека послышались чьи-то шаги, прорывающиеся сквозь кучи снега. Постепенно хруст снега приблизился и остановился рядом со станцией. Над головой прогремел высокий голос: – САНС!! ТЫ СНОВА СПИШЬ НА СВОЁМ ПОСТУ? ЧТО, ЕСЛИ ЧЕЛОВЕК ПРОЙДЁТ ЗДЕСЬ?! — после этого вскрика, старший скелет открыл глазницы, лениво посмотрев на «разбудившего». — ПОЧЕМУ КТО-ТО ТАКОЙ ВЕЛИКИЙ, КАК Я, ДОЛЖЕН ВСЁ ВРЕМЯ ПРИСМАТРИВАТЬ ЗА ТОБОЙ?! Папайрус встал в драматичную позу, приложив одну руку, внешней частью ладони, ко лбу. Его шарф снова начал красиво развеваться на ветру, которого нет.  Я заметила, что за полтора дня в Сноудине ещё ни разу не было сильного ветра — только легкие дуновения. Конечно, это не значит, что здесь такого не бывает, но я думала, что в таких заснеженных местах часто дуют холодные ветра и бушуют вьюги. Возможно, это всего лишь мои стереотипы.  Шутник вышел из своей будки и засунул руки в карманы. Я чувствовала, как сильно он любит своего брата, несмотря на частые недовольства младшего. От этого сама наполнялась теплыми эмоциями к высокому скелету.  – просто ты очень крутой брат, бро.  Папайрус несколько секунд выглядел по-настоящему счастливым, а затем откашлялся и сменил позу на гордую: упер кулаки в бедра и высоко поднял подбородок. То есть челюсть. Шарф так и не опустился за всё это время. – КОНЕЧНО, Я КРУТ! Я ВСЕГДА И ВО ВСЁМ ВЕЛИКОЛЕПЕН! И ТЫ В ЛЮБОЙ МОМЕНТ МОЖЕШЬ ПОЛОЖИТСЯ НА МЕНЯ, БРАТ! Затем монстр замер, а в следующую секунду снег разлетелся во все стороны от его ботинка. Он яростно топал ногой и издавал возмущённые звуки так энергично, что снежные всплески засыпали Санса. На его голове образовалась маленькая кучка снега, а капюшон заполнился полностью. Комик оставался спокойным, даже не пытаясь уворачиваться или, хотя бы, отряхнуться.  – ТЫ СНОВА ПЫТАЕШЬСЯ ОТВЛЕЧЬ МЕНЯ ОТ НОТАЦИЙ СВОИМИ КОМПЛИМЕНТАМИ! НО Я ВСЁ ПОМНЮ, ТАК ЧТО НЕ РАССЛАБЛЯЙСЯ! — скелет вздохнул и сложил руки на груди. Его шарф, наконец, опустился — НА ЭТОТ РАЗ Я СДЕЛАЮ ВИД, ЧТО НИЧЕГО НЕ БЫЛО И ТЫ НЕ СПАЛ. НО ЭТО ТОЛЬКО СЕГОДНЯ! ЗАВТРА Я ВСЁ ПРИПОМНЮ!! НЬЯ-ХА-ХА!  Как же часто он куда-то уходит. Но при этом так же часто появляется, пусть и ненадолго. Интересно, чем он занимается в свободное время? Кроме присмотра за Сансом и приготовления спагетти. Хм… кажется, он упоминал кого-то по имени Андайн. Возможно, проводит время с ним. Или с ней.  Пока я размышляла о мелочах, невысокий — по сравнению с Папайрусом — скелет вернулся за стойку поста. А затем он моргнул, и окружение кардинально изменилось.  В лицо ударил жаркий воздух. От горячего пара, поднимавшегося снизу, мир немного расплывался. Пол напоминал сухой песчаник и коричневый камень. Дороги тянулись по возвышенностям с резкими обрывами, словно парящие платформы. Но по-настоящему жутким казалось то, что находилось в самом низу. Под нами медленно текли потоки лавы. Я бы назвала эти просторы океаном. Мысль о том, что на дорогах нет никаких ограждений и можно с легкостью сорваться в это озеро магмы, наполняла меня беспокойством. Неужели отсюда никто не падал, теряя равновесие? Санс почувствовал мои летающие тревожные мысли и попытался успокоить: – расслабься, мелкая, мы отсюда не свалимся. да и вообще, никто не падал… ну, может, и падал, — скелет лениво пожал плечами. — но тут в основном живут те, кому огонь и лава не страшны. тем более они магические, так что не такие огнеопасные, как на поверхности. Если бы могла, я бы сейчас, как в мультиках, со скрипом медленно повернула голову к Сансу. Меня удивляло даже не то, что огонь и магма здесь не так опасны, а сам факт, что такое место вообще существует. – Что это за адский регион такой?.. Я думала, что во всём подземелье зима. Комик усмехнулся: – хех, не. оно делится на пять регионов: Руины, Сноудин, Вотерфолл, Хотленд и Столица. угадай где мы? – В Хотленде? – агась. скажи, здесь прям адское пекло, хе. Внезапно к нам подбежал маленький вулканчик на ножках. Не смотря на свой внешний вид — он буквально гора — монстрик выглядел миленьким.  – Привеет, Саанс! Можно мне хот-дог? — раздался тоненький мелодичный голосок.  Так он ещё и разговаривать умеет? Или все монстры могут, независимо от внешнего вида? Хотя… если подумать, я косвенно общалась только с Папайрусом и Гриллби. И, кстати, последний вообще не говорил! Только издавал звуки, заменяющие слова. Это считается за диалог? Думаю, да. – конечно, приятель. а может, в этот раз, хочешь хот-кэт?  Скелет подмигнул монстрику. Тот смущенно улыбнулся и покачал головой: – Нет, хочу хот-дог!  Шутник тихонько посмеялся и наклонился под деревянную стойку. Оттуда он достал уже готовую сосиску, аккуратно вложил её в булочку, полил кетчупом и протянул готовое «произведение» живому вулканчику, прямо в отверстие на голове. Только когда один конец хот-дога торчал вверх, я заметила что-то странное на сосиске. На ней была… морда собаки? Что? Как производители этих мясных продуктов вообще сделали форму животного? Выглядело это одновременно круто и чертовски странно. – наслаждайся своей горячей собакой.  Монстрик засветился от счастья — не в переносном смысле, ведь внутри как будто забурлила реальная лава — и неловко отковылял в сторонку.  – хех, как же согревает душу делать других счастливыми, не так ли? Я хмыкнула: – Ага, от него так и исходят волны тепла и позитива.  Душа монстра радостно заискрилась от того, что я скаламбурила, хоть и не очень удачно. Мысленно, я с нежностью улыбнулась такому простому чужому счастью. – Я не знала, что ты ещё и продавцом хот-догов работаешь.  – не видела парня, работающего на двух работах? — Комик лениво пожал плечами.  – Ну, я бы не сказала, что на первой ты прям работаешь… просто поспал немного. Скелет слегка нахмурился: – немного? я проспал всё утро, сейчас уже день. Чего? Но… Я же не так долго находилась в подсознании. Или там время идёт по другому? Скорее всего. – Да? Получается ты проспал всю смену? Это как-то чересчур… Меня бы за такое на поверхности давно уволили.  Скелет снова лениво пожал плечами. Упомянув утренние события, на меня накатила волна воспоминаний о тех-самых-мыслях, пока мой «сосед» спал. – Санс!!! Я так громко и неожиданно воскликнула, что комик подпрыгнул на стуле от испуга. Он весь напрягся, словно готовясь к отражению нападения. Тепло взволнованно затрепыхалось вокруг меня, как бы проверяя на наличие повреждений. Мне стало стыдно от своего эмоционально восклика.  – Ой, прости, я не хотела тебя пугать. Просто вспомнила кое-что важное. Ты слишком дезориентировал меня резким перемещением в этот регион… Монстр облегченно выдохнул и облокотился локтями обратно на стол, подперев череп руками.  – и что же ты такого вспомнила, что чуть не выпустила мою душу из грудной клетки, мелкая?  – Где-то в подземелье лежит моё тело, и я хотела узнать у тебя, откуда приходят люди. Санс полностью замер, даже его душа перестала пульсировать на несколько секунд. А затем он хлопнул себя кистью по лицу. Раздался звонкий клацающий звук.  – звёзды, какой же я идиот. почему я не подумал об этом? логично, что у тебя должна была быть физическая оболочка. ну, если только ты не пришла из другого мира, хех. Я напряглась. А что, если он прав? Такое вообще возможно? Если так, то никакой «физической оболочки» нет, и душой некуда возвращаться. И если это так, то я навсегда останусь связана с Сансом? – воу, тише, мелкая. я просто пошутил. не нужно так серьёзно это воспринимать. давай не будем думать о варианте с альтернативными реальностями, пока не найдем доказательства того, что ты откуда-то оттуда. Я глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Всё хорошо. Мы с Сансом что-нибудь придумаем, если не найдем мою тушку. Вдох. Выдох.  – Я в порядке. Прости, что так часто впадаю в панику… – всё норм. я бы на твоём месте тоже сильно нервничал. все мои нервы были бы натянуты как струна, хех. — скелет завел руку за голову и потер череп.  Из меня вырвался смешок. Да уж, нервы у скелета.  – а отвечая на твой вопрос — люди выходят из Руин. Мы немного посидели в тишине. Из Руин, да? Кажется монстр упоминал, что за той каменной дверью, где живёт неизвестная леди, они и находятся. Но как люди туда попадают? Там есть какой-то проход?  Гадать можно долго. Неужели мы никак не можем попасть в ту область? Если бы могли, то Санс давно бы это сделал, чтобы проведать незнакомку. Мой поток вопросов прервал голос шутника: – слушай, у меня есть одна идейка, но если она тебе не понравится, то можешь отказаться. я не стану настаивать. Я немного воодушевилась. Любые идеи в нашей ситуации принимаются! – у меня есть подруга, она королевский ученый. мы можем обратиться к ней за помощью.  Любые идеи, кроме этой.  – Королевский учёный?! До она же сразу нас выдаст, если не королю, то страже! Я последняя душа, которая нужна вам для освобождения! Что, если она воспользуется этим?  Теплый жар успокаивающе потерся. — тише, дружище. я доверяю ей. тем более Альф нравятся люди. уверен, она не против подружиться с одним. и она довольно сильно не уверена в себе, так что испугается больше, чем ты.  Я помолчала немного. Душа монстра продолжала посылать расслабляющие сигналы, давая понять, что всё под контролем.  – Если… Если ты правда ей доверяешь, то я прислушаюсь к тебе… Но, если что-то пойдёт не так, ты же не бросишь меня, правда? Я не видела лица скелета, но чувствовала, что его вечная веселая улыбка сменилась на более естественную и теплую.  – конечно, мелкая. мы с тобой теперь не разлей душа, хех.  После его слов я смогла полностью взять себя в руки.  Я верю ему. Хочу верить.